Поездка

Противная трель будильника уже в пятый раз разрезала ночную тишину. В тёмной комнате, которую освещал еле пробивающийся сквозь щель в шторах свет от фонаря, послышалось недовольное бурчание. — … Мм. Ну ещё пять минут… — тихо пробурчал хозяин квартиры, с головой укрываясь в тёплое родное одеяло. — Джон твою налево! У нас поезд через два часа, а ты ещё даже вещи не сложил. — в комнату залетел недовольный Линч в какой-то синей футболке надетой на левую сторону и наполовину застегнутых джинсах. — ДЖОН! Черт ленивый вставай! — парень начал тормошить и пытаться скинуть с нагретого места сонного сожителя. — Мм ну ещё пару минут, Линч… — всё так же бубнил что-то себе под нос парень, на отрез не желая вставать. Егору такой расклад не понравился и он, не долго думая, стащил со своего непутёвого товарища одеяло и столкнул невдупляющую тушку на пол. Реакция последовала незамедлительно. — Ай! Блин, Линч, ну за что... — возмутился Джон, уткнувшись лицом в мягкий ворс ковра на полу. — Вставай! Я твои труселя за тебя складывать не буду! — присев перед другом и ткнув ему в бок для профилактики, он вышел из комнаты не закрывая деревянную дверь. Писатель посмотрел в след уходящему другу, поворачивая голову в сторону выхода. Из гостиной светил яркий жёлтый свет ламп, освещая кусок комнаты, а её хозяин медленно поднялся с ковра и потирая слипающиеся глаза пошёл к комоду. Не с первого раза нащупав очки, Джон всё-таки выполз в гостиную, ища глазами друга. В доме пахло травами и свежезаваренным чаем. Он нашёлся на кухне возле только что скипевшего чайника, и больших коробок с разными видами чая на выбор. Найдя свою цель, Джон стал как хищник подбираться к ней со спины, обхватывая своими тёплыми руками. Егор улыбнулся. — Не выспался? Ничего, в поезде ещё поспишь. — он ехидно добавил, — А я говорил что бы ты не рубился допоздна в приставка балда, знал же что поезд в пять утра. Мистер — очечи лишь согласно хмукнул и уткнулся другу в шею. От него слабо пахло какими то духами, но парень не мог разобрать что же там было намешано. — Мм… Сделай мне тоже чайку пожалуйста. Линч усмехнулся, забирая свой напиток в большой разноцветной кружке и поднося её к своему плечу. Голубоглазый отпил немного, довольно улыбаясь и чмокая в бледную щеку в знак благодарности. — Мм кстати, у тебя футболку на левую сторону одета..... Не торопись ты так, без нас не уедут никуда. — и в наглую забирая кружку из рук возмущающегося журналиста довольный слинял в комнату упаковывать вещи. Уже через час чемоданы были собраны, вещи надеты и под ускорительный пинок под пятую точку от журналиста, Джон всё-таки вышел из квартиры, и взвалив рюкзак с чемоданом на горб, поплелся вызывать лифт. — Нам ещё Лили с Лукасом встречать на вокзале, по этому давай в темпе, — выходя следом и закрывая квартиру ключами, направляясь к другу. Спустившись на первый этаж и оставив ключи консьержке, парни вышли во двор. Он был пустой, на площадке не было детей, на скамейках не сидели ворчливые бабки с семечками, только лишь редкие подростки с шилом в одном месте, ветром в голове и орущей пафосной музыкой из колонок разгуливали по району где-то в приделах 500 метров. Город спал. Белая машина с номерами «О325ОН» подъехала как и написано в приложении через 2 минуты. Уточнив адрес у нерусского таксиста, парни сели на заднее сиденья и стали обсуждать будущую поездку. С водителем повезло, он был молчаливый и за всю поездку только спросил куда ехать. Даже музыку не в ключал, ну золото, а не водитель. Пол часа, и вот они уже полным составом сидели и ожидали посадки на перроне. — Маам! Ну я хочу на верхнюю полку! Ну, пожалуйста! — Лукас бегал вокруг Лили, упрашивая её и дергая за руку. — Нет, Лукас! А есле ты упадешь с неё? — пытаясь поймать и успокоить неугомонного сына, она устало потирала глаза и устало зевала. — Что, Лили-лапушка, тоже ещё не проснулась? — подойдя