х
21 октября 2024 г., 01:05
***
идеальные дороги, бутики, люди, идущие с пляжа в одних купальниках, и пальмы, в листве которых путаются лучи палящего солнца. автомобиль наполняют ароматы цветов и холодного океана. чонгук умиротворённо прислонился к окну «роллс-ройса» и с восторгом наблюдал за проносящимися мимо глаз зданиями отелей, казино и ресторанов. автомобиль ехал достаточно быстро, и юноша сгорал от восторга, дикого предвкушения чего-то действительно нового и прекрасного, ведь ещё немного — и он окажется в просторах своей первой виллы. не секрет, что новая обитель — подарок, щедро преподнесённый семьёй в честь блестящего окончания гарвардского университета. до поступления туда чон чонгук уже зарекомендовал себя в мире искусства. его картины выкупались за огромные деньги в первые дни выставок и закрытых аукционов. ему посвящались заголовки популярных газет и журналов. он — буквально открытие, сокровище, истинный талант. благодаря ежедневному труду и работе над собой его обучение прошло куда быстрее и легче, чем он это себе представлял. родители довольно быстро дали добро на съезд. и даже сами подобрали для сына наиболее близкие к центру варианты вилл. парню оставалось только выбрать одну и, собственно, собрать чемоданы.***
новый дом встретил чонгука чуть ли не блеском, как в рекламе моющих средств или клипов из восьмидесятых. белоснежные колонны в греческом стиле, изысканные арки, мраморные полы, современные панорамные окна, искрящийся под белым солнцем бассейн замысловатой формы, милые фонтанчики, идеально выстриженный сад, кусты диких роз вдоль основной дороги, что вела к дому, и широкие ворота, открывающие перед чонгуком проход в новую самостоятельную жизнь. водитель помог заворожённому парню с двумя чемоданами и несколькими сумками, проводив того до самого входа. отблагодарив его чаевыми, чонгук не стал дожидаться грузовика с оставшимися вещами, аккуратно приподнял белую переноску и попытался успокоить взволнованно наблюдавшую за ним любимую кошку, рафаэллку. она смотрела на своего хозяина большими зелёными глазюками и принюхивалась к совершенно новому для неё воздуху. чон вдохнул поглубже, набираясь смелости, и всё-таки открыл дверцу переноски, аккуратно взяв кошку на руки. первые шаги в дом должна сделать именно его любимица.***
мин юнги обмывал колёса своего глянцево-чёрного «гелендвагена», пока из радиоприёмника басил очередной трек эминема. из-за жары чёрная борцовка мужчины ужасно липла к телу, и он уже мысленно мечтал скорее закончить с тачкой и оказаться в душе. сегодня выходной. — мин… — ким тэхён, что до этого молча лежал на шезлонге у бассейна и принимал отрезвительные солнечные ванны, даже приспустил очки, присвистывая куда-то в сторону. обзор на улицу у него был отличный. — у тебя появился молодой сосед? и ты мне не сказал? — тебе вот принципиально бормотать так, чтобы я нихуя не слышал? — юнги выключил шланг, из-за шума которого не разбирал слов друга, по совместительству актёра, у которого целая неделя отпуска, и присел на корточки, осматривая уже чистый бампер. — прямо за воротами. новый сосед. — дом на продаже. логично, что его могли купить. лучше бы за пивом съездил или доставку заказал, всё равно ничем не занят. — так… — тэхён спустил солнцезащитные очки аж до самого подбородка, выпрямляясь. — есть стойкое ощущение, что я где-то его уже видел… где-то… в фильме… или, может, даже двух… обычно я не досматриваю их до конца… — мужчина принялся наблюдать за действиями соседа, что стоял рядом с грузовиком и направлял рабочих, похватавших большие коробки. — в твоём вкусе, кстати. — да о ком ты, блять, говоришь? юнги не выдержал бубнёжа и вышел из-за машины, но тэхён тут же обиженно откинулся назад, вновь надвигая очки на глаза: — ну вот, он ушёл. это всё из-за тебя, неудачник. нужно будет заглянуть к нему, ну там, с новосельем типа поздравить и всё такое. — иди, — мин