Особенный друг

      Держа кулак над дверью в студию звукозаписи, Феликс напоследок поворачивает голову к часам, что висели слева от него на стене — уже было за полночь. В этот момент дверь открывается, заставляя парня слегка вздрогнуть и обратить своё внимание на Чана, который замер на месте, как и сам Феликс.       Чан поднимает брови в немом вопросе, поправляя сумку на своём плече. Он выглядит таким уставшим, что от накопившегося в один момент сочувствия, Феликс забывает, для чего он вообще стоит сейчас перед ним. Чан аккуратно прикрывает дверь, после наклоняя голову в бок.       — Я поговорить хотел, — Феликс первый прерывает молчание вокруг них, — Но думаю, что лучше подожду до утра.       — Да ладно тебе, — Чан подходит ближе к Феликсу, кладя руку ему на плечо, прижимая к себе, — Пройдёмся вместе к общежитиям, всё расскажешь.       Они вышли на улицу в полной тишине — было слышно лишь сверчков. Феликс смотрел под ноги, не зная, с чего ему начать. Как он увидел Чана, то его вопросы стали такими бессмысленными, что теперь он не хотел ничего у того узнавать.       — Ты не думаешь, что между Ханом и Лино что-то происходит? — Феликс явно не потрудился над тем, чтобы постепенно подойти к этой теме, ведь заставил Бан Чана даже замедлить шаг своим неожиданным вопросом.       — Ёнбок-и, — Чан глубоко вдыхает прохладный ночной воздух, — С чего ты вдруг решил об этом поговорить? — Бан поворачивается лицом к Феликсу, хмуря брови.       Феликс сам не знал ответ на этот вопрос. В последнее время он стал проводить много времени и с Джисоном и Минхо то по отдельности, то вместе. Он заметил, что парни часто говорят друг о друге. Они разделяют вместе большое количество совместных воспоминаний, которые заставляют тех улыбаться так, как будто их совместное времяпровождения — это самое лучшее в их жизни. Конечно, он не будет отрицать, что парни и до этого были близки — любой мембер согласится, что друг с другом они другие — и это началось ещё со времен их дебюта. Просто сейчас всё стало по-другому, по мнению самого Феликса.       Он не думал, что будет хорошей идеей спросить лично у Джисона или Минхо, ведь те не ответят либо вообще, либо завуалировано, как обычно любил делать Лино. Бан Чан — их лидер, к которому многие обращаются с советами, ведь он их старший. Поэтому Феликс был уверен, что Чан что-то должен знать, учитывая ещё то, что он с этими двумя общается ближе всех, ведь они ему сильно доверяют, как и всё остальные мемберы в прочем.       — После того, как они стали жить вместе, мне кажется, что они стали ещё подозрительнее, хён, — Феликс пожал плечами на свои слова, продолжая смотреть под ноги, пиная маленькие камни на своём пути.       — Подозрительнее? — Бан Чан усмехнулся, слегка хихикая, что заставило Феликса повернуться в его сторону, чтобы увидеть лёгкую улыбку Чана. — Я тоже это заметил, — уже серьёзно проговорил Чан, поднимая голову к ночному небу, где было тысячи ярких звёзд. — Один раз я решил спросить у Минхо насчёт этого, но тот лишь делал вид, что не понимает моих намёков. После этого я не хотел его мучать лишними вопросами, видя, что он не хочет об этом говорить.       — Я боюсь за них, — шепчет Феликс, продолжая смотреть на профиль Чана, который на его слова криво улыбнулся.       — Думаю, они сами разберутся во всём, не считаешь? — Чан остановился возле своего общежития, к которому они уже успели подойти — Феликсу ещё идти минут десять. — Я понимаю, чего именно ты боишься, но они же не кричат на весь мир, что не просто друзья. Тем более, мы не знаем правды тоже. У Минхо с Джисоном особые отношения, но они могут быть просто дружескими, Ликс-и.       — Я переживаю за них, — снова шепчет Феликс, имея в виду то, что боится, что те ограничивают себя в своих чувствах или влечениях, лишь из-за того, что они айдолы.       Бан Чан подошёл к Феликсу, гладя его по волосам и продолжая мечтательно и устало улыбаться.       — Не мучай себя каким-то предположениями, — Чан опускает голову к глазам Феликса, чтобы тот взглянул на него. — Спроси у Хана хотя бы, я думаю, что он тебе врать не будет. Если он скажет, что они просто друзья, то просто поверь в это. Не задавайся глупыми вопросами, ладно? — Чан продолжал говорить спокойным голос. В такие моменты Феликс забывал, что Бан Чан обычный человек, а не всемогущий лидер их группы, который является ещё их личным психологом.       Кивнув, Феликс попрощался с Чаном, что продолжал стоять на улице, провожая того нечитаемым взглядом.

