Как избежать наказания за убийство

Джисон упирался головой в плечо своего парня и заливался слезами. Это все было слишком паршиво. Возлюбленный Джисона нежно гладил его по голове и шептал о том, что все будет в порядке, что он сильный мальчик и они пройдут все это вместе. В глазах Минхо полыхал огонь — это чистая ненависть. Она распространяется по всему телу, заставляет руки и ноги дрожать, аж в глазах темнеет. Это — состояние аффекта? — Он снова домогался до меня, — через громкие всхлипы проговорил Джисон, и слезы из глаз потекли с новой силой. — Малыш, — Минхо сам еле держится, чтобы не заплакать, — Мы справимся с этим, поверь мне, — Минхо крепко обнял Джисона и поцеловал в лоб.

***

«Статья 107. Убийство, совершенное в состоянии аффекта. 1. Убийство, совершенное в состоянии внезапно возникшего сильного душевного волнения (аффекта) вызванного насилием, издевательством или тяжким оскорблением со стороны потерпевшего, либо иными противоправными или аморальными действиями (бездействием) потерпевшего, а равно длительной психотравмирующей ситуацией, возникшей в связи с систематическим противоправным или аморальным поведением потерпевшего, наказывается исправительными работами на срок до двух лет, либо ограничением свободы на срок до трех лет, либо принудительными работами на срок до трех лет, либо лишением свободы на тот же срок.» Минхо и Хёнджин — близкие друзья уже как лет 10. Парни считают друг друга чуть ли не за братьев, потому что они буквально росли вместе. они учились в одной школе, а сейчас в одном колледже, только на разных факультетах. Они видели друг друга в самых разных состояниях, делили друг с другом как хорошее, так и плохое. Они пустили друг друга себе в души и открыли доступ к сердцу. А еще они вместе снимают квартиру. — Хён, я нашел один сериал очень интересный, — улыбнувшись, парень завалился к Минхо на кровать, — Не хочешь посмотреть? Он очень интересный, серьезно. Минхо кивнул, послушно взял со стола ноутбук и дал его Хёнджину. — О чем он? Серий много?, — обычно, перед тем как соглашаться, Минхо задает эти два вопроса. Минхо вот вообще не фанат чего-то долгого, чаще всего смотрит что-то более-менее короткое. Из-за этого у него в списке «посмотреть позже» находится огромная куча всего. Но вряд ли он когда-нибудь притронется к этому.. — Суть в названии, — Хёнджин указал пальцем на экран ноутбука, на котором уже был включен сайт, на котором парни будут смотреть сериал, — «Как избежать наказания за убийство». А серий много, но, думаю, за каникулы управимся. Парни смотрели сериал буквально сутки напролет. Они просыпались, смотрели сериал, и ложились спать. И так по кругу, до самого финала. Им настолько понравилась эта юридическая тема, что Хёнджин захотел бросить дизайн, а Минхо лингвистический, лишь бы уйти в адвокатуру. Возможно, они очень впечатлительные. возможно, даже слишком.

***

Учебный день подошел к концу. Минхо сегодня должен был провести вечер со своим парнем, который учился в том же колледже, что и он, только на курс младше. Сегодня 14 февраля, так что Минхо с букетом цветов в руке уже подошел к аудитории, в которой только закончилась последняя пара Джисона. Только вот выходить он из аудитории не торопился. Минхо решил подождать. Прошло 5 минут, 15, 30, но Джисон так и не вышел. Минхо постучался в закрытый на ключ кабинет, но действий с той стороны никаких не последовало. Минхо начала пробирать злость. Он постепенно начинал стучать все настойчивее и настойчивее. Человек по ту сторону двери уже начал переживать за то, что дверь выломают, поэтому она все-таки открылась. А открыл ее Бан Чан — преподаватель по философии. Минхо и не сомневался в том, что выйдет именно он. А за его спиной стоял зареванный Джисон. На теле парня красовались бордовые укусы-засосы, щеки были измазаны в чем-то белом, а джинсы на коленях стали потертыми. — Тебе это вернется, — с полными глазами ненависти сказал Минхо. Парень еле сдерживался, чтобы не избить его прямо здесь на месте. — Охотно в это верю, — с довольной улыбкой проговорил Чан и закрыл дверь. Минхо взял своего парня за руку и быстро повел его из этого ужасного учреждения. Приехав домой, Минхо отвел Хана в ванную, чтобы тот умылся холодной водой, в надежде, что это поможет ему успокоиться. Минхо было очень больно наблюдать за тем, как его любимый только-только вытирает слезы, а спустя пару мгновений снова заливается ими. Хан уже более-менее успокоился. Минхо усадил его на диван, завернул в плед и принес горячий чай. — Ну ты как?, — очень осторожно начал диалог Минхо. — А сам как думаешь?, — Джисон издал смешок, а из глаза снова полились слезы. — Что он делал с тобой? — Он.. Он поставил меня на колени и, — Хан снова заревел, — Заставил меня взять в рот. Потом он кончил мне на лицо и сказал, что в следующий раз орального секса будет не достаточно, — проговорил Джисон через громкие всхлипы, — Он тянул меня за волосы, чтобы я заглатывал член целиком. У Минхо сердце разбивается с каждой такой ситуацией все больше и больше. Он наблюдает за тем, как его любимый человек просто потухает. Чувство безысходности разрывает тело, в горле встал ком, кровь в жилах кипит. А в голове только и крутятся картинки, на которых Минхо расправляется с Чаном самыми жестокими способами. Джисон наблюдает за выражением лица своего парня и немного пугается. Это — состояние аффекта? А помочь Минхо никак не может. Написанное заявление на Чана в полиции проигнорировали, администрация в колледже оправдывает его по неизвестным причинам. Наверное, просто не хотят лишних проблем. Аффе́кт — эмоциональный процесс взрывного характера, характеризующийся кратковременностью и высокой интенсивностью, часто сопровождающийся резко выраженными двигательными проявлениями и изменениями в работе внутренних органов. Это не просто эмоция. Это страсть, это кровь, это взрыв. Перед глазами темнеет, в голове пусто. Агрессия пробивает электрическим током, заполняет организм — это не просто чувство. Она течет по венам. Это состояние аффекта?