снова вернулся к машине, выискав там свою графитовую косуху, чтобы достать из кармана пачку сигарет. — нет, ты не понял. мы пойдём вместе. представишь меня ему, мол, так и так, ты вот крутой сосед, а я твой не менее крутой мега-супер-лучший друг. — жигала есть? — юнги проигнорировал его слова и, пробурчав сквозь стиснутую меж зубов сигарету, остановился рядом и протянул руку. — нет у меня мелочи, лузер, — тэхён с подлым лицом положил на ладонь мужчины свой средний палец, но когда тот уже думал ему прописать подзатыльника, зажигалку из шорт всё-таки выудил. — ну так ты поможешь мне решить дела семейные? — пошёл к чёрту. — так и скажи, что уже глаз на него положил, — со злорадной ухмылкой. — судя по твоему последнему скандалу, мне казалось, тебе доставляют милфы замужние, а не молоденькие парни. когда там твой слив был… неделю назад? — злорадно улыбался уже юнги. — пошёл ты, — лениво кинув в сторону вымытого автомобиля пустую банку из-под энергетика, ким расслаблено вытянулся. юнги, не долго думая, включил воду и направил поток на друга.***
за два дня чонгук кое-как обустроился. и сейчас, делая себе кофе, он оглядывал мольберты, расставленные в центре гостиной. он с вечера думал, куда же их лучше всего пристроить. закутавшись в длинный халат из мятно-бирюзового шёлка, чон подхватывает чашку и выходит к бассейну. ясное небо, щебет птиц и музыка, которую он сразу делает громче, присаживаясь под зонтик шезлонга. в планах лишь сходить на утреннюю тренировку, а вечером посетить ресторан, в который его позвали друзья. невероятный день. просто замечательный.***
— чёрт возьми! следи за его правой рукой! за правой рукой! — юнги, что выступает главным секундантом, резко стягивает полотенце с мокрой шеи, наблюдая за поединком. боксёры, встав в позу, ловко уворачиваются от ударов друг друга, кружась в самом центре ринга. — ёбанный детский сад… бей! бей же, блять! боец в красных перчатках вдруг оживает и, выставив защиту перед очередным ударом, резко замахивается левой рукой и бьёт своего соперника прямо в рёбра. максимально точный удар сносит мужчину в синем с ног. тот падает. удивлённый гул толпы. счёт рефери. бой окончен.***
— хорошо поработал, но в следующий раз не медли, иначе соперник быстро тебя прочтёт. похлопав своего бойца по влажной от пота щеке, мин юнги с командой наслаждается визгом и поддержкой ликующего зала. фото для прессы, личного архива, цветы и высокие горячие девушки. для мужчины — мёд, а не жизнь. когда ты рождаешься в семье, живущей на гроши в самом неблагополучном районе лос-анджелеса, есть только два выхода: грызть землю, чтобы вырваться из этой повторяющейся череды адских мучений, либо же стать массой, продолжая поддерживать уровень преступности округа. юнги жил рингом. в первую очередь для защиты себя, от улицы и от пьющей семьи. во вторую — для жизни. когда терять нечего, пределы возможного просто перестают быть таковыми. днём он боксировал по правилам, а ночью — без. подпольные бои — зрелище поистине захватывающее. особенно, когда ты видел и делал буквально всё. оттуда богатые зрители и спонсоры. оттуда и чхве ынсок, тренер мирового уровня, который как раз был в поиске бойца, который бы не знал, что такое «стоп». в какой-то момент мин проснулся в собственном пентхаусе, разбуженный менеджером. после — бесконечные путешествия по миру и интервью. и вот, он уже снимается для обложек самых топовых журналов мира, является одним из первых людей в списках приглашённых гостей на различные интервью, премии и радио, однако, причина, по которой теперь мин юнги сам встал на место ынсока, — травма, полученная ещё при боях в подпольных клубах. плечо стало всё чаще подводить, поэтому, проконсультировавшись с врачами, было окончательно решено, что бойцу следует уйти в отставку. духом мужчина не упал, стал давать уроки в лично открытых боксёрских клубах, показывать мастер-классы в разных городах и странах, а после… немного обдумав будущее, он решил взяться за конкретного ученика. чой сан напомнил юнги о прошлом. о себе. такой же несчастный боксёр, который, дабы хоть немного заработать, дрался в закрытых клубах голливуда. юнги туда наведался чисто случайно, но ушёл уже с точной уверенностью, чем займётся в ближайшие годы. сейчас же чой сан мелькал во всех возможных сми. боксёр оказался бриллиантом, который всего-то нуждался в хорошей шлифовке.***
