По следам Эльдорадо

Кэт нервно поглядывала на часы, время неумолимо тикало. Том должен был прилететь из Боготы вечером. До этого момента у нее было время порадовать любимого сладкоежку шоколадным тортом. Да и готовить Кэт очень любила — жаль только, что калории не сжигались во время процесса приготовления. С улыбкой вспоминая полные нежности сообщения Тома из Южной Америки, девушка взялась за миксер, чтобы взбить сливки для крема. Чего было не отнять у неугомонного британца кроме красоты и острого ума, так это романтики. Чего например, стоил следующий пассаж из их переписки (за месяцы съемок Кэтрин выучила пару-тройку таких наизусть): «Мы снимали сегодня на одной из старинных улочек. Представлял, как мы бы здесь бродили, держась за руки. Каждое здание здесь хранит свою историю. Иногда кажется, что стены шепчут нам о любви. Мечтал, чтобы ты была здесь со мной, разделяя эти мгновения.» Аромат ванили витал в воздухе, смешиваясь с терпким запахом шоколада. Кэт глубоко вздохнула, приступая к отделению желтков от белков. В большой миске она начала взбивать белки в крепкую пену, постепенно добавляя сахарную пудру. В другой миске смешала растопленный шоколад с желтками, добавила муку, разрыхлитель и соль. Затем осторожно соединила обе массы, чтобы тесто получилось воздушным и однородным. Но когда Кэтрин вдохнула слишком глубоко, мука защекотала в носу и девушка только и успела подставить локоть, чтобы звонко в него чихнуть. Часы неумолимо тикали. В поле зрения Кэт попала ваза с фруктами на подоконнике, все больше погружая ее в воспоминания о сообщениях Тома. Она представляла, как он бродит по шумным улочкам Боготы, пробуя местные деликатесы. Особенно ее зацепило его сообщение о фруктах: «Знаешь, что я нашел в перерывах между съемками? Магазинчик с самыми вкусными фруктами, какие я когда-либо пробовал! Думаю, тебе бы здесь очень понравилось. Представляю, как мы с тобой устроим настоящий фруктовый пир, а потом ты будешь обвинять меня в том, что я тебя откормил.» Дурашка! Кэтрин заговорщицки подмигнула апельсину, выглядывающему солнечным глазком из вазы, и снова продолжила работу. Еще немного, и она сможет вновь почувствовать тепло любимых объятий и наслаждаться рассказами Тома о далекой Боготе. Этот шоколадный торт станет не просто десертом, а сладким посланием любви, которое она передаст своему любимому с каждой крошечкой. Каждая из взбитых сливок, каждый слой бисквита — это маленькая частичка ее сердца, вложенная в это творение. Она представляла, как Том, откусив кусочек, закроет глаза и улыбнется, вспоминая их совместные моменты. Возможно, облизнет губы, слизывая крем, медленно проведет кончиком языка по верхней губе… Аромат шоколада наполнит их маленький мир, создавая атмосферу уюта и любви. Думая об этом, Кэт помыла руки, вытерла их и поправила волосы. Включила свет на кухне, где работала — день клонился к вечеру. Кухня была настоящим отражением ее хозяйки: яркая, немного хаотичная, но невероятно уютная. На стенах висели постеры с любимыми фильмами, а на холодильнике красовались магнитики из разных уголков мира. Полки были заставлены разноцветными чашками, а на столе стояла ваза с сухими цветами. Обычно Том заполнял вазы в доме разнообразными свежими цветами, но когда его дома не было, сухоцвет тоже вполне устраивал Кэтрин, хоть и не нравился Хиддлстону, предпочитавшему все живое и сочное сухостою. В этом был весь Томас — человек, который мог превратить обычный день в праздник, просто поставив вазу с живыми цветами или принеся пакетик пончиков из любимой пекарни Кэт. И неисправимый романтик, могущий оживить любую рутину. Думая об этом, Кэт включила музыку на смартфоне, а потом с улыбкой пританцовывая под любимых Linkin Park, открыла заслонку духовки — проверить, как выпекаются коржи. Горячий воздух обдал ее лицо, и она отпрянула, прикрыв глаза. Аромат шоколада стал еще насыщеннее, смешиваясь с легким запахом корицы, которую она добавила в тесто. Все шло по плану. Как она украсит торт? Может быть, напишет на нем имя Тома, как первейшая его поклонница? Просто покроет шоколадной глазурью? Незабвенный Честер из динамика смартфона пылко предлагал забыть обо всех воспоминаниях и взять с собой только недоверие. Но Кэт слышалось «невесомость» и очень хотелось думать, что речь о невесомости