#сталкер: заметки

Чонгук жадно следит за тем, как Тэхён распаковывает подарок. Он не решался на это до самого конца, но в итоге, когда злость утихла, подумал, что почему нет? Почему бы не ускорить ухаживания. Чтобы как можно быстрее перейти к предложению. Он любуется тем, как красив Тэхён, когда краснеет. Очаровательный румянец растекается по щёчкам, перетекает на шею, плечи и, кажется, вспыхивает даже на пояснице. Прелестный малыш, который будет его. навсегда. Чонгук уж постарается, чтобы после знакомства, официального, с именами, от него не отшатнулись. Телефон-дубликат вспыхивает от сообщения: Тэхён переносит запись в салон, чтобы подготовиться к свиданию. Звучит как то, где Чонгук должен быть.

───── ◉ ─────

Чонгук не выжидает подходящего момента — тот наступает сам. Он только заходит в зону ожидания, как в него попадает сжатый бумажный шарик. — Ой, — сложно звучать спокойно. Сложно не пожирать дёрнувшегося Тэхёна взглядом. Сложно думать, решать, действовать рядом с ним, но Чонгук справляется. Он говорит: — Мою запись пришлось перенести на раньше. И не уточняет, во сколько это обошлось. Он достаёт телефон, просто чтобы отвлечься и не поддаваться желанию завести непринуждённый разговор. Потому что рано. Потому что сейчас ему важно заставить Тэхёна думать. Чонгук бы отдал свою жизнь, лишь бы узнать, какие мысли крутятся сейчас в его хорошенькой голове. Тэхён нервничает. Тэхён проводит ладонью по ноге. Тэхён бросает на него быстрые взгляды, надеясь, что Чонгук не заметит. Это ли не рай?

───── ◉ ─────

Рай — знать, что Тэхён носит его приглашение с собой. Стрижку Чонгуку закончили чуть раньше, поэтому он воспользовался моментом, чтобы выйти к вешалкам и просто проверить. Любопытство, не больше. Знакомая бумажка отдаётся теплом в пальцы, но вернуть её на место Чонгук не успевает, так что импровизирует. — Это принадлежит вам? — ведь не сложно сделать вид, что он просто нашёл записку, верно? Но даже так это вызывает панику на лице Тэхёна. Другой бы и не увидел, слишком быстрая смена мимических реакций, но Чонгук внимательный. Чонгук жадно ловит эти эмоции, сохраняя глубоко в сердце, поэтому и рискует спросить: — Дорогой вам человек? Конечно, Тэхён не скажет, что да, дорогой. Конечно, он будет врать и увиливать от ответа. Чонгук просто впервые имеет возможность его поддразнить. Поиграть напрямую, а не через случайные взгляды или прикосновения. И ему это чертовски нравится.

───── ◉ ─────

Они оба приходят вовремя, но Чонгук впивается взглядом в Тэхёна, только когда тот раскрывает письмо. Хочется видеть реакцию. Улыбку ли, хмурую складку меж бровей, прикушенную губу. И, конечно же, осознание просьбы. Совсем небольшой, но такой сладкой. Чонгук даже рискнул и установил камеру в туалете, чтобы потом забрать себе отснятое. Он допускает мысль, что Тэхён не согласится, но всё же… мечтает о противоположном. О том, чтобы видеть воочию, как сперма окропит милейшие трусики. Невинность и порочность, смешанные воедино — это описание Ким Тэхёна. Он и сейчас сидит такой одинокий, за столиком на двоих. Пыхтит, смущается, вздрагивает. Что творится в его голове? Чонгук хочет знать, слышать, видеть, но получается лишь наблюдать и строить догадки. Он отпивает виски, не спуская взгляда с ровной спинки. Элегантной и изящной. Голой она выглядит лучше. Но ещё лучше она будет смотреться с укусами и засосами. Чонгук их оставит. Обязательно. Тэхён поднимается с места и, не оглядываясь, уходит в сторону туалета. Чонгук подбирается, нервно ведя ладонью по уложенным волосам. Камера снимает в режиме реального времени, так стоит ли сейчас достать телефон и посмотреть? Есть ли кому-то дело до его тёмного уголка в ресторане? Будет ли кто-то?.. Неважно. Чёрт подери. Почему Чонгук думает о других, когда прямо сейчас Ким Тэхён снимает брюки, чтобы подрочить и кончить на женские трусики, а потом отправить их ему как подарок. Телефон сверкает слишком ярко, поэтому Чонгук уменьшает интенсивность, подключает наушники и… Пропадает. Всё так. Именно так, как он и хотел. Те же движения. То же смущение. Та же скромность и пылкость, что были в мечтах. Тэхён не его фантазия, он просто идеально созданный под него человек. Такой же порочный и грязный. Такой… Чонгук прикусывает нижнюю губу, чтобы не застонать, когда видит дёрнувшийся, ровный, возбуждённый до предела член. Как бы сладко было взять его в рот. Сразу до основания, чтобы Тэхён вскрикнул, чтобы заскулил, чтобы приходилось закрывать рот ладонью. Он бы кричал в его руках. Распадался на сотни маленьких версий себя. Как бы это было в реальности? Как бы ощущалась разгорячившаяся кожа? Как бы?.. Чонгук хочет знать. Он узнает. Ему нельзя строить планы, потому что они все ломаются из-за Ким Тэхёна. Становятся лучше. Совершенней. Как этот член в изящной ладошке, который истекает от удовольствия. Чонгук зацикливается на виде багровой головки. На лобке — не идеально выбритом, но с аккуратно подстриженными тёмными волосами, что только добавляет адреналина в крови. Чонгук хочет знать, как Тэхён пахнет. Именно там. Именно в этом месте над основанием члена. Он хочет втянуть в рот тяжёлые яйца. Хочет сосать их так долго и томительно, что заставит кончить. А потом толкнуться пальцами в девственную дырку. Она обязательно будет узкой и подготовленной. Во рту собирается так много слюны, что сглотнуть её получается лишь с помощью виски. Тэхён, выгнувшись дугой, кончает прямо на трусики и замирает. Он тяжело дышит, явно не способный по щелчку пальцев прийти в себя, но покорно стягивает бельё, и… О, господь. Чонгук ёрзает на кресле, возбуждённый и желающий кончить, как и Тэхён, когда видит, как сладкий, разрумянившийся, его малыш нюхает трусики. Порочно. Боги, как это развратно. Он поступит так же. Будет вдыхать этот недоступный запах и мечтать однажды воплотить подобное в реальность. Как же сильно он зависит. Как же сильно.