***

В колледже Хёнджин был местной звездой. Он кажется просто идеальным. Он хорошо учится, преподаватели очень любят его; он уверенный в себе и у него никогда не было проблем с самооценкой; вокруг этого человека всегда куча людей. Парень обладал слишком привлекательной внешностью: черные длинные волосы, острые черты лица, пухлые губы, подкачанный. Он являлся в мокрые сны даже гетеро парням, чего уж не говорить про девочек. Хван Хёнджин — черноволосый парень, которого любят все. Но он уже второй год любит светленького миловидного парня, который не воспринимает его в романтическом плане от слова совсем. Сегодня 14 февраля. По колледжу развешено много миленьких картиночек с котятами, зайчиками и признаниями в любви. А еще есть коробочка, в которую можно сложить валентинку и ее анонимно передадут человеку. Хёнджин, вдохновившись атмосферой, решил действовать. Как только он закинул в коробочку свое тайное послание, его милый друг подошел к нему и обнял со спины. Хёнджин сначала вздрогнул, а потом увидел маленькие ручки у себя на талии и сразу понял, кто находится сзади. — Привет, Хё-ён, — шепотом, на ухо, протянул феликс. Тело Хёнджина пробрало мурашками. Объятия со спины и теплое дыхание в ухо — это его слабость. Хотя, далеко не всегда и далеко не со всеми. Феликс — его слабость. — Привет. К концу учебного дня вахтерши распределили записки из коробки по конвертикам для каждого курса и факультета. Конвертики вывесили на стенд в холле, и вокруг них уже собралась куча. Феликс не рассчитывал на то, что ему что-то оставят, но на всякий случай решил проверить. «Дизайн, 3 курс. Ли феликсу. Нам надо поговорить, я буду ждать тебя в туалете на втором этаже» Феликс этого точно не ожидал. Он искал глазами в толпе Хёнджина, чтобы рассказать ему о записке. Не обнаружив друга, он направился в туалет. Хёнджин сидел на подоконнике и наблюдал через окно, как Минхо несется в сторону входа к колледжу с букетом цветов. — «Бежит к Джисону», — Хёнджин улыбнулся своим мыслям. Парень размышлял о том, какие же Минхо с Ханом милые. Хён никогда вживую с Джисоном еще не общался, но он уже довольно хорошо его знает через рассказы друга. Минхо, кстати, обещал в ближайшее время их познакомить, — «Надо будет напомнить ему», — пронеслось в голове, как вдруг дверь туалета открылась. — Хён, представляешь, мне записку кто-то оставил, — Феликс протянул Хёнджину записку, — Ты тут никого не видел? — Феликс, — хёнджин мягко улыбнулся, — Это я ее оставил. Феликс застыл в непонимании, ожидая продолжения. — Знаешь, за все это время ты стал для меня очень дорог. И то, что я сейчас скажу, вероятно, введет тебя в ступор, — Хёнджин отвел взгляд сторону, а потом глубоко вздохнул и перевел его на Феликса, — Я люблю тебя. Я очень сильно тебя люблю. Ты снишься мне каждую ночь. И я не могу это игнорировать. Хёнджин замолчал. Сердце билось в бешеном темпе, кажется, будто оно сейчас просто выпрыгнет из груди. Щеки порозовели, а руки затряслись. В глазах читается надежда на лучшее. — Я борюсь с этим уже два года. Я пытался заменить тебя, навязать себе чувства к другим, но у меня даже на минуту не получается поверить в их правдивость. Смотря на чужое белое лицо, я вспоминал твои красивые веснушки. Вспоминал, как считал их. Смотря в чужие голубые глаза, я представлял твои карие. Во всех людях я пытался найти тебя, или хотя бы что-то, что будет походить на тебя. Но это не то. Ты — это тот, кто мне нужен. И тебя никто не сможет заменить. — Я не гей, — равнодушно ответил Феликс и вышел из туалета. Хёнджин скатился на пол по стене, схватившись за голову. Слезы текут рекой, кажется, он скоро в них утонет. Утонет так же, как утонул в своих чувствах. Чуть успокоившись, Хёнджин вышел за пределы колледжа и направился в сторону остановки. Живет он недалеко, пешком идти минут 15-20, а на транспорте за 10 минут спокойно можно доехать. — Ну че, пидор, ты попался, — тяжелая рука легла на плечо Хёна, заставляя его остановиться. Хёнджин, с невозмутимым выражением лица, вытащил из ушей наушники и положил их в карман. Он пошел на остановку через ближайший двор, видимо, зря. — Могу чем-то помочь?, — парень все так же невозмутим. — От пидоров мы помощи не принимаем, — встрял в диалог парень, вставший напротив Хёнджина. Хёнджин на это лишь изогнул одну бровь в не понимании. Он повернул голову по сторонам, и на одной из них увидел Феликса, который стоял с довольной улыбкой. И тут он понял. В горле встал ком, а сердце болезненно заныло. Больно. — Ты серьезно?, — обращается к Феликсу, — Я признался тебе в любви, а ты решил натравить на меня своих друзей-амбалов? Рука человека, стоящего сзади, сильно сжала плечо парня. А Феликс рассмеялся. — А чего ты ожидал? Что я тебя по головке поглажу? Мне не нужны больные люди в окружении. А ты — больной педик. Твое место в дурдоме. — Ты просто конченый урод, — проговорил четко и громко. так, чтобы все слышали. После чего получил кулак в лицо. Человек сзади все еще крепко держал парня, чтобы тот никуда не убежал. Человек спереди продолжал бить его, оставляя синяки на чистой коже. А Феликс просто молча наблюдал за происходящим. Из глаз Хёна полились слезы, но боли он не чувствовал. Он полностью погрузился в свои мысли. Разочарование поглотило его. За этот час любовь к Феликсу превратилась в чистое отвращение. — «А ведь в какой-то параллельной вселенной мы вместе», — Хёнджин представлял это, лежа на асфальте. Раньше эти фантазии казались ему чем-то приятным, а сейчас у него не получается ощутить ничего, кроме отвращения. От парня отстали только тогда, когда на лице и некоторых участках тела красовались гематомы, а из носа текла кровь. — Я может и урод, но хотя-бы не голубой, — Феликс расплылся в наглой улыбке и ушел, оставив Хёнджина лежать на асфальте.

