Truly

      Был знойный летний день.  На улице было настолько душно, что, казалось, не вздохнуть. В такую погоду только и хотелось, что запереться дома и лечь под кондиционером, попивая охлаждающий лимонад. Именно так решил провести этот ужасный день Ло. Он собирался поваляться на диване в прохладной квартире. Затем посмотреть две новые серии любимого сериала, который выходил каждую пятницу, и сделать себе лимонад по навороченному рецепту, который вычитал на каком-то сайте пару дней назад. Дальше поваляться дома и, наконец, уснуть пораньше, что давно не удавалось.

***

      Эта суббота была первым выходным днем Ло за две недели с начала практики у Докторины. Да, он очень долго ждал этой стажировки, ведь шанс ассистировать, хотя и до жути придирчивому, но все еще профессионалу, один на миллион. Ло и его друг Тони – самые удачливые люди на свете. Или были? Как бы они не радовались выпавшему на их долю шансу, Докторина не давала им спуску, гоняла жестко и без поблажек, могла отчитывать даже за небольшие промахи. Громко и на всю больницу, ибо будущим хирургам ошибку на операционном столе никто не простит. Такова участь всех врачей. Студентам оставалось лишь терпеть и внемлить каждому слову старшего.        Чоппер был намного младше Трафальгара, старший чувствовал себя ответственным за товарища по несчастью, которому посчастливилось учиться у самого злобного врача. Поэтому Ло брал на себя и ночные смены тоже. Хотя он внешне казался безэмоциональным и чопорным, на самом деле парень был похож на ежика: иголки нужны для защиты, а самое       укромное и мягкое место только для близких, их не много, ведь раскрыть душу Трафальгар может очень малому кругу лиц, проверенных временем. И если он признает их таковыми, то вся его доброта и забота будут направлены на них, как и произошло с Чоппером. Старший не мог позволить другу оставаться без сна после того случая на прошлой неделе.        Тони вышел на ночную смену, заверив всех, что не сомкнет глаз. Малыш держался до последнего, но что взять с молодого организма, еще при том, что днем Докторина им спуску не давала. Чоппер был вымотан и не заметил, как заснул за стойкой регистратуры. В любое другое время этого бы никто и не заметил, но жизнь такая штука, никогда не знаешь, когда ждать очередную подлость.       В ту ночь в больницу поступил неотложный вызов, но для этого звонившим пришлось прождать настолько долго, что это чуть не стоило больному жизни. Тони спал и не услышал первые звонки. К счастью, Трафальгар, не ушедший домой из-за переживаний за состояние друга, подоспел вовремя и ответил на последний звонок. Промедли он на пару минут, и спасать было бы уже некого. Он сам встретил поступившего и провел осмотр. Друга будить не стал. Смысл? Младший бы только навел паники, съедаемый виной за проступок и безответственность.        Наутро им обоим досталось от Доктрины так сильно, что все отделение пыталось оттащить ее от бедных детей. С тех пор Ло сам выходил на ночные смены; оставаться сосредоточенным и, к сожалению, пренебрегать собственным здоровьем, он умел лучше всего.        Так Трафальгар и провел более семи бессонных ночей подряд. Все надежды отдохнуть были на эту субботу, но и тут ему помешали. Надо же было красному урагану с соломенной шляпой ворваться в его квартиру посреди знойного и душного дня. Ужасного дня. Хотя… возможно сейчас он не кажется таким уж и ужасным?

