r u mine?

Сразу после их небольшой шалости в машине Руслан предложил Коле поехать к нему домой. В этот раз они просто легли спать вместе — Руслану тяжело было сосредоточиться и заново возбудиться, держа в голове тот факт, что Коля назвал его чужим именем. Внутри это вызывало только злость и агрессию, и секс мог превратиться в изнасилование, поэтому СМН просто поцеловал его в лоб нежно-нежно и крепко обнял, насколько мог. Он не хотел отпускать Колю.  Коля под боком такой милый и нежный, вызывает самые искренние эмоции и чувства, о нём хочется заботиться. Его хочется затискать, любить хочется, хочется дарить подарки и все свое внимание. Руслан не знает в какой момент он стал таким сентиментальным и мягким, и ему это не нравится, но, видимо, Коля достает из него все самое сокровенное и скрытое от посторонних глаз, а возможно, скрытое и от него самого.

***

Утро встретили Коля и Руслан совершенно по-разному, хоть и заснули вместе. Коля просыпается пораньше по привычке — первым делом смотрит на милое лицо Руслана рядом и обнимает его за руку ещё сильнее, словно ребенок. Тушенцов удивительный человек, сочетающий в себе несочетаемое — брутальность, грубость и потребность в том, чтобы кто-то помогал ему, поддерживал, заботился и даже немного опекал: все его панические атаки, проблемы с нервами и туррета делают его немножко уязвимым, и даже Коля был тем, кто брал на себя ответственность за него в такие моменты. Руслан пытается казаться жестче и круче, чем он есть. Коля чуть поднимается на месте и целует Руслана в щеку, случайно разбудив его. Короткий взгляд, Тушенцов просыпается насколько может и гладит ладонью спину Коли — ласку получить от него достаточно трудно, но когда он это делает, это каждый раз приятно. — Доброе утро, — тихо хрипит СМН, и Коля мягко улыбается ему. — Доброе, — отвечает Коля, лежа на боку и выглядя сейчас, как самая симпатичная модель из клипов. Хотя он всегда выглядел прекрасно, а этим утром — тем более, — как спалось? — Нормально. После таких концертов такое ощущение, будто меня выебали, — Рус слегка усмехается, а Коля поднимается на месте. Он сладко зевает, выгибается и затем резко залезает на него сверху, устраиваясь поудобнее и упираясь руками в грудь. Руслан охает, но уже привыкший к такой позе, он лишь сонным взглядом окидывает лицо Коли. Он улыбается хитро и даже как-то по-лисьему, наклоняя голову в бок, тихо спрашивая: — Мы реально вчера приехали ко мне и просто легли спать? Руслан в ответ слегка посмеивается, его пальцы мягко мнут бока Коли под футболкой без особого пошлого подтекста, скорее как обозначение «это мое». — Что тебя удивляет? — Буквально всё. Руслан, ты стал другим. Коля говорит об этом как-то мягко и без негатива, скорее не понимая почему и как — и куда это ведет. «Просто я влюбился» — хочется сказать, но Тушенцов молчит, а стоит ему открыть рот, как Ромадов издевательски ерзает на нем, кусает губу и тихо смеется — он всегда смеется над ним, и Руслан не знает, как с ним совладать. Как укротить этого человека? Только Коля собирался наклониться вперёд, чтобы поцеловать Руслана, он слышит, как звонит его телефон. И был бы это кто-то другой, возможно, Ромадов бы просто скинул и даже не обратил внимание, но яркими буквами контакт «Данечка💕» заставляет его взять в руки телефон и ответить. — Да..? Привет, — говорит Коля, даже не задумавшись над тем в какое время ему звонит Кашин и во сколько они вообще сегодня проснулись. — Привет. Можешь мне дверь открыть? Я у твоего подъезда. Руки Руслана ползут по талии Коли к его белью, уже занимаясь избавлением от одежды. — Что? В смысле? — Ну… сюрприз. Коля вздыхает и хватает Руслана за руку, крепко сжимая её и убирая от себя. — Пять минут подожди, я оденусь. Кашин бросает короткое «угу», а Коля бросает трубку и сразу же смотрит на Руслана. — У