***

16 февраля. Сегодняшний день встретил Сеул довольно теплой для февраля погодой. На улице было хорошо. Солнце грело. А после ночного дождя, на улице было очень свежо. До конца рабочего дня оставался от силы час. Сынмин сидел в кабинете и, попивая свежий кофе, работал с отчетами. Парень мельком глянул в окно и засмотрелся на людей, проходящих рядом с офисом. Они выглядели спокойно, никто никуда не торопился. Сегодня в принципе день спокойный. Люди вокруг спокойные, на работе спокойно, везде спокойно. Сынмин продолжал наблюдать за улицей через окно, но его покой прервала открывшаяся дверь и запыхавшийся чонин, который принес какую-то пачку документов. — Тебя включили в новое дело. Сынмин воодушевился. Это явно что-то интересное. Его не сильно часто вызывают на какие-то дела, в основном, он работает с отчетами, потому что он — козырный туз. Сынмин признан самым лучшим детективом Кореи, и по каким-то несерьезным делам его стараются не дергать. — Снова какая-то важная шишка напилась, и ее избили ненавистники?, — хихикнул Сынмин. — Тут все куда интереснее — это убийство, — Чонин положил перед парнем папку с бумагами. — Полиция не справится?, — Сынмин не сильно впечатлен. — Убили сына губернатора. Они хотят поручить это именно тебе. — Понял, — Сынмин окинул взглядом бумаги, — Сделаешь мне кофейку?, — улыбнулся. — Хорошо, — Чонин улыбнулся в ответ и вышел из кабинета. Сынмин взглянул на время — 9 вечера. Тяжело вздохнув, он приступил к изучению бумаг. «Дело №414 об убийстве Бан Чана. Тело обнаружила родная сестра парня — Бан Ханна. Она сюрпризом приехала к брату в гости. Ханна позвонила в звонок — ей никто не ответил, постучалась в дверь — результат тот же. На всякий случай, Ханна решила подергать за ручку двери. Дверь открылась, а на полу лежал Бан Чан. Ханна, немедля, позвонила в полицию. Результат осмотра судмедэксперта показал, что это убийство совершено холодным оружием. Парню были нанесены два удара кухонным ножом — один в живот, другой — по сонной артерии. На месте преступления было найдено орудие убийства. На нем были обнаружены отпечатки пальец, а рядом с телом пару волосинок. Аналитики провели дактилоскопию и выделили ДНК из волосяных луковиц. Следствие выделило несколько подозреваемых, но самый главный из них — Ли Феликс. Результат экспертизы показал, что ДНК главного подозреваемого на 99,99% совпадает с ДНК из волосяных луковиц. Дактилоскопия выявила, что отпечатки пальцев, оставленные на оружии, на 100% совпадают с отпечатками пальцев Ли Феликса. Мотив совершенного убийства неизвестен.» — Я не понимаю, почему они мне дали дело, в котором есть несколько улик, указывающих на конкретного человека?, — обращался Сынмин к Чонину, не отрываясь взглядом от бумаг. — Хм, может, потому что жертва — сын губернатора?, — предположил Чонин, — Просто хотят лишний раз убедиться в том, что правильно вычислили убийцу. Это все-таки сын шишки, а не местного алкаша, поэтому и к этому делу органы относятся серьезнее, чем обычно. — Ты прав, это вполне логично, — Сынмин перевел взгляд с бумаг на подопечного и отпил кофе из кружки. Время было уже пол 11. — Смотри, твоя задача сейчас — позвонить Чанбину и сказать ему, чтобы он вошел в аккаунт Ли Феликса и поискал на него информацию. Нужно узнать их отношение друг к другу, кем они друг другу приходились и что их связывало между собой.