***

      Незваным гостем был Монки Ди. Луффи, глава местной шпаны. По крайней мере таким его считал Ло, пока не познакомился лично, когда Чоппер пригласил новоиспеченного друга в свою компанию.        Тони-я, как привык называть его Трафальгар, с малых лет вел дружбу с необычными людьми. Блондин Санджи, сынишка богатеньких родителей, устроивший подростковый бунт, ушелиз дома и устроился поваром в лучший ресторан города. За кротчайшие сроки смог подняться до су-шефа. Кендоист Зоро, у которого в голове, казалось бы, только его любимые три катаны, сражения и алкоголь, ходил вечно хмурый и припирался с поваром настолько часто, что по началу молодой доктор ставил под сомнение их дружбу. Но больше вопросов у Ло создавали волосы Зоро. Они были зеленые, как свежая трава весной. В родных краях Трафальгар таких экспериментаторов с внешностью практически не встречал. По этой причине странным ему казался и Фрэнки, парень с синими волосами, который постоянно в очках, гавайской рубашке нараспашку и синих плавках весной и летом, шортах осенью и чуть ли не зимой. Фрэнки зачастую получал жалобы за свой извращенный вид. Усопп с носом как у Пиноккио однозначно переплюнул всех. Парень злоупотреблял своей способностью сочинительства и зачастую врал.        Ло думал, что умеет читать людей как открытые книги до того, как встретился с единственными девушками среди друзей Тони-я, Нами и Робин. Рыжая, пиарщик в элитном агентстве, и брюнетка, археолог из местной делегации, были очень миловидны. Они с дружелюбием приняли Ло в свою компанию. Если честно, доктор не понимал, почему такие красивые и нежные девушки общаются с этими неотёсанными болванами, пока Нами не потребовала у Зоро вернуть ей годовой долг с процентами, настолько высокими, что даже обеспеченные люди ужаснулись бы. Когда парень возмутился, получил от девушки такой сильный подзатыльник, что и слова поперек сказать не мог,– женщины в гневе очень страшные. Робин же пустила первую шутку про расчлененку с самой ангельской улыбкой на лице. Тогда все стало на свои места. «Все в этой компашке ненормальные»– пронеслось в его голове в тот день. «А как же Чоппер? Он такой же «необычный» раз все еще дружит с ними» – мысленно махнул он рукой на новых друзей.       Какими бы необычными не были друзья коллеги с младшего курса, они не шли не в какое сравнение с капитаном. Именно так его и называли товарищи. Луффи, красное безобразие, был их провозглашенным лидером. Тот самый Луффи, про которого Ло слышал много слухов после переезда в новый город. Тот самый глава местной шпаны. Только вот незадача. Шпана, о которой все говорили, оказалась довольно эрудированной, доброй и заботливой к каждому члену команды. Сторониться их у Ло никак не вышло. Как бы он не хотел этого признавать, но причина необъяснимой тяги к этим людям заключалась в одном человеке.   

***

      Ло был один в совершенно чужом для него городе, он никого не знал. Все его друзья остались на севере, откуда он и приехал. Из-за своего характера ему было сложно заводить новые знакомства, а уж тем более и дружбу. Он и не планировал. Все как-то само завертелось. Вот его приставили ответственным к первокурсникам. Вот малыш Тони Чоппер посмотрел на него с нескрываемым восхищением после первой проведенной вместе практики. Не прошло и месяца как младший увязался за ним. Любвеобильный и тактильный Чоппер был очень настойчив в своем намерении подружиться с холодным, как фигурально, так и буквально –северянином. И он своего добился. Ло сдался под натиском милых глаз и согласился-таки познакомиться с друзьями Чоппера. Тот медлить не стал и сразу после пар потащил старшего в их "логово" на знакомство.        Логовом оказался частный дом Фрэнки, который он строил вместе с Усоппом, обладавшим неплохими навыками строительства и невероятным чувством равновесия, как Ло выяснил из очередного приукрашенного выдумками рассказа носатого. Там же жил Санджи, что остался без крыши над головой после своего побега, и Зоро, потративший все деньги на свои катаны и алкоголь. Компанию им составляли две очаровательные девушки, что были крупицей разума в этой безбашенной компании – Нами, решившая сэкономить на жилье, и Робин, которая была постоянно в разъездах из-за раскопок в разных частях света. И, конечно же, с ними жил Чоппер, оставшийся сиротой, но опеку на которого оформила Робин еще год назад, так как была единственной среди друзей со стабильным доходом.       Последним жильцом переполнившегося до краев дома был Монки Ди. Луффи. Тот ушел из дома пару лет назад, избрав свой собственный путь. Он не хотел быть военным как дед, которого винил в смерти брата, хоть и не произносил этоговслух. Всю подноготную на себя Луффи вывалил Торао, такое прозвище дал ему Мугивара, во время второй встречи в логове. Торао в долгу не остался и добавил к имени каждого из новых друзей суффикс «-я», что указывало на его принятие и фамильярность.       Луффи был слишком громким и энергичным мальчишкой, не способным усидеть на месте и двух минут. По правде говоря, Ло и сам не помнит, когда стал закрывать глаза на то, что друзья все чаще пытаются сплавить капитана ему. «Они за столькие года устали от этой обезьяны и решили помучать теперь меня» – решил он сперва.        Так он считал и пока не менял своего мнения. Но правду доктору никто не торопился говорить. Правду, в которой Луффи злобно поглядывал на друзей, когда всякий раз они обращались к Ло им же придуманным прозвищем; когда Робин специально похлопывала того по спине при очередной шутке; когда Зоро утягивал старшего с собой на потрепанный диван выпить стащенное у Санджи вино. Все знали о ревностных взглядах Луффи, но не Ло.        Точно также Луффи не замечал, как Ло непроизвольно выделял красное безобразие среди остальных товарищей. С завистью смотрел на взаимоотношения друзей, с какой открытостью они друг к другу относились. Торао так не умел. Торао нужно больше времени, чтобы признаться самому себе во влечении. И еще больше, чтобы начать легче общаться с новыми людьми. «И у него получилось. Ведь так?» – задавался он этим вопросом всякий раз.       «Если Мугивара-я заявлялся к нему на квартиру каждый раз как ему становилось скучно и тащил гулять, значит Ло смог открыться? У него получилось наладить связь?» – постоянно спрашивал он себя. Ответом были лишь неоднозначная улыбка и невзначай брошенные Робин фразы, о смысле которых Ло думал все ночные смена напролет. 

