Птица судьбы

      Чонгук разлепил глаза и встретил первые лучи солнца, которые шекотали его за нос. Он, широко улыбаясь, потянулся на постели и с хорошим настроением поднялся.       — Вот так снегу навалило, — восторженно произнёс альфа, подойдя к окну.       Парень накинул на плечи пуховик, а на голову шапку-ушанку, всунул ноги в высокие сапоги и, схватив лопату, которая стояла припёртая к стене в коридоре, вышёл на улицу. Он начал усердно прочищать территорию возле лесного домика, чтобы в последствии было удобно передвигаться. По завершению этого дела, альфа позавтракал и направился в обход.       Чонгук был обыкновенным молодым лесником, который до безумия любил природу и всё что было с ней связано. Он с раннего детства по пятам ходил за отцом, изучал различные уголки леса. Его манили зелёная красота ветвей деревьев и кустов, их аромат и свежесть воздуха. Парень обожал слушать пение птиц и наблюдать за их жизнью.       Вот и в это декабрьское утро Чонгук с широкой улыбкой на лице проходил по изученной до дыр территории. Он осматривался вокруг, баловался по пути, стряхивая с ветвей сугробы, и они слетали ему за шиворот. Вытаскивал холодный снег из-под курточки и продолжал идти дальше.       В какой-то момент послышался звонкий писк. Чонгук повернул голову к источнику звука и не успел даже сообразить, как в него что-то влетело. Это дезориентировало альфу, и тот повалился в большой сугроб.       — О Господи, — ошарашенно произнёс Чон, выбираясь из снега, который прилип к каждому участку одежды, а также пролез во все возможные щели. — Полагаю, на сегодня обход закончен, — он почесал затылок, осматривая себя с головы до ног.       Парень понимал, что блуждать по лесу в таком виде больше нельзя, ведь можно заболеть. Прийдя в себя окончательно, его внимание приковалось к чему-то маленькому и красному. Оно шевелилось в двух метрах от него и издавало тихие жалобные звуки.       — Ой, снегирь, — подойдя ближе, произнёс Чонгук.       Он бережно поднял маленького птенчика с земли, аккуратно стряхнув с него снег, и продолжал осматривать на наличие повреждений.       Пернатый сидел в его руках и не двигался. Его маленькое сердечко трепетало, выдавало страх, но птичка держалась молодцом и не брыкалась.       Чонгук заметил, что крылышко у снегиря сломалось, и грустно выпятил губу. Он снял с головы шапку, уложил в неё малыша и быстро направился обратно домой, бережно неся птицу.       — Вот здесь я живу, — промолвил Чонгук пернатому, когда добрался к хижине.       Он открыл дверь и занёс раненого внутрь, после чего ставя птенца на диванчик. Альфа скинул с себя куртку и сапоги тоже и сразу принялся искать подходящие материалы, чтобы обработать перелом у птицы. В помощь ему сгодились зубочистки, острые края которых аккуратно отломал и затёр наждачкой, а также бинт, который разрезал на более тоненькие полоски.       — Потерпи немножко, маленький, — ласково попросил Чонгук снегиря.       Он капнул на место перелома немножко антисептика, дуя губами, чтобы не щипало. После начал фиксировать зубочистки с обеих сторон и обматывать бинтом.       Птенец на удивление даже не пошевелился. Он с любопытством смотрел на спасителя и только иногда украдкой издавал писк.       — Какой же умница, — с широкой улыбкой на лице произнёс Чонгук и погладил мизинцем пернатого по голове. — Подожди немного, я обустрою тебе уголочек.       Альфа поднялся с места и начал разглядывать всё вокруг, размышляя над тем, из чего бы сделать гнёздышко. В помощь ему пришлась деревянная миска, в которую он настелил перьев из старой подушки и немножко мягкой соломы. Посуду поставил на тумбочку возле кровати, а в неё посадил птенца.       — Сообщи, если неуютно вышло, — промолвил Чонгук и потёр затылок. Но снегирь принялся копошиться внутри, усаживаясь поудобнее. — Ладно, местечко тебе сделал, теперь надо еду. Милый, что ты кушаешь?       Но на него лишь посмотрели маленькими глазами-бусинками, поворачивая голову в бок. Альфа вспоминал то, как в детстве читал различную литературу о птицах, и там было написано и о снегирях тоже, а также то, как когда-то к ним в поселение прилетела целая стая, и они клевали ягоды калины.       