тебя две минуты, чтобы собраться и уйти, — так резко игривое и милое настроение Коли меняется на серьезность и даже некую грубость после единственного звонка. — Че? Почему? — Не задавай вопросов, просто одевайся и съебывайся, вечером увидимся на концерте. Коля слезает с него, кидает Руслану его худи, штаны и находит его телефон, зарядку, наушники, а Руслан даже не может затупить на несколько секунд, поскольку Коля упорно подгоняет его и напоминает, что «у него всего минута, и его сейчас выгонят». Коля никогда не вел себя так прежде — Руслан не знает, кто ему позвонил, но почему-то у него есть неутешительное предположение. Руслан быстро натягивает кеды, ничего не говоря. Самую малость обидно, но он ничего не говорит сейчас — времени и так нет, а споры отнимут его и вовсе, а стоять в трусах и носках в подъезде СМН как-то не особо хотелось. — Спускайся по лестнице, понял? — говорит Коля, на что Руслан удивляется ещё больше. — Почему? — У нас лифт не работает, пешком иди. После такого нежного обращения к себе у Руслана падает настроение ещё сильнее. И стоит ему оказаться за дверью, хочется назло всё сделать наоборот — никуда не уходить, поехать на лифте и не прийти вечером на концерт. Но, естественно, он так не поступит.  Тушенцов нащупывает в кармане сигареты и медленно ковыляет по лестнице вниз, думая о том, что сегодня вечером после концерта или до они точно поговорят с ним. И в этот раз Руслан не будет мяться или поддаваться на его отмазки и нежелание говорить. Да, ссориться не хотелось, но и находиться в таком подвешенном непонятном статусе тоже. Коля открывает Дане дверь, когда тот звонит в домофон, и только в момент ожидания понимает насколько это странный поступок. На часах двенадцать часов утра, и Кашин ни с того ни с сего просто решил приехать к нему. Возможно, потому что сегодня у Ромадова не будет особо много свободного времени — сейчас он поедет на чек, вечером концерт, а завтра опять в Москву. И у них снова не будет времени и возможности обсудить все. — Привет, — Коля открывает дверь и в этот раз не бросается сразу же на шею парню, скорее выдержанно пятится к стене, — ты хули так рано? — Да я ж тут живу недалеко, к тому же у тебя концерт сегодня, — отвечает Даня, на что Коля пожимает плечами, — а я не вовремя? — Нет, все нормально. Коля знает, что особо и не пытается скрывать своих любовников — как минимум не запрещает им на одном и том же месте ставить засосы. И если прежде он виделся и с Даней, и с Русланом только для того, чтобы по-быстрому перепихнуться, то сейчас они стали проводить гораздо больше времени просто так. И все же сталкивать их лбами он не собирался, поэтому делал вид, что никого не было — но удивленный взгляд Дани скользит по его шее, плечу и чуть стянутой с него футболке. Становится как-то неловко. Даня внезапно тянется к нему, чтобы поцеловать, и обычно Коля никогда не отказывает, но сейчас он хватает Даню за руку и смотрит ему в глаза. Он не успевает ничего сказать, как Даня выпаливает первый. — Я хотел поговорить с тобой. О боже, все вы хотите говорить с ним, и у каждого явно тема важнее предыдущего. Коля в ответ лишь вздыхает и поджимает губы, его лицо напрямую выражает сочувствующее «как вы меня достали» и «жаль, что мне это неинтересно». А чего хотел сам Коля? — Дань, сейчас вообще не вовремя, мне скоро на чек ехать. Мы можем поговорить после концерта, я до завтрашнего рейса свободен буду, — он все же поднимает на Даню свой олений взгляд, говоря в привычной для них плоскости. Когда, где и до скольки у них есть время — обычно так они обозначали свои ночные встречи без лишних обсуждений и разговоров. Только по делу. Кашин не из тех людей, кто стелится под кого-то, но почему-то с Колей он становится именно таким. Хотя сейчас он больше думает о том почему Коля не позвал его на свой концерт.