до ресторана чонгук добирался уже на своём белом «порше каррера». друзья, трое из которых были его бывшими однокурсниками, а ныне успешными людьми в сфере бизнеса, встретили его очень тепло. дорогие подарки в честь новоселья и бесконечные поздравления. большой столик был забронирован на балконе высотного здания, потому вид на ночной город был просто шикарнейшим. друзья много говорили, выпивали и заказывали самые нестандартные блюда, чтобы потом вместе смеяться и под страхом смерти их дегустировать. иногда чонгук ловил себя на мысли, что, наверное, не стоило так сильно позволять мэттью поддерживать себя за талию, не стоило из-за смеха прятаться за ним и обнимать за крепкое плечо. да, мужчина не был против. ещё бы, он с первого курса доставал чонгука предложениями стать парой. и чонгук бы только рад, ведь успешный, умный и красивый мужчина — большая редкость, но только вот совсем не лежало… там, глубоко. на сердце. что-то вечно одёргивало. возможно, разгульный образ жизни, который мэтт очень плохо скрывал, повлиял на общее впечатление о нём. чон любил серьёзность и твёрдость характера в мужчинах, и если раньше он мог прикрыться учёбой и съехать с разговоров, то теперь, кажется, даже на другой конец света от него не мог убежать. ближе к полуночи единогласно было решено ехать в клуб. самый ближайший и самый большой. снова знакомые лица, снова выпивка и бесконечные разговоры о там, как круто поменялась жизнь у каждого после недавнего выпуска. в какой-то момент чонгук нашёл себя дышащим ночным воздухом на выходе из здания. перед глазами мелькали оранжевые такси и начищенные до блеска иномарки. рядом курила эмили, позже к ней присоединился джек, пытающийся уложить распушившиеся чёрные волосы, а потом и лиа. последняя как-то странно осмотрела чонгука, будто собираясь с мыслями, и, глянув на здание позади себя, откуда ещё пока не спешили выходить другие члены их компании, всё-таки спросила: — ну и когда ты выпустишь мэттью из фрэндзоны? замучил бедного. чонгук, только сделавший глоток дорогого красного вина прямо из бутылки, чуть не подавился. эмили засмеялась: — сучка, это должен был быть мой вопрос! — я и не держал никого во фрэндзоне. мы и есть просто друзья, — тихо дал ответ чон. — «просто друзья» весь вечер за ручки не держатся. я понимаю, ты натура творческая, тактильная и всё такое, но… — выдохнув дым, заговорила лиа, потирая кожу на полностью забитых татуировками руках. — мы просто много выпили. это нормально. для нас. — для незнакомцев — может быть. но мы вас не первый год знаем. он тебе хотя бы немного нравится? вот тут художника и заклинило. он вдохнул, чтобы уверенно ответить, что безумно ценит заботу мэттью, что невероятно благодарен ему, но пока совершенно не готов что-то менять в своей жизни и играть с его чувствами, давая ложную надежду. тут уже не выдержал джек: — красотки, прекращайте. он же ясно ответил вам. на выходе появился сам мэттью. пожав руку какому-то мужчине, который быстро скрылся в авто, дверь которого перед ним открыл личный водитель, тот подошёл к компании, хлопая по карманам костюма в поисках сигарет. быстро подошли и все остальные ребята. на горизонте уже мелькали первые прорези восходящего солнца. — когда окончательно приведу всё в порядок — буду ждать вас в гости, — весело пропел чонгук, от выпитого алкоголя и танцев он едва держался на ногах, поэтому мэттью мягко приобнял его за плечи, прижимая к себе. лиа встретилась взглядом с чоном и обречённо покачала головой. парень был слишком пьян, чтобы рассуждать. даже тогда, когда мэттью забрал из его рук вино, передавая своему помощнику, чтобы тот выкинул.***
