Антероградная амнезия

      Громкие звуки и мигающие огни Стайлзу были не по вкусу. Когда он был младше, они стали означать опасность, стали напоминаем о выстрелах и коктейлях Молотова. Теперь они сопровождались лишь неприятными запахами, пьяными людьми и неизменной ролью трезвого водителя.       Стайлз откинулся на спинку стула и отхлебнул пиво. Клуб, который выбрала Лидия, нельзя было назвать роскошным или высококлассным заведением, но когда это компания людей, большинству из которых едва ли исполнилось двадцать с небольшим, могла позволить себе какое-нибудь шикарное место? Стайлз окинул взглядом толпу ритмично трясущихся тел, которые танцевали слишком близко и словно прилипли друг к другу, было трудно разглядеть их лица.       В углу Стайлз увидел Скотта, он целовался с Эллисон. В сторонке нелепо вытанцовывали Айзек и Дерек. Эрики и Бойда видно нигде не было. Они, наверное, куда-нибудь улизнули, чтобы пообжиматься.       Стайлз сидел у барной стойки, лениво потягивал пиво и играл в телефоне. Радовало, что пока никто из незнакомцев не пытался его облапать или флиртовать. Как по команде, молодой человек, голубоглазый блондин примерно возраста Стайлза, подсел к нему. — Привет, — сказал парень, сверкнув ослепительной улыбкой.       Стайлз ответил вялым движением руки и полуулыбкой. — Здоров, — поздоровался и снова уткнулся в телефон, не желая продолжать этот разговор. — Как зовут? — парню пришлось перекрикивать музыку. — Я занят, — Стайлз сделал нарочито-большой глоток пива.       Парень нахмурился. — Парнем? Девушкой?       Стайлз вздохнул. — Жизнью. Всё? — он был не против отношений, видит бог. Было бы полезно время от времени выбираться в свет, но Стайлза устраивало вязнуть в собственных страданиях, и бессмысленная встреча на одну ночь его не привлекала. Единственный человек, с которым он хотел бы отношений, в настоящее время и, вероятно, на ближайшую вечность останется в списке «Те, с кем нельзя встречаться» из-за своего запятнанного убийствами прошлого. Да даже не будь это так, Питер намного старше и намного привлекательнее, чтобы увлечься таким тощим, вечно влипающим в неприятности юнцом, как Стайлз. — Хочешь об этом поболтать? — нахмурился парень, ничуть не смущенный таким холодным приемом. — Тебя бросили или что? — Нет, — фыркнул Стайлз и отставил свой напиток. — Мы и не были вместе, — он снова оглянулся на танцпол. Эрика и Бойд уже вернулись. Прическа Эрики выглядела в десять раз хуже, чем когда она уходила, но несмотря на все это, ей удавалось выглядеть хорошо. Бойд, пока они танцевали, держал ее за талию и лыбился, как влюбленный идиот.       Парень рассмеялся. — А кажется, будто ты хочешь об этом поговорить.       Стайлз сделал необычно длинный глоток пива, лишь бы не отвечать. — Чувак, я правда не хочу. Просто отвали, окей?       Парень чуть нахмурился. — Соррян. Не хотел тебя злить. Могу ли я загладить свою вину, угостив тебя еще одним напитком? — парень расплылся в лучах ослепительной улыбки. Шум понемногу стихал, а музыка сменялась одной бодрой попсовой песенкой на другую. Стайлз не знал слов песни, хотя тысячу раз слышал ее по радио. — У меня уже есть, — он поднял свое пиво. — Но спасибо, — Стайлз поумерил свой пыл. Парень ведь не виноват в том, что с самой начальной школы Стайлза топила одна безответная любовь за другой. Он оглянулся туда, где были его друзья. Их проглотила толпа, но Стайлзу удалось выцепить взглядом мелькающие кожаные куртки и яркие леггинсы девчонок. — Можно хотя бы сесть рядом с тобой, чтобы не выглядеть таким одиноким и отчаявшимся? — Конечно, — Стайлз хохотнул, ослабив бдительность. Не настолько, чтобы назвать незнакомцу свое имя, но достаточно, чтобы разделить с ним пространство. Стайлз сделал еще один глоток пива и несколько минут делал вид, что пишет кому-то сообщение. На самом деле он набирал случайные символы в приложении для заметок. Он заметил, что парень рядом почти не пьет свое пиво. — Если ты не хочешь болтать и не хочешь пить, что привело тебя сюда?       Стайлз вздохнул из-за этой жалкой попытки завязать разговор. — Чувак, ты не отстанешь, да? Я пришел сюда с друзьями.       Парень нахмурился. — Где они сейчас? Кажется, ты один.       