Синими, жёлтыми, красными

Тонкие пальцы касаются шнурков переплетают их на синих джорданах. Утром одних жителей многоэтажки ждёт в поток душное питерское метро. Других вторая половина на той стороне Невы. Молодой человек собирается на разминку перед долгожданными выходными, укладывая пару лакомств для пернатых. Его дожидаются голодные уточки, плавающие в маленькому пруду по кругу. Кажется, они прилетают только, чтобы вновь встретить Арсения. С первыми каплями весенней поры и новым сезоном в театре, где Попов получает главную роль. Мечта, ради которой он держит себя в форме, не расслабляясь, работая до предела. Препятствия надо преодолевать без слабины, встречая софиты в отблеске голубых глаз. Позволив выдох лишь рядом с деревянными и промокшими лавочками напротив глади и друзей крякающих на людей. В термосе теплится чай, подаренный Серёжей, хоть иногда Арсу кажется, что в нем плещется приворотное зелье. Арсений не имеет сомнений. Матвиенко потомственная ведьма в мужском обличии. Иначе, не объяснить, то, как этот чёрт чувствует его боль, набирая номер. — Серёг, что ты мне подмешал?— говорит по громкой связи, выкидывая по пути мусор. — Обижаешь, настоящий краснодарский чай — отвечает с ухмылкой в голосе. Попов хмыкает, ему определенно причудится что-то за берёзой в парковой зоне. А пока верёвочки не развязались, он разминает голеностопы и начинает пробежку, надеясь, что ни Поз, ни Стас не позовут в клуб до утра терятьостатки разумности. Он любит друзей, но не настолько, что бы совместно умолять открыть аптеку на десять минут пораньше из-за приятного похмелья.Солнце потухает за облачными фигурами, по сторонам аккуратно сложены кучи листьев. Жёлтых с черными точками, так внезапно упавших на сочную летнюю траву. Арсений с удовольствием бы пошуршал ими, но пробежка, турник и пресс сейчас являются перспективной задачей. Надо четко следовать плану и пусть все твердят о душности,но такой расклад держит его уверенность на плаву для знакомств с парнями. Их давно не видно, видимо Дима был прав. Арсений бегает, только ради того, что бы встретить того кто запросто разложит его на кухонном столе и сварит кофе утром перед репетицией. Летом и не замечаешь одиночества. Осенью оно не заметно подкрадывается холодом и депрессией, не понятно откуда. Он мальчик весны и этим все сказано, Арс обегает знакомые кустарники и парочек целующихся в такую рань — совсем потеряли стыд. Хочется также, но вот уже третий год он ходит в тишине, без пары, по набережным. Шагомер считает метры, и пульс отбивается в ворот толстовки, время сделать перерыв. Арсений поправляет капюшон и опирается на ажурные перила по привычке смотрит на заросший прудик.Обычно там много народу, но не в семь утра пятничного дня. В это время только романтики и психически неуравновешенные бегуны, как Арсений Сергеевич.Оказывается, существует третий подвид. Ещё неизвестный актеру, но сильноПривлекающий внимание в пальто черного цвета. Подумать только недавно он хотел приобрести такое, и оно было последним на вешалке. Видимо опоздал. Арсений кидает взгляд на пару молодых людей, одна из них грубо жестикулирует, пытаясь объяснить другу причину ссоры. Второй тот, что скрывает лицо, машет ему рукой и видимо отпускает на все четыре стороны. Как глупо ругаться в такое прекрасное утро. Милый мужчина забирает реквизит и кладет в массивную спортивную сумку. Шлёт воздушный поцелуй и уходит, оставляя серую папку безжизненно лежать на раскладном стуле. Арсений не слышит вслед матерных слов, наоборот, незнакомец ставит мольберт, вооружаясь тонким карандашом. Скидывает пальто на стул, являя миру крепкие плечи и мышцы спины. Попов улыбается, стоит попытать счастье. Он мигом сбегает по лестнице к набережной, привлекая внимание сбившимся дыханием. Антон ждёт солнечного луча, но заметив