В обход

Рози старательно шнуровала его рукава, пока Деймон смотрел в окно. Личный слуга был в городе с поручением, а сам принц встал довольно рано и ему пришлось воспользоваться услугами этой ушлой девчонки. Так уж сложилось, что мужчина не слишком благостно принимал новые лица в своих покоях и каждый раз, когда о лорде-командующем некому было позаботиться, Рози была тут как тут. Деймон с трудом сдерживал раздражение, игнорируя заигрывания девушки. Он трахал ее всего дважды, когда поленился выбраться в город и был предельно осторожен при этом. Было у принца подозрение, что голубоглазка пытается понести от него, не из любви же к ебле благочестивая служанка Эйммы строит ему глазки. Хотя, и таких тихонь с сюрпризом на своем веку Деймон встречал достаточно. В борделе не было нужды сдерживаться, но здесь, в замке, где любая обиженная и обделенная побежит жаловаться его доброй сестре, он умерил аппетиты. В кои-то веки, Деймон решил не умножать беспокойства королевы. Настроение сегодня было препаршивым и у Рози не было шансов. Ночью снова плохо спалось, Деймон больше дремал, плавая где-то на поверхности. Сознание проваливалось в неясные, размытые видения, выныривало и, пытаясь отключиться в надежде на отдых, вновь оказываясь там же. Такого не бывало лет с 10. Перед глазами мелькало женское декольте, с кокетливой родинкой на правой половинке – симпатично. Но в постоянные любовницы принца могли попасть только девушки с валирийской внешностью, так что, не судьба, Рози. -Ваша светлость, - в дверях показался королевский паж, который тут же поклонился, - Его милость приглашает вас на семейный завтрак. Деймон хмыкнул и вышел в коридор, оставляя приунывшую служанку за спиной. Пусть ловит рыбку поглупее, не так уж хороши ее прелести. Деймону нравилось быть принцем и Лордом-командующем городской стражи. Нравилась любовь толпы и слепое обожание подчиненных, готовых на руках носить своего командира. Нравилось, что знакомые и незнакомые лорды кланялись максимально низко, выражая раболепие. Даже тупая пизда Отто Хайтауэр опускал свою гордую голову и называл его «ваша светлость». Нет, у Деймона всегда все это было, но когда Визерис стал королем… Разница была ощутимой. Сейчас Деймон Таргариен был ближайшим наследником престола и ходил по Красному замку подобно хозяину. Ну почти… Бедная Эйма никак не могла подарить его венценосному брату мальчика и, такими темпами, она окончательно зачахнет и увянет, пока семя Визериса не доведет ее до погребального костра. У самого Деймона тоже были проблемы с наследниками, но у него было то, чего брату явно не хватало – время и молодость. А бронзовые суки не вечные, даже будь они золотыми… Белые плащи распахнули перед ним двери в солярий короля. Визерис сидел за столом, завтракая, Эйма расположилась неподалеку, на кушетке, в окружении фрейлин и слуг. Воздух был накурен благовониями с избытком, Деймон поморщился, бросив короткий взгляд на двух септ в углу. Мимолетно, но ему все же было жаль, что жена брата никогда не обращается к их наследию. Его бабка-королева постаралась накрепко привязать будущие поколения к андальской семерке, как к основной вере континента. Когда-нибудь они забудут свое прошлое и сольются со всеми прочими лордами, обнажив посредственность, как те же Селтигары. Откуда взялись такие горькие мысли в его голове? Он же не верит в богов… Какая-то странная усталость навалилась на принца в последнее время. Он смотрел на окружающих его людей, жаждущих власти, величия и земель за счет его брата, и ловил себя на мысли, что желает спалить Королевскую гавань, с каждым днем все сильнее. Деймон часто стал задумываться о том, чего не сможет получить, даже став королем. Особенно – став королем. Стоит развеяться вечером, заглушить горечь терпким вином и веселой женщиной. И выбросить из головы эти глупости. Едва заметно встряхнувшись, принц вернул свое внимание окружению. Эйма выглядела плохо, как и последние полгода. Визерис был полон жизни, как и всегда. - Государь, - Деймон остановился посреди комнаты и поклонился королю. - Деймон, - хмыкнул король. Он снова был недоволен младшим братом. Однако, глаза королевы искрили сдержанным весельем и Деймон понял, что все не так уж серьезно. - Присаживайся, брат мой, раздели трапезу, - Визерис кивнул на место напротив и небрежно приказал: - Оставьте нас. Фрейлины королевы и обе септы покинули солярий. Деймон улыбнулся, забавляясь беспечностью брата. В Красном замке даже стены имеют уши, не говоря уж о слугах, даже самых доверенных… - Как прошла вчерашняя прогулка? – вкрадчиво начал король, подбираясь из далека, в излюбленной манере. - Весьма неожиданно… - пробормотал Деймон, сдерживая улыбку. Он затруднялся описать свои ощущения от вчерашних событий. Наверное, самым сильным чувством было безмерное удивление. В первые пару минут – даже шок. Он представил себе, как рассказывает деснице о его драгоценной, образцовой леди Алисенте, пьяной и орущей пошлые песни, танцующей прямо на улице, задирая юбки. Целующей принцессу… Продолжение этой истории Деймон с удовольствием посмотрел бы и, разумеется, поучаствовал, жаль Рейнира распустила свой длинный язык и, увлекшихся леди пришлось растащить. - Так ты ради неожиданностей заменил леди Алисенте лошадь? Отпустил Королевскую гвардию? Напоил двух невинных маленьких девочек? – О, о невинности этих девочек Деймон бы поспорил.Король понизил голос и нахмурил брови в тщетной попытке казаться угрожающим. Лучше бы оставил это своему деснице и не позорился. - Я никого не спаивал, ваша милость, они прекрасно справились сами, - Эйма смешливо фыркнула, прикрывшись веером. – Гвардию я отпустил потому, что они не поспевали за нами и привлекали много внимания в толпе, только повышая риск. Что до лошади… я действительно не ожидал такого эффекта. - Скорее, ты не ожидал, что она удержится, - закатила глаза королева, на что он едва сдержал усмешку. Иррациональная ненависть к хайтауэрской девчонке, незнамо откуда взявшаяся, толкнула его на опрометчивый, глупый поступок. Если бы она погибла, Деймону действительно пришлось бы отвечать за такое перед королем, но вот если бы она сломала ногу или руку, на что действительно рассчитывал младший принц. Несчастный случай, какая жалость. От этого и королевские дети не застрахованы. Однако, эта сука удержалась. Вышла из передряги победительницей, очаровала Стронга, напоила Рейниру и… Ну в дальнейшем сложно было ее обвинить, в силу полной невменяемости. - И все же, Деймон, – Визерис слегка повысил голос, видимо, желая надавить на него, - несмотря на твою неприязнь к моему деснице, его дочь ничем не заслужила твоей мести. Отыгрываться на девочке – это, право, не по рыцарски! Она даже не может тебе ответить! Принц прятал улыбку от государя изо всех сил. Он-то знал, что если Алисента Хайтауэр не может ответить – она просто недостаточно выпила. - Тем более, - вмешалась королева, - будни Алисенты будут и так не легки. Обязанности фрейлины предполагают полное сопровождение принцессы. Компаньонка Рейниры обязана участвовать в придворной жизни, помогать ей ладить с гостями, развивать и создавать связи и сглаживать конфликты. И я ожидаю, что как настоящая леди, Алисента будет благостно влиять на нашу дочь. Деймон был очень близок к тому, чтобы расхохотаться в лицо венценосной паре. Видел он вчера, насколько благостно вышеупомянутые леди влияют друг на друга. И еще бы посмотрел – а кто бы отказался? - А вы не думали, что могли ошибиться с выбором? Любую идеальную леди Рейнира без труда утащит в бездну непослушания. Сир Отто будет в восторге, когда его драгоценная образцовая дочь попадет под влияние принцессы. Ей же практически невозможно отказать… - И в этом виноваты вы оба! – Возмущенно воскликнула Эйма, грозя им обоим веером. – Вы избаловали ее до нельзя, ни в чем не отказывали, особенно ты Деймон! И теперь нам всем приходится иметь дело с вашим ужасным воспитанием и надеяться, что она не испортит репутацию себе, Алисенте и всему королевскому дому! - Не стоит меня слишком уж винить, - младший Таргариен театрально приложил руку к сердцу, - ты же помнишь ее умилительные глазенки в детстве.. - О, замолчи, слабохарактерный мужчина, - Эйма с улыбкой закатила глаза. - Мы вполне уверены в выборе, брат, - Визерис, посмеиваясь, подозвал служку и подставил кубок. – Леди Алисента – единственная дама при дворе, обладающая волей, равной Рейнире. У нее безупречная репутация, она из древнего, благородного рода и близка к вере, что немаловажно. Я знаю, что она не побоится высказать свое мнение в спорных ситуациях. И она поможет принцессе завести как можно больше друзей среди самых достойных наших гостей. Ага, конечно. Да эти двое, скорее, обглодают кости достойных гостей, вытирая друг другу губки расшитыми салфетками. Хотел бы Деймон рассказать, что он думает о благовоспитанности Алисенты Хайтауэр и насколько она в действительности близка с принцессой. Вот только сомневался, что ему поверят, учитывая его предвзятость ко всем зеленым башням. Лучше подождать удобного случая. Далее завтрак прошел в обсуждении пустяков, вроде прибывших гостей и грядущего турнира. Король, с улыбкой сетовал, что в преддверии праздника придется успокаивать септонских выблядков и устранять хлопоты, причиненные неаккуратной Рейнис. Деймон вставил ремарку о том, как удачно и эпично выступила кузина на своем драконе, на что королева неодобрительно поджала губы. Принцу, несмотря на попытки Визериса беседовать не умолкая, удалось перекусить. Эйма так ничего и не съела. Пожелав доброго дня, Деймон вышел в коридор, где его уже ждал сир Стронг в стороне от изнывающих от скуки королевских подхалимов. Рыцарь был в приподнятом настроении и вряд ли из-за предстоящего патруля. Простой план выстроился за секунду и посреди открытой галереи с хорошим обзором и минимальной возможностью подслушивания, лорд-командующий остановил своего подчиненного. - Сир Харвин, - обратился он к мужчине, - разве ваш отец не донимает вас требованием жениться? - О, он говорит об этом по два раза на неделе, - хохотнул рыцарь. - Так, отчего же вы все еще холосты? Наследник Харренхолла обязан укрепить свою линию. - Мой принц, я еще не думал об этом… - Понимаю, не находилось подходящих кандидаток, - усмехнулся Деймон. – Я вчера разглядел одну весьма примечательную особу. Веселую, красивую, богатую и в происхождении не упрекнешь. Алисента Хайтауэр составила бы вам достойную пару. Стронг особо не возмутился, лишь для вида приподнял брови. Отлично, наверняка, сам задумывался. - Ваша светлость намекает на ухаживания за леди Алисентой, чтобы отвлечь ее внимание от принцессы Рейниры? – Да, это Харвин, прямой, как палка. Деймон засмеялся. - Я ни на что не намекаю, дорогой друг, - Таргариен похлопал рыцаря по плечу, - я лишь предлагаю подумать о таком раскладе. Говорят, скоро эта пташка упорхнет в западные земли и украсит своей красотой утес Кастерли. Я не знаю такого отца, который отказался бы от того, что предлагает Джейсон Ланнистер. Стронг нахмурился и отвел взгляд. Они продолжили путь молча. Вообще, исходя из ситуации, Рейнира – та, чье внимание стоит отвлекать и Деймон, пожалуй, мог бы вмешаться. Велико ли дело – позаигрывать с впечатлительной племяшкой, тем более, у них это не впервые. Но что-то подсказывало принцу, что в этот раз остановиться не удастся и Визерис, по итогу, свернет ему шею. Да и ощущалась подобная идея как-то странно тревожно. Само нутро покрывалось беспокойной рябью лишь от одного представления их вместе, веяло дымом, смертью и болью. Нет, Деймон не верил в сны, да и не сны это были, а марево из огненных всполохов и отдаленных криков. Возможно, зеленая сука сама скоро уедет из столицы, выйдя замуж за Ланнистера или за кого угодно. А если нет – Деймон, пожалуй, сбросит ее со скалы. *** Что-то звенело прямо под ухом, отдаваясь в башке пульсирующей болью. Желудок норовил вывернуться наизнанку, а все тело пылало, как будто меня заживо жарили. Со стоном разлепила глаза и скинула жаркое одеяло. Во рту пустыня, в глазах филиал адского пекла. Как это меня так угораздило?С трудом приподняла голову и обнаружила незнакомую бабу в изножье кровати с книгой в руках. Звон в моей голове – это ее невнятный бубнеж. Стоп, они меня что, отпевают? Не рановато ли обрадовались? - Закрой рот, - из моего рта вырвался неясный сип, но его хватило, чтобы пришлая умолкла и подняла на меня ошарашенно-яростный взгляд. Хрипящим, разваливающимся мертвецом я сползла с кровати на коврик и дотолкала свое тело до не покрытого пола у камина. Холодный камень соприкоснулся с щекой, как хорошо! С чего это меня так вынесло? Если в совокупности, то я выпила примерно бутылку вина, может чуть больше, кружку сидра и пару кружек медовухи. Раньше, чтобы свалить меня, требовалось что-то посущественнее, но Алисенте, видимо, достаточно и понюхать. Ладно, пригубить… - ….Дева завещала нам быть скромными и прилежными. Только в чистоте и смирении таится истинная красота. Только благочестивая и великодушная леди сможет заслужить внимание достойного лорда. Мы рождены, чтобы с честью исполнить свой долг, приведя в мир новых верующих… - Закрой рот! – Пришлось приподняться из спасительной прохлады и рявкнуть по громче, от чего моя собственная черепушка едва не лопнула. Женщина выразительно захлопнула книгу, чем вызвала во мне еще больше ненависти и подошла вплотную, с превосходством взирая сверху вниз. Она была среднего возраста, в зеленом строгом платье и с высокой прической. Не похожа на септу, но ведет себя, словно она и есть. С трудом, хватаясь за резные выступы камина, мне удалось подняться на ноги, не хватало еще чтобы всякие по мне подолом елозили. - Леди Алисента, ваш отец приказал вам прямо с утра напомнить о священных догмах Семерых, так как вы могли сбиться с пути в неподходящей компании… - какой противный голос, мать ее. Будучи не в себе, дотянулась до кочерги и успела лишь замахнуться, как эта зеленая карга ловко отскочила с возмущенным криком: - Я ваша новая старшая горничная! Ах, вот оно что… Я полностью отстранила от себя Мэри, заменив ее Кэти, которая ничего не может рассказать Отто и вот результат. Я огляделась. В этот момент Мэри как раз зашла в комнату с подносом. Потянуло жареным мясом. Фууу… Кэти нигде не было видно. - Попроси приготовить травяной настой, - бросила я Мэри и та споро вымелась из комнаты, завидев в моей руке подобие оружия. Сразу за ней зашел Отто и застал сию интересную картину. - Что здесь происходит? – спросили его хмурые брови. Новая горничная, разумеется, сразу принялась жаловаться тонким, слезливым голосочком. По всему выходило, что она святая, а я сумасшедшая. - Закрой рот! – Да, у меня с утра не слишком богатый речевой набор, что поделать. Зато голосок, наконец, прорезался. Руки задрожали, пришлось опустить кочергу. - Алисента, как ты себя ведешь? – Пораженно уставился на меня десница. - А как я должна себя вести, обнаружив в комнате незнакомого человека? – Давайте, мозги, просыпайтесь! Отто слегка расслабился и опустил плечи. - Алисента, это Агнес, она служила еще твоей матери и я счел уместным, назначить ее твоей старшей горничной. Она будет тебя всюду сопровождать и во всем помогать. – Да, это надзорная сука, я поняла. - Мне нужна моя прежняя горничная, Кэти, - отрезала я, едва удерживаясь вертикально. - Это невозможно. Тебе необходимы ответственные и умелые слуги. Черт возьми, вот пристал. У меня нет аргументов и нет сил сейчас спорить с ним. Я не вывезу конфликт. Меня тошнит. Агнес именно в этот момент подошла ко мне с намерением забрать кочергу, решив, что спор исчерпан. Ну что ж, воля случая, как говорится… Я безропотно отдала оружие, взглянула в глаза женщины и увидела лишь превосходство и надменность. Она была на голову выше. - Я позабочусь о леди Алисенте, милорд. Она в надежных руках, - улыбнулась Агнес. Я икнула и наблевала на ее зеленое платье. Цвет и так не очень, а вот ткань, дорогущий бархат, кстати, теперь было не спасти. Оглушительная тишина воцарилась в комнате на мгновение. Такого шока на лице Отто я еще не видела. Чтобы добить его, я промокнула губы собственной ночнушкой. Надеюсь, его инфаркт хватит. Покрасневшая Агнес, вздернула подбородок: - Прошу меня простить, - и гордо, насколько могла облеванная женщина, покинула комнату, изо всех сил сжимая дрожащие губы. - Что с тобой происходит? Ты сама на себя не похожа! Неужели дурное зерно Рейниры, наконец, проросло в тебе? - Я просто выросла! Рейнира тут не причем! И ты сам хотел, чтобы я стала ее лучшей подругой, фрейлиной! Я исполнила все, что ты сказал! - Что ж, возможно, я где-то ошибся! Если ты в процессе своего общения с принцессой уничтожишь собственную репутацию и навредишь нашему дому – от этого никому не будет пользы! Я глубоко вздохнула. В голове стучал набат от напряжения, но зато мозг экстренно