Не моё поле боя

      Она стояла в углу зала, оглядываясь по сторонам, окружённая молодыми солдатами в парадной форме. Торжественный бал всё никак не заканчивался, и юноши, видимо, пытались пригласить её — неожиданно для всех, облаченную в длинное платье глубокого винного цвета — на танец. Удивительно, но все они разом умудрились забыть, как в обычное время разбегались кто куда, лишь бы не находиться рядом с чокнутой исследовательницей.       Мне стало тошно от их глупых улыбающихся лиц и самодовольных поз. Те, что стояли поближе, выглядели совсем нагло, облокотившись о стену и склонившись над Ханджи. Если бы хоть один из них только взглянул на неё — на неё, а не на её платье — сразу заметил бы, какой уставшей она была. Да, она старалась вежливо улыбнуться каждому, но глаза за стеклами очков без оправы оставались безучастными. Я знал, что она три ночи подряд сидела над бумагами по последнему эксперименту, а солдаты не знали. Хотя даже если бы и знали… Им такое не слишком интересно.       Я в конце концов направился в их сторону. — Чего встали, заняться нечем? — я окинул их холодным взглядом. Они тут же сжались и принялись здороваться и извиняться. — Раз так, конюшни сами себя не почистят. Желающие?       Услышав про возможность получить лишнюю работу от капитана, солдаты окончательно испугались и поспешили разойтись по залу. От их былой самоуверенности не осталось и следа. — Всё нормально? — я обратился уже к ней. — Фух, спасибо, Леви, они мне уже порядком надоели, — было видно, что Ханджи только сейчас позволила себе расслабиться. Она сняла очки и стала вытирать их об атласные складки платья. Это выглядело… непривычно. — Что бы я без тебя делала, а? — Могла бы отпугнуть их своими рассказами о титанах. Это я так, на будущее, — я усмехнулся. — Мелюзга вконец обнаглела. Этим идиотам лишь бы внимание от красивой женщины получить, а уместно ли это — им плевать…       Я что-то говорил, а мой взгляд всё лежал на складках тёмно-красной ткани. Она переливалась на свету и каким-то образом даже завораживала. Мне вдруг захотелось прикоснуться рукой к ткани и понять, в чем же фокус. — Значит ли это, что я красивая? —Зоэ засмеялась.       Я опешил. Посмотрел на нее, чтобы понять, в самом ли деле она ждет ответа на свой вопрос, но так и не понял. — Ханджи, тебя считают самым умным человеком в Разведкорпусе, а ты задаешь такие глупые вопросы?       Я не умел говорить на такие темы — не моё поле боя. Пришлось встать рядом с ней — спиной к стене, чтобы она не видела моего лица. Я скрестил руки на груди. Мы смотрели на гостей, которые смеялись, о чем-то увлеченно болтали и танцевали. В зале было шумно и душно, меня это раздражало, но покидать мероприятие раньше времени не было дозволено. — Ты так ни с кем и не потанцевала? — Не-а, с ними не потанцуешь.... — А мне казалось, ты не хотела танцевать. С кем же бы ты согласилась?       Может, зря я вообще встрял. — Этот человек... Не особо любит танцы.       Я посмотрел на вальсирующих. Многие двигались неуклюже, но всё-таки наслаждались процессом. Немного помолчав, я решил, что должен спросить: — И кто же этот человек? — Я обернулся к ней. — Ну… — она склонила голову и, чуть прищурившись, посмотрела на меня. — Допустим, ты. — А.       Я опять не знал, что сказать. Уставился на нее и набрал воздуха в легкие, но голос раздался как-то тихо: — Ты хотела, чтобы я пригласил тебя на танец? — Да я просто…       Я молча протянул ей ладонь. Почему-то это простое движение заставило меня волноваться, и я нервно ждал её ответа. Она с радостным изумлением смотрела мне в лицо, не веря своим глазам — ещё никто никогда не видел, чтобы я танцевал. Так что её замечание про мою нелюбовь к танцам было вполне справедливо. Она наконец взяла мою руку и потащила ближе к центру паркета. В этой стороне зала было не так много пар, и лишь это меня немного успокаивало.       Я положил правую руку ей на талию и немного притянул к себе. Я почувствовал, как тепло приливает к моим ушам. Ткань оказалась приятной на ощупь и слегка ускользала из-под пальцев. Ханджи положила мне одну руку на плечо, а вторую, которую держала мою ладонь, подняла в воздух. — Надеюсь, ты знаешь, как это делается… — пробормотал я. — Разберёмся, — она улыбнулась и повела нас в танец.       Мы начали двигаться, но это оказалось гораздо сложнее, чем я думал. Сердце колотилось, голова начинала кружиться, а ноги не хотели слушаться. Я всё продолжал наступать Ханджи на туфли, а она смеялась с каждого моего «прости». Я отчаянно старался держать дистанцию. — Не волнуйся, я ничем не лучше, — успокаивала она меня. — Ага…       Я не понимал, как правильно держать её, куда смотреть. В глаза смотреть не получалось, вперед - тоже, так что я уставился на свою обувь. Танец был неловким и неуклюжим, но какая-то часть меня радовалась тому, что она сейчас была со мной. — Хэй, музыка стала медленнее… Мы можем немного отдохнуть.       Она вдруг перестала кружиться, обвила мою шею обеими руками и начала просто покачиваться из стороны в сторону в такт музыке.       Моё дыхание замерло, я не мог пошевелиться. Лицо горело, а она, в своем роскошном платье, смотрела на меня, как ни в чём не бывало, с задорной улыбкой. Я обхватил ее талию теперь уже двумя руками и притянул Ханджи еще чуть ближе, не отводя от нее глаз.       Она наклонилась к моему уху и прошептала: — Я почти слышу, как бьется твое сердце.       Ещё немного, и оно бы на самом деле выскочило из груди. Я был весь в напряжении, чувствовал, как сжимается странный ком в области солнечного сплетения. Я ответил ей ещё тише, так, чтобы услышала только она: — Заткнись, я… я в курсе. Ты слишком близко…       Она немного отодвинулась и посмотрела на меня уже другим, немного даже виноватым взглядом. Теперь лицо заливалось краской и у неё. Вспомнила, наверное, что-то про нормы приличия и личное пространство. А я думал о том, как хорошо этот румянец сочетался с цветом её платья. — Прости, Леви… Мне лучше... — смущённо начала она, убирая с меня свои руки. — Нет... Не смей.                          Мой голос наверняка прозвучал грубо, но мне уже не было до этого дела. Я не хотел, чтобы она уходила, был готов танцевать здесь хоть до самого утра, лишь бы она была рядом. Она сводила меня с ума своей близостью, но я, кажется, был не против. Я обнял её крепче за талию, и мы продолжили наш танец.