~~~

      Дверь в танцевальную студию была приоткрыта, поэтому аккуратно подойдя к ней, Феликс заглянул внутрь — на диване сидели Джисон и Минхо. Феликс усмехнулся своим мыслям и зашёл внутрь, не привлекая внимания. Джисон продолжал что-то смотреть в телефоне, слегка улыбаясь, а Минхо лежал на его плече с закрытыми глазами — наверно, он заснул. Хан приобнял его за талию, которая не была прикрыта футболкой, поэтому рука Джисона слегка поглаживала голую кожу.       — Джисон, — громким шепотом позвал Хана Феликс, чтобы не разбудить Минхо.       Джисон резко перевёл взгляд с телефона на зовущего его друга. Он округлил глаза, а улыбка с его лица сошла за одно мгновение. Хан повернул голову в сторону парня, лежащего на его плече, чтобы что-то ему прошептать — вероятно, чтобы тот проснулся. Минхо слегка приоткрыл глаза, взглянув сначала на Джисона, а после на Феликса, что продолжал стоять в проходе. Минхо поправил свою футболку сразу, как Джисон убрал с его талии руку, а после перевернулся на другой бок, ложась на сам диван, скрутившись в позе эмбриона.       — Привет, Ёнбок-и, — пробормотал Минхо, устраиваясь поудобнее.       — Привет, хён, — ответил Феликс, умиляясь с вида своего старшего, который в сонном состоянии выглядел таким безобидным. — Выйдем? — обратившись к Джисону, спросил Феликс.       Кивнув, Джисон быстро поднялся на ноги, поправляя футболку и штаны, что успели помяться за то время, пока он сидел здесь. Подойдя к Феликсу, Джисон положил тому руку на плечо, как вчера сделал Чан, что заставило Феликса вернуться в тот разговор.       Честно говоря, Феликс действительно прислушался к Чану, который посоветовал поговорить с самим Джисоном. Он не хотел тянуть с этим разговором, поэтому на следующий же день решил выяснить то, что его тревожило уже как пару дней.       — Что стряслось? — спросил Джисон, засовывая руки в карманы свободных штанов, которые висели на нём, как мешок.       — Ты обещаешь, что ответишь мне честно? — напрямую уточнил Феликс, что заставило Хана слегка насторожиться.       — Пугаешь меня ты, — нервно смеясь, ответил Джисон. — Ничего обещать не могу.       — Тогда то, что постараешься не соврать? — Феликсу нравилось, что они всегда старались говорить друг другу правду, поэтому, когда он услышал от Джисона, что тот не сможет быть точным в том, что скажет ему правду, то улыбнулся своим мыслям.       — Постараюсь, — уже серьезно насторожившись, тихо проговорил Хан, который, как кажется Феликсу, даже не подозревал про их предстоящий разговор.       — Что между тобой и Минхо? — задав этот вопрос, Феликс замедлился, а Джисон вовсе остановился, уставившись в пустоту перед собой.       — Присядем? — не ответив на каверзный вопрос друга, предложил Джисон, показывая рукой в сторону лавочки под окнами здания компании.       