Я потерял в тебе всего себя

Пятница. 23 Декабря 1994 Ребята, которые не успели прихватить с собой парадные мантии, отправились в Хогсмид, остальные наслаждались рождественской атмосферой в школе. По всему замку стояли нарядные ёлки, камины тепло грели каждый уголок спален и комнат, были украшены лестницы и гостиные факультетов, этот уют придавал хорошее настроение всем ученикам. В Большом зале на столах красовались разные виды блюд — картофель, макароны в соусе бешамель, рис с красной рыбой, салаты из овощей, мясо — как запечённое, так и жареное, сладости, напитки. Студенты весело проводили время вместе, играли в шахматы, взрывающиеся карты, плюй-камни — скучать им не приходилось. Многие остались в школе на рождественские каникулы из-за Святочного Бала. Хизер сидела в кресле у окна, в гостиной Когтевран, наблюдая, как за стеклом медленно кружатся снежинки. В руках у неё была книга, но она уже в третий раз перечитывала одну и ту же страницу. Мысли путались. После разговора с Ноттом, она прислушалась к его словам и пригласила на бал Игнатуса. Она сама толком не знала, чего ожидать от Драко. Всё указывало на то, что он попытается унизить её перед всеми. Не на ту напал, гадёныш! — злилась она мысленно. — А я тут бьюсь в грудь и доказываю всем, что от тебя можно ожидать чего-то хорошего... Эх, Драко, Драко... Она тяжело вздохнула и в этот момент заметила, как в гостиную вошли Шарлотта в сопровождении Чжоу и Дорис. Хизер тут же вскочила, книга с тихим шлепком упала на кресло. Девушки, увидев подругу, на мгновение замерли. — Девчонки... — начала Хизер, подходя ближе. — Шарлотта... — она замялась, не зная, с чего начать, — Ты была права насчёт Драко, — выдохнула она с горечью. — Я и сама чувствовала, что что-то не так... но вы же знаете меня. — Шатенка запрокинула голову назад и на секунду прикрыла глаза. — Я всегда хочу видеть в людях что-то хорошее... — она вновь посмотрела на подруг с лёгкой грустью в глазах. Не раздумывая, девушки шагнули вперёд и обняли её. — Хорошо, что ты поняла это сейчас, — тихо сказала Шарлотта, когда объятия немного ослабли. — И какие твои дальнейшие действия? — спросила Дорис. — Ты послала куда подальше этого Драко? — уточнила Шарлотта. — Успей пригласить кого-нибудь другого, чтобы не остаться одной, — добавила Чжоу. Хизер улыбнулась, выслушивая поток идей и предложений от подруг. — Ты чего лыбишься? Бал уже через два дня! — всполошилась Шарлотта. — Надо успеть предупредить Игнатуса, что он пойдёт с тобой! — продолжила она, не сбавляя темпа речи. — Девочки, девочки! — Хизер выставила перед собой ладони, чтобы их успокоить. — Я уже всё придумала. От вас мне нужна только поддержка... и ехидные улыбки, — усмехнулась шатенка. Подруги переглянулись, ничего не понимая. — Сейчас я вам всё объясню, — добавила она.