проснулся. - Несправедливо кричать на меня из-за того, что я не хочу видеть каждый день твою служанку для утех. Для меня все еще дорога память моей матери, - это был удар практически в слепую, но нужно было поменять тему и показать, что я тоже могу нападать. - Что за вздор, - десница не на шутку взъярился, стиснул зубы и выдал себя с потрохами. - Ее платье, - я спешила объяснить - это бархат, очень дорого для служанки. К тому же она ходила тут как хозяйка, смотрела на меня снисходительно. Она хотела бы стать моей мачехой, а ты позволяешь ей допускать такие абсурдные мысли. Это не приведет к хорошему концу. Отто прищурился, вперив в меня гневный взор. Давай, отчитывай дальше, хотя у самого рыльце в пушку. Конечно, эта история никак не угрожает Хайтауэру. Служанки для лордов как мясо на обед – всегда доступно и в изобилии. Но десница строит из себя образец благочестивости и всех окружающих в нее тыкает. Да и пристраивать любовницу из низших слоев в услужение к малолетней дочери – это все равно что впустить ее в семью. Недальновидно. Спросите Тириона… - Это не твоего ума дело! Вернемся к твоему безобразному состоянию после прогулки с принцессой! Что произошло? Почему ты отбилась от своих рыцарей? Почему осталась в компании Деймона? И как вы с Рейнирой докатились до полной невменяемости? Так, ладно, первоначальную спесь сбили, сейчас попробуем спокойно объяснить. - Принц поменял мне лошадь перед выездом, как ты знаешь, и она понесла в самый неподходящий момент. Только сир Харвин смог нас догнать. Он спас мне жизнь, если бы не он, я бы разбилась, как принцесса Визерра. Мы оказались далеко от всех, но принц Деймон и Рейнира быстро нас нашли. Белых и зеленых плащей с ними не было, но было много золотых. Мы были под надежной охраной и не оставались ни с кем на едине. Рейнира не хотела возвращаться в замок так скоро, она хотела гулять и пить. Мы пробовали всего понемногу и, видимо, не рассчитали. После, нас проводили до покоев и никто этого не видел. – Хорошая легенда, мне нравится. Пусть пойдет спросит у принцессы, правда ли это, хах. - Неужели мне нужно объяснять тебе, насколько ты должна быть осторожна, особенно сейчас, когда все взгляды обращены на тебя? – Отто немного успокоился и говорил вкрадчиво но непоколебимо. – Поступки принцессы могут отбрасывать на тебя нехорошую тень, тогда как ее положение не пошатнется. Сам король одобрил твое назначение фрейлиной, но для твоего благостного влияния на Рейниру, а не наоборот, дочь моя. - Да, отец, - я покаянно опустила голову. Отто вздохнул. - Не лучше ли будет тебе отправиться в Старомест? Хм, действительно? Отправится в Старомест, где меня никто особо не знает, подальше от Визериса, Рейниры и Отто? Это звучит весьма заманчиво. Вот только я останусь без жениха. - Уехать сейчас – потерять шанс на удачную партию. Я могла бы выйти замуж за Джейсона Ланнистера, стать верховной леди Западных земель. Разве это не блестящий вариант для дочери второго сына? Лицо десницы стало невероятно изумленным и он посмотрел на меня совершенно по другому, как ни разу до этого не смотрел. - Это замечательно, что у тебя есть амбиции по поводу замужества, дорогая, - он мне улыбнулся, кажется впервые, и я слегка струхнула. – Однако, сейчас не стоит торопиться, поверь мне. Ланнистер может казаться прекрасной партией, но не самой лучшей. Стоит лишь подождать и я реализую твои желания выше всех возможных ожиданий. Просто наберись терпения и не давай юному Джейсону ложных надежд. Отто взял меня за руку и ободряюще сжал, прежде чем покинуть покои. Перед самым выходом милостиво бросил, обернувшись: - Ты получишь свою Кэти обратно в ближайшее время. Я медленно села на колени и уперлась руками в пол. Размеренно и глубоко дышала, изо всех сил удерживая паничку. Рассматривала гладкие каменные плиты с идеальными, почти незаметными стыками. Красный замок по технологиям строительства был уровней на 10 выше, чем средневековые замки моего мира. Вот значит как… Отто Хайтауэр гарантирует своей дочери мужа круче, чем верховный лорд. А кто может быть круче верховного лорда в Вестеросе? Только король. Твою мать! Подтверждается самый худший расклад из всех возможных. Одно дело, когда Отто просто вовремя подсуетился, подложив дочь под короля и совсем другое, если он планировал это годами. В этом случае, за ним стоит не только дом Хайтауэров, один из богатейших домов Простора, но и практически всевидящий орден мейстеров, имеющий уши в КАЖДОМ благородном доме. И разумеется церковь семерки. Это кошмар! Мне страшно! Я откинулась назад и распласталась на холодном полу морской звездой. Нужно, чтобы Джейсон посватался как можно скорее – его предложение Отто не сможет отклонить, это же оскорбление хранителя Запада! Но как это устроить? Он еще даже не начал официального ухаживания, а до начала турнира около полторы недели, так мало времени! Возможно, мне стоит рассмотреть еще варианты, помимо Джейсона. Не такие богатые лорды будут больше заинтересованы в моей кандидатуре. Конечно, всегда остается вариант с кем-нибудь трахнуться и подстроить обнаружение, но на этот способ надеяться нельзя. Держу пари, не каждый тут может похвастаться благородством Робба Старка. Значит, решено, в ближайшее время я буду самая обаятельная и привлекательная, и рассею внимание среди других подходящих мужчин. Мне стало чуть полегче, когда минимальный план действий был определен. Вскоре вернулась Мэри с кувшином настоя и несколькими носильщиками воды. Она помогла мне принять ванну и разобрала мокрые волосы. Я стала чувствовать себя лучше после водных процедур и выпитых трав. Вспомнила, что вчера должна была зайти к плотнику, поглядеть на зубную щетку, но придется сделать это сегодня и надеяться, что он не выкинул образец. С радостью обнаружила в комнате все мои покупки, даже мешок из аптеки. Он стоял у стены, которая вроде бы вела в тайный ход. Возможно, позже я попробую его открыть, но идти туда гулять – сущее самоубийство. Не зная этих лабиринтов, в них можно остаться навсегда. Итак, сегодня днем я собиралась посетить тот самый сад, где все розы как на ладони. Если мои мозги работают в правильном направлении, то это то самое место, где незамужние девицы и холостые лорды устраивают брачные игрища, аки райские птички. А у меня все еще нет подходящего хвоста, ой, то есть платья. В очередной раз перерыла все шкафы, заставив Мэри укоризненно вздохнуть, и выбрала самое открытое платье, что было в арсенале Алисенты. Неплохое квадратное декольте открывало ключицы и немного ложбинку, если подложить ткань, должно получиться сносно. Спереди наряд был украшен тесьмой с золотой вышивкой и эта же тесьма шла по поясу, отлично подчеркивая талию. Цвет был бледно-голубым, хотя мне подумалось, что когда-то платье было просто голубым и выстиралось со временем, что подтверждали слегка заношенные рукава. Ну, придется прятать руки за спину. Конечно, это не лучший вариант для знакомства с конкурентками, тем более, если это богатые Тиреллы, но сейчас мне придется с этим смириться. Мы как раз заканчивали с облачением, когда Кэти вошла в комнату. Чисто визуально она была в порядке, в руках несла красивую резную шкатулку, которую аккуратно поставила на стол. - Тебя не обижали? – подозрительно спросила я. Девушка отрицательно помотала головой и показала руками режущий нож. - На кухню отправили? – мне ответили утвердительным кивком и подтверждением в виде куриной лапки, что в качестве подношения была возложена у ног Роди на одной из полок. Я же, открыв шкатулку, обнаружила множество разных украшений. Вряд ли это Отто расщедрился, они, скорее всего, принадлежали матери Алисенты и в большинстве своем были громоздки и вычурны. Среди кричащего золота откопала длинную нитку серого жемчуга. Девочки вплели ее в мои волосы на подобии короны-венка. На шею я надела тонкую серебряную цепочку с небольшим кулоном-птичкой и такие же серьги в уши. Получился легкий, невинный образ, ничего лишнего, только то, что подчеркивает естественную красоту. Хорошо, пусть все видят, что мне не нужны лишние цацки. Перед выходом спрятала все свои покупки в новенький сундук и категорически отказала Мэри в дубликате. Ключи сунула в средневековый женский тайник – в сиськи. Если что, буду кусаться, как Констанция. Хотя, кому может быть нужен мой хлам? По плану я сперва направилась к плотнику, за результатами заказа. С удовольствием констатировала, что множество мужчин кивают мне или оборачиваются вслед. На тренировочном поле многие остановили занятия, чтобы поглядеть, как я, элегантно подобрав юбки, плыву по песку. О, я очень надеялась, что это именно так и выглядит со стороны, ибо я думала только о том, чтобы не навернуться. То, что мне предоставил мастер, как итоговый вариант, было не идеально, не удобно, громоздко, но я усмирила придирчивость, зная, что сейчас не получу результат лучше. Заказала сразу 20 штук, с запасом, предусмотрительно внеся предоплату. И, наконец, я попросила Кэти провести меня в сад королевы Алиссанны. Вход в сад располагался за палатой малого совета, был вычурно оформлен резьбой по камню, причудливо изображая цветы, фрукты, листья. Этакое барокко. Было две пары ворот: одни распахивались внутрь, другие – наружу и между ними порткулиса. Я не была трусихой раньше, но, видимо, попав в новый мир, моя осторожность выкрутилась на максимум, как показатель на панели эмоций. Не знаю, кто отвечает за это в моей дурной голове и стоит ли сказать ему спасибо. Может, они возьмут под контроль и распоясавшийся алкоголизм заодно?У входа никого не было и я, крадучись, приблизилась к створкам, едва выглядывая на свет. Сразу после ворот шла небольшая площадка, огороженная каменными резными перилами, с нее вниз вела лестница. Внизу раскинулась большая поляна с изумрудной травой и редкими кустиками нарциссов, тюльпанов и гиацинтов. Меж них, старательно сохраняя видимость заботы о цветах, расположились небольшие группки дворян на цветастых подстилках. Разодетые, словно летние бабочки, они слушали менестрелей, прогуливались по травке и угощались сладостями и вином. До меня доносились смех, звон кубков, звуки арфы и лютни, запахи цветов и смесь всех возможных масляных духов. Ладошки вспотели и под ложечкой неприятно заскребло. Последний раз я так чувствовала себя на выпускном в школе. Я, как и все дети в нашем семейном детском доме*, обучалась на дому, но на выпускной меня все равно позвали. Были деньги на хорошее платье, прическу и макияж, только это все равно не умоляло волнения перед толпой незнакомых людей. Даже в моем мире встречали по одежке, особенно девчонки. Тогда я была не одна, со мной была лучшая подруга, а сейчас… сейчас я слышала напряженное сопение Кэти за плечом и это не помогало. Резко сдав назад, я направилась обратно в башню. Служанка растерянно семенила за мной. Войдя в комнату, я отрыла в сундуке аметистового сокола и попросила Кэти отвести меня к покоям королевы Эйммы. Неплохо было бы навестить ее, чтобы потом было что небрежно упомянуть в разговоре. Крепость Мейгора от всего остального замка отделяли высокие стены и глубокий ров с квакающими лягушками и запашком канализации. Наверняка есть какой-то отвод основного говна, иначе, здесь уже невозможно было бы дышать. Я прошла по крепкому перекидному мосту и оказалась в твердыне, кишащей гостями и стражами в золотых плащах. Гомон окружил меня и я поспешила за Кэти, боясь потерять ее из виду. На каждом углу и проходе стояли караулы рыцарей с зорким глазами, сканирующими снующих вокруг лордов и леди. Чем выше мы поднимались, тем становилось тише и комфортнее. Наконец, на шестом этаже горничная свернула в богато обставленный коридор. У вычурных резных дверей с серебряными вставками стоял караул из 4х золотых плащей. Один из них распахнул передо мной двери и громко представил. Я глубоко вздохнула. Мне не стоило бы волноваться, ведь женщина, с которой я сейчас познакомлюсь, вскоре умрет и ни как не повлияет на мое пребывание здесь. Возможно, именно поэтому я все же волнуюсь. Эймма Аррен скоро умрет и я никак не могу это изменить. Или могу? Я вошла в королевский солярий и, прежде чем оглядеться, присела в глубоком реверансе, склонив голову. Покои были роскошны, втрое больше моей комнаты и казались гораздо богаче показанных в сериале. Срамные гобелены, кстати, были на месте, перемежаясь с темно-красной драпировкой окон и мебели. В комнате не было кровати, только многочисленные кресла, кушетки, диваны и столики для приема посетителей. Всюду были живые цветы: и на полу в больших вазонах, и на столах в кувшинах и совсем крошечных вазочках. Эймма полулежала в чем-то больше похожем на халат, чем на платье, вокруг королевы сидели и стояли ее фрейлины, недалеко суетились слуги, в уголке бренчал менестрель с арфой, а у входа, за моей спиной, замерли истуканами 2 белых плаща. На первый взгляд она выглядела нормально, но, если приглядеться, можно было заметить темные круги под глазами, которые пытались запудрить и слегка впалые щеки. Ее кожа имела сероватый оттенок. В незамысловато уложенных волосах сверкала серебряная тиара с аметистами и сапфирами. Сейчас я видела, что Рейнира, оказывается, очень похожа на мать, только упрямый подбородок у королевы смягчен, а глаза наполнены спокойствием, умиротворением и немного усталостью. - Алисента, дорогая, очень хорошо, что зашла, - Эймма нежно улыбнулась мне и сердце в груди тревожно сжалось. - Моя королева, доброго утра, - смущенно пролепетала я. Меня выбило из колеи такое доброе отношение. Вполне возможно, что мать Алисенты была фрейлиной королевы и ее доброй подругой и они, конечно, подружили дочерей. - Уж надеюсь, что у тебя оно доброе, а то моя милая дочь и двух слов связать не может. Хоть ты расскажешь, как прошла ваша поездка в город? Я не выбиралась отсюда целую вечность. Я почувствовала, как покраснели щеки. Похоже, Эймма просеяла через сито родовую язвительность и вручила дочери концентрат, оставив себе на донышке. Так, стоит собраться уже! - Я могу не только рассказать, но и показать. Среди бесчисленного множества диковинок, я нашла одну вещицу, которая, возможно, покажется вам, ваша милость занимательной. Или же просто напомнит что-то хорошее. Этот дар проделал длинный путь из Волантиса, - пиздеть – не мешки ворочать. Я медленно встала, и, чтобы не нервировать стражу, передала статуэтку через одну из фрейлин. Королева приняла дар и какое-то время пристально разглядывала аметистового сокола. Ее приближенные спешили высказаться вперед своей госпожи: - Какая изумительная резьба… - Что за дивный оттенок, ваша милость, точь в точь как ваши глаза… Это позволило мне сделать вывод о мягком нраве Эйммы. Похоже, она больше дружила со своим окружение, нежели держала с ними дистанцию. - Действительно, весьма интересное творение, мастер был искусен, - кивнула королева и велела водрузить сокола на одну из полок. Я весьма довольная тем, что метод взяточничества работает в любом мире, принялась рассказывать об инциденте с Мелеис и моей лошадью. Момент с чокнутым проповедником решено было пропустить. Дамочки ахали и охали, по очереди восхваляя доблесть сира Стронга. Эймма какое-то время благосклонно кивала, а потом, неожиданно, приказала всем оставить нас наедине. В солярии остались только рыцари гвардии. - Итак, - начала королева, кивком головы приказав мне сесть поближе, - как чувствует себя принцесса? - Оу, полагаю, она в смятении, - осторожно начала я. – Прямо сейчас, она бы злилась, если бы прогулка не завладела ее вниманием. Уверена, что она вернется к теме свадебного тура в ближайшее время, но вас она не станет этим беспокоить. - В это я охотно верю, - хмыкнула Эйма. Она прикрыла свои светлые фиалковые глаза в попытке скрыть изнурение. - Я подаю ей ужасный пример, не так ли, Алисента? Я открыла рот, чтобы возразить, но не успела: - Не стоит перечить, милая, мне прекрасно известно, что думает моя дочь о моем положении. Она смотрит на меня, и я вижу страх в ее глазах, страх оказаться на моем месте – запертой в замке и на родильном ложе. Она боится потерь, что терзают меня из раза в раз, боится слабости и боится, в итоге, остаться одна. У меня запекло под веками и пришлось опустить голову. Ублюдский мир… - Что за лицо, маленькая леди? Ты смеешь жалеть свою королеву? – насмешливый голос заставил меня глубоко вздохнуть и собраться. Ей и так тяжко, не хватало еще меня успокаивать. - Вовсе нет, ваша милость, лишь женщину. Эймма поджала губы в едва заметной улыбке. - Это лишнее. Мне не о чем жалеть, кроме скверно выполненного женского предназначения. Если бы я была сильнее, у Рейниры было бы полно братьев и сестер и мне не пришлось бы беспокоится о ее одиночестве в замке, полном людей. – Королева взяла тарелку с мясным пирогом и отломила кусочек. - Может быть, не всем суждено выполнить это предназначение? Может, было бы