Никогда не спите с незнакомцами

— Эва. Девушка уверенно протянула ладонь для рукопожатия. В тот вечер она была весела и легка на подъём, так что не задумываясь назвала сокращённую форму своего имени. Мужчина, сидевший рядом, – обладатель уложенных с идеальной небрежностью коротких волос цвета красного дерева и минималистичных золотых серёг в ушах, одетый в чёрные джинсы и полурастёгнутую рубашку – усмехнулся и медленно протянул ладонь в ответ. — Аш. Он пожирал её взглядом ровно с того момента, как она вошла в бар и уселась за стойку неподалёку от него. Эва заметила это сразу. У неё была тяжёлая неделя и жуткое желание выпить и забыться, а потому идея полезть знакомиться к симпатичному мужчине, которого она видит впервые, казалась ей очень даже привлекательной. При том, что она ещё была трезвой. Бармен – мужчина в белой рубашке с длинной чёрной косой и серьгой в ухе – отвлёкся от увлекательного натирания стаканов и обратился к уже знакомой девушке: — В городе серийник орудует. Не страшно заводить новые знакомства? — сказал он с улыбкой, явно шутя. Эвтида, будучи в игривом настроении, страшиться и не собиралась. — Ну, этот на маньяка не похож, — протянула она, глядя на Аша, повернулась к нему корпусом, вытянув длинные ноги, и медленно провела рукой от бедра к талии. — А если и так... Уверяю, разделываться с моим телом тебе точно понравится. Он коротко рассмеялся, уловив подтекст в её речи. Мазнув взглядом по телу, обтянутому облегающим платьем, сказал не менее соблазнительным тоном: — Шутница... И красавица, — мужчина наклонился к ней ближе. — Позволишь угостить тебя выпивкой? Эва хитро улыбнулась и благосклонно кивнула. В тот вечер она выпила два слабоалкогольных коктейля и три шота, а Аш смаковал два стакана крепкого виски. Опьянела только девушка, но это отразилось на ней лишь тёплым румянцем, блеском в глазах и возросшей смелостью. Она потащила мужчину на танцпол и принялась гладить себя, выводя бёдрами круги в такт музыке. Взгляд Аша потемнел, и красная подсветка тёмного зала на миг отразилась в его глазах так, что радужки будто вспыхнули алым. Прижимаясь к нему во время танца, Эвтида не заметила, как мужские руки скользнули с её талии куда-то ниже, а её губы сами потянулись к чужим. Тонкие пальцы исследовали твёрдое и горячее, словно выплавленное из железа, тело. Они наткнулись на кулон, висящий на шее Аша – звериный клык, – скользнули к рельефному прессу и, лязгнув ноготком по бляшке ремня, царапнули джинсы в районе ширинки. Мужчина хищно ухмыльнулся, прикусил нижнюю губу девушки, облизал верхнюю и с остервенением принялся клеймить изящную шею. Забывшись, Эва не помнила, в какой момент согласилась поехать к незнакомцу домой. Он был нетрезв, но ситуацию держал под контролем, так что у девушки, выпившей больше него, опасений разбиться в аварии не возникло. Не возникло настолько, что от нетерпения и уже изрядно зудящего возбуждения она сначала протянула к Ашу свою руку, позволяя той расстегнуть ремень на чёрных джинсах и раздражённо дёрнуть их встороны, расправляясь с ширинкой, а затем приспустила боксеры, высвобождая требующий её внимания член. От неторопливых томительных ласк мужчина втянул воздух сквозь сжатые зубы, но от вождения не отвлёкся и кулачок, скользящий вокруг разгорячённой плоти, не убрал. Лукаво облизнувшись, Эвтида отстегнула свой ремень безопасности и наклонилась. С пухлых губ капала слюна и естественная смазка, пока кудрявая макушка поднималась и опускалась, вторя жадному и постыдному чавканью. Браслеты на запястьях девушки звенели и цеплялись за её волосы, мешая, так что она их сбросила. Аш поглядывал на неё, останавливая машину на светофорах, и сбивчиво дышал, а когда, наконец, припарковался у небольшого двухэтажного дома, нетерпеливо притянул Эву к себе, отрывая её от занятия, в котором она увязла уже по самое основание. Дорогу до кровати провела сорванная и сброшенная одежда. Женский голос сорвался от стонов, кровать жалобно скрипела, моля о пощаде, а ночь была так страстна, что пришлось делать перерыв на восстановление дыхания для девушки и на перекур – для мужчины. Эва не стала даже