Присев на неё, Феликс сразу уставился на Джисона, который, прищурившись о чём-то размышлял. Они молчали в течение двух минут, после чего Хан всё же подал голос:       — С чего вдруг спрашиваешь? — вопросом на вопрос ответил Джисон, поворачиваясь лицом к Феликсу, который слегка нахмурил брови, ведь думал, что Хан сразу начнёт лепетать про то, какие они с Минхо отличные друзья.       — Просто, — тихо сказал Феликс, продолжая смотреть в глаза своему собеседнику, который слабо улыбался.       — А что может быть-то? — пожимая плечами, спрашивает Джисон. — Что тебя заставило усомниться в том, что мы друзья? — он поднял одну бровь, говоря совершено спокойным и ровным голосом, не переживая о таких вопросах от друга.       — Джисон, ты с ним другой, — начал Феликс, готовя Джисона к короткому монологу, — Он с тобой тоже. Ты вообще замечаешь, что когда говоришь о нём, то просто светишься? В последнее время я лично больше стал это замечать. Не только я, кстати, и Чан. Вы выглядите как парочка, чувак. Просто друзья не будут так заботиться друг о друге.       Закончив свою мысль, Феликс перевёл взгляд вниз, ведь Джисон давно уже не смотрел на него в ответ — он крутил левой стопой по земле, наблюдая за каждый своим движением. Они вновь сидели в тишине пару минут, не поднимая взгляд друг на друга.       — Я не задумывался над этим, Ликс, — наконец прерывает образовавшуюся тишину Джисон, сверля взглядом свою ногу. — Нам хорошо вместе, что ещё нужно? Зачем вешать какие-то ярлыки? — Джисон повернулся лицом к Феликсу, который уже наблюдал за Ханом и его мимикой.       — Ты говоришь не своими словами, Хан-и, — нежно прошептал Феликс, кладя голову на плечо Хана.       Феликс почувствовал, что Джисон глубоко вздохнул и медленно выдохнул на его слова. Феликс не мог видеть, как взгляд Джисона потускнел, но он слышал в его голосе нотку отчаяния или озадаченности.       — Прости за этот разговор, — продолжая говорить шепотом, Феликс провёл кончиками пальца по футболке Джисона, который резко схватил Феликса за плечи, поворачивая к своему лицу.       — Ты просто переживаешь за нас, — Джисон оживился, одаривая Феликса слабой, но уверенной улыбкой. — Я… — Хан запинается на первом слове, громко сглатывая. — С Лино невозможно о таком разговаривать просто, даже если бы меня затрагивали какие-то сомнения, он бы не обсудил это со мной.       — Почему ты так считаешь? — Феликс осторожно опустил руки Джисона со своих плеч, пока тот был озадаченным. — Я уверен, что с тобой хён может поговорить по душам, разве нет? — Феликс говорил медленно, отчеканивая каждое слово, чтобы Джисон точно мог его услышать.       — Мы друзья, — это последнее, что говорит Джисон, поднимаясь с лавочки. — Думай о себе в первую очередь, Ликс, — повернувшись головой к Феликсу, прошептал Хан. — Мы взрослые и осознанные парни, так что если что сами во всём разберёмся. Не волнуйся за нас.