лучше, если бы некоторые женщины были освобождены от этого? Лучше для них же, – я не помню, как тут карают за ересь? Потому что именно ее я сейчас произношу. Эймма вскинула брови. - От этого никуда не деться, таков порядок вещей, - тихо произнесла она. – Девочки в четырнадцать оказываются на родильном ложе. Мальчики в четырнадцать оказываются на войне. Будь у меня сын, мое сердце болело бы о нем не меньше, чем о дочери. - Но Рейнира драконья всадница, принцесса Семи королевств, она может больше… - мне всегда было интересно, был ли у Рейниры хотя бы крошечный шанс прожить другую жизнь, изменить хоть что-то в мозгах людей. Женщина негромко засмеялась. - О, я думаю Рейнира может вообще все. Но даже когда она облетит все существующие континенты дважды, попробует все сладости, которые сможет найти и сполна насладится свободой, она захочет разделить свой путь с кем-то. Я хотела бы, что бы она нашла такого человека, - печальный взор устремился сквозь витражи к горизонту и Эймма прошептала очень тихо, - каждая мать этого хочет. Я вздохнула. Эта женщина говорила сначала о жестокой реальности, потом о романтических мечтах. Таргариены часто женились по любви и, хоть брак Визериса и Эйммы был спланирован, они были вполне счастливы и довольны друг другом. Но Эймма не могла не видеть, что происходит вокруг и что, порой, терпят другие благородные женщины. Мне подумалось, что свадебный тур придумала именно Эймма, чтобы дать своей дочери попутешествовать и в процессе влюбиться. Невероятно щедро… - Я рада, что ты так близка с моей дочерью, Алисента. Я так часто в тягости, а Деймон и Визерис никогда не поймут женских потребностей, они могут лишь закидывать их бессмысленными безделушками - Мы хихикнули в унисон. - Как принцесса ориентируется среди наших гостей? – Спросила королева, отставив тарелку, так ничего и не съев. Я набрала воздуха в легкие, чтобы пожаловаться, быстро поняла, что королеве на принцессу жаловаться нельзя и судорожно нахмурилась, пытаясь придумать что-то нейтральное. - Не старайся, дорогая, я и так все знаю, - я сдулась унылым шариком, а она захохотала легко и непринужденно и на секунду показалась мне здоровой. Мы еще немного поговорили об атмосфере при дворе и разных гостях. Мне пришлось изворачиваться, делая вид, что я знаю о ком идет речь. Вскоре ее светлость изъявила желание отдохнуть и я поспешно удалилась. В целом, я считала визит удачным. Я стала чуть лучше понимать Рейниру и ее отношение к окружающим. Ее матушка – мягкая и слишком часто несчастная птичка в клетке – прыгает из одной беременности в другую, кое-как между ними восстанавливаясь. Ее отец – вечно занятой король, которому проще отдариться от дочери, чем найти пол часа. Ее дядя слишком часто в изгнании, а когда он все же дома, то Рейнира получает практически все, что захочет…… Придворных она терпеть не может – одни воспринимают ее как мостик к королю, другие как ресурс, способный улучшить собственное положение. И вот, одинокая Рейнира загребла в свои драконьи лапы Алисенту, не способную найти друзей из-за чопорности, зазнайства и поучительства всех и каждого в отдельности. Они замкнулись в своей тесной компашке, подгрызая друг друга и отгоняя окружающих. А разбираться с этим предстоит мне. Конечно, если выйду замуж и уеду, то с меня и взятки гладки. И тогда Рейнира останется совсем одна и точно бросится в объятья Коля. Какой кошмар, у меня голова сейчас взорвется. Я немного прошла по коридору и села на скамейку у великолепного витража с красным драконом. Внезапно, я поняла, что у меня нет никого плана. Было одно четкое намеренье – избежать свадьбы с Визерисом, а больше я ни о чем не думала. Разумеется, я оправдывала себя тем, что попала в один из самых ужасных миров и по началу просто пыталась прийти в себя. Сейчас, когда есть пара минут передохнуть, я могла бы выстроить цепочку действий. Для начала, нужно задать себе вопрос: на что я действительно могу повлиять? Я никак не могу повлиять на Отто и его масштабный заговор. Я так же не могу пойти к Визерису и все ему рассказать. Если он мне поверит всем Хайтауэрам отрубят головы, а я окажусь в септе. Если он мне не поверит, то я окажусь в септе по распоряжению Отто. Если бы только Бейлон выжил. Но пока рядом с королевой мейстеры – ни у малыша, ни у его мамы нет никаких шансов. Хм, Мартин же создавал Вестерос по образу средневековой Европы, а Эссос – это восток. В этот период времени на востоке медицина была получше, чем на западе. Да, неплохая идея. За ней следует следующий вопрос: кто у нас чаще всего бывает на востоке и у кого там обширные связи? Очевидно, что Деймон, мать его, Таргариен. Но к нему я напрямую тоже не могу обратиться. Хорошо, что он часто тусуется рядом с Рейнирой, мне тоже нужно крутиться где-то неподалеку и ждать удобного шанса. Желательно, в ближайшие пару дней. И отправиться к принцессе лучше прямо сейчас. Оу, к той самой принцессе, с которой я так самозабвенно засосалась вчера по пьяни? Едва поднявшись со скамейки, я ошарашенно рухнула обратно. Как это вылетело у меня из головы? Вот это залёт…Я же хотела держать дистанцию, избегать опасных ситуаций! Полагаю, что опасные ситуации будут сами на меня сыпаться, пока я не прекращу бухать. Ладно, Рейнира получила, что хотела. Может ей не понравилось? Будем надеяться, что я не произвела хорошего впечатления, я едва соображала. Отказаться от ее общества сейчас я не могу, поэтому буду вести себя как обычно. Вряд ли она побежит рассказывать на каждом углу о наших шалостях. *** Не трудно догадаться, где отдыхала Рейнира, когда ее никто не трогал. Со стороны Визериса было весьма великодушно оставить принцессу и ее похмелье в покое, хотя на улицу ее все же выгнали. Видимо, рассчитывали, что девушка, со дня на день, начнет приобретать полезные знакомства, но это же Рейнира. Пусть молятся, чтобы она не нанесла оскорбление чести какому-нибудь мнительному лорду до конца турнира. Интересно, что ее притягивает к этому жуткому дереву? Развалилась на подушках и обмахивается веером, как на курорте, словно не замечала прохладного ветерка. Хм, вчера, когда я спросила про жар, она ответила, что всегда такая. Может ли быть, что… Как только принцесса уловила мое приближение, ее лицо расплылось в ехидной улыбочке. Вот же ж белобрысая коза… - Вижу, ты все же встала, похвально, - протянула она. – Однако, не достаточно, чтобы я была довольна своей фрейлиной. Я провожу время без тебя, снова. Вокруг Рейниры были расставлены блюда со всякой всячиной, вина не было, вместо него травяной настой разносил свой аромат по округе. Еда, впрочем, была нетронута. Что, плохо тебе, пьянь малолетняя? Сейчас я добавлю… - Я навещала ее милость, королеву, - невзначай пропела я, усаживаясь рядом с принцессой на подушку. Рейнира заинтересованно приподнялась и окинула меня подозрительным взглядом. – Рассказала ей про наши вчерашние похождения, мне пришлось, она же так за тебя волнуется… Я сполна насладилась шокированным лицом подруги и, не сдержавшись прыснула со смеху в ладони. Рейнира не сильно пихнула меня в плечо. - Как ты смеешь, несносная, мне и так плохо! - Но ты все равно выглядишь бодрее, чем я, - завистливые нотки просочились в мой голос, пока я наливала себе травы. - Драконья кровь помогает, - хмыкнула принцесса, откидываясь на подушки. Оу, значит, я не ошиблась в своих догадках и Таргариены не просто люди. Об этом стоит подумать… А Деймон не зря переживает, что его племянница не умеет хранить тайны. - Знаешь, если проблеваться с утра, станет еще лучше, поверь мне, – я засмеялась, когда Рейнира в ужасе уставилась на мои губы. Кажется, сегодня меня не будут донимать поцелуями. - Всем расскажу, какая ты леди на самом деле, - пробурчала Рейнира. - Да уж получше, чем ты, - мне пришлось склониться над ней, чтобы нас не слышали пара слуг и Кэти – или мне вчера померещился тот феноменальный поцелуйный опыт? Самодовольству принцессы не было предела. Возможно, мне не стоило так говорить, она и так лопается от чсв, но очень хочется узнать, кто выступал в роли блестящего педагога. Коля еще нет на горизонте, Харвином она не интересуется и остается, на самом деле, только один вариант. - Понравилось? – Улыбнулась Рейнира, демонстрируя акулью улыбку. Я вздохнула и запрокинула голову к небу. Шумела красная листва, пели птицы и, как будто, было спокойно. Глупая девчонка, все портит! - С кем успела согрешить принцесса крови? Надеюсь, ему хватит ума держать язык за зубами? – Она предсказуемо поддалась на провокацию и возмущенно вскинулась: - Деймон бы никогда!... – И сразу смутилась, поймав мою снисходительную улыбку. – Это были всего лишь уроки, ради познания. По родственному… - Я едва не заржала. Ох уж эти родственные поцелуи Таргариенов. Хм, а это очевидная идея – поженить Деймона и Рейниру сразу, без Харвина с Лейнором и Лейны. Если я верно уловила шепотки по углам – официально наследник престола все еще не объявлен, Деймону никто не приносил клятв, все ждут рождения ребенка Эйммы. Но по закону наследует именно Деймон. Женившись на Рейнире он только укрепит притязания. Вот только проблема в том, что принц с минуты на минуту лишится наследства, благодаря длинному языку и манипуляциям Отто; украдет драконье яйцо, что равняется бунту; отправится на затяжную войну с переменными успехами и совершит грязное убийство, позволив подозрениям очернить едва восстановленную победой репутацию. Блестяще! Визерис, являясь королем патриархального феодализма объявит преемницей единственную дочь, и сразу женится, наплодив новых наследников-мальчиков с региональной и денежной поддержкой. Рейнира, едва став наследницей, пойдет гулять по борделям с распутным дядей, а после, не получив желаемого, кин ется на своего телохранителя, буквально под носом у отца и всего двора, и зальет все эти события лунным чаем. А дальше… Остановитесь! Что вы творите, дебилы проклятые? Это же безумие! Так, мне надо успокоиться! Ничего из этого еще не произошло, есть время развернуть события в другую колею, главное, осторожненько… - Только не говори, что ты влюблена в него, - лишь крохи заинтересованности проскользнули в моем голосе и я была безмерно удивлена, когда Рейнира засмеялась. - Нет, конечно! Он мой самый близкий друг, единственный, кто меня понимает, моя семья. Я не люблю его как мужчину. О, как… Я немного разочарована. Значит, ее чувства к дядюшке вспыхнут гораздо позже. Может, это даже к лучшему, я обращу ее внимание на Харвина, это будет счастливейший брак. - Хвала богам, - хихикнула я. - Что за оскорбление принца крови! Да он же мечта любой девы - первый меч Семи королевств, драконий всадник, красавец…. Не ври, что не пошла бы за него! Мой желудок слегка оклемался и я, пожевывая сыр, попыталась отвертеться: - Он женат, Рейнира. - Ну, давай представим, что Рея Ройс умерла! Неужели ты не пошла бы за принца? Я едва не подавилась и уставилась на принцессу. - Нет не пошла бы! – отрезала я, повысив тон, - и принц Деймон вовсе не мечта! Подруга хитро сощурилась. - Хочу услышать почему. Хм, возможно стоит подкинуть принцессе пару поводов к размышлению на тему любимого дядюшки. На будущее так сказать. - Не думаю, что пережила бы позор, будучи женой принца Деймона. Его в лицо знают в любом борделе Шелковой улицы. Он там почти как дома и каждая шлюха обласкана его вниманием. Леди Рее, на самом деле, невероятно повезло, что она далеко, иначе болтовня придворных не дала бы ей покоя. Взгляды и непрекращающийся шепот в спину день и ночь. Призрение из-за того, что она не может удержать супруга и сочувствие, что она какая-то не такая. Не говоря уже о том, какие гадости на хвосте может принести муж, посещающий злачные места. - На каком хвосте? – Непонимающе нахмурилась Рейнира. - На том самом хвосте, что болтается между ног у любого мужчины, будь он лордом или пекарем! – прошипела я буквально ей в ухо и девушка прыснула со смеху. Ничего, сейчас я ее припугну. – Это не смешно, это очень опасно для здоровья! Есть болезни, которые могут навсегда сделать женщину бесплодной. Есть болезни, при которых больно мочиться и все между ног буквально пылает. А еще есть болезни, вызывающие на коже язвы, кровотечения, гниль тела и… - Хватит, прекрати! – Принцесса скорчилась в отвращении. – Боги, откуда ты знаешь такие вещи? - Мой дом правит Староместом, где мейстеры собирают все свои тайны и медицинские тоже. К тому же, эти болезни известны повсеместно, о них просто не принято говорить в открытую. - Дейном ничем таким не болеет! - Откуда ты знаешь? - Ну… он бы, наверное, не смог спокойно сидеть, все время бы ерзал… Тут уж мы обе захихикали, представив ерзающего задницей Деймона. - К тому же, не обижайся, но у твоего дядюшки просто ужасный характер, - продолжала я, накладывая тонко порезанную говядину на ломоть хлеба. Зверски захотелось есть. – Он совершает множество поступков сгоряча, не подумав, а потом разгребает последствия. А свой острый язык он и вовсе никогда не сдерживает. - Он просто честный! - Его честность наживает врагов со скоростью пикирующего дракона. Знаешь, иногда можно и промолчать, особенно, если правда не принесет ничего, кроме раздора. Как давно они с твоим отцом не ссорились? – Рейнира задумалась, возведя глаза к небу. - Примерно полгода. - Большой срок, впечатляет. Видимо, его светлость устал скитаться по друзьям или сидеть в ненавистной Долине. - Ему не нужно нигде скитаться! Красный замок – его дом! - Ты ошибаешься, - я покачала головой, - Красный замок – дом твоего отца и он может изгнать принца Деймона в любой момент, когда тот снова скажет или сделает что-то не то. У принца даже нет собственного дома. - Он драконий всадник, владелец Темной сестры, могучий воин и принц драконьей крови! – Подруга смотрела на меня возмущенно и зло. Она знала, что все, что я говорю – правда, так уж устроено их общество. Но, кажется, она была твердо уверена, что это все не относится к ее семье, наследию древней Валирии, королевской крови и бла-бла. - Это все, конечно, правда Рейнира, - я склонила голову, приглушая голос еще сильнее, - но он такой же второй сын, как и мой отец. Вторые сыновья не наследуют земель или замков. Поэтому королева Алиссанна женила его на Рее Ройс, чтобы у его светлости появился собственный дом, который можно любить и защищать, и передать первенцу. То, что они не сошлись характерами – величайший просчет доброй королевы и проигрыш самого принца Деймона. Рейнира задумчиво жевала губы, глядя мимо меня. Не знаю, удалось ли мне вбить крохи понимания важности собственной недвижимости в ее бунтарский ум. Было бы славно… - Не тревожьтесь о моей тяжелой судьбе, миледи, - этот хрен появился откуда-то сбоку, где высокие кусты создавали естественную завесу. Лишний раз доказал, насколько я не подготовлена к их интриганским игрищам. Как можно было болтать такие вещи посреди сада? – Уверен, ваш трезвый ум найдет более интересное занятие, - ах ты говнюк! Ладно, подъеб засчитан. - Дядя! Ты как раз вовремя! Я собиралась оспорить аргументы Алисенты и ты обязан мне помочь! – Рейнира улыбалась, запрокинув голову, щурясь от выглянувшего солнца. - Не стоит усердствовать, дорогая племянница, твоя фрейлина почти во всем права. Кроме одного, конечно. - И что это? - Мой хвост абсолютно здоров и леди Алисента может убедиться в этом в любое время дня или ночи, - мерзавец расплылся в похабной злобной улыбочке. Я покраснела, надеюсь, что больше от ярости, чем от смущения и обиды. Меня вынесли одним щелчком, как дитя малое и, как назло, в голову никак не приходил остроумный ответ. Что ж, 2-0. - Благодарю, ваша светлость, но вынуждена отказаться. Мою репутацию и так потрепала ваша бесценная племянница. – Рейнира расхохоталась, а я в лучших традициях прошлой владелицы тела поджала чопорно губы и напустила занудный вид. – Лучше бы вы рассказали что-нибудь полезное двум изолированным от внешнего мира молодым леди. Например, об Эссосе. - И что вы хотите знать? – Деймон пристроил шлем на кряжистый белый корень, снял перчатки и принял кубок у расторопного слуги. Его белые волосы развевал ветер, на лбу блестел пот, он наверняка пришел сюда сразу после утреннего рейда. - Правда, что у дотракийцев консумация брака происходит при всем племени? – Принцесса блеснула глазами в сторону дяди. Она это по привычке или просто наврала мне, что не заинтересована в нем? Деймон не ответил, лишь хмыкнул в кубок и хитро прищурился. Настала моя очередь: - Я хочу знать очень многое. В каком состоянии сейчас старые валирийские дороги? Насколько отличается устройство их городов от наших? Как они хранят свои знания? У них есть что-то вроде нашего ордена мейстеров или библиотеки? Лучше ли их медицина? - Мое терпение не настолько безгранично, чтобы просвещать вас по всем скучным темам, миледи, - принц неприятно усмехнулся, не скрывая презрения. Ничего, я потерплю ради благих