***

Тем временем Драко стоял у камина в гостиной Слизерина. Он снова слышал, как Блейз посмеивается, рассказывая кому-то, что на балу «будет весело». Слишком весело. Особенно для Хизер, если всё пойдёт по плану. — Ты правда собираешься это сделать? — неожиданно раздался голос Теодора, подходя сзади. — Не твоё дело, — бросил Драко, не поворачиваясь. — Она тебе доверяет, Малфой. Не вздумай это разрушить. — И, не дожидаясь ответа, Нотт ушёл, оставив за собой тяжёлую тишину. Драко глубоко вдохнул. Что-то внутри него щёлкнуло. Он вдруг понял — на этот раз всё не так, как всегда. Всё действительно имеет значение. Однако, план был приведён в действие — и теперь его уже не остановить. 25 декабря 1994 Время в Хогвартсе словно ускорилось. Казалось, только вчера Хизер сидела у окна, прокручивая в голове недавние разговоры и спорные решения, а уже сегодня — День Святочного Бала. С самого рассвета в замке царило необычное оживление. Девушки с самого утра занимали ванные комнаты, гремя флаконами с зельями для волос, шурша тканями платьев и обсуждая каждую мелочь — от оттенка губ до формы локонов. Волшебство витало не только в воздухе, но и в самой суете: заколки, парящие в воздухе, сами вплетались в причёски, мантии подгонялись по фигуре по первому взмаху палочки, а духи источали едва уловимые ароматы яблок, ванили и перца. Хизер проснулась рано, хотя и не смогла уснуть до глубокой ночи. В её груди всё ещё тлело волнение, которое сменялось то злостью, то странной грустью. Однако с первыми солнечными лучами она решила: сегодня она будет блистать — не для кого-то, а для себя. Шарлотта помогала ей с причёской, Дорис отвечала за платье, а Чжоу отбирала украшения. Комната когтевранок больше напоминала салон волшебной моды, чем спальню. Смех, обсуждения, комплименты, лёгкая паника — всё слилось в одну общую радостную какофонию. С каждым часом напряжение спадало, уступая место предвкушению праздника. За окнами мягко кружился снег, делая день ещё более сказочным. Тем временем замок преображался. Большой зал сиял огнями — своды были украшены парящими снежинками и гирляндами из льда, потолок отражал ночное небо, полное звёзд. Столы исчезли, уступив место просторному танцполу, по бокам стояли столики с угощениями и напитками. К вечеру весь Хогвартс будто затаил дыхание. Звон часов разнёсся эхом по всему замку, возвещая начало долгожданного вечера. Волшебство витало в воздухе: парящие снежинки, мерцающие огоньки и лёгкий аромат корицы и хвои создавали сказочную атмосферу. В Большом зале уже собирались ученики, звучала негромкая музыка, и у парадной лестницы толпились студенты. Шаг за шагом, Хизер спускалась по мраморным ступеням. Лёгкое платье цвета ночного неба струилось по фигуре, мягко ловя отблески свечей. Волосы были убраны в изящную причёску, украшенную хрустальными капельками, словно снежинки запутались в тёплой пряди. Она держалась уверенно, спокойно, будто за спиной не было всех тех бурь последних дней. Шёпот пронёсся по толпе. Взгляды были прикованы только к ней. У подножия лестницы, по идее, должен был ждать Драко Малфой. Но его не было. Хизер замедлила шаг, её взгляд скользнул по лицам в толпе — ни следа знакомой белобрысой головы. И вдруг массивные двери с грохотом распахнулись. На пороге появился Драко. Под руку с Пэнси Паркинсон. За ними, как всегда, — его свита: Блейз, Крэбб, Гойл. Слизеринский эскорт во всей красе. Шум в зале затих. Несколько человек прыснули в кулак. Кто-то тихо хмыкнул. Кто-то — откровенно рассмеялся. Слышались приглушённые фразы: — «Я думала, он с когтевранкой…» — «Это ж Пэнси!» — «Что вообще происходит?» Губы Драко дрогнули в самодовольной усмешке. Он поймал взгляд Хизер и на секунду задержал его. Казалось, он наслаждался моментом. Всё шло по плану. Она одна. Перед всеми. Опозорена. — О, как мило, — язвительно протянула Пэнси, подойдя ближе и оглядев Хизер с головы до ног. — Старалась, правда. Но, боюсь, вся эта прелесть... — она махнула рукой на платье, причёску, — …впустую. Хизер уже открыла рот, чтобы ответить, но сзади послышался голос: — Прости за опоздание. Игнатус Волканов подошёл неспешно, с лёгкой улыбкой, под аккомпанемент дружеских приветствий от своей компании. Он протянул Хизер руку. Та тут же вложила в неё свою, и её губы дрогнули в тихой, уверенной улыбке. Она перевела взгляд на Драко. В её глазах уже не было боли. Только ясная, холодная решимость. — Ты правда думал, что такая, как я, пойдёт с тобой на бал? — мягко, но отчётливо произнесла она. На несколько секунд в зале повисла тишина. Даже Пэнси растерянно моргнула. Драко стоял неподвижно, его лицо слегка дёрнулось. А Хизер, всё так же уверенно держась за руку Игнатуса, развернулась и направилась в зал. Её шаги были лёгкими. А за спиной — только шёпоты и ошеломлённые взгляды.