***

19 февряля. В зале очень красиво. Он сам выглядит престижно, богато. Стены зала позолочены, а пол — это чистый мрамор. Огромные красивые люстры освещали помещение, во время того, как гости находились за столом. А после праздничного тоста, свет погас, и включился проектор звездного неба. Вокруг была куча людей «бизнес-класса»: кто-то танцевал, в красивых ночных платьях; кто-то не мог остановиться уплетать вкусности на столе; а кто-то, как и сам Феликс, просто сидел на диванчике и спокойно попивал дорогое шампанское. Музыка играла весь вечер. Сначала из колонок играло что-то энергичное, праздничное, а сейчас, когда гости успокоились, включился медляк. — Нравится?, — к Феликсу, который наблюдал за танцующими парочками, подошел его отец. — Шампанское вкусное, проектор красивый. — Я рад, что тебе понравилось, — Ли старший присел на диван к сыну, — А ведь когда меня не станет, это все достанется тебе, — отец мягко улыбнулся. — Ты перепил? Не говори так, тебе только сегодня исполнилось 58. Еще вся жизнь впереди! — Ликс, — отец улыбнулся через подступившие к глазам слезы и посмотрел на сына, — У меня рак. Мне осталось от силы 2 месяца. Феликса будто оглушило. Отец продолжил что-то говорить ему, но он не слышал ничего. В ушах громко зазвенело, а на лице застыл тихий ужас. Парень забыл, как дышать. Легкие начало сильно сдавливать, а в горле встал ком. Мысли в голове начали путаться, и единственное, что Феликс сейчас слышал и чувствовал— это ускоренный пульс своего сердца. Он ощущался каждой частичкой его тела, каждым органом. Феликс заметно побледнел, руки сильно затряслись, а в глазах очень сильно потемнело. Очнулся Феликс в своей кровати, часов в 10 утра. — «Может, все это — сон?»,— первая мысль при пробуждении. На тумбочке рядом с кроватью Феликс обнаружил стакан воды и свой телефон. Парень лежал и бесконечно прокручивал вчерашний разговор с отцом у себя в голове. Сердце болезненно заныло, а из глаз в несколько ручьев полились слезы. Но из наступающей истерики его вывел телефонный звонок от неизвестного номера. — Ли Феликс, здравствуйте, с вами говорит следователь — Бо Рам. Вас вызывают на допрос по делу убийства Бан Чана. Прийти в участок можно сегодня с 13 до 16. — Что?, — Феликс просто выпал, — В смысле? — Вы числитесь как один из подозреваемых, мы ждем вас в участке, — звонок сбросился. Феликс поник еще больше. Он завис, смотря в одну точку. — Может, это — сон? Парень ущипнул себя, но не проснулся. Он ущипнул себя еще несколько раз, только гораздо сильнее, чем в первый. На месте щипка остались маленькие красные следы. Парень снова начал прокручивать слова своего отца и слова следователя у себя в голове. К горлу снова подступил ком, руки затряслись, мышцы рук и ног сильно зажались, челюсть затрясло и защемило, зубы стучались друг об друга, и вновь начало сдавливать легкие. Парень начал задыхаться. Глаза уже опухли от соленых слез. В голове крутится куча тревожных мыслей, Феликс ощущает этот страх и панику каждой частичкой его тела. Ему кажется, что он сейчас просто умрет. Но через какое-то время, паническая атака отступила, и его дыхание выровнялось. Атмосфера в помещении царила не сильно уютная. Серые стены, серые стулья и серый стол стояли на середине комнаты. От нахождения здесь тело уже покрывается мурашками. — И так, Ли Феликс, вы вызваны на допрос по делу убийства Бан Чана, как главный подозреваемый. Вы имеете право на разговор в присутствии вашего адвоката. Начнем? — Что? Почему главным подозреваемым?, — парень сильно испугался. — В каких отношениях вы состояли с Бан Чаном? — Он был близким другом моего отца и по