любви. Что-то похожее на то, что она предвкушала при появлении Тома — как бросится в его объятия и ненадолго забудет обо всем… Крем был готов, на водной бане потихоньку таял расплавленный шоколад (Кэтрин добавила туда чуточку мяты), но Томас все еще не звонил. На смартфоне уже закончился любимый альбом «линков» и пошла просто смесь из любимых песен Кэтрин, на английском и французском. Лиричный «Сад слез» в исполнении ZAZ и Тилля Линдерманна девушка решила переключить на что-то более теплое. Но в этот момент, пока она выбирала песню, у входной двери зазвенели ключи. Сердце у Кэтрин забилось чаще. Бросив все, она побежала к двери. Том стоял на пороге в прихожей, немного взъерошенный от перелета (рыжие кудри, уже немного отросшие, по сравнению с селфи нескольконедельной давности, смешно завивались в разные стороны), но с сияющей улыбкой. — Ты! — выдохнула Кэтрин и бросилась ему на шею. Том крепко обнял ее, вдыхая аромат ее волос и выпечки. — Я так соскучился… — прошептал он, не отпуская ее. — Я тоже, — ответила Кэт, зарываясь лицом в его плечо. Они стояли так несколько мгновений, наслаждаясь воссоединением. Затем Том отстранился и осмотрел девушку с головы до ног. — Ты такая красивая, — сказал он, проводя рукой по ее волосам. — Спасибо, — смутилась Кэтрин, и тут же встрепенулась, — иди купайся и отдыхай, а я пока закончу твой сюрприз. — О, есть сюрприз? — в глазах Томаса загорелись лукавые огоньки. — тогда я сейчас… Пока Кэтрин отправилась обратно на кухню, она услышала, как в ванной зажурчала вода… потом шелест ткани… От мыслей о том, что сейчас можно было увидеть в ванной, девушке ненадолго стало жарко. Но она попыталась занять себя делом, выкладывая коржи и промазывая их кремом. А мозг неумолимо подкидывал картинки и ощущения: Кэт уже представляла, как Том, весь мокрый и пахнущий гелем для душа, войдет на кухню. Сердце ее забилось чаще. Каждый шорох казался ей шагами любимого. — Так, и где сюрприз? — Том появился на пороге, обернутый в большое махровое полотенце, которое едва прикрывало его торс. Вода стекала по его телу, оставляя блестящие дорожки, волосы были взъерошены, а на щеках играл румянец. — Здесь, но я еще не покрыла его шоколадом… — Кэт кивнула на выложенные на блюде и тщательно промазанные кремом коржи, стараясь не смотреть на обнаженный торс любимого. Как долго она грезила в их разлуке, что сделает со всеми 188 сантиметрами Хиддлстона (и что — с прилагающимися к ним двадцатью), но сейчас старательно пыталась оттягивать этот момент, желая, чтобы Том сначала попробовал торт. А негодяй, как назло, так и соблазнял ее. Он подошел к еще неубранной миске с остатками крема и, прежде чем Кэтрин успела что-то сказать, обмакнул в нее палец. Девушка прикусила губу, провожая глазами, как Том по-мальчишески засунул палец в рот, распробуя лакомство. От этого жеста что-то внизу живота скрутилось в тугой горячий комок. — Очень вкусно, дорогая… — голос британца приобрел мурлыкающие нотки. — уже можем приступать к опробованию? Как выяснилось, я ужасно голоден… — Ну, нужно еще покрыть торт шоколадной глазурью… — выдавила из себя Кэт, едва слыша свой голос сквозь колотящиеся в висках молоточки. Глубоко вздохнула. — А, вот глазурь! — радостно заключил Том, оглянувшись и подхватывая прихваткой мисочку с расплавленным шоколадом. Он вернулся к торту и начал аккуратно поливать его шоколадной глазурью, позволяя ей стекать по бокам и создавая аппетитные капельки. Кэтрин невольно сглотнула. Она наблюдала за движениями Хиддлстона, за тем, как мышцы на его руках напрягаются при каждом движении. Ей хотелось прикоснуться к нему, почувствовать тепло его кожи. Пересчитать родинки, хоть она уже и так знала их количество, что на правой, что на левой руке, что под левой грудью, ближе к торсу… Кончики пальцев даже закололо от нетерпения. — Мне кажется, тут стенки незаполнены… — девушка наконец-то нашла себе занятие, взяв лопатку и стараясь разравнять шоколадные потеки по бортикам торта. Том красноречиво хмыкнул, и по тонким его губам поползла озорная ухмылка. — Я их обязательно заполню, — он аккуратно переставил блюдо с тортом на соседний стол и, пока девушка стояла у стола, за которым прежде работала, повернул ее к себе, наклоняя на стол. Кэтрин тихонько порадовалась, что до возвращения Тома успела