Большой зал преобразился до неузнаваемости: вместо длинных столов — круглые, покрытые снежно-белыми скатертями. Под потолком плавно кружились зачарованные снежинки, не тая при падении. Музыка, лёгкая и вальсирующая, струилась сквозь воздух, наполняя пространство ощущением праздника. Хизер и Игнатус кружили в медленном танце. Он держал её легко, с уважением и мягкостью. Его взгляд был внимателен, но не назойлив. Он почти не говорил — и тем самым давал ей именно то, что было нужно: спокойствие. За всю неделю напряжения, слухов и сердечных качелей, этот момент был почти блаженным. — Ты выглядишь… волшебно, — тихо сказал Игнатус. Хизер не ответила. Лишь благодарно улыбнулась, её взгляд скользнул куда-то в сторону. Туда, где у стены стоял Драко Малфой. Он наблюдал за ней. Всё ещё с того самого момента, как она прошла мимо него, подняв голову высоко, будто ничего не произошло. Его руки были скрещены на груди, Пэнси пыталась говорить что-то на ухо, но он её не слышал. Каждое движение Хизер било по нервам. То, как её платье чуть колышется в танце. Как она улыбается. Как смотрит на своего спутника. Как будто ему там никогда не было места. «Неужели всё?» — мелькнуло в голове. Он сам запустил этот механизм. Он сам поставил эту ловушку. Но почему теперь внутри было ощущение, будто он проиграл? И не просто проиграл, а с треском рухнул в собственную яму. — Драко, ты вообще меня слушаешь? — Пэнси резко дёрнула его за локоть. Он обернулся, впервые за вечер глядя на неё с нескрываемым раздражением. — Нет, Пэнси. Не слушаю, — коротко бросил он и направился к выходу, оставив девушку в полном недоумении. Он знал, что не сможет больше смотреть на это. На то, как она улыбается. Как танцует. Не одна. В это же время, Хизер заметила, как Драко вышел из зала. Она не сказала ни слова. Но где-то внутри, чуть в глубине, что-то дрогнуло. Непонятно: облегчение или грусть. Может быть, и то, и другое. — Всё хорошо? — спросил Игнатус, склонившись ближе. Хизер кивнула. — Лучше, чем ожидала, — ответила она. И отпустила всё, чего так долго боялась.

***

Коридоры замка были пустынны. Где-то вдалеке доносилась приглушённая музыка из Большого зала. Свет от факелов отбрасывал на стены колеблющиеся тени, словно Хогвартс сам переживал за своих учеников. Драко стоял у окна на седьмом этаже, спиной опершись о холодный камень. Он достал палочку, но так и не придумал, что с ней делать. Внутри всё сжималось. Ему казалось, что сердце вот-вот взорвётся — не от злости, нет. От чего-то совершенно нового, пугающего и неприятного. — Я думал, ты останешься на танцы, — раздался спокойный голос из-за спины. Драко резко обернулся. Теодор Нотт вышел из тени, как будто знал, где его искать. — А я думал, ты на балу, играешь в моральную опору Хизер, — язвительно ответил Драко. — Она не нуждается в опоре, Драко. Особенно от тебя, — спокойно сказал Тео и прислонился к стене напротив. — И ты это понял. Молчание повисло между ними. Лишь далёкая музыка звучала, как издёвка. — Ты сам всё испортил, — продолжил Нотт. — Я предупреждал тебя. — Она никогда не была «моей», — процедил Драко, опуская взгляд. — А ты хотел, чтобы была, — сказал Тео мягко. — Но выбрал путь Пэнси, насмешек и фальшивой силы. И теперь стоишь тут один, как дурак, наблюдая, как она танцует с тем, кто не боится быть собой рядом с ней. Драко сжал кулаки. — Ты хочешь, чтобы я пошёл извиняться? — усмехнулся он. — Перед ней? Перед этой заносчивой когтевранкой? — Нет, — покачал головой Нотт. — Хочешь — иди. Не хочешь — не иди. Только помни: не все чувства можно спрятать за сарказмом и фамилией Малфой. Иногда, чтобы не проиграть, нужно научиться быть уязвимым. И с этими словами он развернулся и ушёл, оставив Драко одного в коридоре. Драко смотрел ему вслед, стиснув зубы. Он не был готов признать всё, что бурлило внутри. Но впервые за долгое время он почувствовал не превосходство, не победу, а одиночество. Глухое, колючее, почти физическое. И в этой тишине его собственные слова эхом ударили по нему: «Ты правда думал, что