***

      Прямо и жестко отказать младшему Ло бы не решился, но и выходить на улицу в жару тоже не хотелось. Планы на день внезапно изменились с появлением Луффи, как и его настроение. Полежать на диване превратилось на посидеть. К лимонаду добавился попкорн, который Трафальгар еле нашел в углу дальнего шкафа, – удивительно, что у того срок годности не истек. Вместо любимого сериала, ему пришлось смотреть новый боевик, который только недавно вышел в цифровой версии. Все внимание Мугивары было на экран, он был поглощён боевыми действиями и не замечал, как доктор исподтишка бросает на него взгляды.        Дискомфорта в чужом присутствии Ло уже не испытывал, он успел привыкнуть к горе-капитану, который чуть ли не поселился в его съёмной квартире, – настолько часто он сюда заявлялся. Сначала Торао для вида показывал свое недовольство наглостью младшего, но осознав, что тому плевать на банальные правила приличия, прекратил притворяться. «Зачем врать самому себе?» - думал Ло. Среди старых друзей был всего один человек, с которым ему было комфортно, здесь же он встретил Тони-я. Но никто не приносил ему большего чувство спокойствия, чем Луффи. И сейчас, сидя рядом с этим самым человеком, он чувствовал себя лучше, чем когда-либо.       Не прошло и часа, в сопровождении грома и молний полил сильный ливень. Как изменчива природа, особенно летом! «Не хотелось бы выходить на улицу, когда там грязь и слякоть» – про себя решил северянин. Только в голову Мугивары могла прийти мысль пойти прогуляться под ливнем, громом и молнией. Но видимо Ло забыл в кого успел влюбиться. Удивительный мальчишка. «Он скоро меня до белого каления доведет своими идеями» – был уверен Ло.       Как бы доктор не пытался отказаться от этой глупой, на его взгляд, идеи, переубедить Луффи невозможно. Похоже, пришло время искать компромисс. Старший уговорил сие безобразие на вечернюю прогулку после дождя по ближайшему скверу.        Внешне Мугивара был недоволен, на что обратил внимание Ло, но внутри ликовал от возможности провести чуть больше времени со старшим. Тот так много пропадал в больнице и не отдыхал, что стал еще бледнее и худее. Ло весь осунулся, тень под глазами стала больше. Вид у того был совсем уж болезненный, младшему не терпелось вывести его на свежий воздух. «Хватит ему постоянно сидеть в четырех стенах» – подумал Луффи. Он волновался о Ло, и его можно понять.

***

      Через полтора часа дождь закончился. Нетерпеливый парнишка уволок Трафальгара на улицу так быстро, что тот еле успел захватить бумажник с телефоном и запереть дверь. «В какого же шкодливого ребенка меня угораздило влюбиться» – пронеслось у него в мыслях. Ло глубоко вздохнул. И медленно выдохнул, пытаясь перевести дух, когда оказался на улице.        Петрикор был таким чарующим, что доктор позабыл о всех «но», которые он еще два часа назад приводил против этой затеи. Как же прекрасно все-таки летом после дождя и гроз.       Они добрались до сквера на соседней улице. На дороге уже успели образоваться лужи, которые Ло старательно обходил, что не скажешь о Луффи. Тот чуть ли не прыгал в каждую лужу,как ребенок. Благо Ло, ухватившись за шляпу, которая уже сползла на спину, тянул озорного мальчишку на себя, чтобы уберечься от брызгов. Когда Мугивара выскользнул из его хватки и что есть силы прыгнул в большую лужу, Торао все же испачкался, как бы он не старался остаться чистым. Младший заливисто засмеялся, указывая пальцем на Ло. Прошла минута, когда старший понял, что засмотрелся на улыбку Луффи, затерялся в его смехе. Доктор, чтобы одёрнуть себя в желании прикоснуться к нему, дал парнишке подзатыльник и с напускным недовольством наказал тому держаться подальше от себя весь оставшийся путь и не шкодить. Естественно, негодник не послушался старшего. Он все также пытался прыгать по лужам, а Ло приходилось утягивать его за собой.        Луффи бесновался всю дорогу, пока, не заметил в конце сквера ларёк с мороженым. Вот тогда все внимание капитана было направлено на то, что он любил больше всего на свете после Ло,– еду.        Возвращались к Ло они с мороженым в руках: у доктора ванильное, у капитана манговое. Дорогу домой они провели в молчании, потому что весь свой запал Мугивара уже растерял, а Трафальгар всегда был тихим.        В такие моменты, когда рядом не было никого постороннего, ему было спокойно, ведь никто бы понял истинную природу взглядов Торао, направленных на Луффи. Даже если он себе в этом признавался, капитану знать о его чувствах необязательно. Он не хотел потерять друга.         Но Ло не знал, что тот, кто ему нравится, испытывает те же эмоции по отношению к нему и хранит в сердце те же переживания. Луффи также боялся навредить дружбе признанием. Он переживал, что старший, который еле терпит его присутствие, – как иначе объяснить угрюмый вид того каждый раз при встрече с ним, – не позволит больше быть рядом и заберет ключи от квартиры. Мугивара-я с начала ординатуры практически не видел Ло и волновался, что и впредь может не увидеть. Луффи любил преувеличивать, поэтому заявлялся к доктору на квартиру каждый выходной день, надеясь застать его лежащим на диване. Но тот всегда в больнице, проводил там дни и ночи, а Лу волновался за него и ничего не мог с этим поделать.        Так они в тишине и вернулись обратно. Напрашиваться к Торао домой Луффи не стал. Озарил подъезд своей ярчайшей из улыбок, помахал тому, поблагодарил за проведенное время и вприпрыжку отправился в «логово».  

