Самолёты

Самолет - Женя Трофимов

-К тебе можно? -Заходи, - буркнул Юнги, лениво прокручиваясь в кресле. Мужчина опустил стакан с виски на стол, и вдохнул поглубже: Чимин всегда был против того, чтобы он употреблял алкоголь. А теперь ещё и это пресловутое курение. Юнги уже знает, что получит от него за сигареты, засветившиеся в сценарии клипа. -Ты без настроения, - прощупывает почву, естественно. С пьяными людьми лишь так разговаривать надо. -Я не пьян, Чимини. -Тшш, Чонгук за дверью, - Чимин обернулся в сторону двери, проверяя ту на исправность, когда Юнги похлопал по колену, приглашая присесть на любимое место и согреть его душу в очередной раз. В тысячный, наверно? Он уже и не знает. -Она работает. Я пароль поменял. -Не забыл его опять? -Нет, не в этот раз, - усмехнулся Юнги, пригубив ещё немного виски: времени мало. Сейчас Чимин возьмёт, и выльет его "совершенно случайно". -Я скучал по тебе, знаешь? - мурлыкнул парень, с волнением подходя к нему, и Юнги добродушно улыбнулся уголками губ, задумчиво разглядывая его. Жёлтенький свитерок, как всегда - оверсайз. Будь они неладны, эти комплексы Чимина, обладающего самой притягательной, по мнению Юнги, фигурой. Парнишка всё оттягивает рукава пониже, и пальчики его пухлые проглядывают очаровательно, ухватившись за края рукавов. Опять эти дурацкие джинсы с потёртыми коленками. Юнги их терпеть не может. Сколько раз говорил... Но ведь и Чимин не раз ему говорил,что терпеть не может алкоголь и сигареты, к которым он прикасается? Ладно. Жить можно. -У тебя красивые кроссовки. -Ты не скучал? - опустил уголки губ младший, едва дрогнув ими, и Юнги тряхнул головой, с трудом оторвав взгляд от розовых кроссовок nike с сердечками: Чимин их купил ещё в отъезде пару лет назад, на валентинов день, обосновав это тем, что так Юнги всегда рядом. А Юнги и не против быть у его ног. Всегда. Только вот никто в группе об этом не знает. Кроме Чонгука, конечно же. Чонгук всегда всё знает, как таблицу Менделеева. Если ему не рассказать, он ещё и новый химический элемент придумает. Обязательно. Можно не сомневаться. Поэтому Юнги ему и рассказал, как взрослому мужчине, о чувствах к Чимину. Ну, как рассказал. Сказал: "передай мне немного пива пока Чимини в комнате нет, а то он потом целовать себя запретит". Дураком быть не надо, чтобы понять, куда он собирался целовать Чимина в ту ночь. -Скучал. -Я думал о тебе от посадки до полёта, - робко произнёс Чимин, усаживаясь на его бёдра и обвив руками шею мужчины, подавшегося немного вперёд для удобства. -А во время полёта? -А во время полёта я спал, и видел тебя во сне, - застенчивый шёпот Чимина волнует. Не может не. Юнги хочет знать, что там ему снилось, но ему сложно признаться в одной отвратительной истине: он боится нравоучений, как огня, если они исходят от Пака. -И что же ты видел? -Я видел, как тебя ругаю за сценарий для клипа. - Хватит ходить вокруг да около. Юнги не дурак, поймёт всё сразу. -Я не настроен спорить, птенчик, - мурлыкнул немного пьяно Мин, потираясь щекой о его плечо и вздыхая устало. -Не надо спорить. Просто думай о здоровье. -Я думаю. Потому и делаю. -Тебя заклюют фанаты. -Это не фанаты, Чимини, - фыркнул Юнги, хрипло хохотнув и оставив невинный поцелуй на кашемировом свитерке, - Это вовсе не фанаты. Это люди, которые так и ждут, что мы распадёмся. -И зачем же ты им помогаешь? -Чтобы посмотреть, как АРМИ их разорвут на части за нас, - пожал плечами Мин, сощурив глаза хитро, - Вот, кто нас действительно любит. -Знаешь, что я недавно читал? - вдумчиво произнёс Чимин, огладив его влажные губы указательным пальцем и облизнувшись. Дождавшись мычания, он улыбнулся скромно, - Какая-то девчонка сказала, что если её когда-то похитят, она не станет обращаться в полицию, а просто напишет в сети, что мы - дерьмище, и АРМИ найдут её ещё раньше, - Юнги расхохотался, представляя себе ситуацию, покачав неверяще головой, и