Чонгук, долго не думая, выбежал на улицу к растущему неподалёку кусту, сорвал несколько ягод красных бусинок и вернулся обратно. Одну такую положил в гнёздышко и стал наблюдать за тем, как птенец покорно принимал угощение.       — Интересно, а у тебя имя есть? — поинтересовался Чон, ставя рядом ещё и маленькую пиалку с водой. — Если ты не против, могу я называть тебя Тэхён? — и в ответ альфе показалось, будто бы снегирь согласно кивнул ему и даже улыбнулся.       Чонгук разместил нового друга и начал приводить себя в порядок. Он нагрел воду до нужной температуры и залил её в тазик. Желая смыть неприятные ощущения, ведь прилипший снег растопился и просочился сквозь ткань к телу. Было мокро, холодно и неприятно. Альфа стянул с себя рубашку затем и остальную одежду, оставаясь совершенно голым. Он под непривычным ощущением внимательного надзора, начал мыться в тёплой воде и удовлетворённо мычать. После водной процедуры он натянул чистые боксеры и лёг на кровать, подгиная руку под голову, и снова обратил внимание на нового друга. Альфа весь вечер рассказывал ему о себе до тех пор, пока дрёма и тёплое одеяло не окутали его и не утащили в глубокий сон.       Время проходило, дни сменялись ночами и Чонгук с заботой ухаживал за снегирем. Он кормил его различными лакомствами, которые приносил из леса. С новым другом делился тем, что удавалось увидеть по пути, с азартом рассказывал о происходящем на улице.       Птица с каким-то небывалым интересом слушала, чирикала, подтверждала сказанное. Её крылышко потихоньку заживало, и она начинала махать им, а вскоре и летать. Чонгук безумно радовался этому и гладил друга по перистой голове.       — Умница, — хвалил альфа, целуя птенчика в клюв.       Когда уж снегирь совсем поправился, альфа носил его в лес, чтобы отпустить на свободу. Он долго собирался с этой мыслью и грустил, ведь сильно привязался к другу.       — Здесь твоя среда обитания. Тебе на свободе будет куда лучше, — произнёс тогда птенцу и ладонь вместе с ним выдвинул вперёд, разрешая улететь.       Однако птица не сдвинулась с места. Она посмотрела на спасителя грустным взглядом и умостилась в большой ладони альфы, пряча голову в перья. Чонгук сильно удивился такому, ведь думал, что птица улетит и он никогда её больше не увидит. Однако понял всё сразу и с широкой улыбкой на лице понёс её обратно в дом. Альфа стал ещё больше заботиться о пернатом друге и всё свободное внимание уделял ему.       В одно утро, Чонгук почистил вновь выпавший снег.       — Я постараюсь долго не ходить, Тэхён, — заверил он птицу и, как ни в чём не бывало, пошёл на обход.       На улице опять мело, засыпало тропинки из-за чего передвигаться было тяжелее. Несмотря на это, снег творил с лесом невероятные чудеса и превращал его в сказку. Для альфы, как и всегда, было в удовольствие разгуливать по территории и наблюдать за происходящим. Белые пушистые хлопья танцевали на ветру и элегантно опускались вниз к земле. Было сказочно и очень красиво.       — Тэхёну должно это понравиться, — с улыбкой произнёс альфа, когда нашёл на сугробе свалившуюся с кедра шишку.       Он заглянул под шелуху и заметил, что в ней были ещё орешки, которые не успели выклевать другие птицы. Парень засунул угощение в карман пуховика и продолжил ходить по лесу.       Когда альфа пришёл в домик сильно удивился. Внутри было тепло, чисто и много хвороста лежало возле печи, а на столе стояла большая миска с пирожками.       — Тэхён-и, к нам кто-то заходил? — поинтересовался Чонгук у птицы. А та как ни в чём не бывало хлопала маленькими глазами-бусинками и сидела в гнёздышке. — Может, кто с дороги заглянул, — предположил он, ведь часто прохожие захаживали погреться и иногда оставляли гостинцы.       Альфа заварил себе чай, сел за стол, вдыхая аромат пирожков, и взял один в руку. Он с удовольствием начал есть выпечку и запивать её вкусным напитком из лесных ягод. После этого снова водные процедуры и отдых.       