целей. – Выберите один вопрос. Я сделала вид, что задумалась: - Лучше ли их медицина, чем наша? - Да, лучше. В некоторых городах даже есть лекари, способные проводить операции на кишечнике с успешным исходом. – Деймон задумчиво болтал кубок. Похоже, смерть отца не давала ему покоя. - Из всех вопросов ты выбрала самый скучный? - Рейнира удрученно цокнула и бросила в меня полевой цветок. - Но если у принца Деймона много друзей в Эссосе, он бы мог привезти лекаря для королевы Эйммы. Повисла гнетущая тишина. Рейнира в шоке уставилась на меня, принц нахмурился и отставил питье. - С чего вы взяли, что такое будет позволено? - Я думаю, государь заинтересован в благополучном разрешении от бремени ее милости. А наши мейстеры, бывает, ошибаются… Принцесса изумленно обернулась на дядю. Деймон не двигался, погруженный в размышления. Наконец, он, подхватив шлем, размашистым шагом покинул нас, не прощаясь. Рейнира с немым вопросом взглянула на меня. - Что? Мне показалось, что это хорошая идея, разбавить мейстеров и прежних повитух. Прошлые попытки у ее милости закончились не очень… - я подала подруге яблоко, пора было уже ей что-нибудь съесть. Расстроенная девушка куснула фрукт и отвернулась. - Всех волнует только ребенок, на каждом углу твердят о наследнике, даже самого мелкого лорда волнует, кто займет трон, даже кузнеца! А мама почти не ест, с трудом ходит, с каждым днем она… И сама же предлагает мне смириться с подобной участью! Это безумие! – Что правда, то правда. В сериале ее еще пощадили, дав пожить и вырастить Рейниру, а в книге она умерла в 23, когда дочери было всего 8 лет. Бедная Эймма. - Не у всех так, Рейнира, множество женщин рожают много здоровый детей и ты будешь одной из них, - я мягко тронула девушку за плечо, но она лишь раздраженно дернулась. - Намекаешь на то, что мой отец был не слишком великодушен к матери? Великодушен? Какой уж там! Даже в этом жестоком мире далеко не все женщины умирали в родах. Королева Алисанна родила 13 детей, Кейтилин Старк – пятерых, сама Рейнира пройдет через роды 6 раз, и, наверное, родила бы еще, если бы не война. Однако, Эймму Аррен бросили на родильное ложе в 13 лет, а здоровьем она пошла в свою хилую мать. У королевы было мало шансов при всех этих вводных. Чудо, что Рейнира вообще появилась на свет. Это все было очень далеко от понятий «великодушие», «терпение» или «любовь». Невысказанные слова повисли между нами. Я не знала как утешить подругу. Все заверения об удачном исходе казались мне лживыми и лицемерными, учитывая, что я все знаю наперед. Хотелось ее обнять, поделиться едва накопленным теплом, но я не стала. Вокруг шатались слуги, стража, в любой момент мог кто-то подойти. И мы просто плавали в этом грустном молчании, пока королевский паж не забрал Рейниру. Я осталась одна под тревожно перешептывающейся красной кроной. Странные у меня складываются отношения со здешними богами и магией. Боги, если, конечно, в лавке был кто-то из них – пугают до усрачки, вместо выдачи инструкций, а магия и вовсе молчит. Даже не знаю, что хуже. Может, я просто не умею правильно наводить мосты с этими чудиками? Здесь, как и у людей – к каждому свой подход. Я слышала, что Старым богам в древности приносили кровавые жертвы. Первые люди развешивали кишки своих врагов на ветвях или по-простому рубили головы над корневищами. Дети леса, если верить легендам, посредством обряда с жертвоприношением тысячи пленников перебили Руку Дорна и организовали болотистый Перешеек. Жуть какая, но это уже хотя бы похоже на версию. Я взяла с пледа нож. Достаточно острый, узкий, визуально чистый. Теоретически, нужна лишь капля. Я поднесла лезвие к пальцу, солнечный зайчик отразился от поверхности и бросился в глаза. И тут возникала проблема. Я никогда не была склонна к самоповреждению, боялась иголок и лезвий. Один из больших страхов моего детства – упасть на нож, пока он у меня в руках. Острие надавило на кожу, лишь чуть-чуть поднажать… Нож полетел обратно на плед. Ну не могу и все. Не судьба. Да и вдруг эта коряга получит какую-то власть надо мной благодаря крови. Почти во всех фэнтези вселенных человеческая кровь имеет особую силу и здесь тоже. Хм, а если кровь будет не моя, а моих врагов, это же тоже подходит? Вспомнила, что враг у меня пока что один и он вне досягаемости. Может тогда подойдет животное? Птица или крыса, к примеру. Эта идея мне нравилась гораздо больше, но ее реализацию пришлось отложить. Пока у меня было немного свободного времени, я отправилась гулять по замку. Наткнулась на репетирующих музыкантов и еще одна полезная идея посетила мои чертоги. Нужно сместить акцент с Джейсона Ланнистера и очаровать как можно больше других лордов, поэтому сегодня на пиру я собиралась петь. У Алисенты был прекрасный поставленный голос, она явно пела периодически по тайным темным углам, скромняга наша. Оркестр за 7 медных звезд несколько раз прогнал со мной песню из моего мира. Они пришли в восторг и Кэти аплодировала, и насколько прохожих остановились послушать. Музыканты спросили разрешение исполнять эту песню самостоятельно после сегодняшней презентации, и я милостиво разрешила, но только с указанием моего авторства. Надеюсь, ребята из «Мельницы» меня простят. И теперь у меня не осталось поводов избегать гадючьего сада. Я вернулась в башню и переоделась. Дважды. Чтобы в итоге остаться в том же платье, в котором и была. Конечно, у Алисенты были наряды новее, но они производили впечатление не девицы на выданье, а монашки. У меня же на все про все полторы недели, необходимо использовать все сильные стороны и внешность одна из них. Внутренний мир раскроем потом, а то испугаются на подходе. Я не дала себе возможности замедлиться перед воротами в сад Алисанны, лишь расправила плечи и вздернула повыше подбородок, спасибо Рейнире за такую возможность. Выйдя на площадку, я подошла к перилам и остановилась, спокойно оглядывая поляну. Множество голов повернулись в мою сторону и я постаралась максимально расслабить лицо. Правее, под раскидистой ивой я, наконец, заметила знакомых. Летисия Грандисон, улыбалась и махала мне веером. Я улыбнулась в ответ и, испытывая огромное чувство облегчения, направилась к маленькой компашке юных леди. Незнакомые люди кивали мне и я кивала в ответ, хотя сомневаюсь, что все они были представлены Алисенте. Мне нужно подготовиться к повышенному вниманию, как единственной фрейлине принцессы, теперь через меня будут добиваться аудиенций, передавать подарки и просьбы. Мне стоит завезти блокнот? Лучше онлайн запись, конечно, хах. Леди Летисия и леди Доротея Селми стояли у накрытого стола, обе в зеленых платьях, но разных оттенков. Рядом с ними на стульчике сидела незнакомая девушка, лет 17-18 в платье приглушенного желтого цвета и с причудливым ободком, украшенным ракушками. Она была привлекательна, как сдобная булочка, с вьющимися каштановыми волосами и большими карими глазами, как у лани. Она встала, когда я подошла. Девочки дружно присели в книксен и я почувствовала себя практически царицей, о да. Так, дурные наклонности нужно сдерживать, мы же собрались тут со всеми дружить! - Леди Алисента, как приятно видеть вас в саду доброй королевы, вы так редко его посещаете, - энтузиазм на лице Летисии меня смущал, но я скорее была довольна, что кто-то настолько рад меня видеть. Куда мы без подхалимов и лизоблюдов? – Позвольте представить леди Джоханну Вестерлинг, она только вчера прибыла в столицу. Та самая Джоханна Вестерлинг, будущая жена Джейсона Ланистера - великая женщина в истории Вестероса. После того, как Джейсон погиб в гражданской войне Таргариенов, железнорожденные напали на Западные земли, разоряя их, сжигая флот и уводя женщин в рабство. Джоханна, будучи регентом при малолетнем сыне, сначала просто оборонялась, просила помощи у короны, в частности – у десницы, которым тогда был близнец ее покойного мужа. Удивительно, но Тиланд и пальцем не пошевелил, чтобы помочь своему дому. Хотя, корона тогда едва ли была в лучшем положении. Побережье запада вырезали и жгли три года. Наконец, подгадав момент ослабления противника из-за дележа власти, и собрав всех, кого смогла найти, леди Ланнистер высадилась на Железных островах и натянула ублюдских пиратов по полной. Тысячи мужчин и женщин были преданы мечу, десятки деревень – сожжены. Она отомстила и награбила сполна. А младшего сына мертвого лорда Грейджоя она притащила в Утес Кастерли, оскопила и сделала шутом своего сына. Ах, какая женщина, а так и не скажешь… Все это имело место в каноне, я же навострилась перевернуть тут все с ног на голову, по возможности, и если все пройдет успешно, я сама стану леди Ланнистер и никуда Джейсона не отпущу. Идеально было бы вообще избежать Танца Драконов, но Визерис в любом случае женится после смерти Эйммы и как там дальше развернется ситуация – не предугадать. В своем личном топе красоток я поставила бы леди Джоханну на четвертое место сразу после Рейниры. Среди знакомых мне придворных дам она действительно выделялась, хотя миловидных лиц было с избытком. Но самое большое ее преимущество передо мной – возраст. Она как подошедший сдобный пирог, полностью созрела и готова была начинать плодиться хоть завтра. Во времена Тайвина Вестерлинги почти полностью разорились из-за череды глупых лордов или одного такого лорда, не помню уже. Но сейчас это был богатый и уважаемый дом, один из ближайших союзников Ланнистеров. Казалось, что выбор Джейсона был вполне очевиден и ехать никуда не надо, но молодой лорд, похоже, взбрыкнул против кого-то и решил провести полный осмотр, прибыв в столицу, на мое счастье. - Очень приятно с вами познакомиться, леди Джоханна, - мы обменялись вежливыми кивками. - Какая интересная компания собралась у нас тут, дамы- хихикнула я, принимая кубок у подбежавшего слуги. Пробовать, однако, не торопилась. - Без сомнения, добрая королева Алиссана могла бы нами гордиться за налаживание важных знакомств, - кивнула Джоханна и все негромко засмеялись. - Думаю, для большего ее довольства, нам следовало бы пригласить северную леди, - ответила я. Девица Вестерлинг производила приятное впечатление и в общении тоже. Какая досада. - О, боюсь ваше желание несбыточно, леди Алисента,- Летисия самодовольно демонстрировала осведомленность. – С Севера прибыла только одна дама и ее с трудом можно назвать леди. Это незаконнорожденная дочь лорда Рикона Старка – Сара Сноу. Говорят, она находится на попечении дома Мандерли и за ней обещают неплохое приданное, но ее происхождение лишает бедняжку приемлемых партий. Непонятно, зачем ее вообще сюда привезли? Скабрезные замечания Летисии погрузили нас в неловкое молчание. Она не сказала ничего, кроме правды, но зубоскалить таким молодым и чистым леди было, вроде как не принято. - Это леди Джейн Аррен? – Негромко спросила Доротея, вытягивая шею. Девушки нарочито медленно повернулись вправо. Примерно в 20ти метрах от нас, расположилась небольшая компания из шести леди. Они сидели на резных стульчиках, которые в свою очередь, стояли на изысканно вышитых коврах – расточительная демонстрация богатства, на мой вкус. Леди Долины угадывалась с первого взгляда: ее спина была невероятно прямой, на голове красовался серебряный тонкий обруч, украшенный синими и голубыми камнями, через плечо перекинута длинная коса, глубокого черного цвета. Даже со своего места я могла наблюдать, как по-королевски подает себя эта дама, как горделиво вздернут ее подбородок и насмешлив взгляд. Ее яркое синее платье не имело украшений, но было пошито из дорогого, блестящего на солнце шелка. Разглядеть с такого расстояния ее лицо детально было сложно, но я была уверена – за Деву Долины говорит ее стать, а не внешность. - Да, именно она, - фыркнула Летисия. – Настоящая диковинка: почти 20 лет и до сих пор не замужем. - Будь я Верховной леди Долины, тоже замуж не стремилась бы, - пробормотала я под нос, вызывая у девушек тихие смешки. - Она не общается почти ни с кем, кроме долинных леди. Особенно близка к ней ее компаньонка, Джессамина Редфорт. - Вот уж кого нельзя обвинить в налаживании региональных связей, - заметила Джоханна и мы вновь негромко захихикали. Хм, кажется, я начинаю получать удовольствие от завуалированного обсирания окружающих. Скоро стану такой же ядовитой, как мелкая Грандисон. - Я не видела леди Аррен среди гостей ее милости, королевы Эйммы сегодня утром. Она совсем не навещает свою тетушку? – Спросила я и насладилась эмоциями на лицах собеседниц: от умеренной зависти до сдерживаемого восхищения и легкого уважения. Выкусили? - Насколько я знаю, ее милость удостоила леди Джейн парой аудиенций, - Летисия вновь доказала свою полезность в сфере информации. Значит, королева не слишком благоволит племяннице, хоть и поддерживает ее право на Долину. Если я правильно помню канон, они почти не знакомы. Эймма покинула долину еще до рождения Джейн. - Замечательная сегодня погода, миледи, - я едва не взвизгнула, когда услышала за спиной знакомый голос, и, все же мне удалось, более менее, грациозно развернуться. Остальные девушки даже не вздрогнули. Вот это дрессировка. Я сразу поняла, что передо мной не Джейсон. Волосы Тиланда были чуть короче, глаза ярче и от него ощущалась спокойная, мерная уверенность, как морская гладь в погожий день. Мне хватило пары секунд, чтобы определить близнеца Джейсона как взрослого, сформировавшегося мужчину. Одежда его была из дорогих тканей, но не слишком вычурной и золотой атрибут был лишь один – брошь в форме львиной головы на левой стороне груди. - Сир Тиланд, - Джоханна вежливо кивнула и мы все присели в ответ на поклон второго лорда Ланнистера. - Мы только что были в южной части сада, там недавно расцвели северные розы, самые ранние. Дивное зрелище, - реплика принадлежала девушке, что стояла немного позади Тиланда и осталась незамеченной. - Позвольте представить леди Девию Тирелл, - Ланнистер отошел в сторону, являя моему взору еще одну конкурентку. Что ж, все не так серьезно, как я думала. Эта Тирелл не была столь красива, как Маргерри и открытыми декольте не поражала. Ее внешность была вполне обычной: каштановые волосы и голубые глаза, симпатичная, но не более, в роскошном, платье из голубого шелка. Главные ее преимущества передо мной – она из верховного дома и они точно богаче чем мы. И грудь у нее больше, ибо она тоже старше меня на пару лет, если судить внешне. Я уже привыкла делать реверансы перед мужчинами – это воспринималось как приветствие. Я, так же, без проблем приседала перед всеми Таргариенами – они были королевской семьей и обладали драконами, попробуй тут не присесть. В случае с Девией я обязана была сделать хотя бы книксен в одностороннем порядке. Она дочь сюзерена моего дома и выше меня по положению. Это было… неприятно. Я впервые почувствовала феодализм на своей шкуре, впервые почувствовала себя неравной. Спасибо Эдитте Оттенберри, которая научила меня приседать, не склоняя головы. Леди Тирелл благосклонно улыбнулась, оглядывая всех нас, Тиланд с интересом наблюдал за происходящем. - Леди Алисента, - похоже, Девия собралась перехватить инициативу, - я слышала, вам не здоровилось. Как вы себя чувствуете? - Благодарю, леди Тирелл, сейчас уже все хорошо. Я полностью здорова. - Не слишком ли легкое платье вы выбрали сегодня? Погода весьма обманчива… - Ах, ты сука. Конечно, она заметила, как же иначе, зубастая тварь. Нужно оскалиться в ответ, иначе они почуют кровь и будут отрывать по кусочку, растягивая удовольствие. У всех здешних леди когти под белыми перчатками. - Это одно из моих любимых платьев и скоро с ним придется попрощаться. Решила надеть на последок, - я отдала кубок проходящему мимо слуге, ожидая следующего вопроса. - Отчего же вы решили от него избавиться? Такое милое, - Девия пригубила свой напиток, ее голубые глаза азартно блестели, она была похожа на гончую, на охоте. Мы определенно не подружимся… - Согласна, оно очень милое, но я из него выросла и королевские портные шьют мне новый гардероб по предложению его милости, короля Визериса. Леди Эдита обещала управиться к началу турнира, у нее в распоряжении лучшие мастерицы и ткани из всех уголков мира. Вы же видели ее наряды на принцессе Рейнире? Роскошные, не правда ли? – Очень удобно быть королевской фрейлиной и щеголять связями. - Эм, да, верно… - Леди Тирелл отвела взгляд, а глаза Тиланда смеялись, когда встретились с моими. С такими разговорами, не удивительно, что мужчины не воспринимают здешних женщин всерьез. - О, вам так повезло, леди Алисента, скорее бы их увидеть, - пролепетала мелкая Селми. Она больше слушала, чем говорила. Наверное впитывает, как губка, а вокруг одно говно. - Неужели это леди Рослин Сторртон? Уместно ли в ее случае выходить в общество? Еще и в таком виде… - Девия быстро нашла новую жертву, когда споткнулась о мои зубы. Она смотрела в сторону