пытаться подсчитать, сколько поз они сменили и скольких оргазмов достигли. Помнила только как оба уснули в одночасье, взмокшие, измотанные и довольные. Утро принесло с собой лёгкое похмелье и головную боль, намешанную со стыдом. Эвтида не пожалела о прошедшей ночи, но воспоминания о собственной развязности и касаниях почти незнакомого мужчины заставили её щёки гореть. А заметив этого мужчину, спящего прямо под боком, девушка и вовсе вздрогнула. Она начала заставлять свою голову работать и продумывать дальнейший план действий, но напрасно: Аш сонно вытянулся на постели, разминая заспанные мышцы. Должно быть, его разбудил пристальный неморгающий взгляд. — Доброе утро, — пробормотал он на выдохе хриплым спросонья голосом. Мужчина потёр глаза, а сердце Эвы грузно ухнуло, когда её взгляд упал на безымянный палец его левой руки. Как только она могла не заметить?.. — Ты... женат?.. — с опаской спросила девушка. Ввязываться в чью-то драму ей не хотелось. Аш не удивился вопросу и спокойно, чётко ответил: — Нет. Я вдовец. Судя по тону и по тому, что Эва лежала в этой постели, утрата не особо тяготила мужчину. Однако обручальное кольцо он не снял... Быть может, почившая супруга всё же была ему дорога. Встав с кровати первым, Аш принялся одеваться, подбирая вещи с пола. Застёгивая на себе джинсы, он обернулся на наблюдавшую за ним девушку. — Подвезти тебя домой? Она скромно, насколько это было возможно, будучи голой, улыбнулась и ответила: — Буду признательна. Мужчина любезно отыскал её одежду и положил на кровать, а сам пошёл на кухню ставить турку на плиту. Утро выдалось на редкость безмятежное. Они выпили кофе, обменялись телефонными номерами и приятно, без неловкости побеседовали. Аш закурил, а Эвтида от предложенной сигареты отказалась. Попрощавшись, девушка зашла к себе домой в смешанных чувствах, но решила, что главным из них был голод, а потому не медля принялась за завтрак, не удосужившись даже переодеться. Усевшись за стол и подобрав под себя ноги, Эва уплетала бутерброд с сыром и помидором, уставившись в маленький телевизор на стене напротив. Криминальная сводка новостей пестрила заголовками о серийном убийце, почерк которого уже выявили, но отследить мотивы и понять логику действий которого не удавалось. «В результате экспертизы выяснилось, что каждая из жертв незадолго до смерти вступала с предполагаемым преступником в сексуальную связь, — вещала строгая женщина ровным тоном. — Однако следов насилия обнаружено не было, из чего следует, что жертвы имели с убийцей половой контакт добровольно, а сразу после он лишал их жизни...» Эвтида ненадолго отвлеклась, отхлёбывая чай, а следующим, что она услышала, была новость: «... Один из выживших свидетелей также смог составить приблизительный фоторобот убийцы. Если вы видели этого человека, пожалуйста, сообщите в полицию.» На экране телевизора появился портрет мужчины средних лет. У него были смазанные, неясные черты лица, растрёпанные, взъерошенные короткие тёмные волосы и уши без серёг. Похожих на него в стране тысячи. Но, несмотря на это, девушка узнала его. Осознание пришло откуда-то изнутри. Или откуда-то свыше. Было в этом взгляде что-то... знакомое. Женские руки задрожали, выплёскивая на одежду обжигающий чай, кружку с которым держали. Сердце зашлось таким быстрым ритмом, что не было понятно, ушло ли оно в пятки или застучало в горле. Эвтида видела серийного убийцу, которого уже два года ищет вся страна. Она трахалась с ним всю прошлую ночь. Харизматичный, обходительный, расчётливый. Привлекательный и жестокий. Таких, как он, несмышлёные малолетние девочки в социальных сетях возводят в культ и требуют отпустить. Таких, как он, суд приговаривает к смертной казни. На экране сменялись одна за другой заблюренные фотографии растерзанных женских тел. Искалеченные, израненные, задушенные – они смотрели на Эвтиду безжизненными, пустыми глазами. Не выдержав приступа тошноты, она нажала на кнопку паузы, и на кухне воцарилась тишина. С монитора на неё смотрел портрет убийцы. Девушка пыталась глубоко дышать, повторяла про себя, что всё обошлось. Но голос внутри неё настойчиво повторял: