Добро пожаловать в Сердце Вселенной!

-Лололошка, не дай ему себя проглотить, — и с этой фразой Джон, вальяжно закинув руки за голову, откинулся спиной прямо в пасть неизвестному монстру. «Не удивлюсь, если он подмигнул». Невольно проскочила у меня мысль, которую быстро смел второй монстр, приветливо открывший пасть мне навстречу. Зубы сомкнулись, закрывая путь к спасению и оставляя наедине с непроглядной тьмой. Его шершавый язык прижал меня к нёбу, и я с ужасом подумал, что он собирается меня проглотить. Однако язык замер, держа меня в тисках, и я не сдержал стон облегчения, что моя догадка не подтвердилась. И кажется, судя по нарастающему напряжению в теле, монстр стремительно спускался? летел? падал? вниз, в непроглядную тьму, которую я успел рассмотреть, как только Джон перенёс нас сюда. Вот только куда? Мысли проносились в моей голове, как этот монстр, что проносится сквозь толщу пустоты. Первая волна страха и паники отступила, и на смену пришла лёгкая тревожность (за себя) и накипающая злость (на Джона). Как только я выберусь, я вытряхну из него всё дерьмо, и сделать я это хотел ещё по прибытии в свою реальность, но радость от воссоединения с Окетрой, Джодахом и, что стало для меня приятным сюрпризом, Райей-Прайм была сильнее на тот момент, как мне казалось, бессмысленного выяснения отношений. Наконец, через несколько минут? часов? дней? Мои мои внутренности замерли в невесомости, а к горлу подкатила тошнота. Зверь резко остановился, тряхнул мордой и раскрыл пасть. Еще раз тряхнув головой, я вывалился из плена и мешком картошки рухнул на землю. Благо, было невысоко. Зверь поднес ко мне морду, пристально глядя на меня своими яркими янтарными глазами, резко отпрянул, оттолкнулся мощными лапами от земли, вызвав легкую дрожь, и скрылся в темноте. Кряхтя от онемевших мышц и тупой боли от падения, я поднялся на ноги, озираясь по сторонам. Меня окружала непроглядная тьма, настолько плотная и тёмная, что казалось, будто её можно потрогать. С этой мыслью я невольно поднял руку, ожидая прикоснуться, схватить как ткань, но взгляд перешёл на свою руку, пальцы которой тлели, словно я горел изнутри. Паника (уже который раз?) накатила в груди и тут же отступила, когда тлеющая тусклым светом, даже не разгоняя тьму вокруг меня, линия неровными краями стремительно спускалась с кисти и запястья, оставляя за собой кожаные перчатки без пальцев. Закончив с перчатками, которые тут же непривычно сжали мою кисть, тление начало подниматься выше по руке, расходилось по ногам, разрослось новой волной по груди и лёгким теплом трепало волосы на голове. Ноги до колен сжали, подобно перчаткам, кожаные сапоги на небольшом каблуке. Чёрные штаны, заправленные в обувь, были лёгкими, почти невесомыми, не сковывали движений, но на вид были прочными. Тело, облачённое в плотную рубашку с объёмными рукавами, обвивала портупея из жёсткой кожи с правым наплечником и с ремешком под оружие. «Жаль, что без него», — промелькнула мысль. Остался практически неизменным только клетчатый шарф, ставший чуть объёмнее. Наушники и очки исчезли, а на спину непривычным грузом повис плащ, достающий до колен. Трансформация закончилась, вновь погрузив меня в непроглядную тьму и оставив наедине с тревожными мыслями. Я крутанулся вокруг своей оси в надежде увидеть хоть какой-нибудь ориентир, куда можно пойти. Здесь есть кто-нибудь? Что-нибудь? Где, чёрт возьми, Джон? Паника (и вот опять) снова сдавила грудь. Я сделал глубокий вдох, собирая мысли в кучу. «Всё будет хорошо. Ты и не из такого выбирался». Проверив карманы, я достал факел, но тут же понял его бесполезность: тьма вокруг меня словно поглощала любой источник света и не давала хоть сколько-нибудь её рассеять. Сложив факел обратно в карман (а вдруг пригодится), я пошёл вперёд. Единственным аккомпанементом моего блуждания в темноте был звук жухлой травы, снимаемой ботинками при шаге. Само наличие её вселяло небольшую надежду на то, что тут не только