к девушке Джон улыбнулся такой же усталой миной, а за тем обратился к мальчику — Лукас, давай вы с дядей Линчем поспите на нижних полках, а мы с твоей мамой на верхних? По рукам? — Мм. Ну хорошо! — всё же согласился ребёнок, перестав донимать своими криками людей вокруг. — Джон! Просила же не звать меня так… Но спасибо, — всё же благодарно кивнув сказала она. — Да хрен тебе, а не верхняя полка — скрестив руки на груди сказал Линч, высматривая в табло время прибытия поезда, — тебя потом от туда не достанешь! Вышеупомянутый фыркнул копируя позу друга. — А лучше чтоб ты подскочил в семь утра и разбудил меня своими потугами не грохнуться с лестницы? Поцапавшись ещё пару минут, они всё же успокоились и стали выжидать прибытия их железного коня. Ещё через минут пятнадцать в далеке наконец показался выкрашенный красной краской с серыми причудливыми линиями пыхтящий поезд. Всё находящиеся на перроне тут же засуетились, похватали свои огроменные чемоданы и сумки и ломанулись к входам в вагоны. Наша группа тоже решила не задерживаться и заняла место в успевшей образоваться за такой короткий срок очереди из людей и их увесистого багажа. Бодрые только на первый взгляд контролёрши с идеально выглаженной, одинаковой формой и натянутыми улыбками проверяли паспорта и билеты, пропуская рвущийся поток людей к их посадочным местам. В очереди было стоять откровенно скучно, так что Лукас, не теряя времени зря, решил оглядеться и найти потенциального друга на ближайшие 3 дня. Взгляд из-под очков выцепил парочку детей из общей массы, но они были либо сильно старше его, либо совсем малыши лет трёх. Тут в его поле зрения попалась рыженькая девочка примерно его возраста. Она была в синей юбке до колен, которую частенько задирал ветер и малиновой футболке, выглядывающей из-под бирюзовой куртки. Её волосы, примерно до поясницы длинной, были распущены, только на макушке красовался красный бант. Подумав, что может быть не всё потеряно, Лукас вместе с Лили и остальными наконец забрались по железной и немного ржавой лестнице в постепенно наполняющийся людьми вагон. Тусклый свет от ламп на потолке плохо освещал узкий коридор. Стены дубельно коричневого цвета с большими окнами и коралловыми шторами встречали попутчиков своей тишиной, а те, кто загрузился на станциях до этой уже давно спали. Найдя седьмое купе и открыв дверь, Линч зашёл первый, затащив чёрный чемодан, и сразу открыл крышку одного из сидений. За ним протиснулся Джон так же складывая красный сумарек в специальный отсек рядом с вещами друга. Ещё минут десять все разбирали вещи и укладывались на свои койки. На часах было «4:48», поезд уже готовился к отбытию, а по громкоговорителю объявляли, что до конца посадки осталось пару минут. Лили уже залезла на свою койку наверху и закинув сумку на выдвижную полку, принялась раскладывать и заправлять простыни, которые им заранее положили в купе — каждому по комплекту. Лукас смотрел в окно на опаздывающих пассажиров, бегущих в нужный им вагон и на бегу доставая документы. Солнце ещё не встало из-за горизонта, а луну и яркие звезды закрывали темно синие и фиолетовые тучи. Да, погода в августе выдалась на редкость прохладной. Линч и Джон тем временем всё собачились из-за кровати и её расположения. — Да сам ты баран! Говорю ж, я должен спать на верхней полке! — все не унимался Егор, пытаясь стянуть брыкающегося друга с койки за ногу. — ДА ОТЦЕПИСЬ ТЫ ОТ МЕНЯ БЛИН! — вопил Джон перебудив добрую половину вагона. В итоге Лили это надоело и надавав обоим хороших подзатыльников она ушла умываться в туалет, пока его никто не занял. Поезд тронулся и набирал скорость, уже как 5 минут назад, за окном проносились силуэты домов, деревьев и вокзала. Пара человек на перроне стояли и махали руками на прощания, очевидно кому то знакомому, смотрящему из окна и так же машущему в ответ. Решив, что спокойно они эту полку не