~~~

      Джисон вернулся в студию, замечая Минхо, который тренировал какую-то хореографию — он много трудился, стараясь улучшить свои навыки до самого высокого уровня. После слов Феликса, Джисону стало тяжело думать о Минхо, а особенно смотреть на него, когда он выглядит так хорошо в обычной одежде без макияжа, абсолютно расслабленный.       — С Ёнбоком всё хорошо? — поинтересовался Минхо, продолжая смотреть на себя в огромном зеркале. Но не получив ответ от Джисона, он посмотрел на него сквозь отражение. Хан стоял неподвижно в проходе, где пару минут назад стоял Феликс. — Хан-и?       — Всё в порядке, — ойкнув, намерено громко ответил Джисон, выдавливая из себя улыбку — ведь сейчас у него было слишком много разных мыслей в голове.       Джисон прошёл внутрь зала, садясь на диван, на котором он ещё недавно сидел с Минхо. Он достал телефон со своего кармана и начал бездумно листать ленту социальных сетей. Хан ощущал на себе пристальный взгляд старшего, но старался никак на него не реагировать, ведь Минхо на всех так смотрит. Он не какой-то особенный, а Феликс просто перечитал работы фанатов, поэтому и видит в их взаимодействиях своих друзей что-то странное. Но даже спустя пару минут, Джисон до сих пор чувствовал напряжение в зале, ведь Минхо так и продолжит прожигать его своим взглядом — он это чувствовал.       — Чего ты смотришь, хён? — раздражающим тоном спросил Хан, поднимая свой взгляд на Минхо, который облокотился о зеркало, повернувшись всем телом в сторону Джисона. Но увидев резко изменившиеся лицо своего хёна после такого обращения к нему, Хан сглотнул накопившуюся вязкую слюну. — Прости, — выдохнул Джисон, откидывая телефон на диван, а после забираясь пальцами в свои волосы.       Минхо подошёл к Джисону, кладя руку тому на плечо, после чего Хан заметно дёргается — после слов Феликса ему стало плохо от прикосновений Минхо.       — Ты чего? — обеспокоенно спросил Минхо, садясь бок о бок с Джисоном, не убирая руку даже после того, как Джисон испугался его прикосновения.       — Пройдёмся к общежитию? — не смотря на Минхо, предложил Хан. Сейчас Джисону хотелось просто завалиться в свою кровать и в немом крике уткнуться в подушку.       — Как скажешь, — бодро ответил Минхо, надеясь, что Джисон тоже оживится, что собственно и произошло. Хан поднял свой взгляд на Минхо, который улыбался своей кроличьей улыбкой. Джисон невольно тоже одарил Минхо своей смущённой улыбкой, смотря прямо в тёмные и глубокие глаза.       По дороге никто из них не проронил ни слова. Минхо шёл перед Ханом, ведь его шаг был больше, из-за чего Джисону всегда приходилось догонять хёна, но в этот раз он решил идти просто сзади. К счастью, Минхо никак не отреагировал на это.       Зайдя в общежитие, Джисон сразу же пошёл в свою комнату, оставив Минхо одного в прихожей. С разбегу Хан запрыгнул на свою кровать, располагаясь в позе звездочки. Он нащупал подушку, которую после положил под своё лицо, стараясь спрятать свои покрасневшие щёки. Ему и так было жарко, а из-за подушки доступа к воздуху было не так много, поэтому он всё же перевернулся на спину, смотря в потолок.       В его голове было столько ненужных и навязчивых мыслей, что просто хотелось задушить себя, чтобы не лезло непонятно что в его сознание. Джисон не собирался отрицать наблюдения Феликса, чьи слова до сих пор покоятся где-то снаружи его мыслей. «Просто друзья не будут так заботиться друг о друге» — эти слова Феликса заставили Джисона усомниться во всём окончательно. Конечно, он и раньше знал, что они с Минхо ближе, чем просто друзья, но никто из них не собирался об этом говорить, ведь не считали нужным. Наверно, у них могли бы быть платонические отношения прямо сейчас, но о них объявлять явно никто не стал бы.       Минхо заботится о Чонине, но не так сильно, как о Джисоне, хотя именно первый является макнэ. Он не позволяет шутить над собой Сынмину, но не Джисону, хотя тот тоже перегибает палку. Он может спокойно флиртовать с Хёнджином, но не с Джисоном, ведь часто начинает смущаться от ответного флирта. Он отталкивает Чана всякий раз, когда тот пытается его обнять, но не Джисона. Минхо другой с ним. Феликс прав, но Джисон боится принять это, ведь может он просто фантазирует. Наверняка такие противоречивые действия были у Минхо и с другими участниками, просто Хан принимает всё только на свой счёт.       