Последующие дни Чонгук, как и прежде, выбирался в лес, проверял обстановку и возращался к птенчику. Ему хотелось домой, ведь кто-то его там ждал, и каждый раз, когда пернатый садился ему на руки, радость переполняла его. Альфа чувствовал исходящее тепло от маленького друга и уже представить не мог жизнь без него. Снегирь стал воистинну родным и важным.       Приходя уставшим домой, Чонгука каждый раз встречало тепло, уют и что-то вкусное на столе. Альфу согревала такая забота, но он совсем не понимал, откуда наготовленное появлялось.       Но всё тайное становится явным, и парень наконец-то узнал правду. Он с маленьким букетиком первых подснежников возращался в хижину как вдруг заметил подходящего к нему друга.       — Сколько времени прошло, а ты как всегда прекрасен, — довольно произнёс Юнги, — приобнимая альфу.       — Юнги, каким ветром в лесу ранней весной? — задал вопрос альфе, а тот прям сверкал от счастья.       — Хотел сообщить тебе новость о том, что Чимин родил, и мы пожелали тебя позвать за крестного, — пролепетал Юнги.       — Какая замечательная новость, поздравляю! — Чонгук был искренне рад за друга, представлял каково это быть мужем и отцом.       — Спасибо, родной. У нас альфочка, — Юнги ступал следом за другом и в моменте поднял палец вверх. — Кстати! Когда я проходил мимо твоей хижины, заметил какого-то омегу входящего внутрь, — альфа огорошил информацией собеседника. — Он твой? Когда пару себе нашёл? — любопытно поинтересовался мужчина.       — Какой ещё омега? — удивился Чонгук и быстро захлопал ресницами.       — Красивый с красными волосами. Он заходил с вёдрами внутрь. Я понаблюдал минуты две, так он по-хозяйски наводил там порядок, вот и подумал, что твой, — спокойно пояснял Юнги, ничего не понимая.       — Нет у меня никакого омеги. Странно всё это, — хмыкнул Чонгук и перевёл взгляд в сторону хижины. — Думаю пора возвращаться. Может, поймаю ещё его там.       Юнги согласно кивнул, и парни разошлись по разным сторонам.       Чонгук быстрой походкой направился домой и с разбегу вбежал внутрь. Стал разыскивать по периметру того самого омегу, однако никого так и не нашёл. Только Тэхён сидел в своём гнёздышке, с любопытством наблюдая за хозяином.       — Милый, скажи мне, намекни хотя бы на то, кто здесь был, — просил Чонгук птицу, но это было бесполезно. Пернатый же не умел разговаривать, лишь только чирикал.       Альфа посмотрел на стол, и там снова была наготовлена целая миска безумно красивых вареников, от которых ещё поднимался пар. А также возле них стояла пиалка со свежей сметаной.       — И откуда оно всё берётся? — удивился он, но сел и с удовольствием стал наминать блюдо.       Тэхён за ним наблюдал и тоже стал клевать красные ягоды калины.       Следующим утром Чонгук решил схитрить, чтобы поймать тайного омегу. Он как обычно собрался на обход, поцеловал птенца в клюв и вышел из дома. Однако глубоко в лес не зашёл, а притаился недалеко за деревом и стал наблюдать за происходящим.       Первое время не происходило ничего и альфа уже решил сдаться и заняться делом. Но когда он собрался уходить, дверь его хижины открылась и оттуда вышел омега. Как и сказал Юнги, юноша обладал красными волосами и был до безумия красивым. Чонгук с распахнутыми глазами наслаждался его красотой и налюбоваться не мог.       — Он сказочно красив, — прошептал про себя, а сердце судорожно забилось в груди.       В какой-то момент омега направился в сторону к селу, а альфа, пользуясь отсуствием вбежал в хижину. Он осмотрелся вокруг, где уже был наведён порядок и обратил внимание на гнёздышко.       — Тэхён? Ты где, милый? — он схватил пустую деревяную миску с сеном, и сердечко закололо. — Неужели этот незнакомец напугал тебя? Малыш? — спрашивал и начал искать пернатого по домику. Он перелопатил хижину вдоль и поперёк, заглянул в каждый уголок и не мог найти снегиря. — Если этот омега что-то с ним сделал, я никогда ему не прощу это, — пробормотал про себя Чонгук и соскользнул по стене на пол, положив голову на согнутые в коленях ноги.       