прижал его к себе поближе, почувствовав, что Чимин соскальзывает с его бедра. -Они с ума сошли. -Разве же мы не сошли? - шепнул Пак, тактильно прижимаясь к нему бочком и ощущая макушкой тёплое дыхание Юнги. Пальцы мужчины сплелись с его собственными, найдя покой где-то в области складки живота Чимина, а другая рука крепко обняла спину, удерживая в безопасном положении, когда глаза Чимина наполнились слезами,и он прошептал, - Каждый раз, когда я улетаю куда-то без тебя, мне так паршиво... -Это ведь ненадолго,Чимини. Это работа, - понимающе поцеловал его в висок Мин, вздыхая: конечно, он знает. Как же не знать. У самого в сердце дырища, когда Чимина рядом нет. -Самолёт взлетает, а я смотрю на его крыло, и думаю... я вверх - а ты там, внизу...один. Без меня. И никакие высоты мне без тебя не нужны. Никогда. Понимаешь? -Чимини... - прошелестел Юнги, прикрывая глаза и выдыхая шумно: никакие высоты. Только Чимин умеет с ним так разговаривать. Никто больше. Нет, он в прекрасных отношениях со всеми мемберами. Намджун даёт ему по мозгам, как только замечает острую в этом необходимость. Сокджин ставит на место всего лишь взмахом руки. Иногда, конечно, и розовым тапком с бубенчиком, но это останется за кадром. Об этом АРМИ не знают, но наверняка догадываются. Что касается Тэхёна...этот парнишка его всегда поддерживал. Особенно - в Японии. Тэхён с ним не ругается, не перечит ему. Тэхён такой, какой он есть: немного капризный, но уютный парнишка, которого приручить смог Чонгук. Чонгук Мину, кстати, в рот смотрит от восторга, бесконечно им вдохновляясь. Хосок всегда был рядом. Хосок всегда был поддержкой Юнги. Но Хосок всегда предпочитает одиночество, когда они находятся в общежитии. Он словно...сам по себе? И все мемберы дают ему это необходимое пространство, понимая, что за улыбкой самого задорного мембера кроется депрессивный мужчина, который иногда может позволить себе зарыдать в подушку. В такие моменты, ему помогает объятие Намджуна. Лидер, что сказать. Всех одним только взглядом выгоняет из комнаты, и протягивает ему руки, успокаивая терпеливо. Хотя самого бы кто успокоил. А Чимин... Чимин - как его сыр для пиццы. Как шоколадная крошка на мятном мороженом. Как нож рядом с вилкой. Как вторая палочка для риса из комплекта. Без него Юнги бы давно уже загнулся, сдался бы. -Они опять закидают тебя хейтом, - вывел его из мыслей нежный голос встревоженного Чимина, и Юнги хмыкнул: -Пока у меня есть ты и ребята, меня никто не способен ничем закидать, птенчик. -Я просто боюсь, что эта критика общества скажется на твоём здоровье, Юнги, - запыхтел Чимин, поворачиваясь в объятии и вздыхая сладко и устало. Юнги нахмурил брови, склонив голову к плечу,и подцепил его подбородок указательным пальцем, всматриваясь в уставшее личико: щёчки опухшие от недосыпа, глаза еле видно. Искрятся беспокойными слезинками, застрявшими в них. Губы дрожат, выдавая секрет: Чимин так соскучился за одну неделю, что готов расплакаться, если Юнги его поцелует сейчас. -Ты не спал ещё? -Я с тобой в общагу поеду. -Поехали, - порывисто встал Юнги, но вес Чимина и ладошка, упёртая в грудь, усадили его на место. -Нет. Закончи сначала. Я посплю так, в твоём объятии, - воробушком прошептал парнишка, действительно сбрасывая с себя ножками кроссовки, и забрался на него, поуютней устроившись. -Спина болеть будет, птенчик, -промурчал Юнги, нехотя надевая наушники: о настырности Чимина песни слагают. Спорить смысла нет. -А и плевать. Ты только за руль не садись после того, как выпьешь сегодня, хорошо? А то налетят, как коршуны. -Ну и пусть налетают. Во мне алкоголя сейчас - как в собаке конфетти. -Что за дурацкое сравнение, - устало рассмеялся Чимин ему в грудь, вдыхая поглубже цитрусовый парфюм мужчины и обхватывая его худи покрепче. -Такое же дурацкое, как и их нападки. Засыпай, конфетка, я разбужу тебя через полчаса. -А можно и мне послушать