убрать муку, но Хиддлстону кажется, это было неважно. — Такие тоненькие и влажные стенки… — продолжил он, опуская любимую на стол. Его пальцы скользнули по ее талии, задерживаясь на нежной коже. Кэтрин вздрогнула, чувствуя, как тепло его тела проникает сквозь тонкую ткань ее блузки. Том наклонился ближе, его дыхание согревало ее лицо. Его глаза, обычно такие ясные и веселые, сейчас были темными и полными желания. — Ты так прекрасна, Кэтрин. Как самый сладкий кусочек шоколадного торта. — прошептал он, и его губы коснулись ее шеи. Легкий укус — и по телу девушки пробежала дрожь. Его язык медленно скользнул по ее коже, оставляя влажный и горячий след. Кэтрин невольно выгнулась навстречу, ее руки сами собой обвили его шею. Она чувствовала, как он улыбается, наслаждаясь ее реакцией. — Ты сводишь меня с ума, — прошептал он снова в ее губы, и в следующий же момент закрыл их требовательным, голодным поцелуем. Кэт ответила на него так же жадно, не понимая, куда исчезла ее блузка и трусики… наверное туда же, куда его полотенце. Но это сейчас было абсолютно неважно. Важны только были его губы и руки на ее теле. Мазки шоколада — он делал это так сосредоточенно, словно живописец, создающий новый шедевр. Намазывал — и слизывал, собирал губами ароматное лакомство дочиста, сначала с шеи Кэт, потом с грудей, с живота. Когда чуткий и умелый язык Томаса стал дразнить Кэт ниже, касаясь пуговки клитора и чувствительных влажных губок, девушка протяжно застонала, подаваясь бедрами навстречу своему «мучителю». И он наконец услышал ее стоны, ее беззвучные мольбы, решив заменить ласки языком на кое-что тверже. Кэт чувствовала, как ее разум затуманивается от нахлынувших эмоций. Она полностью растворилась в нем, в ее Томасе, в его объятиях, в этом безумном вихре страсти. Мир сузился до одного лишь мгновения, до этого единственного, неповторимого момента. Когда их тела наконец обрели долгожданное единение, Кэт обвила руками шею Тома, прижимая его к себе еще крепче. В этот миг они были неразделимы, казалось, даже их души слились воедино… *** Второй раз купаться пришлось обоим. Томас, точно обретя второе дыхание, помог девушке выкупаться и, пока Кэтрин сушила волосы, заботливо налил им обоим чаю и разрезал торт. И да, все удалось на славу. Но усталость после приготовления торта и бурное времяпровождение после, вкупе с горячим душем, заставляли глаза девушки слипаться. Но усилием воли, она все-таки открывала их, желая побыть еще с Томом и послушать рассказы о его путешествиях по Южной Америке, связанных со сьемками. — …Богота, знаешь ли, — продолжил тем временем Том, откинувшись на спинку стула и глядя на возлюбленную с мечтательной улыбкой — город контрастов. Днем — суета, шум, гомон. А ночью… ночью он раскрывается совсем с другой стороны. С горы Монсеррат весь город, как на ладони. Ты еще не видела, как огни сливаются в единое мерцающее полотно. Я бы так хотел показать тебе это, оно завораживает. Томас сделал паузу, словно приглашая Кэтрин разделить его восхищение. Его брови сложились в трогательный «домик», выражая легкую задумчивость их обладателя, а уголки губ чуть приподнялись в полуулыбке — фирменный жест, который так полюбился девушкам по всему миру. И достался ей одной. Сердце Кэт заколотилось чаще от этой мысли. — …а потом местные жители рассказывали нам о легенде о Эльдорадо. Говорят, что где-то глубоко в джунглях Амазонки спрятано золотое царство. Представляешь, отправиться на поиски? Только вообрази: древние индейские храмы, таинственные племена, дикая природа… Это было бы незабываемо! Он произнес эти слова с такой интонацией, что у Кэтрин мурашки пробежали по коже. Казалось, он искренне верит в эту легенду и готов отправиться на поиски сокровищ прямо сейчас. Она заметила, как глаза Хиддлстона загорелись каким-то особым светом (верный признак того, что он и сам во власти рассказанной истории), и невольно сглотнула от приятного волнения. — Но, пожалуй, самое ценное сокровище я уже нашел, — добавил Том, глядя ей прямо в глаза. Его голос стал мягче, нежнее. Он протянул руку и нежно коснулся ее щеки. — это ты…. — И ты… — растроганно улыбнулась Кэт. Том приподнял бровь удивленно, а потом подмигнул ей: — Да? Кстати, у меня тоже есть для тебя сюрприз. Самое время вручить его для сладких снов. Пошли…