***

      Поднявшись к себе, Ло сначала заметил телевизор, который не успел выключить из-за Луффи; весь скушанный попкорн, хотя Трафальгар был уверен, что свою порцию он не доел. Видимо пока тот собирался, Лу уныкал все, что было на столе из съедобного. Но самым явным тут было одно – одиночество, пожирающее его душу после ухода Мугивары.        Уставший за прошедшие недели, Торао глубоко вздохнул и начал прибираться в комнате, в процессе мысленно возвращаясь к событиям этого дня: вот он вернулся с ночной смены, вот улегся на диван, пытаясь найти удобную позу, вот у него в руках планшет, в котором он искал новые серии любимого сериала, и вот Луффи, который как гром среди ясного неба, появился в его квартире. До прихода красного недоразумения Ло испытывал скуку и одиночество, но за несколько часов, проведенных с ним, он позабыл об этом. И вот сейчас все вернулось. Нескрываемая на душе грусть и тоска поглотили его.        Ло старался не придаваться им. Встал с дивана, на который успел сесть после уборки, и решил приготовить лимонад. Хоть сейчас после дождя и не было так жарко как днем, но стояла духота вперемешку с влажностью, дышать было сложно.        Открыв дверцу холодильника, он увидел два лимона, которых утром здесь точно не было, а в боковом кармашке нашел баночку с ромашковым чаем, на которой был желтый стикер. Ло догадался от кого подарки, и незаметная улыбка тронула его лицо. «Хорошего сна, Торао! Спи почаще» – было выведено корявым почерком на стикере, а снизу для большей убедительности был улыбающийся смайлик, чтобы Ло точно понял от кого эти дары. Тогда Трафальгар вспомнил, что нашел рецепт нового лимонада на общей встрече по рекомендации Робин. Луффи в тот вечеригрался с Чоппером, в комнате стоял шум и гам. Удивительно то, что младший знал, чем Ло тогда занимался. Или тот подслушивал их, несмотря на поднятый им же ор и крики на весь дом, или допытывал Робин позже в тишине, когда гость ушел? Как бы Мугивара не прознал об этом, он не забыл про полученную информацию и позаботился о Ло. Мысль, что младший переживает за него, разогнала тьму, скопившуюся в сердце. На душе растеклось тепло.        Доктор решил приготовить лимонад завтра и угостить им Луффи и остальных. Но, а сейчас он открутил крышку ромашкового чая и осушил его в пару глотков. Ло больше не хотелволновать друга, не хотел быть причиной его переживаний. Хотя то, что ему уделяют внимание и приятно, но не таким способом он хотел его получить. «Сериал можно и потом посмотреть, никуда он не денется. Нужно все же начать заботиться о себе» – решил Торао и лег на диван, укрывшись покрывалом. 

***

      Парень был слишком вымотанным, чтобы заметить, как стало легче дышаться, когда он покинул кухню. Правда ли здесь было так душно из-за влажности и жары или всему виной безответная любовь? И такая ли она безответная, если объект его обожания, который также задыхался от чувств днем и вечером, возвращаясь домой, впервые за две недели вздохнул полной грудью?