In Agonie ertrinken

— Эрен… Мой миленький сынок… Закончи эту войну… Ты слышишь?! Положи конец этому мучению…

Это были последние слова, сказанные моей матерью. Ее, теперь бездыханное тело лежало в окровавленных пятнах и в истерзанных ранах от пуль. Все случилось прямо на моих глазах, я никогда не думал, что лишусь близкого человека прямо перед своими глазами… Раз, два, третий выстрел поразил меня… Тело моей матери упало на пол. Единственное, что она издала, был громкий, короткий вздох и последние слова, что гласили не просьбу, а явный приказ. Ненавижу этот день… И воспоминания о нем очень смутные… Неясные. Мне всегда было трудно воспроизводить их в своей голове. Я помню как громко кричал этот желтый цвет ленты в новостных газетах, где виднелся мой дом, опаленный адским пламенем… Этот яркий и кислотный цвет… Что пробивал меня до дыр, до боли в глазах и моей голове… Он въедался в мои мозги, поражая последние клетки здравого рассудка, забирая контроль над ситуацией. Что же действительно произошло.? Никто кроме меня и еще одного человека не знает и не узнает.Не посмеет, не позволю… Пусть все думают, что это был простой пожар по неосторожности. Яркий луч света проходил сквозь темные и плотные шторы в спальне Йегера, от чего тот слегка поежился и, не открывая глаз, вытянулся по всей двуспальной кровати. Спустя пару мгновений шатен поднялся таки с кровати и все еще сонно зевая направился в ванную, чтобы принять утренний душ и уже со свежей головой идти на кухню за завтраком. Обычно шатен утром выпивает всего лишь стакан капучино и этого хватает почти на весь день, но сегодня парень решился ограничиться не только порцией кофеина, но и довольно питательной порцией глазуньи с беконом и помидорами, сытно и вкусно. Сегодня по плану у юноши был выходной, но когда же его отец поймет, что человеку дают выходной для отдыха… «Эрен, сегодня нужно будет съездить к Аккерманам и забрать документы» — высветилось на экране дорогого смартфона. Конечно я понимаю, что мне это пригодиться в будущем как наследнику крупного наследия, а именно целой организации, которой занимается разными делами от бизнеса — до убийств. Мафия. Я наследник не просто какой-то там никому не известной мафии, а самой распространяемой на слуху у всей Германии. Наша организация называется «Свобода». Разумеется, хоть о нас и слышали все, большинство людей знает только имя и фамилию отца. Никто не знает больше никакой информации. Абсолютное инкогнито. С этим нам и помогают Аккерманы. Кенни Аккерман — тот еще чудак… Всегда в приподнятом настроении, ведь хороший алкоголь всегда под рукой, а если быть точнее, то под столом в большом ящике. Несмотря на то, что старик хоть и чудак, но к работе относиться серьезно и предвзято. Этот старикашка очень честный, но всегда есть исключения… Как наша семья например, во-первых отец и Кенни друзья детства, да и непросто друзья. По молодости шило в одном месте-то хорошо играло. Так и тянуло эту парочку на приключения… В общем Кенни тоже в криминале был замешан, но об этом чуть позже… Во-вторых отец ему коньяк хороший всегда подгоняет, так что выбора у Кенни не было, кроме того как покрывать «Свободу». У Кенни также есть дочка и сын. Микаса Аккерман — это моя подруга детства, у этой девчонки чертовски хорошо развиты навыки в сфере правовых обязанностей, поэтому она не просто красивая брюнетка с взглядом убийцы, а правая рука ее отца, Кенни. Я мало, что могу сказать о ней, как и об ее брате — оба такие скрытные…. Леви Аккерман — брат Микасы, и на этом все… Как бы я не старался узнать информацию о нем — у меня не получалось… Даже у Микасы выпытывал, но она только молчала и по особенному злобно смотрела в сторону лишь при одном упоминании ее брата. Я знаю лишь то, что сейчас Леви находиться на своей родине во Франции, даже не знаю какой город… Засренец уехал и не предупредил меня… Даже не отвечает на сообщения, что уж там говорить про то, пишет ли он… Я перестал ему писать года два назад. Улетел он три года назад. Раньше мы хорошо общались, даже иногда гуляли и он оставался в нашем доме с ночевкой. Но я все равно ничего о нем не знаю… Воспоминание Чужая голова лежала на бедрах шатена прикрыв глаза, пока тот в свою очередь красочно рассказывал как прошло его 15-ти летие. — И вот ты представляешь, Армин и Энни упали прямо спиной на мой праздничный торт! — заливистый смех наполнил уютную комнату. Смех, который так нравился Аккерману, такой смех можно было услышать от мальчишки, только когда он по-настоящему счастлив или просто рад. Его смех отличался от всех, что доводилось слышать брюнету. Даже если глаза были прикрыты, темноволосый знал, что Йегер улыбался широко открыв рот, от чего на его щеках выступают мелкие ямочки, а глаза блестят как настоящая драгоценность. — Эй, ты меня вообще слушаешь? — обидчивым голосом завопил обладатель березовых глаз. Ухмылка заиграла на губах младшего, а руки мальчишки потянулись к лицу парня лежащего на его бедрах, и уже хотели пальцами открыть его глаза, как его руки перехватили чужие. — Открыл все-таки глазки, спящая красавица.- Проговорил Эрен, а глазенки, что блестели ярче солнца устремили свой взор навстречу только открывшимся напротив серебристым, как сталь глазам. — Еще раз меня так назовешь, по лбу получишь, зеленоглазка.