чужое присутствие, обращает внимание на турники, где голубоглазый пареньДелает подходы, смотря вдаль на иву, спускающуюся к воде. Он же не такой безрассудный флиртовать в спортивном костюме? — думает Шастун, наблюдая за напрягшимися венами на шее. И почему сразу надо переходить к знакомствам, а Тошик, что понравился? Художник встряхивает головой, шапку чуть не сдувает неугомонный ветер, он вовремя ловит и разворачивается к бегуну. Арсений отпускает железо и чувствует жар, да пощипывание на ладонях. Отряхивает руки и начинаетРастяжку, вытягивая правую ногу вперёд. Тянется всем корпусом к напряжённой ступне, показывая прекрасную атлетическую форму. Антон демонстративно хмыкает, возвращаясь к холсту, его таким не завлечь, пытайся, не пытайся. Попов понимает обратно дороги нет, он познакомится, а потом видимо его заберёт Серёга из травмпункта. Арс начинает считать вслух, пытается вывести из себя, но Шаст спокойно преподносит своим ушам музыку, а не голос красавчика на снарядах. Выводит ровные линии плывущих облаков и спускается вниз листа. Замирает, понимая, не хватает чего-то живого, да, Журавлев оставил его, убежав суженой. На друга не обидишься, он счастливый, гад. Покинув творца, лишив портрета на фоне осенних дней, цели на день идут под откос. Завтрашняя выставка переживет отсутствие одного из кандидатов. Другое дело совладает ли с этим Шастун, не получив признания за новое произведение вырванное из самой души. Под чириканье воробьев. Нервы, нервы, отдаются последствиями и ледяными пальцами, чуть дрожащими. Кисть падает на асфальт, он сдерживается, но не пинает ногой мольберт. Отходит, не поднимая оружие, и совершенно неосознанно монотонно складывает карандаши в тубус. Арсений, сидит на лавочке для качания пресса и отпивает горячий чай, выдыхая пар на резиновое покрытие. Во время тренировки он серьезно наблюдал за парнем и когда увидел, что тот оставляет работу крайне возмутился. Так просто он этого не допустит. Темноволосый подкрадывается к деревянной установке, прячась за ней. Антон, наслаждаясь композициями из далёких, но родных двухтысячных снимает холсти и видит довольную моську спортсмена. Голубоглазый держит его кисточку между пальцев. — Ты обронил, нехорошо, так относится к вещам — протягивает улыбаясь. Шастун мысленно ругает аирподсы за их низкий заряд и подставу вернуть его в реальный мир именно сейчас. — А может и специально бросил, тебе какое дело?— Шаст вырвал предмет из рук. — Не люблю, когда люди грустят — пожимает плечами, продолжая улыбаться. Воронежец отворачивается, кидая в тубус добытый экземпляр. Подносит кулаки согревает их паром, не помогает Чертова невнимательность оставила перчатки на комоде. — Порой нам проще признаться незнакомцу, чем близким друзьям — Попов открывает крышку термоса. — Странно, первый раз вижу таких, как вы открытых миру чересчур искренне — язвит кудрявый. Арсений наливает в ёмкость горячего напитка и передает парню.Тоша забирает крышечку, сам он видел, что атлет пил из бутылки.Видимо не любит обжигать язык о кипяток в термосе. — Каждую проблему можно залатать. Не обесценивай проблемы, а находи Выход, как тебя звать, то художник — вспоминает о манерах Попов. — Антон— подушечки пальцы касаются железа. — Дело в том парне? Он так резко ушел, неприятно, наверное — опускает глаза в асфальт, понимая сморозил лишнего. — А? Нет, Дима классный, просто он давно не виделся со своей девушкой, а я Слишком напряг его своей идеей написать картину именно здесь — Шастун кинул Взгляд на пруд. — Портрет и пейзаж на одном холсте, довольно интересно, хочешь я буду позировать тебе? — предложил актер. Самая верная тактика — нападение. Полководец Арсений Сергеевич, медленно, но верно ведёт войско к триумфу. Шастун обжёг губы. Это неожиданность. И творец воспользуется ей, не сказав, куда на самом деле отправится картина. Умей вертеться, если хочешь быть на высоте. — Ты серьезно?