Стайлз стал допивать пиво, чтобы повременить с ответом. Он вытер рот рукавом, жидкость обжигала горло. — Угораздило стать водителем для друзей. Я их вечно развожу по домам. Они придут... скоро, — Стайлз закатил глаза: если вообще придут. Если нет, то это будет не первый раз, когда оборотни в преображенном обличье умчатся носиться по лесу под полной луной, оставив Стайлза одного. Он лишь надеялся, что не придется тащить очень пьяного Дерека на парковку, а Айзек, спотыкаясь, будет плестись следом и ныть. «Ты, как вампир, только радость сосешь», — выдал однажды со стоном Айзек, когда свет автомобильных фар ударил ему в глаза.       Тот, кто додумался делать и продавать пиво для оборотней... ну он не испытывал симпатии к таким, как Стайлз, людям из стаи, которым приходится разгребать последствия.       Одно слово вернуло его к реальности: — Хреново, — пробормотал блондин. — Предлагаю забить на них и повеселиться в свое удовольствие.       Стайлз покачал головой. — Они хорошие, просто... — он с трудом подбирал слова. Думать становилось все труднее. Он списал это на гипнотические вспышки света.       Он бросил взгляд на танцующих. Не смог различить среди них ни Скотта, ни Эллисон, ни Лидию, ни Дерека, ни Айзека. Стайлз не мог разглядеть никого, даже незнакомцев. Он видел неясные очертания двигающихся тел, но ни одно не вырисовывалось чётко. Стайлз моргнул несколько раз, не помогло.       Блондин придвинулся ближе и прошептал ему на ухо: — Давай уйдем отсюда, а? — его голос был уже не тем дружелюбным, он был сиплым и жутким, и от этого у Стайлза по спине пробежали мурашки. — Что? Нет, — покачал он головой. Он почувствовал, что шевелится, но не помнил, как встал. Стены и потолок поплыли. Парень тащил его к выходу. Его рука скользнула вниз по талии и опустилась на поясницу. — П-подожди, — попытался сказать Стайлз. Язык заплетался. Ему казалось, что он пьян, но он даже не допил пиво. — Не-е-ет. — У вас все нормально? — к ним обратился вышибала. Стайлз покачал головой и попытался оттолкнуться от груди блондина. — Нет, — только и сумел выдавить Стайлз. Он попытался сделать несколько шагов назад, но споткнулся. Вышибала поймал его и передал обратно в объятия улыбающегося незнакомца. «Я его не знаю», — Стайлз попытался произнести это вслух, но губы не разжались. — Он просто немножко перебрал. Я везу его домой.       Стайлз нахмурился. Язык будто отсох и совсем не шевелился. Не успел он опомниться, как вышибала распахнул перед ними дверь, и они, спотыкаясь, вышли из здания. Воздух снаружи ударил в лицо освежающей прохладой, которой хватило, чтобы вернуть ему ясность ума. — Нет! Я тебя не знаю! — Заткнись! — прошипел блондин. Он толкнул Стайлза, и тот упал на колени. Они вместе с лицом ударились о землю с такой силой, что ободралась кожа. От боли Стайлз вскрикнул. Он ощутил, как щеку пронзило острое, влажное, жгучее кровавое жало. Стайлз попытался отползти, но руки и ноги не слушались. Будто тело перебрали по частям. Конечности не двигались так, как должны.       Стайлз посмотрел на стену. Тень мужчины угрожающе надвигалась на него. За ней выросла еще одна тень. — Он тебе не принадлежит, — услышал Стайлз другой, рычащий голос. Он оглянулся и увидел, как темная фигура схватила блондина и яростно ударила его головой о стену. Сначала Стайлз решил, что это Дерек, но потом понял, что тот слишком высок, да и глаза не те.       Стайлз ничего не мог сделать, только лежать безвольным телом на земле и наблюдать, как разъяренный оборотень избивает, швыряет и ломает его обидчика. Он услышал крик, который оборвался, когда светлая голова с силой впечаталась в стену клуба. Тело блондина небрежно бросили за мусорный бак.       Затем глаза волка устремились к Стайлзу. Тот едва ли различил эти глаза, все было как в тумане. Когда спаситель подошел ближе, Стайлзу открылись знакомые черты лица Питера Хейла. Мужчина присел перед Стайлзом на корточки и осторожно взял его лицо в ладони. Его брови поползли вверх, губы двигались в ровном ритме, но Стайлз не услышал ни звука. Он моргнул и попытался сфокусировать взгляд. В ушах раздался слабый шум.       Рука Питера крепко прижалась к его щеке, и пульсирующая в голове и во всем теле боль начала утихать. Под кожей проступили и потянулись вдоль руки тонкие черные линии. Рука оборотня была теплой и мягкой. Стайлз, кажется, тихонько всхлипнул. Несправедливо ведь, что кто-то такой теплый и мягкий. — ...йлз? Стайлз? — Питер сказал что-то еще, но Стайлз не смог разобрать и против воли закрыл глаза.