беспросветное ничего (не считая этих монстров), а какая-никакая жизнь. И моё чутьё не подвело. Вдалеке начали просматриваться очертания домов, и я прибавил шаг, отгоняя от себя мысль, что это плод моего воображения на фоне чёрного ничего. Мираж не исчез, и в действительности это оказались дома, точнее небольшое поселение, состоящее примерно из 7–10 построек разной степени разрушенности. Мелкая крошка, некогда каменных стен, хрустела под ногами, заставляя вздрагивать от шума. Дома с покосившимися крышами и вырванными кусками стен зияли провалами окон, темнее пустоты, окружавшей меня. Поселение словно застыло во времени: ни звука, ни ветра, ни жизни. Неужели этот мир погиб? Волна злости окатила меня, чуть позже добавилось и отчаяние, когда, пройдя поселение насквозь, я столкнулся с очередным гребаным ничем. Тропа также заросла травой, скрывая всякий ориентир, надежду найти хоть что-нибудь. В голове возникла дилемма: остаться здесь, на каком-никаком клочке цивилизации, или снова отправиться в пустоту с жуткой вероятностью окончательно потеряться. Отчаянно не хотелось покидать поселение, ставшее неким якорем, и идти в неизвестность. Вдруг это единственное, что я встречу на своём пути? Вдруг больше ничего не осталось? Где этот чёртов Джон, который так нужен? Я присел на холодную отпавшую стену последнего дома, рассеянно взлохмачивая волосы. Нужно идти дальше, я не найду ответов в этих домах. «Переведу дух и успокоюсь», — убеждал я сам себя. Идти никуда не хотелось. На секунду я словно задремал, когда в моём нутре пробил колокол паники, заставивший меня встрепенуться. Чутьё било тревогу, разгоняя по венам адреналин, и я замотал головой во все стороны, ища источник опасности. Чутье не подвело... Из зияющих пропастей домов, извиваясь в неспешном танце, выползали, словно сотканные из концентрированной темноты, человеческие тени. Заметив меня, они остановились в нерешительности, словно увидев призрака, но, преодолев оцепенение, двинулись в мою сторону. Мои мысли, более-менее стройные, схлопнулись в вакууме. Каждый вздох стал тяжёлым, словно воздух был наполнен свинцом, и я отчаянно открывал рот в надежде вдохнуть такой желанный кислород. Голову наполнил безумный шёпот тысячи голосов: они сбивались в кучу, перебивали друг друга, стонали отчаянием, страхом и смертью. Разум трещал, подобно тонкому ледяному покрову, а под ним простиралась бездна, такая же, что и вокруг меня. «БЕГИ!!!» с диким воплем крикнул мой разум, выводя из оцепенения. Я тут же подскочил на ноги, поднимая в воздух пыль и крошку, и бросился в противоположную сторону. «Куда угодно, лучше потеряться, лучше не найти, лучше умереть!» кричало сознание. Первородный страх толкал меня вперёд, не позволяя остановиться, оглядеться, оценить ситуацию. «Беги, беги, беги, БЕГИ! Не оборачивайся! Ни в коем случае!» Дыхание уже давно сбилось, лёгкие трещали от натуги, а ноги стали ватными, но разум твердил бежать, и я не был в силах сопротивляться. Ноги заплелись о выступающий корень, и я с визгом полетел вперёд, проезжая лицом по земле. Лёгкие снова взорвались болью, и я натужно начал кашлять. Всё тело превратилось в один большой стук сердца, в висках била кровь, и по ним градом тёк пот, в горло и лёгкие словно налили жидкого стекла. Я кашлял до рвотных позывов, грозясь выкашлять лёгкие. Каждый вдох ощущался как барабанный бой — тяжёлый, но приносящий желанное облегчение. Дыхание постепенно выровнялось, и с губ сорвался облегчённый, привычный вдох, который полностью расправил лёгкие. Я невольно улыбнулся от облегчения. — Вот это у тебя был марафон, раз тут ты чуть не откинулся от бега. От голоса меня подкинуло на месте. Я живо вскочил на ноги, делая два больших шага назад, встречаясь со взглядом карих глаз. — Ты чего, испугался? Не бойся, свои. — Безмятежно протянула девушка, покрепче сжимая ярко сияющий синий фонарь, на секунду ослепивший меня. — Ты от чего так бежал? Теней встретил? - Да... - Натужно ответил я, уставившись