"Ивлев, Август, а не Ивлеева"

— Димочка, что это?       Август с замешательством рассматривал розовый фартук с ромашками, который ему всучил Дима. Дубин сказал ему, что их ждет нечто интересное сегодня вечером. Конечно, Хольт удивился, ведь это Дима! Дима, от которого обычно можно не ждать «нечто подобного» и «интересного» по вечерам. Так что Август с нетерпением, которое мерцало легкими искорками на кончиках пальцев, собирался к Диме. Оказывается, что теперь от него ничего нельзя ожидать. — Фартук, — пожал плечами блондин.       Дубин поманил Августа рукой и прошел вглубь своей небольшой квартирки. Сказать честно, по началу Хольту не особо нравилось место, которое его возлюбленный называл «своей квартирой». Он не раз намекал, предлагал и прямо изъявлял желание купить Диме пентхаус в дорогой новостройке, но Дубин отказывался, говоря, что ему и здесь очень хорошо и уютно. Август еще мог смириться с этим фактом, но он считал просто непозволительным жить в здании, которое не первый год гордо носит статус аварийного. «Вот когда будут сносить здание и дадут новые квартиры жильцам, тогда и купишь. Только небольшую», как-то сказал ему Дима и Август сдался. По крайней мере, Дубину так казалось.       Вздохнув, Хольт стянул с себя один из своих любимых пиджаков, повесил на крючок в прихожей и прошел по узкому коридору на кухню, миновав гостиную. Мужчина недоуменно оглядывал тесную кухоньку, в которой еле умещались два человека, на столе уже были разложены продукты. Около килограмма картошки, немного грибов, лука и еще что-то, что Август не успел разглядеть. Перед ним возникло сияющее лицо Дубина, способное озарить самую мрачную погоду Петербурга. — Ну как тебе? — воодушевленно спросил Дима, завязывая фартук с утками за спиной. — Я немного не понимаю, mijn liefste, — произнес Август, слегка наклонив голову. — Хочу приготовить вместе с тобой ужин. Устал ходить по ресторанам, — блондин уже стоял возле полок и доставал необходимые чашки и миски, которые могут пригодиться им во время готовки. — Димочка, — начал Хольт тоном мамы, объясняющая своему ребенку самую очевидную вещь, — мы же могли просто что-то заказать, если хотел поесть дома. Что ты хочешь? — Нет, Август, я хочу нормальную домашнюю еду, — сказал блондин. — А ты мне в этом поможешь.       Мужчина не совсем понимал, что значит «нормальная еда». В ресторанах она что? Другая и плохая что-ли? Дима улыбнулся и Хольт посчитал это просто нечестным, ведь его улыбка настолько сильно действует на самого Августа ван дер Хольта. Так, что только ради этого личика оружейный магнат остановил бы все развязанные им конфликты. К счастью, Август еще в состоянии держать себя в руках. Мужчина вздохнул и, последовав примеру возлюбленного, завязал свой розовый фартук и закатал рукава белоснежной рубашки.       Дубин с воодушевлением рассказывал и объяснял, как пожарить картошечку с грибами и луком, а Август внимал и до сих пор не понимал, зачем нужно так изощряться ради какой-то картошки. Когда с теоретической частью было покончено, они приступили к практике. Дима показал Хольту, как нужно чистить грибы, отвернулся, чтобы взять нож и приступить к картошке; повернулся, а от грибов практически ничего не осталось — мужчина срезал большую часть и от шампиньонов оставались одни ножки. — Август, — протянул Дубин, слегка возмущенный такой расточительной чисткой. — Ну что, mijn liefstе? Я же почистил, — Август указал на полную чашку обкромсанных грибов. — Нет, ты все срезал. Нужно же аккуратно, — парень мягко забрал нож и оставшийся гриб из рук Хольта. — Вот так.       Это мимолетное прикосновение и нежность Димы заставило Августа искрить. Казалось бы ничего необычного, но его удивляло то, как какой-то русский полицейский влияет на его жизнь и эмоции. Положительные эмоции. Хольт внимательно наблюдал не за процессом приготовления, а за движениями Димы и его руками. Красивые и сильные. Руки художника. Ну уж никак не скажешь, что этот милый паренек настоящий мент.       