совместительству моим преподавателем по философии в колледже, — дрожащим голосом проговорил Феликс. — Где вы были в ночь с 15 на 16 февраля? Это ночь, в которую произошло убийство Чана. Феликс замялся. Он абсолютно ничего не помнит про ту ночь. Ему как-будто просто кусок из памяти вырезали. — Дома. — Правда ли, что вы состояли в романтических отношениях? И тут Феликс не на шутку испугался. В глазах читался страх, руки сильно затряслись. — Я имею право хранить молчание, — парень старался хоть чуть-чуть добавить уверенности в голосе. Следователь хихикнул. — Как вы объясните то, что на орудии убийства аналитики выявили ваши отпечатки пальцев, а на теле были волосы, ДНК луковиц которых совпадает с вашим ДНК? Феликс опешил. Брови поднялись от ахуя с происходящего, а глаза стали по 5 копеек. — Последний вопрос: признаете ли вы себя виновным в содеянном преступлении? — Абсолютно нет, — твердо ответил парень. — Ну, что ж, спасибо, что пришли, — Бо Рам встал из-за стола, — Суд по этому делу назначен на 28 число. Вы имеете право сам представлять себя перед присяжными, но настоятельно рекомендую воспользоваться услугами адвоката. Увидимся в суде, — следователь покинул помещение. А Феликс застыл на месте. Его подставили? Но кто? Почему? А может, это карма? Сына богатенького бизнесмена, которого никогда не наказывали за содеянные поступки, обвиняют в убийстве. Сына, которого родители отмазывали всегда и везде. Сына, который никогда ни в чем не нуждался. Сына, для которого было нормой разбрасываться людьми и очень негативно влиять на их судьбы. Больше всего, наверное, Феликсу стыдно за то, как он поступил с Хёнджином, потому что тот действительно был ему дорог. Феликс то сам гей, но ему слишком хотелось угодить своим друзьям. Они бы ни за что не приняли его таким. А уж тем более, они бы не приняли его «голубых» друзей. Это точно карма. За ним слишком много грехов. И ему просто нужно принять эту участь.

***

14 февраля. Минхо и Хён сидели на диване и пили горячий чай с лимоном. День не задался у обоих. Хёнджин рассказал другу обо всем, что произошло сегодня; они поплакали вместе, успокоились. А сейчас сидят уставшие и вновь обсуждают сериал, который смотрели на зимних каникулах. — Мне кажется, что совершение убийства — это приговор. Все равно где-нибудь да проколишься, даже если ты очень умен. — Хён, а теперь зайди в интернет и посмотри, сколько процентов преступлений, хотя бы за последние 20 лет, были нераскрыты. Хёнджин послушно открыл интернет и очень сильно удивился прочитанному там. — Ладно, ты прав. — Поэтому, если убийца действительно умен, можно спокойно остаться на свободе, — подитожил Минхо. — Ну, это все равно все очень сомнительно, — Хёнджин серьезно задумался, — Как понять, что ты достаточно умен для того, чтобы совершить это? — Если ты в состоянии просчитать каждый свой шаг и каждый шаг своей жертвы. Нужно выяснить его близких или ненавистников. Убийство же чаще всего совершают близкие люди жертвы. Нужно анализировать каждое свое действие, и по максимуму следить за осторожностью, — Минхо задумался, — Тут очень много нюансов. — Ну, вообще, вполне логично. В комнате повисла тишина. А у Минхо выражение лица резко сменилось на веселое. — Ты чего?, — поинтересовался у друга Хёнджин. — Помнишь, я тебе говорил, что Бан Чан домогался до Хана?, — Хёнджин кивнул, — Уже как месяца два он не просто домогается, а, — Минхо погрустнел, — Насилует его. — Чего?, — Хёнджин впал в ступор. — И знаешь, чем чаще я вижу довольную рожу этого подонка, тем больше я понимаю, что я способен совершить убийство, — очень агрессивно проговорил Минхо.