колоннады, охватывающей противоположный край поляны. Меж живописно оплетенных растительностью колонн прогуливалась девушка с букетом нарциссов в руках. Из далека я видела лишь общий образ, поникшую фигуру, желтое платье и распущенные светлые волосы. К ней никто не подходил, лишь глазели всей дружной поляной и шушукались. Омерзительно. - Как ей не стыдно после такого показываться перед двором. Почему лорд Сторртон не запер эту блудницу в покоях? – Я обернулась к Летисии с выражением немого шока на лице. Она смолкла под моим взглядом и я схмурила брови, неосознанно подражая Отто. - Вы лично говорили с лордом Сторртоном или его дочерью? Или вы были свидетелем того, то случилось? – спросила я, заставив леди Грандисон смутится. - Нет, конечно, - воскликнула она, будто я обвинила ее в непотребстве. – Просто все вокруг говорят о странных обстоятельствах… - Леди Алисента просто много времени проводит с Принцессой Рейнирой и не знает многих аспектов. Я объясню, - ядовитый рот Девии сочился любезностью, мне хотелось скривиться, я с огромным усилием сдержалась. – Леди Рослин уже пол года помолвлена с престарелым рыцарем из Свифтов. Не слишком удачная партия, учитывая, что этот дом потерял лордство еще при короле Мейгоре, а сам Гильем Свифт похоронил двух жен, не нажив наследников, есть единственная дочь, а его замок - Корнфилд находится в упадке. Разумеется, Сторртоны в еще худшем упадке и тут, третий лорд Рут так удачно обращает внимание на бедняжку Рослин, на которую без слез не взглянешь. Конечно, ее отец вцепился в эту возможность, и если его затея удастся, никому не интересная леди Сторртон получит в мужья второго сына владетеля Харровея. Неплохая интрига… - Вы называете изнасилование интригой? – Не сдержалась я. Они все старательно обходили это слово, лицемерно скрывая суть. - Если оно действительно было… - Да она же коварная соблазнительница, эта Рослин! Наверняка и напоила его сама, иначе, лорд Аларик не лег бы с ней! – Летисия возмущалась, будто дело касалось ее лично. Доротея выглядела слегка испуганной и явно, не до конца понимала сути разговора, а Джоханна смотрела в сторону с равнодушным видом. – Если бы Сторртоны не выступили когда-то на стороне короля Джейхейриса, их бы сюда даже не позвали. Его милость, король Визерис чрезмерно радушен… - Не нам судить о радушии его милости, - процедила я ледяным тоном и все наконец-то заткнулись. Мы молча наблюдали как на встречу Рослин Сторртон шла пара взрослых дам. - О, леди Редвин уже прибыла, я с ней еще не виделась. – Тирелл склонила голову, наблюдая за сценой. - Возможно, стоит встретиться промо сейчас? – Внезапно подала голос Вестерлинг. – Я слышала, что ее замечания остры и несдержанны. - Еще как, - ухмыльнулась Девия, - слова леди Редвин всегда заточены как валирийская сталь и бьют прямо в цель. – Она вновь отпила из кубка и прищурилась, ожидая, с почти научным интересом, столкновение двух объектов. - Прошу меня простить, - я едва заметно присела и направилась через всю поляну в сторону леди Рослин. Я просто не могла больше их слушать, смотреть на их надменные лица. Поверить не могу, что другие девушки могут травить жертву насилия! Они не боятся оказаться на ее месте? Я не успела перехватить бедняжку, она, все же, пересеклась с леди Редвин и ее спутницей. Подходя к стервятникам и их жертве, я видела, как Рослин вжалась в колонну, пытаясь слиться с зеленью. Я не имела права вмешиваться, ни с кем из них мы не были представлены. - Леди Рослин, - громко произнесла я, надеясь, что от моей защиты не откажутся. Компашка повернулась ко мне и я смогла всех разглядеть. Леди Редвин была дамой лет 60ти, когда-то красивой, а сейчас усохшей, как съежившийся кактус. На ней было платье из тяжелой, темно-лиловой парчи, расшитое золотом и мелкими красными камешками, оно старило ее еще больше. Она держала под руку девушку лет 25 с темно-рыжими волосами и карими глазами, по чьим пухлым щечкам рассыпались веснушки. - Леди Алисента, - обратилась ко мне почтенная матрона, - приятно увидеть вас лично. Мы раскланялись и леди Редвин представила мне свою племянницу Бригиду. - Вы ведь недавно прибыли? – спросила я, - Как вас принимают в Красном замке? - О, все просто прекрасно… - она старательно перечисляла, что конкретно ей нравится, а я старательно слушала с самым благожелательным лицом. - Я буду счастлива передать ее милости, королеве Эймме, как хорошо встречают ее гостей, - каждую лицемерную улыбку я старалась воспринимать как тренировку, в этом обществе иначе нельзя. И я наслаждалась каждый раз, когда лица собеседников вытягивались от удивления. – В южной части сада расцвели потрясающие северные розы, они украсят любую прогулку. - Это замечательно, - кивнула леди и бросила неприязненный взгляд на Рослин, которая сама едва не превратилась в цветок, настолько ей было некомфортно. – Но, боюсь, я не могу оставить невинную девицу с … - Вам не о чем беспокоиться, - поспешно перебила я, - я здесь по поручению лорда десницы. Мой отец счел уместным, чтобы я задала некоторые, уточняющие ситуацию, вопросы леди Рослин. Он щадит пострадавшую сторону и не хочет причинять больше слез, поэтому послал меня. Хвала богам, это сработало и матрона под ручку с компаньонкой удалились, бормоча себе под нос что-то вроде: - Это кто тут еще пострадавшая сторона… Я перевела взгляд на причину возмущений и, после стольких слухов, наконец, смогла ее рассмотреть. Она, вообще-то, была совершенно обычной: бледнокожей, худой, довольно высокой девушкой, которую портило нелепое и потрепанное желтое платье, и еще кое-что. На вполне милом личике цвели красные и гнойные прыщи, и на фоне светлой кожи и пшеничных волос смотрелось все это крайне неприятно и нездорово. На первое впечатление, девушка еще не достигла двадцати и это вполне могла быть временная проблема. Бедняга не поднимала головы, руки, державшие цветы, подрагивали, а лицо искажали горе и страх. - Мне очень жаль, - помявшись, сказала я. Девушка вскинула на меня взгляд. Ее глаза оказались такими же синими, как у меня. Красиво. - О чем вы? – тихо спросила Рослин. - Догадываюсь, что вы уже побывали на допросе у моего отца, - я дождалась неуверенного кивка, - и как его дочь, я точно знаю, что он никого не щадит. Судя по судорожно сжатым губам и болезненно сведенным бровям, я попала в цель. Развороченную и постоянно ноющую цель. Не хватало еще, чтобы и я выворачивала на изнанку эту травмированную девочку. - Простите, я не хотела причинить больше боли, это было бестактно. Рослин вытаращилась на меня, как дикарь на телевизор. - Вам не за что извиняться. – Она даже отрицательно помотала головой и, отвернувшись в сторону, тяжело вздохнула. – Какие у вас ко мне вопросы? - Никаких, честно сказать, я придумала это, чтобы вам не пришлось больше говорить с леди Редвин. Как сказала одна моя знакомая, эта дама весьма не сдержанна на язык. - Да, возможно, - девушка опустила глаза к изрядно помятым нарциссам. Я жестом пригласила ее пройтись и мы двинулись внутри колоннады. Рослин держала дистанцию, а я понятия не имела о чем говорить. - Не лучше ли было бы вам отдохнуть от общества? – Задала я очевидный вопрос. Ей плохо и грустно, она бы сама сюда не вышла. Предполагаю, что дело в отце. - Мой отец хочет, чтобы я постоянно была на глазах и говорила всем желающим слушать, какой ужасный преступник Аларик Рут, но я просто не могу… - она судорожно вздохнула, едва не всхлипнула. Мне нестерпимо захотелось ее обнять. – Я даже не могу произнести то, что велено. - И не нужно, - заверила я ее, - я сделаю все за вас! Через пару дней весь двор будет плевать в сторону этого мерзавца! - Нет! – Внезапно воскликнула Рослин. – Пожалуйста, не нужно, все не так… как кажется. Все не так как говорит мой отец. Я резко остановилась и, в полном шоке, уставилась на нее. Не может быть! Неужели все эти сплетники правы? Увидев мое выражение лица, леди Сторртон не смогла сдержать первую слезу. - Я могла уйти, могла, но не стала, - дрожащим голосом рассказывала она. – Лорд Аларик был ужасно пьян, он уже не мог удержать меня, лишь уговаривал. Я сама… - Но почему? – прошептала я. Пойти на такой скандал, ради чего? - Я помолвлена с сиром Гильемом из Свифтов уже пол года и мне было ужасно страшно! Я слышала, будто он приморил обоих жен, и его замок в горах больше похож на развалены. Говорили, будто он жесток ко всем, кто в его власти. Я верила и в ту ночь с Рутом решила не сопротивляться, просто перетерпеть… - девушка всхлипнула, оперлась о колонну, ссутулилась, будто плечи ее тянула вниз непосильная ноша. – Он обещал жениться потом. - Он и женится по закону богов, - заверила я ее, - мой отец все устроит. – Блин, я уже говорю как Драко Малфой, почти в каждом предложении поминая батю. - Это моя кара, кара! – Она заплакала, роняя букет и закрывая глаза руками. Вот сейчас ее нужно обнять, но я, почему-то, не решалась. Для всего двора Рослин Сторртон стала неприкасаемой. Ее не то что обнимать, с ней позорно было даже говорить. Я малодушно замерла, уверяя себя, что просто не хочу смущать незнакомого человека. К счастью, она быстро успокоилась и продолжила. - Будет суд и мой отец хочет, чтобы я выступила на нем и рассказала о том, чего не было. Мне так страшно! Страшно врать на суде перед королем и еще страшнее говорить правду! Ведь тогда окажется, что я сознательно и добровольно предала своего нареченного. Он не заслужил такого позора! Он оказался совсем не таким, как я думала. Так, ну она совсем меня запутала. Похоже, это было написано на моем лице и разъяснения не заставили себя ждать: - Я познакомилась с сиром Гильемом вчера. Он прибыл в столицу, чтобы сыграть венчание под королевской дланью, как хотел отец. Он оказался добрым и сочувствующим и его дочь – счастливый и умный ребенок, с жестоким отцом такой не вырастешь. Он говорил со мной на равных, словно не замечал всей той грязи, которой облил меня Рут. Я была такой глупой! Рослин снова заплакала. Мда, вот это ситуация. По закону Рут должен на ней жениться, она же не простолюдинка какая, а он не верховный лорд, чтобы отмазаться от преступления. Вот только их свадьба станет скорее ее наказанием, чем его. Отто будет опираться на закон семерых и прежняя Алисента тоже так поступила бы, однако, она умерла, какая жалость. - Значит, замуж за лорда Рута вы не хотите? - Это моя кара! Я заслужила это! Даже расскажи я правду на суде, король и десница будут на стороне отца. Память о том, как наш дом воевал за короля Джейхейриса еще свежа. Я окажусь запертой с этим чудовищем в одной семье, в одном доме. - А что говорил сир Гильем обо всем этом? Рослин замялась и пошла вперед, я вслед за ней. - Он мне очень сочувствовал, он настоящий рыцарь. Он сказал, что женился бы на мне, не смотря ни что, но суд вряд ли это позволит теперь. А если та ночь будет иметь последствия, я пропала… - Эти последствия не сложно устранить. – Я понизила голос и сократила дистанцию, чтобы сказать это. Я уже решила, что потрачу для нее один из тех пузырьков, если понадобится. Ситуация складывалась двоякая. Расскажи Рослин правду обо всем и ее точно не выдадут замуж за Рута, чего она так боится, но и Свифт на ней тоже не женится, узнав, что она отдалась первому встречному добровольно. Ну почти. А если гнуть линию с изнасилованием, то брака с ублюдком не избежать. Я украдкой глянула по сторонам. По правую от меня руку располагалась полянка с придворными, которые в открытую глазели на нас, оставаясь, хвала богам, на расстоянии. По левую руку от колоннады начинался некрутой спуск, покрытый зеленой травкой, который вел к садам с фруктовыми деревьями, готовыми распустить свой цвет в ближайшее время. В общем, пространство хорошо просматривалось и всяких кустов с неожиданными сюрпризами не имело. Конечно, будет довольно смешно, если кто-то выскочит прям перед нами из невидимой тачки Джеймса Бонда. Или нет. - Вы должны сказать на суде, что Аларик Рут взял вас силой. Не спорьте! – Я подняла руку, когда девушка хотела возразить. – Если вы расскажете правду, Гильем Свифт отвернется от вас и не возьмет своей женой. Вы навлечете на себя гораздо больший позор, чем сейчас. Ваш собственный отец отречется от вас и вы можете оказаться в публичном доме, как падшая женщина, - я возможно преувеличивала, но моя задача была-напугать беднягу и, судя по ее лицу, мне это удалось. – Не бойтесь плакать перед королем и всеми остальными, но плачьте так, чтобы это не мешало вам говорить связно, иначе, они подумают, что вы истеричка и верить вам нельзя. Он порвал ваше платье? Рослин отрицательно покачала головой. - Должен был. Порвите платье, которое было на вас тогда, не слишком сильно, по подолу. На нем так же должна быть кровь, но немного, все же, видимых побоев он на вас не оставил. Это платье нужно будет принести в суд, как доказательство. И передайте отцу, что на ваших запястьях нужно оставить синяки от мужской хватки. Вы все запомнили? Я не стану повторять. Леди Сторртон с ужасом смотрела на меня, трогательно прижимая руки к груди. Она кивнула и мне оставалось лишь надеяться, что она действительно все запомнила. - А потом встаньте на колени перед его милостью, королем Визерисом и умоляйте не выдавать вас замуж за Рута. Расскажите, какие мерзкие слухи он про вас распустил, какие оскорбления смел произносить и как смеялся над вашим горем. Вам все понятно? У короля добрая душа, он будет на вашей стороне, потому что увидит девицу, близкую по возрасту к его дочери. Заплетите косу. А лорда-десницу я беру на себя. Зачем я вписываюсь за нее? Зачем я во все это лезу и усложняю себе жизнь? Есть одна догадка. Хотя, сомнений гораздо больше. Но могу ли я угадать, что Рут, погибший на турнире – это старший брат Аларика? Сам Аларик не рыцарь, на турнире выступать не может, а их отец слишком стар. Вполне возможно, Аларик Рут скоро станет наследником Харровея. Небольшой, но вполне успешный городок в Речных землях, от него до Риверрана можно добраться менее чем за 10 дней верхом. Могу ли я быть правой в том, что Руты, будучи вассалами Талли и, расположившись так близко, не редко роднились со своими верховными лордами? Могу ли я быть правой в том, что если нарушить линию Рутов, это нарушит линию Талли и Кейтилин Талли никогда не родится. Если эта история с Рослин и Рутом имела место быть в каноне, ее вряд ли упомянули бы – обычная мелочь на фоне королевских распрей и гражданской войны. Я знаю, что Отто и Алисента придерживались бы законов семерки. Рут забрал невинность Рослин и его заставили бы жениться. А потом они стали бы правителями города Харровей, их сын – наследником и далее, и далее. За двести лет Талли не раз брали невест из этого дама, я почти уверена. Но если выдать Рослин за Свифта – линия будет нарушена и Рут получит другую жену, другую кровь. Я не знаю, как это работает и права ли я. Я просто собираюсь нарушить канон как можно сильнее. Разворотить тут все к чертям собачьим, чтобы не собрать и старые связи не склеить. Я, по крайней мере, попытаюсь. Меня же никто не останавливает. - Сестра, что за погожий день! Наслаждаешься солнцем? – Я вздрогнула и обругала себя за то, что задумалась. Со стороны поляны к нам подходил Гвэйн, весь сияющий и улыбающийся. Рослин торопливо присела, я не шелохнулась, подозревая неладное. - Дорогой брат, как видишь, мы прогуливаемся, - осторожно произнесла я. - Леди Сторртон, - Гвэйн коротко поклонился, - позвольте украсть у вас мою сестру, мы давно не виделись. - Конечно, сир Хайтауэр, - пискнула Рослин. Ясно-понятно, Гвэйн явился чтобы вырвать меня из недостойной компании. Я молча взяла его под руку, напоследок обратившись к девушке: - Надеюсь, наша беседа была вам полезной, леди Рослин, - она неуверенно кивнула, и, мне показалось, что я разглядела в ее глазах нечто, похожее на твердость духа или я сама себя убеждаю. – И если вы хотите отдохнуть от шума двора, сад у Богорощи пользуется гораздо меньшей популярностью, чем этот. Мы, не торопясь, пошли к беседке в конце колоннады, оставляя мою новую знакомую позади. - Хотелось бы мне знать, что ты делаешь, - хмыкнул брат. - Плету интриги, - хихикнула я, - я же здесь выросла, когда-нибудь пришлось бы начать. Хочу, чтоб отец мной гордился. - Что ж историю выбрала такую странную? - Рут напал на Кэти в галерее у нашей башни. Я едва успела отбить ее. Это личное. - И ты никому не сказала? – Гвейн в недоумении вскинул брови. - Лорды слуг за людей не считают, отец ответил бы, что… - Дело не в этом! – Он негодующе перебил меня, не скрывая возмущения. – Отец уже давно усилил бы охрану, если бы знал! Тебе плевать и на свою безопасность? - Нет, я не подумала, - растерянно блеяла я. На самом деле, мне было боязно, что Отто приставит ко мне зеленого рыцаря. Гвэйн вздохнул и сжал мою руку в молчаливом беспокойстве. Хм, какой заботливый брат, удивительно, что он не топчется