Дальше они вместе приступили к чистке овощей. Дубин дал Августу лук, а сам вооружившись ножом и картошкой, начал объяснять процесс готовки дальше. Еще Дима добавил, что захотел приготовить ужин вместе потому, что в свое время частенько делал это с Верой и мамой. Для него совместная готовка — это олицетворение семьи, что в такие моменты все ее члены становятся еще ближе. Хольт на секунду задержал дыхание, а его сердце защемило. Мужчина никогда не думал, что Дима считает его своей семьей. Нет, он был уверен в любви Дубина, но чтобы настолько. Блондин отвернулся, чтобы взять доску и начать резать картошку, но услышав подозрительное шмыганье носом за спиной, развернулся со скоростью света и с волнением оглядел Августа. Хольт, заметив реакцию Дубина, лишь недовольно поморщился и сказал: — Это все лук. — Давай мне его — нарежу, — сказал Дубин невольно засмотревшись на мужчину, стоявшего напротив. Ресницы красиво склеились из-за выступивших слез, нос слегка покраснел, а челка упала на глаза. — Что? — спросил Август с подозрением косясь на возлюбленного. — Что-то не так? — Красивый ты, — просто ответил Дима и улыбнулся. — Так и хочется зарисовать. — Мне льстит тот факт, что в твоем альбоме теперь красуются только мои портреты, — усмехнулся Хольт и поправил мешающие волосы.       Дубин слегка покраснел и уж слишком заинтересованно начал резать овощи. Август часто, если не всегда заигрывал с ним только ради реакций его Димочки. Дубин просто не привык слышать комплименты и двусмысленные фразы в свой адрес, за исключением сравнения с Печкиным. А Хольту в свою очередь нравилось его смущать. Вот и сейчас мужчина обошел стол и встал за Димой, обнимая того со спины. Блондин шумно вдохнул воздух, почувствовав, как горячее тело Августа прижимается к нему, а сам Хольт медленно дышит прям над ухом, опаляя своим дыханием. Из-за мелких электрических зарядов, быстро пронесшихся через них обоих, волосы стали дыбом, а кожа покрылась мурашками.       Несмотря на это и на появившуюся дрожь в коленках, Дубин упорно продолжал резать. Хольт медленно начал водить руками по животу и груди Димы, вырисовывая узоры и наслаждаясь, как блондин буквально тает из-за его прикосновений. Внезапно тишину кухни прервал металлический звон. Это Дубин выронил нож. — Август, если ты хочешь, чтобы я остался с пальцами, повремени с этим, хорошо? — слегка дрожащим голосом проговорил раскрасневшийся Дима. — Ладно, — довольно промурлыкал Хольт — Димочка все-таки пообещал ему «интересное продолжение».       Поправив домашнюю футболку, фартук и очки, Дубин сполоснул упавший нож и быстро управился с остатками овощей. Август же стоял в сторонке и тихонько любовался парнем с легкой улыбкой на губах. Готовить самостоятельно Хольту не понравилось, поэтому он нагло воспользовался смущенным замешательством Димы. Последний уже управился с овощами и уже складывал грязную и ненужную посуду в раковину. — Так, я ненадолго отойду, а ты пока начни жарить картошку, хорошо? — Дима подошел к Хольту и чмокнул того в щеку, когда тот кивнул.       На кухне стало заметно свободнее и передвигаться теперь легче. В пару широких шагов Август дошел до плиты и достал сковороду из духовки. Его поразило то, что сковородки и противень Дубин держал именно в духовом шкафу. Там же еду готовят, а для хранения посуды есть специальные полки. Это даже немного по-варварски. Однако плюнув на эту странность, Хольт вспомнил все наставления Димы и принялся к ответственной части этого вечера — для чего Дубин и позвал Августа.       Мужчина закинул грибы, лук и картошку одновременно, при этом разогрев масло в сковороде на «тройке». Дима пулей оказался у плиты, когда только-только появился шлейф подгоревших овощей. Он немного стушевался. Все-таки было не очень хорошей идеей оставлять Хольта один на один с жаркой. Тем более для первого раза и тем более он ни разу кухонный нож в руках не держал. Заверив своего любимого, что все в порядке (впрочем Август и не волновался по этому поводу и невозмутимо стоял, облокотившись о столешницу), Дима сам продолжил жарить картошку.       Вскоре блюдо было готово, хоть и лук выглядел уж слишком прожаренным, а грибы и вовсе «испарились», будто бы их и не было никогда. Зато картошка хорошо приготовилась. Дубин все же упросил Хольта нарезать свежие огурцы, тот их старательно нарезал, к слову «старательно» было лишь просьбой, пропущенной мимо ушей. Когда Август закончил с бедным огурцом, а Дима разложил жаренную картошку по тарелкам, они сели за стол. Стол был не таким уж и большим, так что сидя напротив друг друга, они стукались коленками. — Приятного аппетита, — пожелал Дима и стал наблюдать за реакцией Хольта. — Приятного, — ответил мужчина и попробовал их совместное творение (хотя справедливее будет отметить, что готовил все-таки только Дубин). — Это восхитительно, mijn liefste. — Я рад, — радостно сказал Дубин, жуя картошку. — Да ты прям Ивлеева! — Что? — Дима прокашлялся, поперхнувшись едой. — Который ваш российский шеф-повар, — пояснил Август, не поняв такую реакцию парня. Он же его похвалил. — Ивлев, Август, а не Ивлеева, — со смешком поправил Дима.