могло не обойтись. Эва вздрогнула от стука во входную дверь. Страх заполнил всё её существо, а тело оцепенело. Попытавшись взять себя в руки, девушка открыла ящик, вытащила оттуда короткий острый ножик и спрятала его под чулок, прикрыв платьем. Это придало ей немного иллюзорного чувства защищённости, и она, подрагивая, подошла к двери. За ней Эвтиду ждал Аш. Он пробежался по ней взглядом и, заметив мокрое пятно от чая и крошки на груди, с улыбкой сказал: — Извини, что прервал трапезу, но ты оставила это в моей машине. Мужчина протянул несколько браслетов, позабытых девушкой. Она взяла их дрожащими руками и, нанизав на запястья, выдала, едва не запнувшись: — Спасибо. Аш хмыкнул, заметив её дрожь. — Какая нервная, — выгнул он бровь. — В чём дело? Эвтида могла бы отмахнуться, оправдаться, выдумать что-нибудь или просто молча закрыть дверь перед его носом. Но, как уже было понятно, инстинкт самосохранения у неё отсутствовал. — Почему я всё ещё жива?.. — поинтересовалась она с живым интересом. На лице мужчины мелькнуло удивление, за ним – недоумение, а за ступором – догадка. Он усмехнулся, вспоминая утреннюю сводку новостей, которую видел в то время, пока ни о чём не подозревающая девушка одевалась в спальне наверху. Эва отступила на шаг, когда Аш сделал шаг к ней. Переступив порог, он запер за собой дверь, а девушка вся сжалась, чувствуя нарастающую панику. Он всё шёл, оттесняя её, загоняя в угол, как охотник добычу, и так минул коридор, оказавшись на кухне. Затылок Эвы упёрся в стену, а её несостоявшийся убийца навис над ней, упиваясь чувством власти и превосходства. — Ты слишком хороша, чтобы с тобой расправиться, — почти ласково объяснял он, наматывая на пальцы густые кудри. — Сама захотела познакомиться со мной, первая целовать полезла... Такая смелая... Мужчина издал низкий смешок и покачал головой. Девушка заставила себя не задрожать и сказать почти уверенно: — Я могу сообщить полиции в любой момент. Он тут же расплылся в кошачьей улыбке. — Как страшно. Я прям дрожу... — его губы едва не прижались к её уху, когда он надменно прошептал: — Совсем как ты подо мной прошлой ночью. Эвтида зажмурилась и сжала губы от грубых, режущих правдой слов. Аш был хорош в постели. Но он также был безупречен в убийствах. С такими, как он, опасно садиться в одну машину поздно ночью, с ними опасно праздно выпивать и уж точно не нужно им при первой же встрече так слепо доверять. Если ты не хочешь оказаться следующим объектом обсуждений в чьём-то трукрайм подкасте, разумеется. Вот только Эва уже всё это сделала. За исключением последнего, но и на то у неё были все шансы. — Посмотри-ка... — мужчина прижал ладонь к женской груди. — Сердечко-то колотится. Того и гляди, остановится, — он пригнулся к девушке, заглядывая ей в глаза и щекоча дыханием её губы. — Боишься, красавица? Эвтида тяжело сглотнула. Её ноги подкосились, а сознание отчаянно желало отключиться. Загнанная в ловушку, она прикрыла глаза. — Да, чтоб тебя, — почти выплюнула, борясь одновременно с желанием податься вперёд и прильнуть к чужим губам и соблазном умереть на месте. — Боюсь. — А ты не бойся, — успокоил Аш, внимательно следя за её эмоциями. — Просто больше не спи с незнакомцами. Мало ли, кем оказаться могут... Он с весельем в глазах отошёл от девушки, оперевшись о край стола, сложил руки на груди и вдруг заявил, усмехаясь: — Вот только я не кудрявый курносый брюнет, объявленный в розыск. Мужчина кивнул на экран с изображением фоторобота убийцы и поглядел на Эву, ожидая, когда же до неё дойдёт. В её глазах вместо страха появилось смятение. — Дыши, милая. Я не маньяк, — сказал Аш с открытой насмешкой. — А был бы им – не оставил бы тебя в живых. Эвтида затаила дыхание, не зная, что думать. Посмотрела на него, на экран... На него, на портрет... Выдохнула. Похож. Но точно не он. Аш прыснул, пытаясь сдержаться, но не смог и громогласно рассмеялся. В конце концов, его покойная жена подтвердит: его единственным грехом были лишь ревность и ярость. Не доводящие, впрочем, до убийств. Девушка покраснела от стыда. Кажется, ей в самом деле стоит быть внимательней. И осторожней.