Стук в дверь выбил Джисона из мыслей — это точно был Минхо, которому Хан сейчас просто не может смотреть в глаза. Он думает о своём друге не в том ключе, в котором должен был.       За дверью показалась макушка Минхо, который выглядел очень обеспокоенным. У Хана заиграла совесть — он не хотел, чтобы Минхо переживал из-за него. Хотя переживания Джисона как раз и были из-за Минхо.       Хан продолжал лежать в позе звездочки с повёрнутой головой в сторону Минхо, который медленно подходил к кровати Джисона.       — Обними меня, — еле слышно прошептал Джисон, прикрывая глаза, из-за чего он не успевает заметить снова резко изменившийся взгляд Минхо, который быстро оказался рядом с Ханом на кровати. Джисон успевает повернуться на бок к Минхо, чтобы тот смог его обнять. Левая рука Минхо ложится на талию Джисона, а правую он прижимает к своей груди, которая находилась так близко к лицу Джисона. Хан закидывает правую ногу на бедро Минхо, который продолжает лежать на одном месте.       Джисону так тепло. Сейчас они стали чаще обниматься, из-за чего оба успели привыкнуть друг к другу. Минхо всегда приходил к Джисону перед сном, обнимаясь с ним в течение нескольких минут — чаще всего он ждал, пока Хан заснёт, а потом уходил в свою комнату. Бывали дни, когда он засыпал раньше самого Джисона, поэтому оставался в его кровати до самого утра, а потом уходил. Джисон так и не увидел утреннюю физиономию Минхо, ведь всегда просыпался позже, когда Минхо уже был на их кухне.       — Хан-и, — нежно позвал Минхо Джисона — он явно боялся напугать его, — Что у тебя случилось?       Джисон не знал, что на это ответить, ведь он не хотел отстраняться от Минхо, который уйдёт сразу, как Хан начнёт тему их взаимоотношений. Но у него было такое ощущение, что если он спросит сейчас, когда любому будет видно, что Джисону плохо, то Минхо чисто из доброты душевной соизволит с ним поговорить, как Феликс сказал «по душам». Одновременно было противно от себя за такую манипуляцию над своим другом. Почему-то это слово казалось Джисону таким неправильным.       — Лино-хён, мы друзья? — Хан посчитал нужным спросить Минхо именно таким образом, чтобы сразу услышать от него согласие, а потом заставить себя принять этот факт. Но Джисон уже в течение минуты не слышит ничего, кроме их дыханий. Он чувствовал, как Минхо сглатывает и невольно задерживает дыхание на пару секунд после вопроса Джисона.       — Да, — настолько неуверенным его голос не казался никогда, по мнению Джисона. Это заставило сердце ранить ещё больше, чем до этого.       — Просто друзья? — Джисону казалось, что он прямо сейчас заплачет — нос начало колоть, а глаза печь. Его голос казался уверенным, но внутри он хотел просто закричать от безысходности. К счастью, он спрятал своё лицо в груди Минхо, его друга, поэтому тот не мог увидеть его выражения лица, которое явно предупреждало о последующих слезах.       — Да, — в этот раз Минхо ответил увереннее, но Джисон чувствовал в его голосе всё равно нотку сжатости и какой-то неуверенности.       — Почему? — одними губами прошептал Джисон, собираясь дать волю своим эмоциям.       — Потому что по-другому быть не может.       Джисон не выдерживает, и всё же срывается на плач, который Минхо старается игнорировать, но Джисон чувствует, как его пальцы сжимают его собственную талию сильнее.       У них был подобный разговор пару лет назад, но после него оба решили оставить всё как есть. Никто не лил слёзы и не сожалел о своих словах — в этот раз всё наоборот. Джисон не видит, как Минхо сильно прикусывает свою губу, стараясь не заплакать. Он редко слышит плачь Джисона, а когда это происходит, то он становится таким слабым, что не узнаёт самого себя.       — Джисон, не плачь, пожалуйста, — тихо просит Минхо, зная, что Хан его услышит, — У нас нет выбора, — Минхо проговаривает это на одном выдохе, после чего сам начинает чувствовать слезу на своей щеке.       — Если бы мы не были айдолами, то не были бы просто друзьями, хён? — успокоившись, спрашивает Джисон. Он отстраняется от Минхо, а как замечает мокрую дорожку от слезы на его щеке, то тянется к ней пальцами, чтобы вытереть. Минхо смотрит на него таким разбитым взглядом, но глубоко в них Джисон всё равно замечает спокойствие — ведь они и так есть друг у друга.       — Да, Хан-и, — Минхо улыбается, заставляя Джисона повторить его эмоцию, а последующими словами делает Хана самым счастливым человеком на свете, — Ведь я люблю тебя.       