Поздно....о чём-то думать слишком поздно...

Его время было на исходе. Эшборн понимал, что скоро его силы иссякнут и он растворятся. И тогда...если они будут связанны - Докча исчезнет вместе с ним. Чего он боялся больше чего бы то ни было. Докча - смертная. Пусть и обращенная в когаи И когда она умрет - ее душа сможет переродиться, даруя ей новую счастливую жизнь. Но если он поступит как того желала его возлюбленная - та исчезнет вместе с ним, и она более никогда не возродится. Божеству было стыдно. Изначально он просто хотел спасти невинную душу, но.. Чем больше они были вместе, чем ближе становились - тем сильнее становилась его жадность, и тем меньше он мог сопротивляться своему желанию. Когда Докча поцеловала его, он просто больше не мог сдерживаться. Он понимал, что это было неправильно. Что он просто воспользовался влюбленностью несчастной души, чтобы утолить ту жажду, что сьедала его каждый раз, когда он смотрел на нее. Он прекрасно осознавал, что не мог дать ей нормальной жизни, не говоря уже о семье.. Что все, что он мог ей предложить - свои чувства, и скитания. Хотя даже это не продлиться долго, и после он и вовсе раствориться, оставив ее совсем одну. Но даже так... Он не мог противиться. Не мог рассказать... Не мог... Не тогда, когда Докча смотрела на него так, что хотелось весь мир к ее ногам положить. Не тогда, когда она каждый раз доверчиво прижималась к нему, показывая свою ранимую часть. Не тогда, когда она нежно гладила, вплетая в его волосы цветы и украшения. Не тогда, когда она роняла его на постель, взбираясь сверху, откидывая голову назад, открывая вид на собственнические метки на белоснежной коже, пока ее бедра мелко тряслись от напряжения. И не тогда, когда она сладко улыбалась ему каждую ночь, благодаря за каждый прожитый вместе день... --------------- Докча плакала. Горько, болезненно, продолжая отчаянно звать его, хватая воздухом мерцающую пыль - все что от него осталось. Он рассыпался у нее на глазах. Это произошло так быстро, и так мучительно медленно.. Она поймала его мерцающее тело, которое становилось в ее руках все легче. Эшборн улыбался ей, той самой сладко - болезненной улыбкой, и она поняла. Он знал, что так будет. Знал, что его не станет в один миг. Знал, и именно поэтому отказывался от связки с ней. Грудь сдавливает от боли и гнева. Знал и не сказал... Слезы сдавливают горло. 'Моя Луна' Его тихий голос вызывает в ней только гнев и отчаянье. 'Не плачь, умоляю тебя.. ' 'У тебя нет права требовать от меня подобного' Ее голос звучит холодно, но он лишь смеется, поднимая светящуюся руку, которую кладет ей на щеку, стирая слезы. 'Моя Луна, пожалуйста, улыбнись мне...перед тем как уйти, я хочу увидеть твою улыбку..' С ее уст срываются горькие смешки. Но улыбка, пусть и печальная, появляется на ее лице. 'Спасибо... Любовь моя' Докча наклоняется, оставляя на чужих губах поцелуй. Эшборн зарывается дрожащей рукой ей в волосы, утягивая в более глубокий поцелуй. Он хочет запечатлить ее в самой своей сути. Ее запах, ее тепло, ее смех, ее улыбку, ее слезы и ее вкус. Он бы хотел стать частью нее, чтобы никогда не оставлять Докчу. Хотел, но не мог. 'Моя Луна... Я люблю тебя' Она смотрит на своего возлюбленного, сдерживаясь до последнего. Эшборн растворился практически полностью, все что осталось - голова, которая продолжает исчезать. На нее смотрят так нежно, что сил даже злиться - не хватает. 'Прошу... прости меня.. ' Когда в ее руках остается лишь пыль, она дает волю слезам, оседая на земле. Тишину прерывает хриплый непрекращающийся шепот. 