по сестре, хотя подобный пример всю жизнь у него перед глазами. - Аларик Рут не обременяет себя сдержанностью в обществе других лордов. Все неплохо представляют, что это за человек и никто не склоняется в его сторону. Я удивлен, что дамы думают по-другому. Я горько улыбнулась. В таких ситуациях меня всегда удивляла жестокость одних женщин к другим. Иногда, даже мужчины были милосерднее. Мы дошли до живописной беседки-ротонды. Увивающие ее стебли были усеяны еще мелкими, бледно-розовыми бутонами, обещающими скорое щедрое цветение. - При твоих ресурсах можно начать интригу с самого верха,- Гвэйн присел на резную мраморную скамейку, я устроилась рядом. – Если король пригласит тебя сегодня на танец, будет шанс направить ход его мыслей в нужное русло. - Я не стану говорить об этом с королем, мы с тобой прекрасно знаем, кто и что тут решает, - мы обменялись лукавыми взглядами. Скамейку от поляны очень удачно заслоняла колонна и я опустила голову Гвэйну на плечо, чувствуя, как он приобнял меня. – Иногда мне здесь так тяжело, - шепотом произнесла я и поняла, что это больше относилось именно ко мне, а не к Алисенте. Приятно было поделиться, хоть и не до конца. - С нашим отцом было бы тяжело где угодно, - ответил Гвэйн, сопя мне в макушку. Это было так… умиротворяюще. У меня никогда не было старшего брата и уже давно не было вообще никаких родственников, чью поддержку можно было бы почувствовать. Не к кому было бежать за помощью и просить защиты. Я прикрыла глаза, потому что на них навернулись слезы, сглотнула ком во рту. Гвэйн накрыл мои прохладные ладони, укутал плащом и мы сидели так какое-то время, пока… - Это еще что такое? – пробормотал он над моим ухом. Я панически вскинулась, принимая более благообразный вид, ибо к нам широким шагом направлялся улыбающийся Лейнор Виларион с огромным букетом жасмина. Тааак, что-то нехорошее дышит в затылок. - Сир Гвэйн, леди Алисента, - бодро начал незваный гость, - замечательная погода сегодня! – Если еще кто-нибудь скажет про погоду, меня стошнит. Нам пришлось встать и поприветствовать Лейнора. Спасительная колонна сместилась и мы оказались как на сцене перед всем двором. Любопытные взгляды щекотали мой мозжечок. - Я только что наткнулся на эти прекрасные цветы и они напомнили мне о вашей красоте, миледи. Примите их, как знак доброго расположения. Я взяла букет в руки и меня обдал восхитительный аромат. А что, собственно, происходит? Он ничего не перепутал? Видимо, лицо у меня было настолько ошарашенное, что Гвэйну пришлось покашлять, чтобы вывести меня из ступора. Я улыбнулась и вгляделась в ожидающего юношу напротив. Красивый стервец лучился самодовольством. - Благодарю, сир Лейнор, но, боюсь, никакая женская красота не способна сравниться с природной. - Вы изумительно скромны, миледи. Я прошу вас подарить мне первый танец на сегодняшнем пиру. И второй тоже. Кажется, я не удержалась и слегка приоткрыла рот от шока и мне было даже страшно представить, какую высоту штурмуют мои брови сейчас. - Моя сестра слегка продрогла, простите ее, - засмеялся Гвэйн, - как старший брат могу заверить вас, что ее танцы пока не заняты. - Да, я с удовольствием вручу вам право на мои первые два танца, сир, - это какое-то чудо, что я нашла слова. - Вы не пожалеете, миледи, - Лейнор нащупал мою ладонь в цветочном ворохе и прижался губами к тыльной стороне. Мы раскланялись и Веларион, почти прищелкнув каблуками, направился к большой компании, расположившейся в самом центре на цветастых коврах. Где-то там отливали огненным солнцем в вечерних лучах рыжие локоны Джоффри. - Врун несчастный. Гонял оруженосцев на юг за цветами. Только что наткнулся, как же… - ворчал младший Хайтауэр. - Что это было? – Я ошарашенно повернулась к Гвэйну. - Понятия не имею, - хмыкнул он, наблюдая, как Лейнор садится рядом с Джоффри и принимает из его рук кубок. – Похоже, ему нравятся исключительно рыжие. - Даже в этом случае, он должен был подойти к тебе, а не ко мне. Может у него проблемы со зрением? Или он получил по голове на тренировочном поле? Гвэйн хрюкнул и вылупился на меня. Мы рассмеялись, позорно гогоча, пользуясь тем, что никого не было рядом. Я хотела пару часов отдохнуть и подобрать другое платье, он проводил меня до выхода из сада, где ждала Кэти. Я обернулась, скользя взглядом по зеленому плащу, и поймала себя на мысли, что хочу назвать брата Алисенты своим. Какая ужасная идея – привязаться к чужой семье прямо перед тем, как ее покинуть. Это же именно то, что мне надо. Направляясь в зеленую башню, расплескивая вокруг жасминовый аромат, я думала о Лейноре Веларионе. Для меня он был еще одним, хоть и косвенным, виновником гражданской войны. Неспособный переступить через себя, поставить долг выше хотелок и кончить, наконец, нормально в собственную жену, он вынудил ее искать отца для их общих наследников на стороне и надеяться, что кровь Рейниры возьмет верх. Однако, наследие Таргариенов проиграло наследию первых людей. Трижды. Что же наследнику Веларионов нужно от меня? Зачем он при всех обозначил свое внимание? Он начинает ухаживание? Мамочка признала во мне безопасную партию? Она всегда была против брака с Рейнирой. Этот союз, как она и думала, привлек слишком много внимания к ее сыну и, то, что раньше было безобидными забавами, превратилось в позор и угрозу стабильности всему королевству. Лейнору подошла бы незаметная девушка, которую можно было бы утащить в Высокий прилив и спрятать в его шикарных залах. А с наследником решать уже по ситуации, может, Корлис подсобит сынуле. Оу… За следующим же поворотом я, улетевшая в размышления, врезалась в чью-то широкую грудь и, нет, я не упала и меня не подхватили, иначе, это была бы дорама, хах. Всего лишь смялся мой букет, нос защекотала пыльца и вокруг посыпались белые лепестки. Задрав голову, я залипла на теплые карие глаза и смеющееся лицо. О нет. Меня бросило в жар, щеки запылали, а конечности заледенели. Я готова была бежать, хоть и не могла себе этого позволить – леди не бегают. Окончание вчерашнего дня пролетело перед глазами и стало невыносимо жалко, что память меня редко подводит, ибо я планировала никогда не вспоминать то, как вела себя с сиром Харвином Стронгом. А еще, было бы замечательно не попадаться ему на глаза. Пока я в позе испуганного сурка панически решала, что делать, он поднял руку и снял с моего носа желтую пыльцу. Вот теперь мы точно в дораме. Он стоял слишком близко, я чувствовала запах сыромятной кожи, пота и сена. Длинный выдох сорвался с моих губ и взляд Харвина прикипел к ним. Я чувствовала себя ужасно – как восторженная малолетка перед корейским айдолом . И когда я едва сама не потянулась за поцелуем, мой мозг завизжал: мы в дерьме! В конце галереи послышались голоса и рыцарь сделал два шага назад, отдаляясь от меня. Я отмерла и проморгалась, сбрасывая наваждение. - Сир Харвин, - невероятным усилием я заставила свое одеревеневшее тело присесть. - Леди Алисента, - он поклонился в ответ и позволил неловкому молчанию ввинтиться в мои уши. Судя по виду Стронга, он с удовольствием наблюдал мое смущение. Говнюк. - Не хотите сказать что-нибудь о погоде? – Фыркнула я, удрученная собственным поведением. - Думаю, вы сегодня достаточно слышали о погоде, - говорил Харвин своим низким бархатным голосом. – Я лучше спрошу, откуда у вас такой дивный букет? В наших садах еще нет жасмина. - Это подарок Лейнора Велариона. Взамен он забрал мои первые два танца. – Мне, почему-то, было некомфортно рассказывать об этом ему. - Если это подарок, то взамен, обычно, ничего не просят, - нахмурился рыцарь. – Я вам покажу. Позволите? – Он жестом пригласил пройти с ним. Я скованно прижала цветы к себе и кивнула. Мы в молчании следовали по галереям Красного замка. Сновавшие мимо люди изредка на нас оглядывались, нервируя меня еще больше. Я плохо ориентировалась в тонкостях здешних приличий и не могла понять, не делаю ли я что-то дурное, когда иду в сопровождении едва знакомого рыцаря городской стражи? Хотя Кэти не отставала от нас, она едва могла считаться полноценной компаньонкой. Мы вышли из внутреннего замка и прошли через ворота на мощенную площадку перед Кухонным замком. До вечернего пира оставалась пара часов и гости, остановившиеся за пределами крепости, постепенно прибывали. Я заметила в сторонке Отто и вытянула голову, пытаясь разглядеть, какого же важного гостя он встречает. В проеме большой кареты, или как там у них называется эта странная телега, мелькнул темно-зеленый бархат. Неужели, он отрядил транспорт для своей низкородной наглой любовницы и вышел проводить ее лично? Что у нее там между ног? Врата седьмого неба? - Я бы хотел, чтобы вы чувствовали себя спокойно, когда захотите прогуляться верхом, - шепот, раздавшийся над моим ухом, немедленно послал мурашки по всему телу. Спиной я почувствовала, как чужое могучее тело направляет мой взор на ворота. Незнакомый золотой рыцарь ехал по направлению к нам сквозь толпу, чуть позади него, привязанный к седлу длинной кордой, семенил уже знакомый мне конь. - Дубочек! – Воскликнула я и часть цветов посыпалась из моих рук. Хорошо, что Кэти была рядом, чтобы подойти и все у меня забрать. Я едва дождалась, пока они подъедут и кинулась к лошадиной морде – наглаживать и начесывать. - Привет, мой хороший, как я рада снова тебя видеть, - бархатный нос уткнулся в ладони, но лакомств у меня не было. Я чесала широкую грудь и расплывалась в улыбке, понимая – у меня теперь такой милый конь и его подарил Харвин Стронг. Не отлипая от Дубка, я обернулась на дарителя. Он смотрел на меня так… тепло, передавая… кажется, нежность? Невыносимо защемило где-то в груди, даже дыхание неуловимо сбилось, пока я смотрела в ответ, поглаживая коняжку. - Алисента, - Отто подошел с боку, разрушив момент. Разул, наконец, глаза, ага. – Ты не можешь принять этот подарок. - Почему, отец? - В наших конюшнях сейчас нет лишнего места. И леди не может показываться на таком коне, неизвестно, как он обучен. - Лорд-десница, позвольте, - Харвин вмешался, хвала богам, - я перевел своего Ветерка в конюшни при казармах городской стражи, для Дубочка теперь найдется место. И этот конь невероятно спокоен и безопасен. Он уже доказал это. - Да, именно на него я пересела вчера, - я сделала большие глаза и брови домиком. – Ну пожааалуйста… Отто вздохнул и едва не закатил глаза. - Даже несмотря на твое доброе сердце, моя дорогая, ты не можешь взять на попечение всех убогих котов, коней и прочих… – он мельком глянул куда-то в сторону. Посмотрев туда же, я увидела Рейниру, встречающую незнакомую взрослую женщину. Она меня не заметила. Я посмурнела от ужасной то ли шутки, то ли намека, и сир Харвин тоже нахмурился. - Дева завещала быть добросердечной и матерь говорит, что все мы чьи-то дети, - в ход пошла тяжелая артиллерия. Десница кивнул и все же одобрил подарок. По его приказу Дубочка отвел в конюшни слуга в зеленом. - Завтра доставят новую арфу и я надеюсь, ты не подаришь ее, как подарила прежнюю по первой же просьбе, потому что Дева завещала быть добросердечной. Сир Стронг закашлялся, скрывая смех. Отлично, его внимание сместилось, но, стоп – что? Алисента играет на арфе? Это довольно логично, хоть и пугает. - Я буду очень бережно к ней относиться, обещаю, отец, - пылко заверила я. Мы раскланялись с Харвином и Отто повел меня в башню. Я обернулась и послала рыцарю улыбку и «спасибо», произнесенное лишь губами. Десница проводил меня до дверей в мои покои. - Ты не думала, что не стоит принимать подарки, столь легкомысленно? Я не смогу отказать в твоей руке каждому, кто додумается купить полудохлого коня. - Он не полудохлый! И вовсе не обязательно отказывать всем. Достаточно согласиться один раз и остальные прекратят спрашивать. Сир Харвин отличная партия. Я смогу остаться в столице, а у тебя в совете появится постоянный и надежный союзник, - я знала, что все мои доводы пустой звук для него, но я не могла не пытаться. Я видела, как лицо Отто вновь озарилось довольством и одобрением. - Как я уже говорил ранее, тебе не о чем волноваться. Вопрос твоего брака будет решаться после турнира. - Тогда я постараюсь предоставить тебе богатый выбор претендентов, - Отец Алисенты лишь закатил глаза и ушел наверх. Сир Годвин, что стоял на стреме у дверей, смешливо фыркнул. Ну да, я же сплю и вижу, как бы их всех тут развлечь. Открыть стенд ап, что ли? Я потребовала теплой воды, желая обмыться перед сборами на пир. День был нервный, хотелось спустить его в допотопную канализацию. И все свои чувства тоже. Если они вообще мои. Могла ли Алисента под ледяной коркой скрывать эмоциональный вулкан? Вполне. Скованная воспитанием, обществом и ожиданиями, она возвела вокруг своих чувств плотину, сцеживая по паре капель в день. Рейнира, пожалуй, единственная, с кем она могла поделиться, сама пылала подобно ядерной эмоциональной звезде и едва ли заметила бы чужие вспышки. Все, что оставалось Алисенте – это ковырять свои руки и надеяться на освобождение в будущем. От отца, двора и даже от лучшей подруги. Наверняка эта молодая пылкая леди лелеяла мысль об удачном замужестве с каким-нибудь таким же молодым и горящим внутри лордом. А досталась стареющему королю, у которого из эмоций остались лишь горе и бесконечная усталость. Из этого следует следующий вопрос: она могла быть влюблена в Харвина Стронга? Она же мечтала о рыцаре, а сир Харвин, как мне однажды сказали – образец рыцарства. Наверняка ее взгляд падал на эти широкие плечи и каштановые кудри, на него ведь невозможно не смотреть! Держу пари, большая часть придворных девиц мочит постель, мечтая во сне о наследнике Стронгов. И тогда…. О! И тогда, влюбленная Хайтауэр, десятилетие наблюдала, как Рейнира, будучи замужем за Лейнором, рожает одного ребенка за другим от мужчины, что воплощал все ее грезы. Под носом у всего королевства. Пользуясь обожанием отца, собственным положением и оставаясь при этом наследницей, не смотря ни на что. В то время как сама Алисента сжимает зубы во время секса с дряхлым стариком, рожает здоровых наследников от мужчины, который сам ей в отцы годится, преклоняет колени в септе, держит спину прямо, почитает отца и терпит, терпит, терпит. Да я б уже в окно вышла. А когда Визерис умирает, она выбирает в любовники мужчину, который так очевидно повторяет типаж Харвина. Вот только благородство у Коля напускное. Конечно, я смотрю на это все однобоко, отбрасывая в сторону то, как Алисента стала королевой. Я оправдываю ее, буквально потому, что теперь владею ею. Как оправдываю любимый фильм или книгу, мол не так уж все и плохо. Все же, я думаю, что Алисента хотела стать королевой, в глубине души. Наверняка надеялась, что это даст ей хоть толику свободы и власти над собственной жизнью. Но она и подумать не могла, к чему все это приведет и сколько ей придется вытерпеть, глупая пташка. За этими размышлениями я провела водные процедуры, облачение в нижние одежды и настала пора выбирать платье. Я с удовольствием пошла бы в том платье, в котором была, но вряд ли это была хорошая идея. Вечернее платье дамы должно отличаться от дневного. Эти женщины не крестьянки, они не ходят в одном платье сутки напролет. Засада. Был один вариант, не слишком желанный, но почти неизбежный, учитывая все остальные. Платье из атласа или чего-то похожего, с юбкой в складку, начинающейся от средней талии и рукавами три четверти. Оно было пышнее, чем все мои платья, имело открытое декольте и неяркую растительную вышивку гладью по передней части юбки, лифу и рукавам. Одна загвоздка – яркий зеленый цвет, в лучших традициях королевы-Алисенты. Я так не хотела его надевать и все же надела. Платье прекрасно подчеркивало тонкую талию и хорошо сочеталось с рыжими волосами, однако, совершенно не подходило к теплому тону кожи и серо-синим глазам. Ладно, до нового гардероба осталось потерпеть всего ничего. Волосы я попросила заплести больше, чем обычно, чтобы не мешали рассматривать декольте, на шею надела короткую цепочку с овальным зеленым камнем в золотой оправе. Всего пара колец, скромные серьги и кокошник – подарок Рейниры, над которым я раздумывала пару минут. Я готова. Как раз в эту минуту в комнату постучал сир Годвин и уведомил, что Отто уже ждет внизу. Я вышла за порог, приподнимая подол, и обратилась к рыцарю: - Сир Годвин, могу я просить вас об услуге? - Конечно, миледи. - Вчера в городе, как вы, наверняка уже знаете, произошел инцидент, - я дождалась его кивка, - конь, которого предоставил принц Деймон, скакал прямо по людям. Я хотела бы знать, есть ли пострадавшие? Он удивился, даже чересчур, но обещал узнать. Хм, неужели Алисента совсем не проявляла интереса к беднякам? Я спустилась к подножию башни и попала под пристальное внимание. - Прекрасно, - произнес десница, чем поверг меня в шок. Он умеет делать комплименты, вот это да! Я взяла его под