—обратно закрывая глаза сказал Леви. Хитрая идея охватила молодую голову шатена, и решив не отказывать себе в удовольствии шатен принялся ее воспроизводить в действии. Руки младшего, что теперь уже были на свободе проскользнули на талию старшего и начали шекотать кожу. От неожиданности старший не ударжав равновесие свалился на мягкий ковер и сверля острым, не предвещающим ничего хорошего взглядом рванулся с места к Йегеру, который уже стоял в дверьном проеме и показывал язык. —Давай же догони меня, спящая красавица! — специально дразнил Йегер, Леви. Смех теперь заполонил весь дом, благо никого не было, иначе отец снова стал бы причитать Эрена за его ребячество. Долго ждать не пришлось, брюнет гораздо быстрее и ловчее зеленоглазого. Поэтому спустя каких-то пять минут метаний по новому большому особняку и «Птичка в клетке». Парень прыгнул на шатена, тем самым обездвижив его. -Ахахах попался, зеленоглазка.- Победно усмехнулся Аккерман. Конец воспоминания Убрав за собой посуду парень направился в гардероб, дабы переодеться. Напялив на себя черные джинсы и красную футболку зеленоглазый вышел из дома по пути захватив ключи от недавно приобретенной Nissan skayline 1998 года выпуска, выполненной в специальном дизайне разработанным самим Йегером младшим. Блестящий, малахитовый корпус переливающийся разными оттенками зеленого цвета, новые гоночные покрышки и фары, покрытые голографической пленкой. Машинка под стать ее хозяину, если быть точнее, то глазам. У Эрена необычайные, редкие и запоминающиеся глаза, они переливались всегда по-разному: иногда чистые как изумруд, иногда глянцево-березовые. Сам салон изнутри был обтянут черной кожей, а панель управления была выполнена в серебристом оттенке, что только добавляло еще балл за красоту этой машине. По приезду в нужное место Эрен заскочил в небольшой ларек рядом с самим зданием, где обычно шатен и покупал себе вишневые сигареты, когда был здесь. Большое здание, сея всего полицейского участка Германии, что располагалось на окраине города, встретило Йегера холодным приветствием в виде ветра. Само здание было старым и выглядело по-особенному красиво, учитывая расстановку. Здание было одно, но выглядело как три связанных рядом, центральное здание было выше прилегающих к нему еще двоим по бокам. Белые, массивные узоры обвивали центральную часть, странные формы окон на которых стояли черные решетки, смотрелись немного странно и непривычно на первый взгляд. Перед самим выходом стояли две белые, рельефные колонны на которых держалась крыша. Докурив сигарету, парень направился внутрь участка, открывая большую дверь, выполненную из темного дерева. Войдя в холл, Йегера встретила брюнетка с ярко-красными губами — это секретарь Кенни, девушка сопроводила шатена на верхний этаж, в кабинет к начальнику. Стоило отметить, что здание изнутри выглядело, не менее шикарно, чем снаружи. — Я ждал тебя, юноша. — Заходя в комнату сразу послышался низкий, бархатный голос Аккермана и клубы густого дыма от сигар. Мужчина сидел развалившись на своем кожаном кресле и смотрел на меня. —Здравствуйте мистер Аккерман, я за документами.— сухо проговорил я, так как толком и не общался с ним, да и честно говоря даже не знаю, как говорить с такими неоднозначными людьми… Но если отец доверяет ему, то и я тоже. — Да знаю я, что ты за документами. Не бузи. — Будничным голосом сказал брюнет и рукой в которой была сигара, потушил ее. —Все-то вам молодежь спешить куда-то нужно… Ты давай присаживайся лучше, разговор есть.— Тон голоса мужчины сменился на более серьезный и я послушно сел на диванчик рядом с длинным, темным столом из дерева. Мужчина сел ровно на своем стуле и уперся локтями о стол, пальцы на его руках переплелись в замок, на котором теперь была голова. О чем хотел поговорить этот старик? Разве у нас есть общие темы для разговора? —Да не боись ты меня так, смотри аж весь побледнел.— брюнет посмеялся и нажав на какую-то кнопку в стационарном телефоне, приказал принести два кофе. —Вообщем Эрен, ты уже мальчик то большой… Понимаешь, что буквально через год твоя детская жизнь закончится. Тебе придется нести ответственность не только за себя и свои поступки, но и за твоих новых подчиненных, за крупную часть «Свободы». —Мистер Аккерман, я прекрасно знаю это и я точно справлюсь с этим. На данный момент у меня также есть мои подчиненные, если вы хотели поговорить только об этом, то я пожалуй пойду.- встав со своего места я направился к выходу, как меня окликнули. —Эрен, не подумай ничего плохого… Я желаю тебе только хорошего, я лишь хотел сказать тебе отдохни этот год. Я могу отпросить тебя от отца, ты же знаешь это… Погуляй ты с девочками, это последний беззаботный год, дальше уже у тебя не будет такой возможности. Подумай над этим, ты всегда знаешь, где меня найти. —Хорошо, спасибо.— С этими словами я вышел из кабинета, а затем уже из самого здания. Садясь в машину я размышлял с чего бы мистер Аккераман стал таким благословным в мою сторону. Я пригладил волосы и повернул голову в сторону левого окна машины, чтобы его приоткрыть и закурить сигарету. К зданию подъезжала черная ауди с затонироваными окнами, наверняка какой-нибудь там судья. Но только я всмотрелся, кто выходит… Одетый во все черное и черные очки. Меня охватывает дрожь и паника, такой до боли знакомый силуэт....