Острая на вкус игра

      — Цзяоцю, — генерал Фэйсяо мягко отчитывает бедолагу. Её личный лекарь совершенно не совершенен в некоторых, казалось бы, банальных аспектах жизни.       Цзяоцю лишь наигранно и виновато улыбается, небрежно пожимает плечами, сгибается вдвое, в попытках восстановить дыхание. Или обнять землю лицом.       — Простите, генерал... но для меня... — он сухо сглатывает, рукой ведёт по макушке и приглаживает прижатые лисьи ушки, — такие... такие тренировки... это слишком...       — Цзяо, — посмеивается та, — это всего лишь зарядка... Посмотри на Моцзэ.       Моцзэ, ничуть не запыхавшись, приседает уже в который раз. Цзяоцю по понятным причинам не считал. Он вообще перестал думать на собственном двадцатом. Такое и правда было не для него... Зато было поводом для смеха у остальных. Ох, он был просто уверен в том, что даже Моцзэ глумился над никчёмным лисёнком, но говорил об этом мало и лишь по делу.       — Генерал Фэйсяо права, тебе нужно больше заниматься, а не только вкусно кушать.       Цзяоцю рычит, но в мыслях. На деле он уже вынашивает маленькую месть своему другу. Может, как со Скоттом?.. Нет-нет, подложить в суп слабительное это слишком. Слишком для близких друзей. А для врагов и непоседливых негодяев — самое то.       Моцзэ, сообщив, что пойдёт в душ, удалился. Цзяоцю наконец приходит в себя, но раз уж душ занят в их маленьком временном доме на Лофу, то придётся потерпеть.       — Цзяо, — вновь зовёт она, подходя ближе и положив ладонь на плечо дорогого друга. На лице её лёгкая улыбка. Та всегда тепло относится к своим «подчинённым», — ты ведь понимаешь, что тебе нужно упражняться?       Лёгкий вздох усталости. Цзяоцю понимает, он прекрасно понимает... Но для него такие тренировки... слишком утомительны, слишком для сильных, слишком просто. Он не создан для таких трудов над собственным телом. Разве что над интеллектом, магией, или, самое простое, кулинарными способностями. Но не для физической формы.       А ещё он относится к ней с уважением, правда. С бесконечным и трепетным, но вот остановить себя от попыток съязвить он не в состоянии. Но вышло почему-то всё иначе.       — Я прекрасно себя чувствую, генерал. Нет нужды беспокоиться об этом. Или Вы думаете, что я выдохнусь в первые пол часа со своей партнёршей? Ах! Так Вы беспокоитесь о моей личной жизни? — весело щурится он.       Попытки Цзяоцю в лёгкий флирт явно удивили Фэйсяо. Конечно же этот проказник и раньше позволял себе подобные реплики, но только не в адрес Фэйсяо. Той, с кем у них была крепкая дружба и налаженные отношения. Кажется, Цзяоцю совсем вымотался на утренней зарядке, раз не придал этому значения. Точнее, придал, но было уже поздно.       — Ох, я... Генерал... — замешкался тот. Он что, правда спутал генерала с Моцзэ?.. С хмурым Моцзэ, ради его эмоций, он мог бы позволить себе подобное пренебрежение, но с Фэйсяо?..       — А что, если это так? Я беспокоюсь, что ты слишком слабый для подобной близости, — уже тише проговорила она, проверяя, как далеко они смогут зайти в этой неожиданной игре. Подобное определённо распаляло Фэйсяо, ведь раньше Цзяоцю и прикоснуться к ней вне лечения опасался. Например, когда передавал сахарницу или специи за столом, то тут же отводил глазки в сторону и делал вид, что ничего не было.       Отлично, отлично... Острая на вкус игра, похоже, начала доставлять Цзяоцю огромное удовольствие так же, как и его любимая еда. Правда, от подобных слов и внимания сердце его забилось быстрее. Азарт начал подключаться, но он всё ещё не был уверен, что стоит продолжать в том же духе.       — Но генерал же... не будет это проверять, правда? — неловко улыбается Цзяоцю, взглядом окидывая любые окрестности, ялики и робоптах, которых он мог бы разглядеть через окно на флагмане Лофу... только бы не смотреть в настойчивые глаза напротив.       Фэйсяо едва удержалась, чтобы не хихикнуть. Да что с ней такое в последнее время? Она вела себя, как глупая девчонка, которая впервые столкнулась с сильными эмоциями. А ведь она генерал, и она давным-давно вышла из подросткового возраста. Однако... сейчас ей это так нравилось, ей казалось, что это было необходимо, как глоток свежего воздуха. Она была так рада, что наконец смогла пробиться к чувствам Цзяоцю. Хотя бы в такой забавной форме.       — Ну не знаю, Цзяо, — тянет слова и легкомысленно отвечает Фэйсяо, ладошкой касаясь его розоватого хвостика. Цзяоцю тут же отдёргивает его, и она повторяет жест. Занятно. Та же самая реакция... Фэйсяо всё-таки издаёт смешок, наблюдая за ним, — ты чего боишься меня, Цзяо? Не накинусь же я на тебя с подобной проверкой... — Цзяоцю выдыхает от этих слов, но от следующих его ушки вновь настораживаются, — или накинусь?..       Лёгкий испуг на лице Цзяоцю сменяется на трепетное ожидание. Он не ожидал, что Фэйсяо настолько... интересно и плотно вступит с ним в игру флирта. Цзяоцю надо бы возмутиться, но сейчас подобное возбуждало его. Осталось лишь надеяться на то, чтобы ничего большего между ними не произошло. Ему не хотелось рисковать многолетней дружбой ради одного сеанса флирта... или даже... секса?!..       Цзяоцю откашливается, отгоняя лишние мысли.       — Смею напомнить Вам, генерал, что...       Фэйсяо становится лицом к лицу, заставляя другого попятиться с неловкой улыбкой.       — Что я больна? И что же, мой дорогой лечащий врач, Вы думаете, что мне противопоказаны... встречи?.. — она льнёт к его плечу, мягко ударяясь и заставляя Цзяоцю ахнуть от контакта. — Уверена, что моё тело осилит такую проверку... В крайнем случае мой лечащий врач поможет мне в трудную минуту... Так как, Цзяо? Хочешь узнаем?..       Цзяоцю спасает из щекотливой ситуации только то, что вернулся Моцзэ. Тот, или не заметив их близость, или не придав этому значение, подходит ближе. С волос всё ещё капает на полотенце, лежавшее на шее, а свободная одежда немного липнет к влажному после душа телу.       — Свободно, — оповещает он Цзяоцю, — идёшь?       — С... — кидает он взгляд на Фэйсяо, что с какой-то лукавой улыбкой стоит рядом, — с превеликим удовольствием, дорогой Моцзэ.       Вот с Моцзэ быть таким не в тягость. Потому что ни один, ни второй (во всяком случае на взгляд Цзяоцю), не воспринимает их «флирт» и «ухаживания» всерьёз. Просто... шутки. А Моцзэ вообще умеет шутить?..       Но с Фэйсяо?.. Ну... Ему придётся постоять в душе какое-то время, чтобы нарастающее возбуждение спало, а мысли разложились по полочкам. Один сплошной хаос...       Фэйсяо посмеивается себе под нос в момент ухода Цзяоцю. Её импровизированный план явно увенчался успехом, раз его сейчас буквально нужно было выталкивать из комнаты. Она наконец смогла встряхнуть этого проказника, заставить его потерять свой привычный контроль и сама почувствовала себя немного более властной. Ну и, конечно же, Фэйсяо наконец-то получила то, о чём думала в последнее время. И даже больше.       А, возможно, даже слишком?..       Почему-то к вечеру Моцзэ не оказалось дома. И почему-то Фэйсяо подавала Цзяоцю бокал с алым вином. Непривычно... Ведь обычно всё было наоборот и в дружеской атмосфере, а не... вот так.       — Расслабься, Цзяо. Это всего лишь проверка, помнишь?.. — пригубив вино она оценивает реакцию друга.       