трек? -Ты увидишь его попозже вместе с клипом, - шепнул Юнги, прикурив, и выдохнул в потолок, прикусив щеку изнутри и щурясь. Пальцы привычно перещёлкнули какие-то крохотные кнопки, меняя тональность звука, и Юнги мурлыкнул, явно довольный результатом, когда потянулся к пепельнице, прижимая к себе тесней омегу в свободный момент от клацанья по клавиатуре и синтезатору. Прислонившись к нему губами. он бросил редкий хриплый комплимент на вес золота, - Твоё присутствие делает меня счастливым и довольным жизнью, птенчик. Когда ты рядом, у меня всё получается с первого раза. -Если бы ты ещё не к... -Курить я брошу. Но не скоро, - фыркнул Юнги, потушив сигарету после очередной глубокой затяжки, и пожал плечами, отбивая пальцами ритм мелодии для трека, придирчиво перематывая вновь и вновь назад. - Удобно? -Очень. Мне с тобой везде удобно, - ещё бы. Чимину действительно с ним удобно абсолютно везде. Лишь бы рядом. АРМИ и не догадываются, что он хранит тоннами гигабайтов арты и фотографии, где их с Юнги шипперят, и стыдливо прячет их даже от Юнги. Мин не особенный фанат подобного. Ему отчего-то кажется, что это "cлишком неконфиденциально". Зато удобно и уютно лежать на нём в студии, чувствуя его сердцебиение и прижимаясь сладким комочком к тёплому телу - очень конфиденциально. -Я уже почти закончил, - соврал Юнги, для вида поклацав что-то там на клавиатуре, чтобы усыпить бдительность перфекционизма Чимина. Это именно та черта, которую они не делят на двоих. Юнги - человек волны эмоций. Одна волна накатит- он вдохновлён, и записывает треки безостановочно так, что даже Намджун интересуется, откуда он черпает свои силы. Отлив - и Юнги в депрессии прячется от мира, вспоминая всё своё прошлое и запивая его виски в одиночестве. Пока не придёт Чимин, и не выхватит из его руки стакан. Он обязательно выплеснет в раковину дорогой и крепкий алкоголь, наплевав на его цену, потому что цена здоровья Юнги куда выше для него. Глухой стук льда о раковину Юнги знает наизусть, и вздыхает сейчас, пальцем отодвигая недопитый алкоголь от себя: достаточно на сегодня. Чимини рядом, и ему не надо заливать пустоту в душе теплом. Потому что главное тепло его сердца рядом, под боком ютится. -Врёшь. -Вру, - уверенно согласился Юнги, выключая компьютер и обхватывая его тело обеими руками, зарывшись в пушистую макушку носом. Снова этот яблочный шампунь. Пшеничные волосы щекочут нос,и Юнги глупо улыбается, вздыхая удовлетворённо, - я скучал, птенчик. -Можно, мы никуда сегодня не поедем, и просто разложим диван? -Ты боишься, что полиция остановит? - усмехнулся Юнги, чмокнув парнишку в нос,и тот заспанно закивал, сахарным клубочком согревая его сердце. -Боюсь. Давай просто полежим и поспим тут сегодня? -Ты после самолёта. -Это не причина ехать в общагу, где нас семеро, - надул губы Чимин, и Юнги промычал, догоняя, к чему тот клонит: -Хорошо, сладкий. Посидишь тут, пока я разложу диван? -Мгм, - зевнул Чимин, сонно разлепляя глаза и наблюдая за ним внимательно. Достав из кармана телефон, он написал Чонгуку, что ему немного нездоровится и он задержится, пока Юнги работает, на что Чон лишь понимающе отправил фиолетовое сердце в ответ. Явно всё понял. Но Чонгуку можно доверять. Он никому не расскажет. Не тогда , когда Юнги и Чимин знают, как он сходит с ума от Тэхёна, тайно подворовывая из стиральной машинки его футболки,а потом делая крайне удивлённое лицо и вместе со всеми отправляясь на поиски вещи по всему общежитию. Юнги разложил диван, кряхтя, как старик, от натуги, когда вытягивал мебель, отодвигая тумбочку, и влез в неё, чтобы достать постельное бельё. Чимин как-то раз покупал какое-то очаровательное, совершенно не подходящее по статусу рэперу постельное белье с уточками и котятками, вылизывающими переднюю лапку. Вот оно и пригодилось. Он усмехнулся, аккуратно заправляя простыню, отмечая про себя: если бы не Чимин, он бы и не