***

Концерт Лиды в Питере, куда он намеренно пригласил Руслана. Давать вместе концерты уже стало какой-то приятной традицией для них, как для исполнителей и очень приятным времяпровождением, как для партнеров — это было чем-то необычным, интимным и крайне сближающим. И дело не только в ошеломляющем успехе стикера — у них в принципе очень много общего в музыке, даже не считая фиты. Коля уже практически привык к этому. Руслан был опытнее по части выступлений и поддерживал Колю первое время, вместе это делать намного легче. Руслан точно также уже абсолютно привыкший к Коле рядом с собой на сцене спокойно обходил его гримерку, пока Коля куда-то убежал, что-то забыв у менеджера, которого ему срочно нужно было найти. Руслан достает из кармана пачку сигарет и подходит к окну, желая выкурить в него, пока никто не видит. Коля забирает свои очки и сразу же направляется обратно. Он знает, что Руслан будет злиться и ворчать без него — он всегда такой, когда у Ромадова появляются непредвиденные обстоятельства. Он все больше думает над сложившейся ситуацией — игнорировать слона в комнате уже просто невозможно. Он нравится им обоим, и они оба хотят с ним встречаться. И что самое удачное — Коля тоже хочет встречаться с ними двумя. Ему необходимо выбрать — либо страсть, горячий секс, постоянная борьба за главенство, даже капелька безумия и дикости, либо — нежность, тишина и спокойствие, которого так ищут люди под старость своих лет. И Коля не хочет выбирать вовсе, он хочет теряться между ними двумя, играть с светлыми волосами Дани и кусать грубые губы Руслана, и все это желательно одновременно. Можно подумать, что Ромадов просто слишком ахуевший и хочет усидеть на всех стульях, но, честно говоря, он бы вообще не хотел ничего менять в своей жизни. Его устраивал секс по дружбе. Ну, может быть, чуть больше чем просто секс, но без всяких обязательств, и это было удобно — особенно на два города. Никакие чувства не мешают стабильно продолжительное время, все вопросы решаются без ревности, агрессии и эмоций, а в перерывах можно обсудить работу или поиграть в приставку, и никаких сложностей. Но его любовники оказались не такими простыми в своих сердечных делах, и Колю это самую малость бесило. Почему им обоим внезапно захотелось стать нежными, мнительными, эмоциональными и такими, блять, влюбчивыми. Коля возвращается в свою гримерку спустя несколько минут, и стоит ему открыть дверь, как перед глазами открывается неожиданная картина. Кашин стоит напротив Руслана, сунув руки в карманы, показывая всем своим видом скуку и отвращение к этому диалогу. Тушенцов стоит ровно, не двигаясь, хотя по его лицу видно, как он держится из последних сил, чтобы не сжать кулаки и не схватить рыжего за ворот. Оба сразу же поворачивают голову к Коле. — Он тут какого хуя? — первым говорит Даня, хотя не в его положении сейчас выебываться, учитывая то, что он сам пришел сюда, и его не звали. Но он почему-то сходу проявляет вспыльчивость, словно он решает кто должен здесь быть, а кто нет.  — Ты этого еблана тоже позвал? — спрашивает Руслан, хмуря брови все больше. — От еблана слышу, — парирует Кашин. — Бля, можете помолчать? — говорит Коля, но его не слышат вовсе, хотя только что ему задали вопрос. Ромадов закрывает за собой дверь и проходит к ним, чтобы в случае чего они не подрались, потому что судя по этим петушиным боям — вероятность велика. — Ты ваще нахуя припёрся сюда, тебя не приглашали вроде, — СМН не мог не подчеркивать из раза в раз место Кашина, словно он тут вообще на птичьих правах должен быть потише, да более послушным, — так что, ну, завали ебало и съебись, не мешай к концерту готовиться. — Если что, так со своей мамашей разговаривать будешь, а это не твой концерт, хули тебе к нему готовиться, бездарь ебаный. — Сказал чел, который вообще концерты не дает — потому что нахуй никому не нужен. — Вы сейчас оба нахуй отсюда пойдете! — кажется, это был первый и последний раз, когда Коля так сильно разозлился при ком-то. Обычно Ромадов никогда не выходит из себя. Он старается решать споры и конфликты мирно, и его доброта автоматически всех успокаивает, но сейчас он лишился и капли своего привычного веселья и понимания. На минуту опустилась тишина, пока Ромадов вздыхает, все ещ стоя между ними. — Тогда можешь объяснить, какого хуя ты нам голову ебешь? — внезапно крайне агрессивно говорит Руслан, подходя к Коле ближе. Даню самую малость напрягает тон и давление Тушенцова, но играть в защитника он не спешил. Где-то он с ним все же согласен. Коля слишком вертит ими двумя. — Не весело нихуя, — все же добавляет Даня, издавая тяжелый вздох и отводя взгляд в сторону. И Коля в ахуе открывает рот, хмуря брови, переводя взгляд сперва на одного, а потом на второго. Кажется, внутри что-то закипело. — А вы не ахуели оба? — внезапно говорит Коля, по-прежнему сохраняя свой спокойный ровный тон. Однако взгляд, которым он сейчас одарил Руслана говорит лишь об обиде и