Help me forget || Помоги мне забыть

Помоги мне забыть. Они часто просили об этом. Но мольба о помощи осталась неуслышанной жестоким миром и всегда сопровождалась пьянящей смесью боли и удовольствия, которое ни один из них не сумел избежать, и всё же… Тодороки Тойя мёртв. От него ничего не осталось – всё превратилось в пепел, и Ястреб освободился из клетки, называемой геройской жизнью. Но даже после того, как его причуда исчезла, даже после того, как он поклялся сохранить тайну и был освобождён от работы героя, он всё ещё чувствовал себя опустошённым. Никогда раньше он не давал себе времени ни думать, ни чувствовать, всегда стремясь в сладкие объятия этого восхитительного скрипучего голоса, ведущего его к блаженному побегу от реальности. И ещё здесь, где он всегда оставался один – в этом самом месте умерла часть его самого молча желая, несмотря на боль, чтобы этот единственный человек, который сумел заставить его забыть, который заставил его улыбаться вернулся из мёртвых еще раз. И все же, какое право он имел несмотря ни на что любить его и так эгоистично оберегать? Он никогда по-настоящему не доверял ему и у него не было причин для этого, ибо Кейго был никем и всего лишь марионеткой комиссии. Их отношения просто были средством для достижения цели, и эмоциональная привязанность Кейго была ошибкой, фатальной ошибкой. Он был никем и всего лишь помехой. Он понимал, что ничего не знает о человеке, которого столь эгоистично любил, но он делал бесполезные попытки найти в Даби что-то хорошее, найти того, кого можно спасти, найти в нём кого-то человечного. Но всё же он никак не ожидал, что, впервые почувствовав вкус свободы, он опьянеет настолько, что ощутит себя пойманным в ловушку. Поистине, печальная двуличность. Главной проблемой Ястреба было то, что он знал только о настоящем злодея, но никак не о его прошлом. Никогда не знал о ночных кошмарах, что преследовали его каждую ночь, никогда не знал о переживаниях и постоянной тревоге, он никогда не знал Тодороки Тойю и видел в нём лишь Даби, осознание чего причиняло лишь ещё больше боли. Однако, Тойя умер много лет назад, оставив после себя только Даби. Того самого Даби, которого он видел, которого он любил, которого он и немногие избранные знали настоящего – но все из них теперь были мертвы. И даже когда ни один из них не был кем-то неповторимым, неописуемая связь между Даби и Ястребом была. Это было одновременно отвратительно опьяняющим и в то же время мучительно одиноким.        И всё же они знали, что судьба посмеётся над их скромными попытками, с предвкушением наблюдая, как их танец огня наконец подойдёт к концу, превращая всё в пламя. Впервые за долгое время Ястреб позволил себе горевать. Плакать. Не из-за Тойи. Не из-за радости. Не из-за тех, кого он не смог спасти. Нет, в этот раз эти слёзы были из-за Кейго и из-за того, что он возможно потерял. Хотя теперь, когда знание всей правды давало ему, бесспорно, столь необходимую связь, бывшему герою оставалось только размышлять о нескончаемом «а что, если». ПОМОГИ МНЕ ЗАБЫТЬ Произнося отчаянную прощальную мольбу, Ястреб покинул пик Секото. И стал последним, кто оставил Тодороки Тойю позади. И всё же остался один, последний вопрос, который всегда будет преследовать героя: Действительно ли он хочет этого?