Костёр во время зимы

Знаете же, как малыши любят старших? Чистой, слегка наивной любовью. Боготворят родителей. Делают им подарки на праздники в виде смешных рисунков или слегка ассиметричных поделок. И надеются, что те будут любить их в ответ. И Кризантос, которому едва исполнилось десять, пожалуй, слишком любил отца. Он терпел каждое его нелестное слово, каждое маленькое "предательство". Он терпел, когда тот оскорблял тётю, терпел, когда они с матерью грубо отзывались об его одноклассниках и их родителях, терпел их напыщенность из-за тех волшебных сил, что достались им по крови. Терпел и любил до тех пор, пока они не дошли до сестры. Калипсо не отличалась особым магическим талантом, в отличии от Криза. Он была маленькой, слабой, но такой очаровательной, и Криз всегда хотел её защищать. Однако, в тот раз он не смог. - Так, держи руки вот так. Отлично. Теперь сделай жест, который я тебе показал. Да. И мысленно произнеси заклинание... - голос отца был полон предвкушения. Кризантос слышал его нотки даже отсюда, из-за закрытой двери, стоя в тёмном коридоре на цыпочках. И эта интонация заставляла мурашки бегать по коже. Отец в очередной раз решил попытаться научить сестру какому-то простенькому заклинанию. И, разумеется, результата не последовало. С минуту в комнате раздавалась тишина, а затем, вдруг послышался оглушительный хлопок. Это было настолько внезапно, что Криз осознал, что именно произошло, только спустя несколько долгих секунд. Он ударил её. Отец ударил Калипсо! - Это уже седьмой раз! Бесталанная девчонка! И в кого ты такая родилась? Учу тебя учу, а результата ноль! - в голосе отца слышался хрип, судя по звукам, он таскал сестру за волосы по комнате. - Папа... Папа, мне больно!... Пожалуйста, отпусти... - голос Калипсо был слабым и очень напуганным и это отдавалось внутри тупой болью. Кризантос замер, пытаясь подавить желание вбежать в комнату сейчас же, потому что знал, что так сделает лишь хуже... - Больно, говоришь? То то же! Будешь знать! Стоя там, в тёмном коридоре, мальчик попросту не знал что делать. Он ведь ребёнок, у него не хватит сил дать отпор и защитить её... К тому же... Это же ОТЕЦ. ...И этот самый отец, с большей вероятностью, от его появления не остановится. Он просто начнёт насмехаться над ними обоими, да ещё и малышке Калипсо начнёт тыкать и сравнивать, что у её брата магия получается куча лучше. Это только ещё сильнее расстроит её... Единственное, что на тот момент понял мальчик, стоя в тёмном коридоре, и беспомощно слушая, как отец бьёт его сестрёнку, это то, что он не простит в этот раз. Он просто не сможет. Никогда больше он не простит ему это. С него хватит. Калипсо этого не заслужила. ...он так погрузился в эту мысль, что даже не услышал шаги и испугался, когда отец, случайно обнаружив его в коридоре, схватил его за шкирку и затащил в комнату. Он пытался заставить Кризантоса показать то самое заклинание. Мальчик почти не запомнил слов отца в этот момент. Тот начал кричать и избивать его, хватая за горло. Он злился от того, что сын упрямо вертел головой, отказываясь демонстрировать магию. По крайней мере, на какое-то время он отстал от Калипсо... Кризантос был рад хотя бы этому, и тому, что сестра села подальше, закрыв глаза и поэтому не видела происходящего... *** Калипсо пыталась заснуть, но ссадины не давали ей покоя и ныли, поэтому она крутилась в постели, обнимая плюшевого мишку и роняя слёзы. А услышав скрип двери, она тут же спрятала лицо под одеялом. Плакать нельзя, за это тоже наказывают... - Эй, всё в порядке, это я. - послышался хрипловатый голос. Это был брат. Как только дверь снова скрипнула, закрывшись, Калипсо стыдливо выглянула из-под одеяла. А Криз вздохнул. Они молча переглядывались, оценивая состояния друг друга и то, как красиво им обоим расписали лица. - Покажи где болит. Я взял из аптечки мазь, бинты и пластыри. - сказал Кризантос мягко и присел на край кровати. - Брат, ты что, украл те лекарства из серванта в гостиной? - глаза девочки стали круглые-круглые, ведь она знала, что им за это