Почему-то сейчас, в такой обстановке, эти слова кажутся такими сладкими, хотя Джисон не в первый раз их слышит. Он не знает, что им движет, когда он впивается своими губами в чужие — губы своего друга. В этот момент он забывает про все ярлыки, которые они всё же должны были себе повесить, чтобы не было лишних подозрений, как у Феликса.       Минхо не сразу отвечает на поцелуй, но спустя буквально пару секунд начинает посасывать нижнюю губу Хана. Минхо уже взрослый и осознанный человек, но кто сказал, что его действия и поступки будут такими же? Он считает, что им дан шанс побыть счастливыми вместе хотя бы здесь, сейчас. Ведь на следующий день они проснутся просто друзьями, которые точно не могут позволить себе таких опьяняющих поцелуев.       Рука Минхо ещё сильнее впивается в талию Хана, у которого явно теперь останется там синяк. Она скользит пленительно медленно ниже — к бедру Джисона, которое до сих пор лежало на ноге Минхо, заставляя их находиться как можно ближе друг к другу. Сжав бедро Джисона, он переворачивает их — теперь Минхо нависает над Джисоном, продолжая сжимать его бедро и сладко посасывать то нижнюю, то верхнюю губу своего друга. Он держится на правой руке, а ладонь его расположилась прямо возле головы Джисона. Их ноги переплетены — Минхо практически сидел на одном из бедер Хана.       Отстранившись от его губ, Минхо видит совращенный взгляд Джисона. Локоны его волос так красиво лежали на подушке, а губы стали влажными и красными от поцелуев. Он дышал неровно, продолжая смотреть на Минхо сконфуженным взглядом. Опустив взгляд ниже, Минхо видит, как Хан сжимает две свои руки возле груди, явно не зная, куда их деть. Убрав руку с его бедра, Минхо протягивает её к ладоням Джисона, который приоткрыл рот, наблюдая за действиями Минхо — он обхватывает своей большой ладонью маленькие руки Джисона. Продолжая балансировать на правой руке, он поднимает их руки к губам, целую каждую костяшку фаланг Джисона, смотря прямо в глаза. Это действие кажется Хану таким интимным, что он покрывается красной краской в одно мгновение, но не возражает, позволяя Минхо делать всё, что тот посчитает нужным в этой ситуации.       Минхо сгибает руку возле лица Джисона в локте, чтобы наклониться ближе к Хану и расслабить своё запястье, которое уже побаливало. Он опускает свою голову к груди Джисона, притягивая их руки за свой затылок, чтобы тот смог обвить своими руками шею Минхо, что он собственно и делает. Вновь взглянув на Джисона, он перевёл взор на его губы, а облизнувшись, почувствовал солоноватость — ведь буквально пару минут назад тот плакал.       Джисон прикасается к бедру Минхо левой рукой, намекая на то, чтобы тот поменял их позу. Взглянув на нижнюю часть их туловищ, Минхо переставил одну свою ногу ближе к другой таким образом, что сейчас буквально находился между ног Джисона, которые тот согнул в колене. После Минхо нежно касается своими губами Джисона, целуя невесомо, переходя поцелуем на кончик рта, а потом вовсе к подбородку.       — Что мы делаем, хён? — спрашивает Джисон, когда ощущает чужие губы на своей шее. Он нервно сглатывает и наклоняет голову так, чтобы у Минхо было больше доступа к его покрасневшей шее.       — Тебя это сейчас волнует? — быстро проговаривает Минхо, чтобы не упустить ни секунды возможности невесомо целовать чужую шею, вдыхая такой родной запах. Джисон покрывается мурашками, когда чувствует горячее дыхание на одном из участков шеи, где только что касался своими губами Минхо.       — Минхо, мы не должны таким заниматься, раз являемся друзьями, — тихо шепчет Джисон, прикусывая губу после своих слов, ведь теперь он чувствует не только чужие губы, но и язык, который проходится от шеи Джисона к мочке уха.       — Мы не просто друзья, — шепчет в шею Минхо, всё же отстраняясь от неё, чтобы взглянуть на Джисона, который лежит в ещё более ошарашенном виде после услышанного. — Мы можем притворяться ими, чаги-я, — улыбнувшись, предлагает Минхо, заставляя взгляд Джисона оживиться ещё сильнее, чем до этого.       В тот момент, когда Минхо впервые почувствовал губы Джисона на своих, он просто потерял здравый смысл во всём. Уже было неважно, что иметь какие-то отношения со своим коллегой в группе, так ещё и с мужчиной — это нарушение всего адекватного. Но почему-то никого это не волновало прямо сейчас. Это чувство эйфории, которое появилось между ними, окутало с головы до ног, одурманивая все мысли.       — Боже, да-да, можем, — невнятно пролепетал Джисон, притягивая Минхо за шею для очередного поцелуя.