Вскоре послышался грохот с улицы, и кто-то зашёл в дом с шуршащимися пакетами. Чонгук поднял грустный взгляд на гостя и увидел того самого омегу с красными волосами.       Парень глазами-бусинками напуганно уставился на альфу и медленно опустил пакеты с продуктами. Он сглотнул тугой ком и волнительно начал топтаться на месте и теребить пальцами край пуховика.       — Ты кто такой? — спросил Чонгук, и поднялся с места. — Почему ошиваешься в моём домике и что сделал с моим птенцом? — он начал медленно подходить ближе к незнакомцу, испепеляя того взглядом полным обиды и непонимания.       — Я… — омега осознал, что его поймали, и скрываться не было больше смысла. — Я Тэхён, — озвучил имя, прикусывая нижнюю губу.       — Что за бред? Малый, это не смешно. Тэхён — мой снегирь, а тебя я в лицо не знаю, — возмутился Чонгук, однако утопал в омуте тёмных глаз. Омега был так красив, что нереально было устоять. К нему что-то так тянуло, что у альфы дыхание спирало.       — Это правда. Я Тэхён. Ты же сам нарёк меня этим именем, — пробубнил омега, смотря в глаза напротив. Как же он любил этого альфу, его аромат, волосы и всё остальное.       — То есть, ты хочешь сказать, что маленький птенец, который живёт в моем доме, спит вон в том гнёздышке, — указал на миску с соломой возле кровати. — И ты — это одно и то же существо? — Чонгук изогнул в удивлении бровь, до конца не веря в подобную чепуху. — Быть такого не может.       — Но это правда! — вздохнул Тэхён, а в уголках глаз начали собираться кристально чистые слёзы. — Ты же тем днём спас меня от большого ворона, ты принёс меня сюда в домик и ты помог моему крылышку зажить. Именно ты кормил, приносил из леса лакомства и чистил для меня кедровые орешки, — восклицал омега, стуча Чонгука по груди кулачками. Слезинки большими горошками скатывались по щекам, а глаза с искренностью смотрели в омут напротив. — Именно ты, своими поцелуями по утрам зародил во мне чувства, из-за которых тем днём я не смог от тебя улететь! И после этого всего именно ты смотришь на меня и не веришь в то, что я тебе говорю! — пролепетал наконец-то омега почувствовал, как альфа потянул его за руку и крепко прижал к груди.       — Птенчик, мой маленький, — Чонгук обнимал Тэхёна за хрупкие плечи, утыкаясь носом ему в пушистые красные волосы, и вдыхал приятный аромат зёрен, сена и ягод. — Пусть с трудом, но я верю тебе.       Отчего-то сердце твердило о том, что омега честен с ним, и сомнения уходили куда-то далеко. Если это выглядело абсурдно и нереально, то альфа согласен быть безумцем, который верил каждому слову парня.       — Понимаю, что это странно, но такова моя жизнь. Я снегирь, который имеет способность становиться человеком, — пояснял Тэхён, прижимаясь к широкой груди альфы, о которой так долго мечтал.       — Забавно, — Чонгук пытался отыскать в этом плюсы и их было очень много.       Тэхён был прекрасен в любом облике, и альфе понравились его обе версии. Чон с упоением смотрел на милое лицо омеги, гладил пальцами нежные щёчки и налюбоваться не мог. Самый милый парень в мире, самый нежый и родной. Тэхён тот, кто зажёг искорку в сердце Чонгука, и тот, которого он согласен беречь всегда.       — А еда? — поинтересовался альфа.       — Когда ты спас меня и начал заботиться, мне захотелось сделать что-то взамен. Я умею только готовить и убираться, вот и старался этим тебя радовать, — Тэхён пожал плечами и отстранился от Чонгука. — Ты мой спаситель, и я до конца жизни буду тебе благодарен за это, — произнёс он, смотря на возлюбленного. Парень-снегирь поднял ладонь вверх и нежно запустил пятерню в тёмные мягкие волосы альфы.       — А я до конца жизни буду благодарить судьбу за то, что подарил мне такого замечательного птенчика, — произнёс в ответ Чонгук и нежно поцеловал омегу в губы. Никто не знает, что им уготовили небеса и какой подарок принесут в нужный момент. Чонгук тоже не знал. Но, спасая маленького птенчика от хищника, альфа занёс домой большую и сильную любовь. Ту, которая из года в год лилась в сердцах пары, окутывала их и согревала. Они любили друг друга такими, какими являлись на самом деле, завели прекрасных деток и жили долго и счастливо.