чаепитие у мисс Эшли

Господин Линьковский мягко спрыгнул с ступени своей кареты перед особняком Мисс Эшли. Линьковский совершенно не хотелось видеться с этой особой, однако так диктовали обстоятельства. Линьковскому необходимо было узнать, заподозрила ли юная леди самого Линьковского и ее ухажера, лорда Непогодина в их романе, и поскольку Непогодин сам не рассматривал возможность мисс Эшли заподозрить их в чем-то подобном, действовать пришлось господину Линьковскому. Кучер ударил поводьями. Лошади умчались вперед. Линьковский прошел к двери розового особняка семейства Ящердик. Дверь была украшена в лучших традициях семьи Ящердик: желтые узоры на розовом цвете, а чуть выше середины - герб Ящердик, желтая ящерица на ветке розовых цветков. Дверь не была заперта, однако Линьковский постучался. За дверью прозвучал хриплый голос служанки. -Бегу, бегу! Послышался лязг ключей, в замочную скважину были вставлены ключи и провернуты. -Черт возьми, что же я делаю? Послышался еще один проворот, однако в обратную сторону. Дверь открылась. Служанка, стоявшая на пороге впустила Линьковского. -Мисс Ящердик, господин Линьковски пришли-с. Мисс Эшли ответила приятным голосом: -Что же вы его маринуете у входа, впустите господина! Линьковский прошел в кабинет Мисс Эшли. -Рада вас видеть, господин Линьковский. Мисс Эшли протянула тому руку. Линьковский был растерян, поэтому не смог ответить на этот жест благосклонности. Он лишь неловко поздоровался. -Мне тоже... то есть, я тоже рад вас видеть. -А вы не торопились. Мы ведь назначили встречу на 3 часа дня, а сейчас уже пол пятого. -К сожалению, я опоздал ввиду необходимых обстоятельств. Как поживает лорд Непогодин? -Он в командировке. Военная командировка, да. В Венгрии! В словах юной леди чувствовалась фальш, говорили, никто из рода Ящердик не умел врать, в этом Линьковский убедился самостоятельно. Тем для разговора у этих двоих было совсем немного, что обуславливалось скрытой неприязнью каждого из них друг к другу. Напряженную тишину в кабинете разразил голос служанки. -Мисс Ящердик, извольте отобедать! -Прекрасно, господин Линьковский, продолжим наш разговор за обедом! Сегодня Эмили постаралась на славу! Линьковский заподозрил нечто жуткое в этих словах, но спустя мгновение он отпустил эти раздумья с мыслью "Показалось". Перед самой трапезой мисс Эшли резко призналась. - Господин Линьковский, у меня восхитительные новости! Лорд Непогодин просил моей руки! В этот же самый момент мир Линьковского полностью разрушился. Не осталось камня на камне. Он не мог поверить в услышанное, будто что-то тяжелое свалилось ему на плечи и он впал в ступор. "Как... Непогодин попросил ее руки? Я не верю в это... Он обещал мне..." Эшли продолжала добивать Линьковского. -Мы помолвлены и планируем свадьбу! Линьковский даже при всем желании не мог выдавить из себя ни слова. Да и зачем? Он чувствовал, что если скажет что либо, разрыдается как маленькая девочка, так что не нашел лучшего выхода, чем просто молчать. Эшли продолжала. -Ваше молчание говорит о многом. Ибо было сложно не заметить как вы переглядывались с моим суженым на званом вечере неделей ранее. Линьковский выведал нужную информацию, однако она уже была не важна от слова совсем, все уже и так предельно очевидно. Он был третьим лишним. Линьковский сделал глоток чая, чтобы полностью не выйти из себя. -Наслаждаетесь чаем, господин Линьковский? Насыщенный вкус, не правда ли? Довольно бодрит. В этот момент все в глазах Линьковский становилось расплывчатым и вновь резким, расплывчатым и вновь резким. Линьковский понял. "Снотворное..." Последнее что слышал Линьковский было: "Знаете, я размышляла намедни. О жизни. О дружбе. О доверии . Эти материи такие хрупкие, не так ли? Прямо как эти чашки! Одно неловкое движение и..." Больше Линьковский ничего не слышал. И не видел. Сплошная темнота и гул. Вскоре он перестал ощущать себя собой. Вскоре его разум погас.