— Антон, строит невинное лицо. Арсения это предательски подкупает. — Я прекрасная модель, Антон — Попов моментально протягивает недавний Фото сет. — Актер, значит, тогда покажи бедному художнику, таланты. И тут Арсений вспоминает про прикид главного гопника Санкт-Петербурга и Тушуется, а отказывать уже не вежливо. Он никому не успеет позвонить и посоветоваться. Флирт зашёл слишком далеко или в напитке действительно Подмешано запретное снадобье. На крайний случай алкоголь, точно подлитый Димой, что пытается споить Матвиенко. — Хорошо — кивает Арс. Он актер и должен влиться в любую ситуацию. — Лови плед и садись на тротуар — командует Антон. Арсений стелет одеяло и подозрительно смотрит на огарей кушающих Последнюю зелень в парке. Шастун хихикает, доставая карандаш, и делает Первые наброски, главное, что бы его модель не пометили пернатые. Арсений Сгибает левую ногу в колене и поворачивает голову на уточку, подозрительно пришедшую к его правой стопе. Шастун ощущает тепло передающееся холсту и пишет эмоции на лице актера, хотя нет, его настоящего, без роли. Без цели сыграть чья симпатия к художнику выливается в очертания впалых щёк. Антон штрихует волосы, передавая им, тяжесть графита, и поднимает глаза должны сиять. По привычке выливает из тюбиков три цвета. Синий смешается с желтым, получим зелень по краям тротуара. Жёлтый смешается с красным на свет явится оранжевый цвет запоздалой осени. Красный ворвётся в ячейку палитры к синему, и фиолетовые тучи пронесутся Над птицами и людьми. И так до бесконечности смешиваются краски. Мы не являемся исключением из правил. Оставляем ровные линии на белом Полотне и ждём когда этот этап закрепится, просохнет на холсте. До конца. Синий так оконтует радужку Арсения словно он инопланетянин прилетевший попозировать только ему. — А ты профессионал? — Арсений ставит обувь на тротуар, поджимая Подмерзшие ноги. — Нет, студент, продающий картины за гроши — Шастун хитрит, ему не Обязательно говорить правду. — Буду верить, что однажды побываю на твоей выставке — Попов надеется на Следующую встречу. Шаст ухмыляется. Показаться начинающим художником и вызвать подобие сочувствия и слова поддержки, глупо? Увы, такой важный навык нужен всем и не важно на какой ступени карьерной лестницы мы находимся. Будь это даже лестничным проёмом, на котором происходит восстановление дыхания — перерыв от деятельности. — Я здесь бываю, раз в две недели, если хочешь посмотреть, на мой взлет, Приходи. Антон заканчивает работу, подходит к черноволосому, протягивая ладонь. Арсений приподнимается, чуть покачиваясь от долго сидения в непривычной позе. В долю секунду не заваливаясь на художника. — Ой, прости я, сильно сжал плечо?—актер отторгает грудь от одежды Собеседника. — Все в порядке, но твои тренировки окупаются, Арсений — подмигивает творец. Уста Арса трогает улыбка. Резко звонит телефон. Внезапные моторы так Привычны в нелегкой работе, Попов долго беседует с режиссером. Забывая о Существовании Антона и собственном портрете. Художник понимает, он сам такой Же, куратор выставки должен написать на почту часа через три. К хорошим Вестям, у него есть, то, что можно представить ценителям искусства. Он верит,Арс точно вновь появится рядом с ним, или как друг, или как самая яркая полоса в жизни. — Прошу прощения, товарищ-художник, срочно надо идти на кастинг. Приятно Было познакомиться — Арсений машет рукой и на бегу заказывает такси. Антон провожает сумасшедшего атлета и уточек бегущих за ним. Термос на Пледе и к нему сходятся дворовые коты в поисках тепла и заботы. Он хочет Крикнуть, ты забыл важную вещь. Вовремя осекается — лишний повод вновь Найтись на этом пруду среди клёнов, шуршащих под взмах кисточек.