руку и мы молча направились в тот же зал, где проходил предыдущий пир. Людей в этот раз было в два раза больше, чем в прошлый. Толчея царила страшная, пока приглашенные шатались, праздно переговариваясь и создавая равномерный жужжащий гул. Королевской семьи еще не было, но многие блюда уже стояли на столах, искушая голодных гостей. Ждать пришлось недолго, через 10 минут прибыл король и вся его семья под звуки труб и фанфар. Визерис сегодня был одет очень нарядно – в ярко красные одежды с черным плащом, подбитым роскошным мехом а начищенные корона и массивный золотой медальон, сверкая, отражали свет свечей. Рейнира выглядела великолепно в сиреневом платье с золотым поясом, что изумительно оттеняло ее глаза. Волосы, уложенные в сложные косы, украшал кокошник похожий на мой, но побогаче, с фиолетовыми и розовыми камнями. Следом за королем и принцессой шли Веларионы, которые сегодня все, как один, предпочли родовой бирюзовый цвет. Одежды Корлиса и Рейнис были расшиты золотом, одежды их детей – серебром. Платье Лейны украшал розовый жемчуг, сиявший так же ярко, как и ее румянец. Семья принцессы Рейнис, казалось, не уступала королевской, ни в богатстве, ни в гордости. Деймона не было и я правда надеялась, что он полетел в Эссос за целителями для Эйммы. Как бы узнать об этом у Рейниры? Весь зал встал, и, склонившись, ждал, пока Визерис и его компания устроятся на привычных местах. Наконец, государь приземлил венценосную жопу на свой золоченный трон и милостиво махнул рукой, позволяя начать увеселения. Вино полилось рекой, гости зашумели втрое громче, музыканты заиграли простецкую мелодию, а я обнаружила, что меня и Отто разделяет пустой стул и я не могу греть уши на их с Визерисом болтовне. Вскоре это место занял Гвэйн и, перекинувшись со мной парой слов, принялся греть уши самостоятельно, изредка участвуя в беседе. Просто отлично. Перекусив какой-то птицей и овощами с зеленью, я поймала взгляд Рейниры и, с удовольствием ретировалась вслед за подругой. Какая-то нетерпеливая девица собралась петь в самом начале пиршества и принцесса была намеренна приобрести новый повод для насмешек. Я видела, как Лейна порывается пойти вслед за нами, но Рейнис настойчиво придержала дочь за руку. Что ж, я бы тоже хотела оградить своего ребенка от таких вздорных девиц, как я и Рейнира. - Мои тетушки сведут меня с ума. Они только приехали, а я уже не могу слушать восхваления Долины и тамошних мужчин, - процедила сквозь зубы принцесса, старательно удерживая на лице улыбку. - Какая жалость, что ты не можешь хамить им, как всем остальным гостям твоего отца, - хихикнула я. - Истина, - вздохнула она. – О, нет, только не леди Джейн. К нам, в сопровождении незнакомой мне девушки, величаво плыла леди Аррен в синем бархате, расшитом камнями того же цвета. Ее плащ, подбитый белым мехом, непрозрачно намекал, что эта дама сегодня не танцует. Она была такой высокой, что возвышалась над половиной присутствующих мужчин и одаривала их снисходительными взглядами. - Какая выдающаяся леди, - прошептала я. -Да уж. Ее гордость, высотой с Лунные горы сложно не заметить, - я украдкой глянула на хмурую Рейниру. Похоже, она не горела желанием общаться с кузиной. - Прекрасно сказано, ваша милость. Когда Аррен подошла ближе, я смогла ее детально рассмотреть. Джейн красотой не отличалась, ее лицо показалось мне квадратным, с далеко посажеными большими глазами и тонкими губами. Но ее волосы были шикарны – густые и блестящие, цвета вороного крыла, они, по большей части распущенные, стекали волнами ниже талии. Мелкие косички, уложенные вокруг головы, поддерживали серебряный простой обруч. Ни на ком больше я не видела подобного украшения. - Кузина, - произнесла леди Аррен приятным низким голосом. Похоже, тот факт, что она обратилась к принцессе по родственному, снимал с нее обязанность присесть в почтении. Да по ней и не скажешь, что она способна на подобное. - Какой величественный пир, уверена, турнир будет не хуже, - Джейн вовлекла Рейниру в пустую беседу о рыцарях, заявившихся на турнир, о непростой дороге из Долины, о шумном обществе. Я участвовать не могла, потому что не была представлена леди Аррен и просто стояла рядом в нелепом молчании. Джейн пару раз вопросительно глянула на принцессу, но той, видимо было насрать на мое глупое положение. Половина гостей уже утолила первый голод и рассеялась по залу. Снова грянули трубы и в зал комично вбежал шут с тремя сопровождающими, одетыми под петушков, с хвостами и красными гребешками на головах. Сам шут щеголял остроносыми красными туфлями, переходящими в чулки и длинной расписной туникой бордового цвета. На его голове звенел колокольчиками двухконечный колпак. И началось представление: - Добрый вечер мой король, Лорды, леди, музыканты. Нынче я сыграю роль, Что не требует таланта. – Читал он хорошо, с выражением, паузами, как и положено артисту. - Праздник метится большой - Жизнь драконья народится. В связи с этим всей толпой Мы тут с вами веселимся. Нет знатней наших гостей, Нет важней причины празднеств! Ты за жизнь драконью пей, За Эймму Аррен вкушай сладость! – Шут старательно раскланивался и зрителям и Визерису, приседал в реверансы и выбросил цветочные лепестки, когда помянул королеву. Его ассистенты подыгрывали на флейтах. Зал одобрительно хлопал. - Пока вино льют через край, Змея отводит наши взоры! Ее коварный план читай: Укрыть позор в хмельны покровы. Блудница юбку задрала - Вскормить пустующее чрево, Всех вокруг пальца обвела, Не убоясь божьего гнева! Запрыгнуть было ей легко На первого хмельного лорда. Стянула опытно трико, Владея тем, что встало гордо. –Мерзавец корчил рожи, повышал голос, нагнетая драму. В толпе его поддерживали скабрезными выкриками, кто был поскромнее – просто смеялись. Я с трудом кривила рот в подобии презрительной ухмылки. Джейн рядом что-то негромко сказала Рейнире и они засмеялись. Их вон все устраивает, я одна потеряла вкус к веселью. - Отец блудницы – скандалист, Сей блуд упорно покрывает. Лучше меня будет артист! К суду он праведно взывает! До золота старик охоч, Бордель открыть был бы не прочь, Где будет лишь один работник - Его пороченная дочь. Я б заглянул туда на ночь… – поэт погорелого театра подошел ближе и я разглядела, что один глаз его смотрит куда-то в бок, а нос искривлен и приплюснут. Гогот окружающих стал напоминать гиен, я украдкой глянула на короля. Он хмурился и выслушивал что-то от такого же хмурого Отто, а потом махнул рукой, как-будто в пустоту. Не успел шут хрюкнуть, как оказался на коленях в железных тисках двух королевских гвардейцев. - Ваша милость, прошу! Лишка взял, молю о прощении! – Заголосил прохиндей. Толпа прыснула в разные стороны, образуя пространство для совсем иного представления. На лицах людей растерянность и недоумение чередовались с жаждой зрелищ и злорадным, презрительным превосходством. Наивные - любой знатный человек может оказаться на месте шута, будь на то воля короля. Мне же было крайне интересно, чем дело закончится. К троице подошел незнакомый человек в неприметной черной одежде, в руках он нес щипцы. Шут завизжал на весь зал: - Государь всемилостивый! Умоляю! Мой язык вам еще пригодится! Вам всегда нравились мои стишки и сценки! Я вас еще потешу, уверяю!!! Гости переговаривались и посмеивались, наблюдая за происходящим, кто-то даже не перестал есть. Например, король. Серебряные щипцы ухватили задиристый язык и вытащили почти до корня. Бедолага мычал и плакал, но даже не дернулся, в своей покорности королевской власти. Один из белых плащей обнажил кинжал и взглянул на Визериса. Тот жевал, держа в руке птичью ногу, и вид имел скучающий. Наконец он опять махнул рукой и отвернулся к Отто, незаинтересованный более. Человек с щипцами отошел в сторону, шута поволокли к выходу. - Благодарю, светлейший! Величайший король королей, благословленный Отцом… Голос стих быстро, шутовские пажи умчались следом. Шум в зале возобновился в полной мере и я выдохнула, только сейчас заметив, что не дышала. Благодаря своему высокому положению, я видела мало жестокости и периодически забывала, что здесь не только фэнтези, но еще и средневековье. Расслабилась, не понимая, что моя жизнь может круто измениться в любой момент, стоит только кому-то из сильных мира сего щёлкнуть пальцами. Герольд спешно объявил танцы и я оказалась в танцевальной зоне вместе с Лейнором, которому были обещаны мои первые два танца. - Вы немного бледны миледи, вам дурно? Может, стоит начать со следующей партии? – учтиво спросил мой партнер. - Все в порядке, добрый сир, я просто не слишком люблю вид крови, - я выдавила из себя неубедительную улыбку. Мы медленно кружились полу боком друг к другу. - Как же вы перенесете турнир? – Ах, да, турнир. Расколотые черепа и распотрошенные животы. - Возможно, попрошу принцессу завязать мне глаза или напоить вином, - мы улыбнулись более расслаблено, меня быстро отпускало за разговором и танцем. – А вы будете участвовать? - Не в этот раз, - разочарованно вздохнул Лейнор, - пришлось поддаться на уговоры сестры. Она слишком за меня волнуется. - Вот бы мой брат слушал меня так же, как вы слушаете леди Лейну. - Боюсь, братья созданы для того, чтобы не слушать сестер. - Тогда сестры созданы, чтобы всегда быть правыми. - И из раза в раз повторять: «Я же говорила»? – Мы открыто засмеялись и мне окончательно полегчало. Второй танец пролетел быстро. Более темповый и веселый, с хлопками, он разрумянил щеки и сбил дыхание. После, галантный Лейнор за ручку отвел меня обратно к Рейнире, которая все еще стояла с Джейн, расплескивая вокруг раздражение. Опять двадцать пять. - Дорогие леди, я тут недавно прогуливался по ярморочной площади и приметил одну интересную вещицу, - Веларион подозвал пажа с уже открытой шкатулкой, где на бархатной голубой подушечке лежала булавка с нанизанным расписным изумрудом и прозрачными камнями. Один ее конец делал завиток и был украшен двумя каплевидными жемчужинками. - Платина, изумруд, бриллианты, жемчуг - мастер подобрал интересное сочетание, вам так не кажется? - Очень искусная работа, сир Лейнор, особенно резьба по камню, - улыбнулась я. Наверное, это подарок Лейне. - Эта вещица говорит о тонком вкусе ее владельца, - коротко заметила леди Джейн. - Мило, - принцесса поджала губы, явно привыкшая к более роскошным вещам. - Почему бы вам не примерить, леди Алисента? – обратился ко мне рыцарь и моя челюсть едва не встретилась с полом. – Эта безделица прекрасно подойдет к вашему платью. А что вообще происходит? - Позволь спросить, что ты делаешь, кузен? – Возмутилась Рейнира, прям с языка сняла. - Подарок для хорошего настроения, кузина, - ни чуть не смутился юноша. - С каких пор тебя волнует настроение моей фрейлины? – Таргариен цедила слова и вид имела злобный, будто отстаивала собственную честь, а не интересную игрушку, коей я для нее являюсь. - Твоя фрейлина, без сомнения, самая прелестная леди этого двора, хочу, чтобы ее улыбка сияла чаще, - этот высокопарный идиот, взяв украшение, обратился ко мне, - Вы позволите?... - Нет, не позволю! – прорычала принцесса и вырвала хрупкую вещицу. Впрочем, через мгновение, она лично прицепила булавку к моему платью, в районе правого плеча и склонила голову, разглядывая результат. - Изумительно, - вынес вердикт Лейнор, - миледи, желаю хорошего вечера. – Говнюк, припер яблоко раздора и слился, поклонившись. - Ничего не хочешь мне объяснить? – Гневное принцесье лицо требовало немедленного ответа. - Мне нечего объяснять. Сир Лейнор не предупреждал меня о своих намереньях, - как же мне было неловко. Я бы смогла выкрутиться и не принять его подарок, но Рейнира лично приколола брошь, а теперь устраивает разборки. Леди Аррен внимательно наблюдала за локальным представлением. - Хм, - настрой Рейниры сменился на благожелательный за секунду. Пугает. - Если ты выйдешь замуж за Лейнора, тебе не придется уезжать из Королевской гавани и ты останешься моей фрейлиной. Я, пожалуй, подумаю над этим. – Она ушла в направлении своего места. - Какая интересная привязанность, - пробормотала Джейн Аррен и тоже удалилась, оставив меня в одиночестве под любопытными взглядами окружающих. Они волновали меня гораздо меньше, чем обитатели королевского стола. Отто бросал на меня раздраженные взгляды, впрочем, не отрываясь от разговора с Визерисом. Король в мою сторону вообще не смотрел, как и Корлис, а вот Рейнис не отводила прищуренного, оценивающего взора. Я позволила себе выразить немой вопрос приподнятыми бровями, на что старшая принцесса лишь усмехнулась и отвернулась к мужу. Я почувствовала смятение, не получив от нее ни гнева, ни презрения. Она же не могла одобрить меня, как партию для сына? Корлис такого бы не позволил. - Что у вас потребовали взамен этого подарка? – Негромкий вопрос отвлек меня и я, наконец, могла подарить внимание самому приятному человеку в этом зале. - Кажется, требования выставить забыли, - так же тихо ответила я, глядя на Харвина из-под ресниц. Между нами опять повисла та неуловимая нежность, которую я в своей прежней жизни ни разу не испытывала. Непонятно откуда вылез порыв прижаться к его груди, зарыться носом в темно-синее сукно, вдохнуть запах и выбросить из головы все мысли. - Тогда, я воспользуюсь тем, что вы свободны от долгов и приглашу вас на следующий танец, - можешь пригласить меня сразу на все. Хорошо, что я не сказала это в слух, а только кивнула. Сир Харвин провел меня в центр зала и мы встали в пару недалеко от Джейсона Ланнистера, который собрался танцевать Девию Тирелл. Она была в изумительном розовом платье из шелка. Всего лишь на секунду я почувствовала укол досады. Заиграла музыка, я два раза шагнула вперед, взглянула в глаза чайного цвета, сжала чужую мозолистую руку, такую теплую, такую сильную. Как мало Алисенте надо для счастья – широкие плечи, да добрые глаза и сердечко уже стучит. Хотя, я не стала бы отрицать достоинства молодого лорда Стронга, сложно забыть его страшно амбициозного младшего брата и разваливающийся сырой замок. Но, до чего ж хорош, глаз не отвести. Как бы ему пошел северный наряд из мехов и плотной шерсти. Или просто из мехов и кожи, как у одичалых. Будь мы за стеной, он мог бы меня украсть, перекинуть через плечо и отволочь в какую-нибудь пещерку с горячими источниками… Ох! С моих губ непроизвольно сорвался полусмешок-полувздох и Харвин вопросительно склонил голову. - Вы знакомы с традициями Вольного народа? – Спросила я в момент, когда мы сблизились и его ладонь легла на мою талию. - Немного знаком. Они потомки первых людей, как и мой дом. - Они крадут своих невест, - я понизила голос. - Мне сложно определиться с мнением: романтика это или варварство. – Я улыбнулась в ответ на горящие глаза. Вот уж кто не нуждался в дополнительном розжиге. - Вы хотели бы, чтобы вас украли?