поделят, парни решили решать дела по-русски и зарубились в суефа. После трёх раундов, Егор скорбно потерпел поражение в игре не на жизнь, а на смерть и угрюмо стал раскладываться на нижней кровати. Писатель же победно расположился на своей верхней лежанке включив музыку в наушниках. — Чепушила, ты в курсе что твою музыку весь вагон слышит, — всё бурчал как старая сварливая бабка зеленоглазый, стуча костяшками пальцев по «потолку " над ним, где собственно и лежал товарищ. — Бе-бе-бе, — передразнил его Джон, снимая наушники, — могу громче сделать, и вообще, ниче ты не понимаешь в музыке. Так, за спорами и прошёл где-то час. Лили уже успела цепануть себе подружку и мило беседовала с ней возле выхода в тамбур, который соединял вагоны между собой. Парни всё же улеглись: Джон заснул со съехавшими набок наушниками, в которых уже давно ничего не играло, а Линч монтировал ролик, который он пару дней назад заснял на очередном их задании. Посидев в телефоне, Лукас все же решил проветрится, а за одно и найти мать. Тихо отодвинув двери-купе, он посмотрел в правую стороне коридора, где находился кулер с горячей и холодной водой. Там горел лишь тусклый красноватый свет приборов, но никого видно небыло. А вот в левой стороне стояли три человека. Отлично, туда нам и надо. Не став медлить мальчик прошёл по вагону, мерно качающимуся в такт стуку колёс в разные стороны. Свет уже почти не горел, многие улеглись спать, так как на часах было примерно 6 утра. Завидев знакомое лицо идущее в их сторону, Лили улыбнулась. — А вот собственно и он. Знакомься Марта, это Лукас, мой сын. Ему столько же, сколько твоей дочке. Марта была одета в серую футболку и чёрные лосины, её волосы средней длинны струились по плеча прикрывая скулы. В поездах многие так ходят, так как тут наряжатся во что то красивое небыло смысла. Женщина осмотрела ребёнка с ног до головы и приветливо протянула руку. — Ну приветик, Лукас! Я Марта. Мы с моим мужем Хоулом и дочкой тоже едем в Петербург, хотели сестру мужа проведать, да и город посмотреть. Лиза то его ни разу не видела. Подойдя к родителю, мальчик скромно пожал протянутую ему руку. — Здравствуйте, — вежливо поздоровался Лу. Он осмотрел всех ещё раз и остановил взгляд на той самой рыженькой девочке с перрона. — Ах да! Это моя дочурка — Луиза Тейлор. Девочка неуверенно вышла из-за матери и протянула руку Лукасу в качестве приветсвия. — Привет. Ты тоже едешь в Питер? — спросила она. Лукас улыбнулся и уже более охотно пожал руку. — Да! Я ещё с дядей Линчем и дядей Джоном, хочешь завтра познакомлю вас? Они класные, и у них ещё есть свой ютуб канал про мистику! Ты любишь такое? Я обязательно тебе покажу завтра! Элизабет тоже заулыбалась, активно кивая. — Давай, я тоже люблю приключения и мистику! А ты в каком купе живёшь? — В седьмом, а ты? — А, а я в десятом, не так далеко друг от друга получается, — Тейлор была явно очень рада что будет ехать трт дня в компании нового друга а не скучающе куковать в своём купе с родителями. Старшие же, наблюдая за знакомством их чад, посмотрели на расписание остановок. — Так, — сказала Марта, поворачиваясь к детям, — сейчас будет остановка, поэтому идите пока по комнатам, а мы сходим и купим вам что нибудь. Активно закивав, ребята попрощались и разошлись по своим лачугам. Поезд и вправду сделал остановку: громкоговоритель на станции оповестил о том, что стоянка будет длится двадцать три минуты и что город, в котором они находятся, называется Барабинск. Лукас снял с себя верхнюю одежду, оставаясь в одних серых шортах и белой футболке, которую он предварительно стащил у своего дяди, и заправив постель, улёгся смотря в окно. Вокзал в этом городе был не такой большой как в их родном, и перрон был относительно небольших размеров. На нём находились пару человек, так же ждущие момента их посадки, пару провожающих и ночные гуляки, которые решили выйти покурить или