***

Безалкогольные напитки помогают сохранить рассудок, Антон пьет крем-соду, Внимательно наблюдая за каждым посетителем. Куратор выставки небольшой Частной галереи дал понять — часть вырученных средств пойдут на благие дела. Шастун думает, ему это зачитается за искупление плохих дел. Только нервишкам Не поздоровится, слишком уж много критиков на один квадратный метр. Надо Бежать твердит сердце, но он прикован кандалами к картинам таких же, как он. Во рту неприятная сладость и от духоты мутит, художник хватается за голову видя, Как очередной «толстый кошелек» подходит к портрету Арсения. Его забирает в Свой омут ревность. Ведь только он видел настоящего «быдло» культурной Столицы во всей красе. — Тебе помочь? — леди подносит с подноса яблоко, наколотое на шпажку. Антон берет его, не замечая давнюю знакомую. — Шаст, не смей, к ней клеится, подумаешь, висит тут его картина — Журавлев щиплет Шастуна за нос — Звёздочка наша далёкая — Иди, иди мы сами разберемся — Антон подкалывает друга. — Ладно, как близкому человеку уступлю — Дмитрий вливается в их игру. Оля долго смотрит на попугаев неразлучников и тяжело вздыхает, нет бы Насладиться красотой. Эти двое устраивают балаган на ровном месте. Она Ставит руки, на бока недовольно прожигая взглядом кавалеров. Димка быстрее Исправляет ситуацию ,целуя девушку в лоб. Шаст вовремя отворачивается от Них. Все прекрасно, но не давите на больное, ребят, честно. — Так, что случилось, дружочек?—Дмитрий кладет руку на плечо. — Все окупится, я останусь в выигрыше, но больше не смогу встретить музу — он Вздыхает, стукаясь с ними стаканами. — О, наш мальчик встретил кого-то, интересно. — Я не уверен, что он вернётся, этот Арсений проклятая иллюзия подсознания — Тоха отпивает пару глотков и ставит с грохотом стакан. — Путано и ничего не понятно — Журавлев сочувственно смотрит в глаза Напротив. — Тебя заждались спонсоры, иди, я развеюсь. Влиться в толпу посетителей оказалось проще простого, Дима не успел Возразить, как след творца простыл. Антон замаскировался, и проскользнул к Картине увидев юную ценительницу искусства. Он сильно удивляется и Наблюдает, как девочка записывает, что-то в блокнот, рассматривая каждый Штрих. Его вгоняет в холодный пот, это похуже ваших критиков и историков, Мнение не искушённого зрителя. Десятью минутами ранее. Зал оказывается огромным и светлым. Арсений трёт глаза хаотично, вчера он вернулся довольно поздно и не смог Выспаться, благодаря Позову. Тот ворвался в его квартиру,имея запасные ключи, Растолкал его тело и заставил ехать на окраину Петербурга. Видите ли, у него Машина заглохла, а Савине для для доклада по изо надо описать картину художников двадцать первого столетия. Попов хотел предложить Диме оценить таланты Тео, и на крайний случай Барбарисыча. Поз отозвался, что больше никогда его ни о чем не попросит. Арсу стало стыдно. И вот в единственный выходной на неделе он проводит в картинной галереи в компании друга и его дочурки. Дима ошивается в туалетной комнате, у Арсения одно поручение следить за Савиной, но его вниманием завладевает переписка с режиссером спектакля. — Представляете, меня чуть не сдуло этой сушилкой — Дима быстро выбегает из пощения. — Хорошо, что ты лысик иначе мы бы не уложили твою шевелюру — подкалывает друг. Арсений ожидает громкого смеха любимой семейки, но видит испуганный взгляд Дмитрия. — Да, что ты не бери близко к сердцу! — Попов поправляет волосы. — Арсюш, а где моя дочь?— вопросительно спрашивает Поз. — Всмысле, тут же стояла… — Только не говори этого, чёрт голубоглазый, уйдешь отсюда без своего достоинства. — Я потерял Савину — Арсений моментально бледнеет. — Беги, Арс, беги — Дима начал надвигаться смерчем на несчастного. Попов тут же побежал по лестнице в ближайший выставочный зал, успев Притормозить у толпы. — ЭТО АРСЕНИЙ, ТОЧНО! — девочка указывала кистью на портрет. Антон, преисполнившись шоковым состоянием, стоял, не зная, что ответить Юному дарованию. — Савина, ты зачем убежала. Твой отец сейчас оторвёт мне то, чего у тебя нет! — испуганно произнес темноволосый. — Арс, Арс, смотри это ты — она указала на картину. Шастун хотел бы спрятаться за мольбертом, но к сожалению не находился Поблизости с ним. Художник не смог двинуться, кто же знал, что его обман Раскроется так скоро. — Это же, тот самый пруд и утки, Савин, а кто автор, прочти, пожалуйста. — Не нужно, милая леди, я здесь собственной персоной — Шастун улыбнулся Девчушке и поднял глаза на Попова. — Тот самый бедный художник, оказался не так прост, впечатляет, но флирт не Удался. — Чувствую себя стыдливо, хотелось вызвать у тебя интерес. Арсений подходит ближе и произносит шепотом. Это можно сделать и в моей спальне. Антон держится до последнего, но касается шеи актера проходясь пальцами, учащенное сердцебиение подстраивается под его дыхание — За ложь надо платить сладким, Антош — Попов облизывается. — Сходите покушать мороженого — Савина хлопает в ладоши, а потом бежит к Отцу. — Это зайдет за прощение, а Арс? — Шаст берет его за запястье. — Ещё автограф и мой обнаженный образ на твоём холсте, тогда я соглашусь. — Только попробуй не превзойти моих ожиданий, Арсений. Иначе все эти краски поблекнут раньше, чем я коснусь твоего сердца.