на неё, как на призрака. О, Искра, тут есть люди? - О, бывает. Надеюсь, ты недолго на них пялился, а то знаешь, свести с ума на раз-два могут. Нашёл что-нибудь? «Чего?» Видимо смутившись от моего ошалелого взгляда, девушка прищурила взгляд, придирчиво меня осматривая. - Ты же Искатель? Иначе что бы ты тут делал? Ты один? Искатель? Ну не говорить же, что я из другого мира, кто знает, как тут относятся к мироходцам, если тут вообще о них знают. - Да... - снова ответил я, подходя к ней поближе. Девушка была одета почти так же, как и я, но все же были и отличия. На плече была повязана потрепанная временем синяя ткань, грудь сдавливала более сложная портупея из потертой кожи, на левом бедре покоились ножны с оружием. Плащ, в отличие от моего, был раздвоен, и его полы доходили почти до земли. Темные каштановые волосы были собраны в небрежный высокий хвост, выбившиеся пряди обрамляли миловидное личико с узкими карими глазами. Губы девушки были сжаты, а глаза стреляли в меня уже с долей подозрения. - Все-таки твой разум слегка потрепан. - заключила она. - По глазам вижу. Ты не знал, что нельзя пялиться на Теней? Ты Птенец, что ли? - Птенец? - тупо переспросил я. Девушка цокнула языком и покачала головой. - Имя у тебя есть? -Лололошка. -Приятно познакомиться, Лолошка. Я Алтея, глава гильдии Искателей в Даноре. Я тебя не видела там, ты с другого поселения? Мне оставалось только кивнуть на её слова. -Ну точно умом тронулся. - Пробормотала она, приглаживая волосы. - Ладно, Лололошка, кодекс Искателей обязывает помогать коллегам. Пойдём, я провожу тебя в город, а там уже сам разберёшься. Поделишься светом? Я вопросительно взглянул на неё. - Светом. Искрой. Чтобы разгонять Пустоту. - Она распахнула фонарь, обнажая содержимое. Внутри, словно птичье сердце, трепеталась маленькая искорка, но её света было достаточно, чтобы освещать пространство вокруг нас. Я окинул взглядом окружение и заметил, что я добежал до леса. Нас окружали чёрные стволы деревьев, видимо, об корень одного из них я и споткнулся. Свет Искры Алтеи танцевал в их синей листве и пропадал в темноте, вырывая из неё лёгкие очертания других деревьев. - Ну точно Птенец. - Заключила Алтея. - И куда смотрел твой наставник? Искрой ещё не научился пользоваться, а тебя уже в Пустоту закинули. Ну совсем не берегут. Я тебя пока пристрою у себя, раз ты потерялся. -Спасибо тебе, - только и выдавил я из себя, ровнясь с ней шагом. -Всегда пожалуйста, - улыбнулась Алтея. - Мы, Искатели, всегда помогаем друг другу, и это важно, особенно для Птенцов. Ведь на нас держится весь Мир. Я не стал ей отвечать. В груди разлилось тепло от невообразимой радости. Я не один. Я спасён. И невероятной удачей мне встретился человек, который только рад мне помочь. Мы неспешно шли по тропинке безмолвного леса. Кроны деревьев, подсвеченные синим фонарём Алтеи, склонялись над нашими головами, скрывая бездонное небо. Мягкий свет Искры откликался в моей душе спокойствием и уверенностью. Я шёл, не отрывая взгляда от фонаря, хотя он и резал мне глаза до слёз. - Приходишь в себя? Это хорошо, - нарушила тишину Искательница. - Смотреть на чужую Искру, конечно, слишком интимно и считается дурным тоном, но это помогает вернуть рассудок в норму. Мои щеки вспыхнули от смущения, вызвав хихиканье девушки. - Всё в порядке. Если тебя это успокаивает, смотри. Уж твой взгляд я переживу. Вскоре мы достигли края леса, оканчивающегося лёгкой дымкой, напоминающей барьер. - За мной. - Алтея вытащила из фонаря Искру и прижала её к груди. Она растворилась, погрузив нас во мрак. - Мы на месте. Девушка коснулась рукой дымки, и она провалилась насквозь, скрыв в своих недрах всё её тело. Сделав глубокий вдох, я дотронулся до барьера, напоминающего по ощущениям кисель, протиснулся сквозь него, проходя на другую сторону. -Добро пожаловать в город звездного неба Данор, Птенец, - торжественно произнесла Алтея, открывая взор на бескрайнюю россыпь звезд на пурпурном небе.