будет, когда мама узнает. Но всё же она выбралась из-под одеяла, послушно показывая места ударов, где теперь алели неприятные багровые следы. - Не украл, а одолжил. - с улыбкой ответил Кризантос и игриво приложил палец к губам в знак того, что это теперь их маленькая тайна, одна из многих. Он ведь был уже достаточно взрослым, чтобы понимать - обычно родители заботятся о детях, лечат их, стараются ради них... По крайней мере соседские дети никогда не терпят побоев и унижений. Так почему?... Орфей нахмурился, оглядывая раны Калипсо. Злость вскипала в нём с каждой минутой всё больше и больше. Алые разводы на бледной коже выглядели ужасно болезненно. Где-то были следы от пряжки ремня, где-то просто тупые удары, ещё и колени разбиты, видимо, в какой-то момент сестра упала прямо на них. Видя хмурое выражение лица Криза, Калипсо мягко подняла его голову рукой, чтобы его глаза встретились с её не по годам мудрым взглядом. Второй рукой она залезла в баночку и мазанула по его раненой скуле пальцем с мазью. Мальчишка тут же зашипел. - Тебе ведь тоже досталось... Давай я помогу. - произнесла девочка, улыбнувшись брату и постаравшись выглядеть беззаботно. И это почему-то разбивало брату сердце. Кризантос сфокусировал на ней взгляд и понял, что вот-вот заплачет. Ему стало так обидно за сестру. У неё доброе сердце, а они её так мучают... Как же он их всех сьрашно ненавидит сейчас. Понастоящему ненавидит. Что-то внутри, словно взорвалось, как какой-то вулкан, полный горячей обжигающей лавы. Хотелось крушить, хотелось врезать отцу, оставив на его лице такой же ужасный след, как он сделал с Калипсо. Хотелось чтобы мать тоже кто-нибудь оттягал за волосы, просто чтобы они, наконец, поняли что они делают и какого это. Просто хотелось чтобы всё закончилось и не было так больно. Внезапно за спиной Калипсо вспыхнула занавеска и мальчик удивлённо замер, глядя на то, как быстро огонь охватил сразу всю длинну ткани. Калипсо, услышав звуки за спиной и почувствовав запах, развернулась и испуганно отринула. Однако Криз не двигался, заворожено глядя на всполохи, даже когда Калипсо вскочила с кровати и потянула брата в сторону двери за рукав. - Брат, пожар! Нужно позвать маму и... - Нет. - вдруг ожил Кризантос. У него что-то словно щёлкнуло в голове. Словно, пока он глядел на огонь, тот что-то нашептал ему. Какую-то тайну в танце языков пламени. Не мешкая больше, Кризантос взял девочку за руку и повёл к окну, навстречу всполохам. Огонь стремительно охватывал комнату и Калипсо испуганно жалась к спине брата, но тот словно вовсе не боялся... И огонь и вправду их не трогал. Всполохи летели мимо, словно невидимый барьер был на них, защищая от ярости стихии. Они слышали голоса. Крики. Их мать пыталась спасти ценные фолианты, пока пожар разгорался всё сильнее, а отец хотел пробраться к ним, на второй этаж... Но Кризантос знал. Через пару секунд лестница под ногами отца обвалится, а ещё через секунду огонь начнёт теснить мать к выходу, перекинувшись на стеллажи и пожирая их. И тогда этим двоим не останется ничего, кроме как покинуть этот дом. Кризантос открыл окно и помог Калипсо выбраться через него на крышу, а затем вылез и сам. Сделав пару неловких шагов по черепице, они вдруг резко съехали на землю на одном из обвалившихся кусков крыши. Калипсо была напугана, но даже не вскрикнула, веря, что брат защитит их в любом случае. Кризантос же проглотил вскрик от того, как его колено больно врезалось в черепицу при падении. Времени было мало, оба это понимали. А также они понимали без слов, что сейчас они оба сделают. Нет, они не вернуться домой. Не вернуться к родителям, которые их не любят. Они больше никогда сюда не вернуться. В эту ночь брат и сестра семьи Калипсо сгорели до тла в собственном доме. А спустя немного времени на не самых лучших улочках магического мира отметили своё рождение Орфей и Эвридика, без рода, без фамилии... И взявшие имена из какой-то нудной греческой легенды, которую им повторяли в детстве. Но Орфей решил, что больше не позволит никому и пальцем тронуть сестру.