Истрёпан мундир...

Истрёпан мундир, и погоны уже не блестят, И звёздочки — по три на каждом — совсем потускнели. На флангах — увы — пулемёты уже не стучат. Оттуда, скорее всего, отступить не успели. И что же осталось? Увы, господа, Противник подходит все ближе и ближе, И пройдена им уж вон та вот гряда, Но он напирать продолжает бесстыже. И видны уже их заросшие лица, Картуз с кривобокою красной звездой, Винтовки в руках, и бегут вереницей… И скоро уж сдавят, как будто стеной. «Эй, прапорщик, ленту!», — приказ полухриплый, Сквозь зубы процеженный, рвётся из уст. Лицо перекошено полуулыбкой. «Готово!». И палец вновь давит на спуск. Нам дали приказ — удержать оборону На узком участке, что меж двух озёр. Но трудно противостоять батальону Одной только ротой… Да, в общем-то, вздор! Казалось, недавно — бежали, летели, К могущественной полноводной реке. И красных громили, и двигались к цели, Достигнуть готовясь в финальном броске. Теперь же — увы — роли переменились, И вряд ли уж сдержим напора врагов. И вот — отступленье, и вот — откатились, Отходим назад с прежних тех секторов. Какая ж досада… «Держаться, ребята, Покуда Господь души наши не принял к себе!». Приказ еле слышен — гремит канонада. «Неужто сдадимся мы им — голытьбе?!». Эх, штабс-капитан — набок сбита фуражка — Давно ли у турок ты брал Эрзурум? Теперь — все иначе… И вышла промашка… Враг переменился, и лик твой угрюм. Сломались устои, традиции пали, Взамен — ничего… Только смерть и раздор… Кого-то убили, кого-то предали, Отныне вся жизнь — лишь один форс-мажор. А враг наступает… Винтовки стреляют, И штабс-капитан — он как будто уснул. К груди руку граф молодой прижимает И шепчет… И к небу лицо повернул… Не знаю, получится ли удержаться, И красных к реке Мияс не подпустить. И в город не дать им войти и прорваться. Не знаю… И вот, продолжаю гашетку давить… Их пало немало, но там, на подходе, Их больше ещё. Что же делать теперь? Пора бы задуматься и об отходе. Да так, чтобы было поменьше потерь… Увы! Окруженье. И с флангов зажаты. Так что ж остаётся? Лишь пуля в висок. Замолк пулемет… Губы нервно поджаты. «Поручик… Патроны закончились… Всё…».