'Вернись... Вернись.. Вернись... Вернись... Вернись.. ' ----------- Докча отчаянно ищет способ вернуть Эшборна. Не мог тот просто исчезнуть. Не мог... Все в этом мире имеет свое начало и свой конец, который вновь возвращает все в первозданный мир. Ничего не исчезает просто так. От него должно было остаться хоть что-то... Хоть что-то, что могло его вернуть... Она надеясь отыскать хоть что-то. Хоть какой-нибудь обряд или артефакт. Хоть что-то, что вернет его к жизни.... И она нашла. Нашла нужные письмена, вот только в тех было сказано, что когда Божество умирает - оно не может явиться в этот мир вновь прежним. Точнее даже не так... Когда одно Божество умирает - рождается новое, которое займет место прежнего. Это... Было больно. Но даже так... Докча цепляется за этот шанс, отчаянно надеясь, что ее возлюбленный мог переродиться... Вдруг... Вдруг он все же родился, как новое Божество - с теми же силами, с той же душой, пусть и без воспоминаний. И она ищет. Скитается по миру, пытаясь дозваться до своего Божества. И спустя века поисков находит. Это было дитя. Глупое, брошенное дитя, принесенное в жертву лесу, и оставленное умирать в полном одиночестве. В голове невольно проносились воспоминания того дня, когда Эшборн спас ее, еще юную девочку, которую решили точно также оставить в жертву... Она спасает его, питая своими силами и отпаивая настоями из трав. И ждет. Докча ждет, когда тот откроет глаза, одновременно боясь и предвкушая это. Божество не просыпалось три дня. Три несчастных дня. А она уже думала, что сойдет с ума от ожидания. Но когда тот очнулся... Все ее надежды рухнули, оставляя руины от ее души. На нее смотрели глаза, в которых была другая душа. Не родная. Молодая, совсем еще юная. Чужая. Не Эшборна. Не ее возлюбленного. Пустота начинает снедать ее изнутри, и она с отчаяньем понимает - все было напрасно. Его больше нет. Эшборна больше не существует. Она выбегает из дома, несясь туда, куда ведут ее ноги, игнорируя испуганный окрик Божества.. Она бежит долго. Пока силы не покидают ее тело, заставляя бессильно осесть на земле. Слезы туманят зрение, а из глотки вырывается болезненный вой. Она не может этого принять! Не может! Невозможно!! Так не может быть, нет! Нет! Но... В ее сознании всплывают письмена и чужие глаза. И сердце сжимается сильнее, когда болезненное осознание берет верх над эмоциями. Его. больше. нет. Нет... Его... больше нет... И ее тоже...больше нет. Она поднимается на дрожащих ногах, утирая слезы. И возвращается. Ей нужно выходить мальца, научить его, и наконец исчезнуть, чтобы последовать за своим Божеством. Она не может позволить наследию Эшборна сгинуть так просто. ----------------- Джинву отчаянно молит ее остаться. Молит не оставлять, сжимая мерцающее тело в своих руках Ким Докча смотрит на него печально, чуть улыбаясь. 'Не позволяй никому склонить или запутать себя..... помни все....чему я тебя научила....Джинву-я' Джинву кусает губы до крови, сдерживая слезы. 'Не смотри на меня так... паршивец... Я все равно...бы исчезла' Его руки дрожат, но он все равно старается как можно нежнее гладить ее лицо, стараясь вложить в каждое касание всю свою любовь к ней. 'Ты могла жить намного дольше.. Ты могла и дальше оставаться рядом со мной...' Девушка тихонько хмыкает. 'Могла.. Но не хочу.. ' Почему она не может понять? Почему Ким Докча не может просто принять его? Принять его чувства, и остаться? Почему?! 'Джинву-я, я никогда... не смогла бы отдать тебе свое сердце.... и ты всегда это знал..' Он дрожит, прижимая к себе ее тело. Он знал. Знал, что ее сердце давно принадлежало другому. Знал, но надеялся... Надеялся, что... 'Ты еще встретишь свою судьбу, Джинву-я, я была лишь когои, давно почившего Божества, который отчаянно цеплялся за призрачную надежду.. Тебя ждет большое будующее, мое маленькое Божество..' Джинву не сдерживается, наклоняясь ниже, запечатлевая на чужих устах поцелуй. Тихий смешок заставляет его вновь посмотреть на нее. Ким Докча роняет слезу, но на ее губах облегченная улыбка и... 'Прости меня' ...и исчезает, оставляя его одного. Тишину нарушает болезненный вой. Пурпурная вспышка озаряет всю округу, заставляя все живое замереть, в приветствии нового Бога Потерянных.