***

21 февраля. До суда оставалась неделя. Сынмин изучил это дело досконально, проверил несколько раз все улики и все результаты судмедэксперта. Абсолютно все улики указывали на то, что совершил убийство именно Ли Феликс, Сынмин и не сомневался в этом. Он установил порядок совершенных действий, во время нападения на умершего. А еще он выяснил, что Бан Чан состоял в романтических отношениях с главным подозреваемым — вот и мотив. Со Чанбин — айтишник, работающий на детектива Ким Сынмина. Взломав соцсети главного подозреваемого, он обнаружил переписку, в которой жертва и подозреваемый общались очень неформально. Даже слишком неформально. Парни скидывали друг другу фотографии своих обнаженных тел, часто говорили о любви друг к другу. Ким Сынмин считает, что мотивом Ли Феликса для убийства своего любимого являлась ревность. Бан Чан был женат уже 5 лет на женщине, а Ли Феликс был его любовником года два. Бан Чан в течение года говорил ему, что жену он не любит, и совсем скоро уйдет от нее, но этого так и не произошло. Есть мотив, есть улики. Сынмин считает, что это дело почти закрыто. Осталось только дождаться судебного процесса. Тем временем следователь Бо Рам проводил допрос среди студентов Бан Чана. Проверив больше ста студентов, он уже конкретно так устал, его концентрация на пару с внимательностью заметно понизилась. Но во время допроса очередной девушки, он начал замечать, что она знает больше, чем остальные. Он загоняется? Или это интуиция? Шестое чувство? Все гораздо проще. Язык тела. Хван Йеджи пытается показать себя как можно увереннее, и у нее даже получается, только вот ей стоило бы поработать над другим аспектом. «Тот, кто врет, обычно чаще моргает. Его веки дольше остаются закрытыми, нередко проявляется желание беспричинно потереть глаза. Существует еще один необычный факт: взгляд правши, направленный вверх и влево, свидетельствует о воображении, а вверх и вправо — о воспоминании. В ходе беседы может происходить несовпадение сказанного и эмоциональной окраски лица. Если человек говорит искренне о том, что ему плохо или, наоборот, очень хорошо, то его речь и телесные реакции, мимика совпадают. Если он говорит, что грустит, страдает, а скорость проявления страданий на лице не синхронизируется с речью — собеседник обманывает. Также специалисты советуют не упускать из виду жестикуляцию, которая происходит неосознанно, не контролируется.» Врать Йеджи совсем не умеет. — ..В общем, я не имею никакого отношения к этому делу. Наводящие вопросы на допросе строго запрещены, поэтому Чан Бин решил просто взять ее на понт. — Йеджи, — следователь мягко улыбнулся, — Мы все знаем. — Что?, — Йеджи пыталась сохранять спокойствие, но на лице выступили предательские капельки пота. — Если ты сейчас же не расскажешь все, как оно есть, то до проведения судебного процесса тебе придется проводить время за решеткой. И Йеджи сломалась.

***

14 февраля. — Мне правда нужна твоя помощь, — Минхо, вновь входящий в состояние неконтролируемой агрессии, положил руки на плечи Хёнджина, заглядывая ему прямо в душу. — Я готов тебе помочь. 21 февраля. Телефон, лежащий на тумбочке рядом с кроватью, зазвонил, когда парни лежали на кровати Хёнджина и смотрели что-то на ютубе. Настроение у парней было хорошее, Хён и Минхо сегодня хорошо провели время вместе: сначала они гуляли, потом сходили в кино, а сейчас лежат и отдыхают. Хёнджину получилось хоть на какое-то время отвлечься от всего, что происходит вокруг. — Йеджи звонит. Минхо тоже сегодня чувствовал себя вполне хорошо, только вот с момента, как он проснулся, он ощущал себя тревожно. В какие-то моменты у него получалось перекрыть тревогу другими чувствами, эмоциями; но далеко не всегда. Причин для нее он не видел. Может, это интуиция? Может, шестое чувство? А может, он просто загоняется? — Блять, ты просто конченая идиотка!, — начал кричать в трубку парень, чем нехило напугал сидящего рядом Минхо, — Хватит оправдываться! Хёнджин выглядел очень злым и напуганным. — Что ты им сказала?, — Хён чуть под успокоился, — Ты просто дура, Йеджи, он тебя тупо на понт взял. Каким образом он бы посадил тебя, не имея прямых доказательств? Минхо начал понимать, почему весь день его мучала тревожность. — Я тебя понял. До скорых встреч в зале суда, моя дорогая Йеджи, я искренне благодарен тебе!, — разъяренный Хёнджин повесил трубку. Минхо уже хотел спросить, что происходит, но не успел. Внимание парней привлек звук слетевшей с петель двери и шагов, приближающихся к комнате. — Облава. Нам пиздец, — в заключение сказал Хёнджин. На это Минхо лишь истерически рассмеялся.