мучился так. Просто плюхнулся бы на диван, даже плед бы не накинул на себя. Подушкой бы укрылся, как обычно, потому что за одеялом вставать - слишком лень. Но не рядом с Чимином, которого хочется окружить максимальным комфортом. Закончив, он выдохнул, зевнув широко, и только сейчас осознал, как долго работал, и как сильно устал. Чимин протянул ему с готовностью руки, чтобы мужчина перенёс его на диван, зная, что для Юнги его на руках держать - лучшая в мире награда. -Нет, птенчик. Ты у спинки ляжешь сегодня. -Но я не упаду! Правда! -Чимини, если ты захочешь в туалет, ты просто толкнёшь меня, я подвинусь, и ты пойдёшь в туалет. Прошлого твоего полёта с дивана было достаточно, - отрезал Юнги , стаскивая с себя худи. Чимин решил остаться в своём свитере, зевая сладенько и поглядывая на него сонно и нежно. -Такой белый... -Ты мне это уже десять лет говоришь, - усмехнулся Юнги , с кряхтением и ворчанием ложась рядом с ним, на спину. Чёрная футболка прекрасно оттеняет красоту его кожи, и Юнги об этом знает. И знает, как Чимин это любит. Парень придвинулся к нему поближе, свернувшись калачиком, и положил голову ему на грудь, лаская его отросшие волосы кончиками пальцев: -Почему ты не боишься критики, Юнги? Где ты берёшь эти силы двигаться вперёд? -В вас. В тебе, - просто пожал плечами Мин, потянувшись к выключателю рукой и потушив свет. - В АРМИ. Разве этого недостаточно? -Думаешь, мы всегда будем белыми воронами в этой стране? -Полагаю, что да, - опустив уголки губ, нахмурился мужчина. Каждый их шаг критикуется, оценивается, обесценивается, рассматривается под микроскопом и с высоты птичьего полёта. Зачем же тогда обдумывать тщательно каждый свой шаг, если всё равно его раскритикуют? -Я бы хотел иногда просто быть...как все. Знаешь, просто ходить по улице, и знать, что меня не узнают. Что от меня ничего не ожидает никто, кроме родителей, - прошептал Чимин, всхлипнув устало, и Юнги стиснул челюсти, прижав его вплотную к себе и поцеловав в макушку, как только почувствовал влагу на футболке. - Мне кажется, на нас так много ответственности, что иногда просто поспать и выспаться кажется непростительной роскошью. -Это другая сторона медали, котёнок, - мурлыкнул Юнги, вздыхая обречённо. Ему никогда не понять, как Чимин всё ещё остаётся самым уязвимым к хейту из них всех. Даже Тэхён научился с этим жить, открыто намекая на то, насколько ему насрать на хейтеров. А Чимин...перед глазами вновь всплывают те жуткие дни, когда Чимина обещали пристрелить во время концерта, и как Сокджин одевался в те же свитера, беря на себя ответственность за его безопасность,не боясь схватить пулю. Чимин и не знает, что Юнги, в те времена не показывавший ему своих чувств, держал за пазухой пистолет, готовый пристрелить любого, кто посягнёт на жизнь его птенчика. Во время концертов, Юнги чувствовал себя отвратительно, пряча складной нож где-то в карманах широких сценических костюмов, и держался как можно ближе к Чимину, коршуном его охраняя, пока сладкая булочка допевала свою партию. А потом , доезжая до общаги, Чимин ревел в плечо Сокджину, который успокаивал его домашней едой и объятиями крепкими. Юнги же смотрел на него с болью в сердце, представления не имея, что однажды он всё же осмелится признаться Чимину в чувствах, и будет иметь возможность обнимать его вот так крепко, уверенный в его безопасности. -Думаешь, АРМИ простят нам, если мы иногда не будем идеальной картинкой, а просто будем собой? -Думаю, АРМИ не простят нам этого. Они это поймут. -Знаешь, я так часто думаю, когда лечу там, среди облаков, - прошептал Чимин, уткнувшись ему в шею и засыпая, наконец, чувствуя тепло родного тела, по которому так сильно тосковал. - Что весь мой мир - он там, внизу. А я оторван от него, заперт в самолёте. -От полёта до посадки, Чимини. Всего лишь от полёта до посадки. -И этого мне достаточно, чтобы я тосковал. -Эти твои самолёты...