Цзяоцю последовал её примеру. Вино оказалось терпким, едва сладким, и ему, честно говоря, в данную секунду было всё равно. Было ли это особым вином, или чаем из пакетика, или даже уксусом.       — Хм... — задумывается та, играясь с бокалом вина и наблюдая, как плещется жидкость, — я не упомянула, но проверка... в общем, проверка твоей выносливости будет происходить, возможно, немного не типично... Хорошо?       Она поднимает на него взгляд, а Цзяоцю не совсем понимает, что может быть... не типичного в близости двух людей противоположного пола? То, что они решились на столь вопиющее действие уже заслуживает аплодисментов Моцзэ, но... не может же там быть что-то... отвратительное и отталкивающее?..       — Думаю, генерал...       — Цзяо, — прерывает она его, положив указательный пальчик на мужские разомкнутые губы. В глазах её мягких блеск: не то от выпитого алкоголя, не то от нарастающего между ними напряжения. — Хотя бы сегодня ты мог бы забыть такое слово, как «генерал»?.. Пожалуйста... Я очень прошу...       Сложно отказать подруге, которая прижимается к тебе и требует быть более романтичным. Хотя бы немного. Раз уж инициатором всего была Фэйсяо, то Цзяоцю просто обязан был соблюсти хотя бы её просьбу.       — К-конечно, Фэйсяо, — рука находит её плечико, и он, как-то неумело, прижимает её к себе. Нос улавливает её тонкий аромат хвойного шампуня.       Если честно, он и забыл, когда позволял себе расслабиться в чьём-нибудь обществе. Было как-то вечно... не до этого. Но расслабиться с Фэйсяо? Он и помыслить о таком не мог. И дав своё согласие на сегодняшний вечер, Цзяоцю так же не ожидал, что подруга, стоило им раздеться, заберёт у него весь контроль над ситуацией...       У Цзяоцю появилось ощущение, что его хотят сожрать. Возможно, целиком. Иначе как ещё объяснить этот пронзительный взгляд и просьбу-приказ: «На колени, лисёнок».       Цзяоцю уже ничего не понимал. Ошеломлённым взглядом он уставился на Фэйсяо... Она... Она приказала ему встать на колени?.. Он не ослышался? Точно не ослышался? Но приказ приказом, и он медленно встаёт коленями на кровать перед стоящей на полу Фэйсяо. Ну, если Фэйсяо захотела устроить представление, то... он постарается быть хорошим партнёром... Да и видеть одобрение в её глазах доставляло удовольствие и ему.       Под таким взглядом вообще было трудно отказать человеку и хорошей подруге. Цзяоцю сейчас чувствовал себя мягким сыром, который сто́ит только положить на горячую сковородку, как тот моментально растает. Он в последнее время часто чувствовал себя очень странно: трепетным, нежным, расслабленным... будто бы ему не хватало прикосновений, а он этого даже не осознавал.       Она выглядит такой устрашающе нежной и в то же время спокойной. Кажется, желание управлять другими проявлялось даже в постели. Даже если она просила не называть её генералом.       Фэйсяо неторопливо поглаживает его мягкие волосы, нежно касается пальчиками, щекочет пушок на розоватом ушке. Цзяоцю не сразу понимает, но сейчас он... мурчит. От прикосновений Фэйсяо. В голову, казалось, ударили сразу несколько кувшинов с вином. То ли от возбуждения, то ли от выпитого. Цзяоцю не знал.       — Хороший мальчик, — та, нежно ухмыляясь, ведёт вдоль скул. Едва ощутимое касание пальчиками неожиданно сменяется на отрезвляющую пощёчину.       Дрожь проходит по его телу. Это могло бы быть унизительно, но таковым не ощущалось. Цзяоцю всегда последует за ней, и сейчас не исключение. Особенно когда подобное отношение возбуждало его, заставляя привставший полутвёрдый член дёрнуться. Блуждающий взгляд по обнажённому телу Фэйсяо с лихвой выдаёт его, но... почему-то без приказов не хочется своевольничать.       