***

      Голова Стайлза превратилась в сплошной пульсирующий клубок нервов и болела при каждом движении. Тело болело в самых неожиданных местах, а голова раскалывалась. Он попытался повернуть ее в сторону и поморщился, когда боль пронзила щеку. В памяти всплыло смутное воспоминание о том, как его повалили на землю, и больше ничего.       Стайлз с трудом открыл глаза. Он не узнал комнату, в которой находился, но понял, что лежит на диване с холодным компрессом на лбу. Он моргнул и попытался сесть, но тело не поддалось. — Рад, что ты снова с нами, — сказал Питер. Он стоял за диваном.       Стайлз поприветствовал его стоном. — Чувствую себя говном, — прохрипел он, едва не скривившись, услышав свой голос, похожий на скрип стекла по наждачной бумаге. — Ты и выглядишь, как говно, — согласился Питер. Он протянул бутылку с водой, которую Стайлз с благодарностью принял. Он откупорил ее и залпом выпил прохладную воду. Это мало помогло успокоить боль в горле, но смягчило удары молота по голове. — Спасибо. Ты классный, — сказал Стайлз, допив воду. Он чувствовал себя настолько не в своей тарелке, что забыл придать голосу саркастический оттенок. На лице Питера отразилось что-то нечитаемое. — Спасибо, — сказал оборотень, быстро опомнившись. — Приятно, когда тебя ценят, — его губы изогнулись в ухмылке. — Что произошло? — спросил Стайлз, приподнимаясь на локтях.       Питер на мгновение замолчал, размышлял. — Тебя накачали наркотиками, — ответил он. — Парень из клуба пытался увести тебя от нас. Сейчас беспокоиться о нем тебе не нужно. — Что? — Стайлз нахмурился. — Нет, я... Я не помню, чтобы меня накачивали, — холодный компресс упал с его лба, когда он вытянул шею, чтобы посмотреть Питеру в глаза. Стайлз поморщился, когда очередной приступ пронзительной боли погрозил расколоть ему череп. — Ну ты бы и не смог запомнить. На это и рассчитаны наркотики, — Питер перегнулся через спинку дивана и положил теплую руку на не ушибленную щеку Стайлза. Боль, как вода в воронке, вытекла из его тела в ладонь оборотня. Стайлз с облегчением выдохнул, когда стук в голове прекратился. — Но не переживай. Как я уже сказал, того мерзкого типа, который тебя обидел, больше нет.       Садистский блеск в глазах Питера почему-то его не напугал. — А где все? — спросил Стайлз.       Питер легонько провел большим пальцем по его щеке, затем убрал руку. — После того, как я прочитал лекцию, которая запомнится им на всю жизнь, все разбежались по домам. — Но я должен был их развезти. — Наверное, они вызвали такси. Знаешь, мне совершенно безразлично, что с ними. Меня больше волнует, что могло случиться с тобой, — у Питера был сердитый вид. — Ты следил за мной? — спросил Стайлз. — Как ты узнал, что я там? — ...Лидия сказала мне, что ты пойдешь. — Я понятия не имел, что вы двое в близких отношениях, — Стайлз поднял бровь. Мысль о том, что Лидия и Питер могут вести непринужденную дружескую беседу о своих планах на выходные, показалась ему несколько странной. — Да нет. Она не хочет иметь со мной ничего общего. — Тогда почему... — Потому что ей на тебя не все равно. — И поэтому она прислала няню? Откуда она знала, что у меня будут неприятности? — только слова слетели с губ, шестеренки в голове начали вращаться. — Ой, стой, банши, да. Но тогда почему она вообще меня отпустила?       