– Мы как раз дошли до момента, когда Харвин поднял меня в воздух и я мгновение смотрела на него сверху вниз. - Возможно, - сорвалось с губ шепотом. - А вы бы меня украли? - Возможно, - я скорее прочитала это по его губам, от которых не могла оторвать взгляд. Так, это что за бушующие гормоны? Не хватало еще влюбиться или задрать юбку! Разум, ало! Наступила смена партнеров и я резко отрезвела, оказавшись лицом к лицу с Аллариком Рутом. - Как вам понравилась поэма, миледи? – Мерзавец обнажил в улыбке свои гнилые пеньки. - Весьма сомнительного качества. Надеюсь, она обошлась вам не слишком дорого? – его исказившееся в несдержанном гневе лицо меня позабавило. – Шут, который ее прочел, заплатит сполна. Я позабочусь об этом, когда буду навещать королеву в ближайшие дни. – Ненависть, направленная на меня, буквально фонтанировала из ублюдка, подобно потоку сточных вод. Я едва удержала лицо от презрения. Похоже, у меня появился первый персональный враг. Наше положение при дворе было несоизмеримо разным и я не восприняла его всерьез. Не думаю, что он решится навредить мне. И все же, я выдохнула, когда танец вернул меня Стронгу. Рыцарь же нахмурился: - Лорд Алларик позволил себе лишнее замечание? - Все в порядке, сир Харвин. Ничего такого… Мы раскланялись и я вернулась к своему месту – попить и что-нибудь пожевать. - Вы прекрасно танцуете, леди Алисента! – Ко мне подошла милая Лейна, щебечущая как птичка. - О, благодарю. Отчего же вы совсем не танцуете, леди Лейна? – Я отпила кисловатый компот и обмахнулась веером. - Боюсь, отец не хочет отпускать меня слишком далеко, - смутилась она. Да, лорд Корлис в течении всего вечера отгонял от дочери желающих потанцевать насупленным взором. Видимо, он совсем не готов рассматривать брачные предложения. Так что бедняжка довольствовалась танцем с ним самим или с Лейнором. Жаль, что ни один из них малышку вниманием не баловал. - Кто-то собрался петь, послушаем? – Лейна радостно кивнула. Мы пошли ближе к музыкантам, провожаемые ястребиными взорами семейства Виларион. Как будто я озабоченный разбойник, а не приличная леди, хах. Ну, может и не приличная, но не настолько же. На свободный пяточек перед оркестром вышла Летисия. Хм, а она действительно подбешивает - в каждой жопе затычка. Леди Грандисон была в розовом. Я отыскала глазами Доротею Селми и мои догадки подтвердились – она тоже была в розовом платье, слегка великоватом, видимо с сестринского плеча. Так у них тут образовалась компашка популярных девчонок? Может они еще группу поддержки организуют? Кого будут гнобить? Очевидно - Рослин. - Эти леди родственницы? – прошептала мелкая Веларион. - Леди Летисия и леди Доротея кузины. Но, я полагаю, они облачились в один цвет из соображений единомыслия. – Я не сдержала ехидной ухмылки. На фоне дорого шелка Тирелл остальные розовые платья сильно проигрывали. - Надеюсь, это доброе единомыслие, - милая Лейна, еще такая наивная и чистая. - Любовь, как роза, роза красная, Цветет в моем саду. Любовь моя – как песенка, С которой в путь иду. Сильнее красоты твоей Моя любовь одна. Она с тобой, пока моря Не высохнут до дна…. Когда Летисия, наконец, заткнулась, ей сдержанно похлопали. Что ж, возможно, она уже многих утомила своим хвастовством. Так, сейчас спокойно, без нервов – это всего лишь песня. Я справлюсь и заработаю еще пару очков. Очень надеюсь, что я вышла к музыкантам грациозно, ибо ноги мои отяжелели от трусливого стресса. - Милорды и миледи, светлейший государь, я хотела бы поделиться с вами песней, что сочинила в честь отважных мореплавателей, которые бороздят моря и океаны в поисках приключений, диковинных сокровищ и доблестно защищают наши водные границы. Королевский стол разом обратил ко мне все свое внимание, знакомая мелодия полилась легко и свободно и я разом успокоилась. Хоть мы репетировали не так уж много, я была уверена, что получится хорошо, уж с прелестным голосом Алисенты: - У ладьи моей на мачтах белы и багряны паруса, А с бортов у носа смотрят зоркие зелёные глаза: Видят рифы, смерчи, мели, видят сквозь туман И чужую параллель, и наш меридиан, И прямой попутный ветер в белых и багряных парусах. – Я заметила, как Рейнира поднялась и подошла к краю ступенек, неся немое неодобрение. А вот всем остальным очень даже нравилось. Я ловила радостные улыбки и никто не переговаривался меж собой, слушая меня с удовольствием. - Путеводным верным звёздам расскажу я о своей любви, Что меня округой света по морям окраинным вели. Мне милее та звезда, что дома бы ждала, Из травы соленой покрывало бы ткала. Если я вернусь домой, то расскажу ей о своей любви. – Я и сама кайфовала от песни и дивного голоса, что теперь мне принадлежал. - Эй, черногривый, радушный, ревнивый, Мы не мертвы, не живы, мы в пути. Эй, жестокий, седой, синеокий, Твои волны глубоки, но судно по ним летит. – Я успела встретиться глазами с Харвином, Лейнором, Джейсоном. Улыбнулась каждому и всем одновременно, похлопала ресницами, приложила ручку к сердцу. - Знать бы, что ответит нам безвечный, бесконечный океан, Покрывало вод собрал волнами тонкий шнур-меридиан. Нам служили правдой-верой Рак и Козерог, Только службе их примерной ныне вышел срок. Время отпустить нас из своих объятий, древний океан!   Эй, черногривый, радушный, ревнивый, Мы не мертвы, не живы, мы в пути. Эй, жестокий, седой, синеокий, Твои волны глубоки, но судно по ним летит. Путеводным верным звёздам расскажу я о своей любви… Зал взорвался аплодисментами, а я едва не взорвалась от самодовольства. Завтра все будут говорить о новой песне и обо мне конечно. Отлично получилось. Пока я приседала в реверансе перед благодарными зрителями, меня окружили разномастные мужчины, желавшие урвать мой следующий танец. Властный голос принцессы без труда разогнал всех претендентов: - Моя фрейлина будет танцевать со мной, - хотя она даже не кричала, гости разошлись, образовав для принцессы дорожку прямиком ко мне. Рейнира взяла меня под руку на мужской манер и повела в центр зала. Она и в танце собиралась вести, судя по упрямо насупленным бровям. Я бросила взгляд на королевский стол. Визерис смотрел на нас с умилением, поглощая пироги. Король вообще почти всегда что-то жевал, если не болтал и смеялся, конечно. В глазах Отто я совершенно ясно прочла предостережение, Корлис смотрел абсолютно равнодушно, а Рейнис с насмешкой. Больше я никого не успела считать, заиграла музыка. - Что ты делаешь? – Зашипела я, когда мы сблизились в танце. Никто из окружающих не решался к нам присоединиться и мы танцевали одни, у всех на глазах. - Танцую, как ты и хотела. Отчего не радуешься? – Ее прикосновения были грубы, она хватала меня за руки сильнее, чем любой мужчина-партнер за сегодня. - Оттого, что ты выбрала меня? Ты ведь можешь выбрать любого в этом зале и блистать, как и полагается принцессе, а не привлекать внимание своим странным поведением. - Любой в этом зале просто даст мне все, чего бы я ни просила. Они не станут спорить, вразумлять, наставлять на путь истинный. Разве это удовольствие? Нет, гораздо приятнее ощущать сопротивление, отчаянное и неустанное. Как у тебя, - да, моя версия подтверждается. Чем сильнее я артачусь, тем больше интереса вызываю у Рейниры, ведь все остальные послушны. Я – лишь ее развлечение, лекарство от скуки, зверек под лупой. Но и покориться я тоже не могу. Ее желание – оставить меня при себе, пока не надоем, а к тому времени я, скорее всего, потеряю все шансы на собственную жизнь с молодым мужем и роскошным замком. Нет, так не пойдет. - Тогда, моя принцесса должна быть готова к тому, что сопротивление будет нарастать, пропорционально атакам, - я удержала стон боли, когда она особо болезненно стиснула мои пальцы. - Мышонок, упавший в реку, может бороться до смерти, это все равно будет бесполезно. Или он может посмотреть, куда принесет его течение, вдруг, к чему-то приятному? – Силы у нее как будто побольше, чем у обычной девочки, если судить по стальной хватке на моей талии. Наверняка оставит синяки. – Всегда лучше избегать лишней боли, особенно таким хрупким цветам, как ты. Вот мы и дошли до завуалированных угроз. А мне все еще нельзя с ней ссориться. - В таком случае, можно и поиграть, - улыбнулась я. Рейнира на улыбку ответила, но глаза ее остались холодными. Остаток танца мы провели молча пялясь друг на друга, одни, никто так и не присоединился. Как только музыка умолкла, все сдержанно похлопали, я присела в реверансе, не склонив головы и принцесса, к моему удивлению, сделала то же самое. Напряжение распалось, когда две гомонящие взрослые леди взяли Рейниру в осаду. Они были твердо намерены добиться ее внимания и увлечь в беседу. Судя по всему, это те самые тетушки со стороны Арренов. Далее я танцевала с Джейсоном, который был слегка скован и смотрел на меня неуверенно. Наверное, ему тоже не нравится, когда леди привлекает слишком много внимание, а не увлекается им одним. Девия Тиррел следует всем его желания? Она, действительно, мало выделяется, хотя я ожидала обратного. Сир Лейнор и сир Харвин так же забрали у меня еще по одному танцу, а потом я уже мало различала с кем танцую, только отбирала симпатичных. Не знаю, в какой момент слуга поднес мне кубок с вином, а потом еще один, а потом еще и хотя я была вполне адекватна и следила за приличиями, Гвэйн, ни с того ни с сего, вызвался проводить меня до башни. Я оглянулась кругом и поняла, что все уже изрядно напились, даже король скоро упадет лицом в тарелку. Принцесса все еще была в плену долинных леди, чей-то неуверенный голосок пел о павшем герое, а рыцари Мандерли и Маллистеров устроили соревнования по распитию. Шум и гам пьяного средневекового сброда окружал меня. Я согласилась уйти с братом Алисенты, ничего путного сегодня уже не добиться. Нас сопровождали два зеленых плаща с каменными лицами, Гвэйн был абсолютно трезв. Интересно, он уже думает что я алкоголичка или еще нет? Несмотря на милое личико, алкоголичка, алкоголичка…. - Ты решила свести нашего отца с ума? - негромко спросил братец. - Ты переоцениваешь мои возможности, - хихикнула я. – Я просто хочу, чтобы вопрос с моим браком решился быстро и выгодно. И было бы славно, если бы мое мнение тоже учли. - Но ты же понимаешь, что танцы и беседы не приведут к сватовству? - Гвэйн негромко вздохнул. - Ты прав, но не совсем. Эти лорды прекрасно знают кто я, из какого дома, какое положение занимаю и кто стоит за мной. Любому ясно, что я очень даже выгодная партия, но остается пара темных пятен – внешность и характер. Любой захочет красивую и веселую жену, с легким нравом, - мы дошли до башни и начали подниматься. - А как на счет умной? – засмеялся мой спутник. - О, поверь, для большинства это не обязательный критерий при выборе жены. Пусть окажется потом неприятным сюрпризом, - я заговорщицки понизила голос и мы оба заржали. Гвэйн открыл передо мной дверь и трогательно поцеловал в лоб, прежде чем пожелать спокойной ночи. Я отдалась в руки Кэти, позволив себе задуматься о прошедшем дне. О том времени, что провела с братом Алисенты, о том, как реагирую на Харвина Стронга и о том, что, совершенно ожидаемо, упускаю внимание Джейсона Ланнистера. Но были две вещи, вызывающие у меня гордость. Во первых: Деймон улетел в Эссос и, если повезет, целители, которых он привезет, навсегда изменят историю Вестероса. А во вторых: разговор с Рослин Сторртон – первая часть небольшой интриги, обещающей изменить линию Талли. Вторая часть – разговор с Отто, желательно завтра с утра. Попросит ли он что-нибудь в обмен на мою просьбу? Что я вообще могу ему предложить? Я подошла к кровати и обнаружила на покрывале незнакомый тканевый сверток. Дверь скрипнула за спиной и, обернувшись, я наткнулась взглядом на Рейниру. Нет, только не это! - Не волнуйся, я с добрыми намереньями, - ухмыльнулась принцесса и подошла ближе. – Открой. Это безобидный подарок. Я развернула обертку и вылупилась на костюм для верховой езды в черно красных цветах. Плотное сукно, кожа и даже воротник из черного мягкого меха – она меня балует. Внезапно, в голову пришла мысль, что Рейнира ухаживает так, как научил ее дядя Деймон – дарит подарки и зовет летать на драконе. В таком свете это даже забавно. Но для меня важно, что не придется лезть в седло Сиракс в платье, задирать юбку и дрожать на высоте в бесполезном плаще. Я молчала, поглаживая ткань пальцами. Имеет ли она ввиду, что этот костюм будет использован не единожды? -Скоро мы взлетим вместе и, оказавшись в небесах, я клянусь тебе… - Рейнира прижалась ко мне сзади и шептала горячим дыханием в ухо, - клянусь, что ты более не пожелаешь вернуться на землю. Ты почувствуешь такую свободу, какой никогда не знала. Ты разделишь ее со мной и поймешь, что преград на самом деле нет. Ты сама их придумала. У меня мурашки пробежали по спине, я прикрыла глаза и мне показалось, что ветер развивает волосы и гладит затылок. Уже скоро… Она ускользнула незаметно, не сказав больше ничего на прощание. Я перенесла костюм в мой личный сундук и, разобравшись с водными процедурами, отправила Кэти спать, оставшись в компании свечей и Роди. Кажется, кто-то пытался его вычесать. Бедолага. Дальше мне предстояла непростая работа. А самое смешное – я сама себе ее придумала и жаловаться не кому. Я собиралась записать все, что помнила о своей прошлой жизни. Все о своей семье, о друзьях и о простых знакомых, о школе, о доме, обо всех городах, в которых я когда-либо бывала. Я знала наизусть множество песен и надеялась, что это поможет мне здесь. Я опишу планету, где когда-то жила, ее континенты и страны, реки и горы. Потом перейду к истории своей страны и всех остальных, в надежде, что выужу из памяти хоть что-то. Культуру и обычаи моего народа, сказки, поговорки, частушки, рецепты. Возможно, при большом везении, конечно, я вспомню что-то полезное из физики, химии или экономики. Нет, это мало вероятно – мои куриные мозги из принципа запоминают только то, что им нравится. Даже сюжеты фильмов и книг, мифов и легенд, простых анекдотов будут тщательно записаны. Просто потому, что я не собиралась забывать свою жизнь, не собиралась становиться Алисентой Хайтауэр. По крайней мере, не полностью. Я уже родилась один раз, имела любящую семью, воспоминания, чувства. Да, в последнее время все не слишком клеилось в эмоциональном плане, но это смотря с чем сравнивать. Не справедливо все это просто выбросить в топку и забыть, словно и не было ничего. Нет уж, это моя самоидентификация, мой опыт, каким бы он ни был. Может, мне было бы легче, родись я Алисентой с самого начала? Кто знает. Но я точно знаю, что мое существование здесь было бы невыносимым, оставь я позади родителей или детей. Может и лучше, что я была одинока? Как сказать… Роди беззвучно спрыгнул со своих полок, едва не наградив меня инфарктом. Выполнив хищные засадные поползновения, достойные восхищения самых матерых ягуаров, кошак молнией метнулся под шкаф и устроил крысиную смерть мощно и быстро. Услышав мерзотный хруст, я поджала ноги. Жаль, что он не черный, можно было бы назвать его Балерионом. - Балерион, ужас подвальных крыс, - хихикнула я, вспоминая жуткого кота из Мышиной охоты. Роди у того кота определенно выигрывал – он перед крысами не пасовал. Я писала мелким почерком, экономя бумагу. По ощущениям, часа через три, руку начало сводить и никакая гимнастика уже не спасала. Не представляю, сколько времени мне понадобится осуществить задуманное. И стоит ли вообще записывать канон, если я планирую изменить каждое известное мне событие? Наверное, следует потратить на это пол часа, но уже в следующий раз. Оставив горящей одну свечу, я направилась в кроватку, но любопытство, передавшееся от Роди воздушно-капельным путем, не иначе, развернуло меня обратно к сундуку. Прихватив тканевый сверток с обсидиановой палкой, я, уже подмерзнув, забралась под одеяло. Интересная, все же, безделица. Отполирована до такой степени, что поверхность отражает огонек свечи и меня саму, искаженную и кривую. Вообще-то, она напоминает мне… хм. Я ухватилась за тупой конец правой рукой, негромко кашлянула. Как там говорили? Рассечь воздух и взмахнуть… - Вингаридиум левиосса, - торжественно произнесла я, размахивая свечой. Ничего не произошло. Естественно. Я почувствовала себя невероятно глупо, стыдливо вжала голову в плечи. Хорошо, хоть никто не видит. Свеча была приятна на ощупь – гладкая витая и не такая холодная, как я ожидала, скорее прохладная. Я подобралась к кончику, слегка прозрачному. Такое мастерство, изумительно тонкая работа. Пальцы, как тактильные наркоманы, перебирали волны, пока наконец… - Ой, - красная капля надулась на указательном пальце и я поспешно сунула его в рот. Какое-то стремное совпадение. И все же, я не принцесса, а это не веретено. Кончик палочки замерцал подобно настоящей свече. Пламени не было, а свет был. Он исходил из самого камня, трепыхался, словно по комнате гулял неощутимый мною сквозняк. Яркость колебалась от едва видной искорки до лампочки в 40 ват. Я почти не дышала и не моргала и едва могла поверить. Это что, магия? Настоящая? И она откликается мне? Почему? Потому, что я накормила обсидиан кровью. Принесла, так сказать, в жертву собственную реку жизни. Это все, чего требовали валирийские боги от своих последователей – крови и пламени. Их так давно никто не поминал подобным образом. Пожалуй, Деймон – единственный, кто мог бы посвящать свои кровавые победы богам предков, но он в принципе в богов не верил. Веларионы слишком обеспокоены морем и умножением богатств и власти, чтобы славить богов, к которым не благосклонно общество. Эймма в этом смысле совершенно бесполезна, постоянно беременная и ослабленная. Рейнира – избалованная и капризная девчонка, а король… А король вечно объедающийся, ленивый, бесхребетный свин. У него нет дракона и чувства собственного достоинства. И это наследие гордой Валирии? Потомки единственного спасшегося рода драконьих владык? Они же совершенно бестолковы! Даже не способны сохранить семью и передать память рода дальше! Единственное, чего они заслуживают – это драконье пламя! О, как смешно визжала бы Рейнира, как красиво стекали бы ее расплавленные золотые украшение. И лишь валирийское ожерелье возвышалось бы над грудой костей. Держу пари, Визерис верещал бы как настоящая свинка, тряся своими мослами. Валирийскую сталь он не носил, а был увешан плебейским золотом, как новогодняя елка. Раскалившийся метал жарил бы его кожу не хуже пламени, разносил запах горелого сала… Я отбросила свечу на одеяло и свет померк. Разум очистился, дышать стало легче. Руки ходили ходуном и за прошедшие пару мгновений я вспотела как в бане. Приложив руку ко лбу, я обнаружила, что горю и стянула ночнушку. Вот значит как. Драконья магия требует не только крови в жертву. Она сводит с ума. Или она только пробуждает самые чудовищные желания? Было ли это наваждение или мои собственные мысли?