Она крутит указательным пальчиком, намекая другому развернуться, и Цзяоцю подчиняется. Хвост взметнулся и он оказался спиной к стоящей перед кроватью Фэйсяо.       — Сообщи мне, если я начну плохо понимать твои скрытые желания, Цзяо... — обнажённая мягкая грудь прижимается к обнажённой спине Цзяоцю, руки начинают блуждать по груди мужчины.       — Д-да, генерал...       За этими словами следует смешок, а следом его лицо оказывается прижатым к одеялу.       — Выглядишь совсем потерянным... Не «генерал», Цзяо. Может, получится иначе заставить тебя запомнить?.. На четвереньки, лисёнок...       Всё его тело дрожало от прикосновений Фэйсяо. Он не мог понять: это от возбуждения или от лёгкого страха перед неизвестным... То ли от нежности, то ли от трепета перед ней. Цзяоцю чувствовал себя... нужным и значимым. По крайней мере, в её глазах. И этого было вполне достаточно. Цзяоцю покорно перешёл в указанную Фэйсяо позицию, прогнувшись в пояснице и уложив локти и ладони на упругий матрас.       — Так достаточно? — его голос тихий и жалобный. Такой не похожий на свой обычный.       Шелковистым хвостом он пытается прикрыться, но Фэйсяо берёт его за основание и оттягивает в сторону.       — Ага... Вот так подойдёт. И не закрывайся. Расслабься и доверься мне, как доверял всегда...       Фэйсяо нетороплива и нежна в своих прикосновениях: она касается его напряжённого и возбуждённого тела лёгким трением пальчиков вдоль шеи, ведёт вдоль позвоночника, спускаясь всё ниже, поглаживает ягодицы. Цзяоцю напряжён от ощущений, и он чувствовал, что ещё немного - и он кончит от одних лишь практически невинных касаний. Вот смех бы был для неё... А, может, и для Моцзэ, если тот каким-то волшебным образом обо всём узнает.       Фэйсяо поглаживает мягкую кожу и Цзяоцю чувствует себя котом, которого наконец-то взяли на руки и принялись гладить, вылизывать и нежить. Она едва касается губами выступающих позвонков и Цзяоцю подаётся назад, чувствуя как напряжение только нарастает, но не даёт выплеснуться. Пальчики проскальзывают меж ягодиц, заставляя Цзяоцю шумно и резко выдохнуть. Лёгкий испуг появляется в его глазах, когда он начинает осознавать, про какие нетипичные варианты рассказывала Фэйсяо. Не то чтобы он раньше думал о близости с ней, но вот когда начал задумываться этим утром — то представлял обычную близость между мужчиной и женщиной. Может, Фэйсяо хотела бы попрыгать на нём, или даже связать, но никак Цзяоцю не думал, что она захочет доминировать по полной.       — Приятно?.. — голос Фэйсяо лёгкий и заботливый, но у Цзяоцю срывает крышу от одного её тона. В то время как его голос тихий и жалобный.       — Д-да...       Пальчик поглаживает кожу вокруг сжатого колечка мышц Цзяоцю, чуть надавливает... Внутри всё моментально напрягается и он инстинктивно сжимается, чувствуя как на коже собирается пот. Ему стыдно... Ему хочется ещё... Или больше всё-таки стыдно?.. Цзяоцю не знает, что он хочет, и он очень рад, что сейчас есть кому его и его желания направлять.       — Тсс, Цзяо, расслабься, — Фэйсяо поглаживает его поясницу свободной ладонью, приподнимая тело чуть выше. Она всё ещё нежна, но почему-то сейчас Цзяоцю хочется, чтобы её пальчик проскользнул в него. Она замечает это в том, как тот прогибается и чуть-чуть раздвигает ноги, перемещая колени по кровати. Фэйсяо посмеивается над его нетерпением в таком положении... И над его возбуждением.       Честно говоря, он не знал, чего ожидать. Он только слышал о том, как это могло бы происходить среди мужчин или... в подобных ситуациях, как выяснил он сегодня. Как это должно ощущаться? Когда Цзяоцю и без лишних прикосновений был готов запачкать простынь.       