купить чего нибудь в ближайшем ларьке на станции, как Лили и Марта. Вокруг перрона находился лес и пару тусклых фонарных столбов, еле еле освещающих окрестности. Но даже этого света хватило, что бы заметить кое что. А вернее кое кого На железных путях, возле столба, стоял ребёнок, предположительно чуть постарше Лукаса. Он был один и выглядел очень странно: на нём были какие то странные лохмотья, кое где перепачканные странной темно бордовой субстанцией, туловище шаталось на ветру, как будто его что-то удерживало от того чтобы не развалится на две половинки. Он был бледный и худой, что нагоняли немного жути. И его взгляд. Он смотрел прямо в окно где стоял Лукас, а может быть и в саму душу. — Дядя Линч… — шёпотом протянул пацан, медленно переводя взгляд на Егора. Он дрых на соседней койке с телефоном в руках и не слышал никого и ничего, казалась пушка стрельнет — не проснётся. Когда напуганный ребёнок вернул взгляд к железным путям, там уже никого не было. Может быть, ему просто показалось? Решив рассказать о этом странном случае новой знакомой завтра, мальчик улёгся на своё место и прикрыл глаза. ............. Свет фонарного столба и яркая вспышка заставили прийти в себя и открыть тяжёлые, будто налиты свинцом веки. Серое небо, туман и хвойный лес тайги будто отделял мальчика от всего остального мира. Всё здесь как будто вымерло: ветер не шелестел темной листвой, птицы не щебетали на кривых ветках могучих столетних стволов, в чаще не копошились лесные обитатели. Казалось, небо полностью состоит из этого странного тумана. Он обволакивал тело, путал мысли, делал голову тяжёлой, прогибая под своим влиянием и заставляя подчинится своей воле, сдаться, позволив управлять своим разумом. Он зазывал случайного путника, расступаясь перед нужной тропинкой. Жуткая картина. Еле пробудившись от морока, Лукас встал с холодной мокрой осенней листвы и влажных разбухших веток. На нём была не его одежда: какие то тряпки, очень смутно напоминали о том, что когда то это было предметом гардероба. Они были холодными и такими же сырыми как и сама земля. Лу осмотрелся по сторонам. Ничего не оставалось кроме как следовать по этой странной тропинке, ведь туман в других местах сгущался, а старые сосны будто встали прочным щитом, заблокировав всё возможные пути отступления. Идти было тяжело: ноги постоянно вязли в чем то склизком и вонючем, на подобии трясины, голова всё ещё отдавала сильной болью, тело шатало из стороны в сторону, хотя шёл он на удивление ровно, да и ветра не было от слова совсем. Через какое-то время он вышел на открытую местность. Лес отступил, а тревожное чувство в груди лишь сильнее начинало бить по и так напряженному сознанию. Трясина сменилась гравием, постепенно уходя на 30 сантиметров вверх, создавая что то смутно схожее с маленькой горкой. На этой горке была старая железная дорога: рельсы начали потихоньку покрываться ржавчиной, а некоторые шпалы уже подгнивали. Пройдя ещё чуть в право тело Лукаса покрылось мурашками. На рельсах лежал человек. Мужчина средних лет, одетый в форму железнодорожника. Его голова была неестественно вывернула и лежала на рельсах с запекшейся кровью. Труп уже начал подгнивать, но на удивление ни червей, ни мух возле тела не оказалось. Лукас, поддаваясь странному порыву, присел рядом с полусгнившей тушей прямо на холодный метал, покрытый эрозией. Слезы сами покатились из глаз, Лу себя не контролировал. Казалось теле просто больше не принадлежало ему. В голову лезли странные мысли, чужие воспоминания и чувства, котрые давили на психику и вызывали апатию и горечь в душе. Внезапный гудок и стук колёс вырвал его из этого состояния. — Лукас! ................ Мальчик подскочил с кровати, бешено озираясь по сторонам. Просто сон? Уж слишком он был реальный. — Хэй, приятель? Всё хорошо? Когда зрение прояснилось голубые глаза уставились на взволнованное лицо своего дяди.