~~~

      — Ликс, — обращается к Феликсу Джисон, который стоял рядом с ним возле зеркала, наблюдая за тем, как танцует его друг, — Я хочу тебе кое-что сказать.       Они находились здесь одни, хотя буквально минуту назад в зале был ещё Минхо с Хёнджином, но первый увёл второго оттуда, ведь знал, что Джисон хочет в кое-чём признаться своему другу.       — Весь во внимание, — улыбнулся Феликс, поджав губы. Он будет дураком, если не заметит, как сильно светится Джисон в последнее время.       — Мы встречаемся с хёном, — тихо сказал Джисон, чтобы их точно никто не мог услышать даже за дверью.       — А-а-а! — прокричал Феликс, скача на месте, после чего прыгнул в объятия Джисона, который смеялся вовсю с реакции своего друга, самого лучшего друга, ведь если бы не он, то они продолжали бы стоять на одном месте с Минхо. — Я так рад, что вы разобрались во всём, — прошептал Феликс, наклонившись к уху Хана, который теребил Феликса за волосы.       Феликс видел в Минхо и Джисоне обычных тактильных друзей, как и в самом себе с Ханом — они так же часто обнимались, лезли друг на друга с шуточными поцелуями. Но именно у этих двух была какая-то своя особенная химия, существование которой все игнорировали. Феликс был рад, что поговорил с Джисоном и вдохновил того на серьезный разговор с Минхо, ведь теперь они наконец счастливы вместе.       — Чего ты разорался, Ёнбок? — в студии резко появились Минхо с Хёнджином, который странно взглянул на двоих парней, застывших в объятиях друг друга.       К сожалению, пока они не смогут рассказать кому-то ещё про свои отношения, поэтому пришлось оставить Хёнджина без ответа, лишь показав тому язык, что сделали одновременно и Хан и Феликс.       Вероятно, другие мемберы сами смогут догадаться об изменениях в взаимодействии «минсонов». Чанбин с самого начала смотрел на этих двоих с подозрением - всегда ухмылялся, когда те просто разговаривали или смотрели друг на друга с нежностью в глазах. Сейчас Феликс даже жалеет, что не обращал внимания на его слова в то время. Сынмин и Хёнджин так же подкалывали парней своими шутками, но Феликс не знает, понимают ли они, что в каждой шутке есть доля правды. Чонин часто находился между этими двумя огоньками, поэтому тоже мог что-то заподозрить, даже раньше, чем другой мембер, не считая, Чанбина - главной свахи Минхо и Джисона. Феликс и Чан в свою очередь лишь наблюдали за всем со стороны - переживали, но поддерживали мысленно их выбор.       Минхо с самого начала смотрел только на Джисона, который живо начал смеяться, когда Хёнджин подошёл к ним с Феликсом и начал щекотать обоих. Улыбнувшись своим мыслям, Минхо продолжал смотреть только на Джисона своим особенным взглядом, которым он одаривал только Джисона. Он особенный для него. Но Минхо всё равно боится в этом признаться даже самому себе, ведь считал это странным, но это была просто влюбленность, которую они впервые ощутили друг с другом.