Anata kara itte kudasai ne

Любовь — это трепетное чувство. Это что-то, что хочется чувствовать каждый день, каждую минуту. И Генья тоже любит, и Муичиро любит. Им плевать на окружение, они любят друг друга и наслаждаются компанией друг друга каждую встречу. Обнимаются, как в последний раз, смеются, любят, целуются — всё делают так, словно утром они уже будут лежать в могиле. Сегодня произошло точно так же, как обычно. Шинадзугава опять опаздывает, извиняется раз сто, а может двести, в зависимости от настроения его возлюбленного. Токито поджимает губы, хмурится — всеми волями показывает свою обиду. — Ты опоздал. — столп скрещивает руки на своей груди, — Не стыдно? — Извини, я честно не хотел этого, просто так получилось. Я... Извини... Генья краснеет, опускает голову. Он тысячу раз по дороге провертел эти извинения в голове, но так и не смог вслух сказать их правильно. Он всегда считал, что одна лишь внешность столпа тумана заставит его упасть замертво. Охотник вздыхает, наклоняет голову, конечно, Муичиро подуется, как дитя, затем простит любимого. Жизнь слишком коротка, чтобы тратить её на жалкие обиды. Хашира смеётся, что-то рассказывает, а Шинадзугава лишь смотрит в его голубые глаза, сжимает чужую ладонь, внимательно слушая то, что ему говорят. Они пачкаются о зелёную траву, целуются, хихикают. Генья вновь спрашивает можно ли потрогать иссиня-чёрные волосы Муичиро, тот лишь кивает и смеётся. Они действительно были счастливы друг с другом, любимы друг другом. Охотник неловко проводит пальцами по чужим волосам, Токито же вздыхает, ложится полуклубочком на колени Шинадзугавы. Ветер был прохладным, осень же всё-таки и не ранняя. Генья тихо спрашивает своего возлюбленного: — Тебе не холодно? — Нет, я в порядке. Шинадзугава гладит любимого по голове, что-то рассказывает, напевает песенку. Хашира тумана чувствует себя в безопасности. чувствует себя тем самым избалованным ребёнком, которым боялся показаться. Он видит в возлюбленном того, кто действительно может дать ему ту защиту, в которой он так нуждался. Ту любовь, которой он не видел долгое время. А Генья берёт эту ответственность на себя, он считает себя слабым, но делает всё, что только в его силах лишь для того, чтобы его возлюбленный почувствовал себя в безопасности. «Что не убивает делает нас сильнее» — выражение некорректное. Что не убивает человека — ломает его. Разбивает, как хрустальный бокал, и обратно его уже не склеить. — Я люблю тебя, ты знаешь это? — шепчет Шинадзугава, массируя кожу головы любимого, а тот не отвечает, уснул. Заморосило, похолодало. Генья тянет сонного Муичиро за собой, лишает себя своей юкаты, чтобы укрыть любимого от дождя, сам до ниточки промокает, да и Токито тоже, но они смеются, когда добегают до поместья столпа. Охотник прижимает его к себе, улыбается, нежно обнимает. Они счастливы, смеются, мокнут. Пусть заболеют — наплевать. Главное, что сейчас они вместе. Им плевать на остальных, Им плевать, будет ли что-то дальше, как они будут жить. Их не волнует будущее, главное, что они есть здесь и сейчас, а остальное неважно. Этой же ночью их и не стало.