Фэйсяо едва слышно шепчет успокаивающие слова, но Цзяоцю их практически не слышит, погружённый в свои чувства и редкие мысли. Он хочет больше прикосновений. Больше нежности. Он хочет ещё больше быть нужным Фэйсяо. Цзяоцю ощущает, как его мышцы наконец поддаются прикосновению, и он принимает в себя один тонкий пальчик. Она едва проникает в него, скользя в смазке, поглаживая и аккуратно растягивая. Цзяоцю чуть скулит и пригибает ушки. Когда она успела взять баночку со стороны он и понятия не имел.       Она добавила второй пальчик, и Цзяоцю стало сложно не расплавиться от возбуждения. Он тихонько постанывал, чувствуя, как тело сжимается вокруг пальчиков, словно не желая их отпускать. Непривычно, странно. Алкоголь затмевает разум вместе с нарастающим желанием. Собственное возбуждение покачивается в такт трениям внутри него...       — Ф-фэй... Ах!..       Его голос срывается на неожиданный для самого себя стон. Хвост нервно дёргается из стороны в сторону, а сам он начинает двигаться навстречу её пальчикам. Ещё немного, ещё... вот так...       Она позволяет ему кончить. Пальчики продолжают оглаживать его изнутри, надавливая ровно настолько, чтобы подгонять его неожиданный оргазм. Цзяоцю шумно и прерывисто дышит, в попытках не завалиться на кровать он крупно дрожит в окутывающей его пелене наслаждений.       — Продолжим... — не дав ему опомниться она отодвигает мешающийся хвостик. Дёрнув на себя, не давая тому отстраниться, она вновь создаёт внутреннее трение, но он сейчас слишком чувствительный.       С пересохших губ слетают всё более частые и громкие звуки. Это слишком...       — Ф-фэй... сяо... П-пожалуйста... Мне нуж-жно...       Ответом ему служит ладонь на ягодице. Шлепок вырывает из него ещё один несдержанный стон, и Цзяоцю искреннее рад, что Моцзэ всё ещё не вернулся. Не вернулся, правда же?.. Тогда бы он точно сгорел со стыда. Так отдаваться другому человеку, ощущать себя таким уязвимым... и так наслаждаться этим.       Фэйсяо не давала ему передышки, продолжая растягивать и трогать изнутри. Он уже не понимал: он стонет, мурчит, скулит или просит о большем, сильнее... глубже. Неспособный делать ничего, кроме как принимать то, что даёт его подруга. Рука Фэйсяо наконец-то скользит к его всё ещё твёрдому, влажной у головки члену, и он скулит от прикосновения.       — Только не говори, что ты сейчас кончишь во второй раз... — её голос такой звонкий, задиристый, а Цзяоцю не знает, то ли он хочет больше, то ли он уже на пределе и просто нуждается в отдыхе. Прикосновения Фэйсяо, её тон... Он, кажется, может кончить от одного только этого.       Пальцы внутри, сжатая ладонь на члене и её неторопливые движения иногда срывающиеся на резкие, быстрые и рваные... Всё это заставляет его часто дышать, хвостом биться о грудь Фэйсяо, и продолжать просить...       Цзяоцю мог бы попытаться вспомнить, чего же он в итоге выпросил. Не то кончить во второй раз, не то дорвался до отдыха и покоя... Но уставшим проснуться глубокой ночью и обнимать Фэйсяо показалось ему очень трепетным, очень нежным, как и вся их близость. Даже не смотря на то, как Фэйсяо пыталась командовать, выходило всё равно мягко и любовно. Может, в другой раз и она раскрепоститься сильнее? И, может, Цзяоцю сорвёт с её губ собственное имя ни раз и не два... Можно ли считать проверку успешной?.. Кажется, никому из них не было до этого дела, но вот Моцзэ определённо посмотрит на уставшего Цзяоцю на утренней зарядке и опять упрекнёт его вместе с Фэйсяо, какой же он слабый и нуждающийся... И, отчасти, будет в этом прав.