полной уверенности в своей правоте, — я полгода, блять, бегал за тобой, когда тебе на меня похуй было, у тебя всегда были какие-то, блять, дела, девки, тусы, так что ты на меня хуй забил. А сейчас я внезапно тебе понадобился, когда ты понял, что я вечно вокруг тебя виться не буду. Ахуенно, Руся, блять, — Коля говорит так, что в глазах Тушенцова впервые появляется капля вины и даже сожаления — он понимал, что тоже не был идеальным, но был уверен в том, что Колю это устраивает. Лида внезапно усмехается и переводит взгляд на Кашина, который не ожидал, что ему тоже попадёт за что-то, — бро, а ты не лучше. Мы с тобой когда поебались впервые, ты ж даже не написал мне, сделал вид, что ничего не было. Пиздец, как приятно было. И потом ты тоже ничего не говорил, ты мне сам мозги ебал своим непонятным поведением. Даня хотел возразить, что не знал, что это значит и не хотел навязываться со своими чувствами, но это будет звучать жалко — его косяк, уже не маленький мальчик, должен же брать ответственность за свои чувства и действия. — Так что, блять, я за вами бегал, а вы на меня хуй забили, не нойте теперь. Если кому-то что-то не нравится — дверь там, — Коля указывает на дверь, а затем смотрит на обоих парней. Ни один из них не дернулся. Но, а как смириться с тем, что она хотят быть с ним и не могут?  — Я никого из вас выбирать не хочу, — он делает короткую паузу, ожидая хоть каких-то комментариев, — если всех всё устраивает, то после концерта можем поехать ко мне. Поговорим лично. — Коля буквально открыто предлагает им встречаться втроем. Руслану не сильно хотелось ехать вместе с Кашиным домой к Коле, но они оба знали — если один откажется, второй заберет себе всё. Поэтому они оба молча кивают, — вот и решили. Коля слегка успокаивает свою злость на них обоих, хотя видит в их лицах растерянность. Даня так вообще подавлен, видимо, снова накручивает себя — Коля подходит к ним обоим чуть ближе, кладет руку на бок Руслана и смотрит в лицо Дани, мягко целуя его в челюсть. — Ну, не надо делать такое лицо, — уже в своей более мягкой и игривой манере говорит Коля, стараясь быть как можно более ласковым. Он также мягко целует Руслана в губы, гладя ладонью его торс и опускаясь к ремню, — я уверен, вы сможете друг с другом поладить. Хотя бы ради меня. Звучало, как издевательство. Даня и Рус мельком перекинулись взглядами — помириться после стольких лет обиды и игнорирования друг друга чисто ради того, чтобы быть с парнем, который нравится… звучит абсурдно и нереалистично. Но они проглатывают свои обиды. — Нам пора идти, — напоминает Коля, глядя на Руслана, — не дуйся. — Я не дуюсь, — вредно шипит Руслан, сразу убирая руку Коли и направляясь к двери на выход из гримерки. Коля вздыхает и смотрит на Даню, ласково гладя его по щеке.  — Ты не обижаешься? — Ну, я немного в ахуе... Но как-то переживу. — Окей. Посидишь здесь? — спрашивает Коля, и Даня в ответ лишь молча кивает, явно не зная, что сказать. Хотелось его утешить, —  я помню, что ты хотел поговорить потом. Я тебя тоже люблю. Он мягко целует его в щеку, что очень смущает Даню, а затем отпускает его руку, когда нужно уйти. Кашин ничего не успевает сказать, а тем более спросить — как он догадался, и, видимо, все было крайне очевидно. Коля направляется к Руслану, они вместе покидают тесную гримерку, и Лида становится напротив Тушенцова, глядя ему в глаза. Что ж, им тоже определено стоило поговорить, причем уже достаточно давно. Коля складывает руки на груди и опирается о стену. Он прожигает брюнета взглядом, и Руслан мечется от злости за то, что Коля как-то не так поступил с ним, к сильнейшему обвинению только себя в сложившейся ситуации. Они молчат, пока Руслан не отводит взгляд куда-то вниз и не говорит ему спокойно и тихо: — Прости, что вёл себя как мудак. Я не думал, что это много значит для тебя, — его голос как всегда чуть хрипловат с высокими оттенками, сейчас отдает искренним сожалением и печалью, — у нас обоих такой образ жизни был, мы с тобой особо не разговаривали на эти темы. Коля молчал. Он хотел бы сказать, что пытался, но стоит признать — никто из них особо не говорил прямо о том, что хотел и чувствовал. — Если тебе ахуенно с Кашиным — я понимаю, — говорить это сложно, но СМН не хотел сражаться за Колю, как за трофей — он же тоже человек, и его чувства теперь пора начать учитывать, — я тебя не буду заебывать, всё-таки мы не встречались никогда. — О, нет, тебе не идет быть благородным, — Коля берет его за руку, ласково поглаживая пальцем, и тихо усмехается, — смирится рыжий, не растает. Раньше же вы как-то общались, и сейчас всё нормально будет. Я не обижаюсь. Руслану стало намного легче от этих слов — он правда накосячил, и получить прощение было крайне важно. — Спасибо. Мы теперь типа вместе? — Да, можем за ручки гулять и ходить на свидания, — Коля смеется, а затем добавляет, — втроем. — Пиздец. Но возражать он не стал. Возможно, он даже видел в этом что-то прикольное.