***

— Вы клянетесь говорить только правду и ничего, кроме правды? — Клянусь, — пробормотал Минхо. Парень чувствовал себя очень плохо. В зал суда, для поддержки, пришли несколько приятелей Минхо. Они все выглядели очень опечалено. Только вот Джисона здесь не видно, может, опаздывает? Минхо очень хочет увидеть его сейчас. Минхо молчит, пытается собраться с мыслями, но в миг его разум затуманился, в ушах зазвенело, а перед глазами всплыли воспоминания с вечера 15 февраля. Хван Йеджи была довольно близкой подругой как для Хёнджина с Минхо, так и для Феликса. И они решили воспользоваться этим. — Нет, я не хочу в этом участвовать!, — твердо решила Йеджи. — Да что ты?, — хихикнул Хёнджин, — Может, мне стоит рассказать полиции и твоей матери о том, кто убил твоего отца? Услуга за услугу, подруга, — проговорил с издевкой. Йеджи заметно поменялась в лице. Сломалась. — Хорошо, я помогу вам. После соглашения Йеджи, парни начали подготовку к преступлению. В колледже, Минхо попросил у Феликса расческу для волос. Получив ее, он незаметно собрал пинцетом штук 5 волосинок Феликса и положил их в маленький зип-пакет. Хёнджин пошел в магазин ножей. Он купил два одинаковых среднего размера ножа. Рукоятка у них была черная, сами ножи были очень хорошо заточены. После того, как Феликс покинул столовую, в которой он пил апельсиновый сок, Хёнджин подошел к столу, за которым до этого сидел Феликс, прилепил скотч к местам на стеклянном стакане, на которых были видны отпечатки пальцев Феликса, и, убедившись, что они отпечатались на скотче, засунул его в маленький зип-пакет. Внешний вид парни продумали после того, как вернулись домой из колледжа. 18 часов вечера. Минхо сделал звонок Йеджи. Пора начинать. — Феликс, привет, — девушка позвонила другу, — Ты не занят? Не хочешь встретиться минут через 20? Я очень хочу сходить на водопад. — Привет, да, можно, хорошо. Давай тогда там и встретимся? — Хорошо, до встречи. Перед тем, как выйти из дома, Феликс предупредил маму, что идет на встречу с Йеджи. На назначенном месте парень был уже через 20 минут, но подруги он там своей не обнаружил. А потом его резко ударили по голове чем-то тяжелым, после чего он моментально потерял сознание. Хёнджин и Минхо были одеты в абсолютно идентичную одежду: штаны у них были черные и очень широкие, на ногах красовались черные new rock, их тела закрывали черные водолазки с горлышком, а руки закрывали кожаные черные перчатки. Волосы парни залакировали в несколько слоев, на головы надели черные мусорные пакеты, в которых, предварительно, сделали вырезы для глаз; а закрепили они все это черными капроновыми колготками. — Вырубился, — сказал Хёнджин, держа светленького парня за плечи. Минхо кивнул. Хёнджин посадил Феликса на спину к другу, и тот направился в сторону заброшенного здания, в котором они решили оставить Ликса. На выходе из леса, Минхо снял с головы колготки и пакет, чтобы не вызывать подозрений у прохожих. Минхо положил Феликса недалеко от входа в здание. Он достал из сумки заправленный наркотическим веществом шприц и ввел препарат в вену Ликса. Шприц он закопал под кучей мусора, находящегося рядом с телом светленького парня. Дальше, по плану, друзья должны приехать в родительский дом Минхо, передний участок которого снимает камера, висящая рядом на столбе. Убедившись, что камера работает, парни прошли в дом — это их алиби. Оставалось несколько часов до выхода, парни успели загримироваться и все подготовить. Ровно в 9.30 они вышли с другой стороны дома, через окно, чтобы камера не засняла их уход. Свои телефоны парни оставили дома, чтобы, если что, их не выдала геолокация. Одежду Хёнджин и Феликс оставили ту же самую, единственное, что изменилось — они разукрасили белым гриммом свои лица, вокруг глаз сделали черные круги. На головы они снова натянули черные капроновые колготки, а на нос надели свиной пятачок. Подойдя к двери, которая ведет в квартиру Чана, Хёнджин нажал на звонок. Как только дверь открылась, Хёнджин вонзил нож в живот Чана и провел им вниз, создавая огромную рану. Кровь хлестала фонтаном. Чан и крикнуть не успел, он согнулся от боли, а Минхо моментально перерезал ему сонную артерию. Крови стало еще больше. Все стены были испачканы в ней, а на полу, вокруг тела Чана, образовалась огромная кровавая лужа. Дома, кроме Чана, никого не было, потому что его жена уехала в командировку. Соседи тоже ничего не слышали. Чану никто не смог помочь. Минхо достал из сумки зип-пакетик со светлыми волосами и пинцетом раскидал их по коридору, а Хёнджин скотчем перенес отпечатки пальцев Феликса орудие убийства. Он положил нож рядом с телом Чана, прикрыл за собой дверь, и парни покинули квартиру. По мнению Минхо, единственное, что они упустили в своем плане, так это то, что это убийство является преднамеренным, а не в состоянии аффекта. Слушание Минхо пришлось досрочно остановить. Как только истец задал первый вопрос парню, у него начался приступ эпилепсии. Его глаза сильно затряслись, а потом закатились наверх; он упал на пол и начал биться в трипе, пока изо рта текла пена. Он кричал что-то невнятное про мерцающие перед глазами цветные фонарики и бесконечное количество раз повторял одно и то же имя — Джисон. «Отчет о деле №414. Убийство совершенно посредством двух физических лиц. Хван Хёнджин наказывается лишением свободы на 8 лет по статье №105 (предумышленное убийство) Хван Йеджи наказывается лишением свободы на 2 года по статье №316 (укрывательство преступлений) Ли Минхо признан психически-нездоровым. На осмотре, психиатр диагностировал ему шизофрению, в следствие чего, Ли Минхо положили в психиатрическую больницу на неопределенный срок.»