Питер вздохнул, обошел диван и сел на другой его конец. — Она не знала, что у тебя будут проблемы. Она просто сказала мне, что ты будешь там. — Что-то ты темнишь, — нерв подозрения зазудел в мозгу Стайлза. — Зачем ты пришел в клуб? — он искал в своем сознании причину, по которой Питера Хейла, волка-одиночку, можно было бы застать в переулке у сомнительного ночного клуба для оборотней. Стайлз смог придумать несколько вариантов, но ни один из них не был приятным или вероятным. — По-моему, я уже выложил карты на стол, Стайлз, — хмыкнул Питер. — О чем ты? Какие карты? Какой стол? — Стайлз прикусил губу и сел, свесив ноги с дивана.       С минуту Питер просто разглядывал юношу. — Лидия сказала, что ты бываешь рассеянным. Милым, но рассеянным. — Опять Лидия! Для тех, кто друг с другом не близок, вы, ребятки, что-то больно много обо мне говорите. Не хочешь поделиться со всем классом, Питер? — Стайлз нетерпеливо постучал ногой по полу. Он не выносил неопределенности. Он не выносил секретов. Теперь уже больше нет: недомолвки не раз чуть не стоили ему жизни.       Питер замер. Затем с дьявольской улыбкой он приблизился к юноше. — Я уже говорил раньше, скажу это снова. Ты мне нравишься, Стайлз, — расстояние между их ногами сократилось, их плечи соприкоснулись, и рука Питера поднялась и обвилась вокруг Стайлза мускулистым шарфом. — Да, я тебе нравлюсь, — закатил глаза Стайлз, сопротивляясь желанию стряхнуть дразнящую руку оборотня. Стайлз широко раскрыл глаза, когда до него дошел смысл сказанного. Он так резко мотнул головой в сторону, что это было похоже на удар хлыстом. — Погоди, я тебе нравлюсь типа... типа я тебе нравлюсь или я тебе нравлюсь? — Будем вести себя, как школьники? — Питер цокнул языком. — Ты мне нравишься, нравишься. — В плане отношений, романтики и всего такого? — сердце Стайлза затрепетало, и не было никаких сомнений, что Питер это услышал, особенно после того, как он так ухмыльнулся. — Да, «в плане отношений, романтики и всего такого», — сказал Питер.       Стайлз резко, гаркающе рассмеялся. — Ну пора тебе что-то сказать об этом. — Я кое-что уже говорил. Вообще-то, много лет назад. — Я думал, ты имел в виду типа «ты мне нравишься настолько, что я не стану убивать тебя на парковке»! А не «ты мне нравишься, и я хочу тебя поцеловать». — Что ж, тогда давай я попробую еще раз. Ты мне нравишься, Стайлз, — узкое пространство, что оставалось между ними, было стремительно преодолено, когда губы Питера прижались к губам Стайлза. Руки оборотня скользнули к чужой талии и крепко обняли. Лицо Стайлза побледнело, и остатки алкоголя, задержавшиеся в его организме, вышли через рот.

***

— Бля, прости, — проскулил Стайлз и натянул одеяло, чтобы спрятать лицо от недовольного взгляда волка.       Питер вздохнул и убрал руку, перебиравшую волосы Стайлза. После того как они оба провели довольно много времени в разных ванных комнатах, Питер перетащил Стайлза на свою кровать и уложил его отдыхать. Стайлз был удивлен, что его не затолкали в такси и не отправили домой. Он проклинал себя за внезапный приступ тошноты, случившийся как раз в тот момент, когда он мог наконец заняться сексом с человеком, в которого был влюблен вот уже семь лет. — Полагаю, это отчасти моя вина, — сказал Питер. — Я ведь знал, что ты неважно себя чувствуешь. — Все равно. Прости-прости-прости. Если бы я мог как-нибудь тебя предупредить, я... — Ш-ш-ш. Ты испортил наш первый поцелуй. Пожалуйста, не порти наш первый раз в постели. — Первый? — с надеждой спросил Стайлз. — О, да. Очевидно, нам придется это компенсировать. Может быть, когда тебе станет лучше, я свожу тебя в заведение более изысканное, чем убогий ночной клуб? — Да. Боже, да, — Стайлз с энтузиазмом согласился. Он быстро закивал головой, но остановился, когда в животе снова возникло неприятное ощущение.       Питер усмехнулся и поцеловал его в лоб.