такая, как я, пойдёт с тобой на бал?» Слишком поздно. Или нет? Драко решил вернуться в Большой Зал, дабы не оставлять в одиночестве Пэнси, как в прошлый раз на вечеринке в честь Хэллоуина. По пути к залу, он замечает Хизер. Она стояла у каменной балюстрады, обернувшись спиной к замку. Свет от факелов отражался в её волосах, придавая им медный отблеск. Девушка смотрела на заснеженный двор, закутавшись в лёгкую накидку поверх праздничного платья. Ветер мягко трепал край ткани. Драко замер. Было поздно, слишком поздно, и всё же он сделал шаг вперёд. Тишина между ними была настолько хрупкой, что, казалось, одно слово может разбить её в прах. — Ты выиграла, Уоллес, — сказал он, стараясь придать голосу насмешливую интонацию. — В этот раз. Она обернулась и встретила его взгляд. Её глаза сияли от холода и чего-то ещё. Может быть, от облегчения. Может, от того, что он всё-таки подошёл. — Это не была игра, Малфой, — мягко ответила она. — Всё в нашей жизни — игра, — пожал плечами он. — Но ладно. В следующий раз я не позволю тебе оставить меня в дураках. Будь уверена — я возьму реванш. Хизер чуть приподняла бровь и, сделав шаг ближе, с лёгкой улыбкой сказала: — А может, стоит закончить эту глупую войну? Он посмотрел на неё, на то, как легко она произнесла эти слова, словно разрубая ту нить, что всё это время стягивала их сердца. — Может быть, — сказал он тихо, почти неуверенно. — Но с тобой ведь никогда не бывает просто, Уоллес. — Это и делает всё интереснее, — усмехнулась она и отвернулась, снова глядя в сторону заснеженного двора. Они стояли рядом, не прикасаясь, не глядя друг на друга — но в этой тишине уже не было вражды. Только хрупкий мир, заключённый среди снега, света и дыхания холодного воздуха. Молчание между ними не нуждалось в словах. Они оба чувствовали — что-то изменилось. Необязательно в лучшую сторону. Но определённо — иначе. Хизер первой шагнула прочь от балюстрады, легко, почти воздушно, словно сняв с себя груз. Драко последовал за ней. Они не шли рядом, но и не были уже по разные стороны баррикад. Войдя в Большой зал, их окутал свет люстр и гул музыки. Атмосфера тут будто не знала о той короткой передышке мира, что случилась между Когтевранкой и Слизеринцем под зимним небом. Хизер, не задерживая взгляда на Драко, сразу поспешила к своим подругам. Шарлотта, Дорис и Чжоу тут же окружили её, засыпая вопросами. — Ты где была?! — первой воскликнула Шарлотта, сверля её взглядом. — Мы видели, как ты вышла... А потом ты вошла с ним, — подтвердила Дорис, переминаясь с ноги на ногу. — Ты только не говори, что снова повелась! — подозрительно сказала Чжоу. Хизер рассмеялась, но в её голосе не было ни обиды, ни растерянности. Только лёгкость. — Успокойтесь. — Она взяла их за руки. — Мы просто... поговорили. — Поговорили? — все трое повторили в унисон, словно не веря своим ушам. — Да. И решили, что больше не будем цеплять друг друга, — спокойно сказала она. — По крайней мере, так казалось в тот момент. — Ты уверена? — Шарлотта прищурилась. — Нет, — пожала плечами Хизер. — Но для начала — этого достаточно. В это время Драко, не оглядываясь, направился в сторону Пэнси, сидящей с привычной высокомерной ухмылкой на губах. Она моментально вскочила, будто ждала, что он всё-таки вернётся за ней. — Потанцуем? — спросил он, немного резче, чем требовалось. — Я думала, ты уже ушёл строить мосты с этой Когтевранкой, — хмыкнула она, взяв его под руку. — Ты слишком много думаешь, Пэнси, — спокойно бросил Драко и повёл её к центру зала. Музыка заиграла вальс. Пары закружились. Хизер наблюдала, как Драко делает идеальные движения, ни на миг не ошибаясь, но глаза его не улыбаются. А Пэнси, хоть и гордо держит подбородок, явно чувствует — он здесь телом, но не сердцем. — Ну, хоть какой-то мир установлен, — пробормотала Хизер, отступая чуть назад и беря бокал тыквенного пунша. В эту ночь никто не выиграл, но и никто не проиграл. Просто замок продолжал жить своей рождественской жизнью, где даже самые запутанные чувства растворялись в танцах и свечах.