***

Минхо находится в психиатрической больнице уже второй месяц. У него ощущение, будто с каждым днем, проведенным здесь, он сходит с ума еще больше. Белые стены абсолютно не вызывают доверия, а от людей, лежащих с ним в одной палате, мурашки по коже бегут. В первый месяц Минхо периодически начинал буянить. Он царапал стены ногтями, бился об них головой. А иногда разговаривал со своими зрительными галлюцинациями. Действовали на него только успокоительные, которые ему внутривенно вводили санитары. На второй месяц Минхо под успокоился. Сильные таблетки от приступов начали помогать, и впадал в неуравновешенное состояние он относительно редко. Сегодня санитары поспрашивали у Минхо что-то по поводу его самочувствия. Поняв, что утренняя таблетка уже подействовала, и парень в адеквате, они выдали ему его телефон на час, чтобы он связался с близкими. Получив его, первым делом, Минхо зашел в соцсеть, чтобы написать своему возлюбленному. Зайдя в чат с Джисоном, Минхо обнаружил, что в нем нет никаких сообщений. Просто пустота. @minho Привет, Хан. Ты как там? Прости, что пропал, у меня были проблемы. Но зато, я сделал так, что Чан больше никогда не притронется к тебе. Я, кстати, очень сильно люблю тебя, кот. Я очень скучаю и очень жду встречи с тобой @jisung Привет, а ты кто, мы знакомы? Хаха, ты говоришь про профессора Чана? Он никогда не притрагивался ко мне. Ты, наверное, что-то перепутал? @minho Ты чего, Джисон? Я про Чана, который насиловал тебя. Я разобрался с ним, теперь он никогда не сможет до тебя дотронуться. Я люблю тебя! Очень сильно Джисон, ничего не ответив на сообщения от парня по ту сторону экрана, решил позвонить своему лучшему другу. — Привет, Ликс, — Хан захихикал в трубку, — Помнишь того шизофреника с лингвистического факультета? — Ты про Минхо? Который липнет к тебе вечно?, — поинтересовался Феликс. — Именно, — Джисон засмеялся, — Он походу совсем с катушек слетел, напридумывал себе там что-то. Он мне написал сейчас. Сказал, что любит сильно, скучает, ждет встречи; и что он разобрался с Чаном, который «насиловал» меня. — Ужас!, — Феликс рассмеялся, — Лучше заблокируй его. Кто знает, что еще может выкинуть этот больной.