солнце было уже ближе к стороне запада, когда чонгук, хоть и с трудом, но всё-таки открыл глаза. в эту же секунду парень очень сильно пожалел, что вообще на свет родился, но выбора не было. цепляя все косяки в доме, сквозь проходы которого без труда пройдёт даже мамонт, художник всё-таки добрался до кухни. первые глотки простой воды пробудили в нём хоть и малейшее, но всё-таки желание существовать. садовники уже орудовали по территории, домработницы тихо убирали пыль, расставляя по полкам книги, вазы и всякие скульптуры, привезённые из других стран, а чон чонгук, уже более уверенно стоя на ногах, готовил себе тосты. каждый был занят своим делом. всё шло по плану. парень это очень любил. в такие моменты сентябрьская дева внутри него трепетала. душ, горячий кофе, шершавая поверхность холста, который чонгук выставил на мольберт прямо перед панорамный окном, из которого были видны соседские дома и собственный сад. чудесно. первые мазки дались очень легко. парню хотелось изобразить саму лёгкость. и когда время приблизилось к отметке «8», а за окном замерцали фонари, подсвечивающие пока ещё светлую улицу, автоматическая кормушка загудела, добавляя во всё ещё полную миску корм. чонгук оглянулся, ожидая, как его милый пушистый комочек сбежит с лестницы, тихо мяукая, но внезапно с ужасом осознал, что проснулся сегодня совершенно один, хотя точно помнит, как засыпал в обнимку со своей любимой кошкой. — элли? элли, девочка, ты куда спряталась? в ответ ожидаемо ничего не последовало. чонгук тут же схватился за телефон, набирая контакт домработницы. как оказалось, когда та пришла, дверь в дом была открыта. очевидно, пьяный хозяин для работников отключил автоматику, чтобы лишний раз не вставать, поэтому та сама не закрылась утром. чон глупо понадеялся, что его кошечка будет спать с ним. хотя… трудно сказать, о чём он вообще думал этим утром. сбросив вызов, чонгук помчался на улицу. сколько он не кричал, рыская под каждым кустом, рафаэллка не шла. забор был высокий и надёжный. его малышка точно не могла его перепрыгнуть, но территория была слишком большой. что ж, теперь это впервые, когда парень об этом пожалел. и вот он, с иголочки одетый в тонкий персиковый костюм, широкие палаццо и объёмную базовую кроп-футболку, сдувал белокурые пряди, что так и норовили упасть ему на лицо, бегая по идеальному газону в белых домашних тапочках с блядскими перьями, прямо под забором, за которым находился дом его единственного ближайшего соседа. он заглядывал под каждый куст и камень, пока не увидел то, что заставило его покрыться холодным потом. — элли?! отдалённо донеслись голоса, а после кто-то на всю округу включил фит тупака «c любовью из калифорнии». будто бы этого действительно не хватало для того, чтобы чонгука окончательно перекосило нервным тиком от злости.***
кое-как нацепив на себя массивные баленсиажные кроссовки, чтобы выглядеть не так нелепо, художник в мгновение ока оказался у соседских ворот. разрывая чужой домофон, чонгук уже представлял, как его после всего скручивают и сажают за массовое убийство, и он ни о чём не жалеет. музыка не стихала, а голоса становились всё громче. кто-то смеялся, кто-то кричал, были отчётливо слышны всплески воды бассейна, а после летний ветер донёс до парня аромат гриля. ворота разошлись в сторону. по ту сторону никто не стал спрашивать, кто всё это время трезвонил, а позади остановился глянцевый чёрный «геледваген», поэтому горе-хозяин не стал долго раздумывать и быстро проскочил внутрь.***
если быть откровенным, чонгук не был претендентом на титул мальчика-зайчика с девизом «ни капли в рот, ни сантиметра в жопу», но всё увиденное, пока он шёл к дому, немного потупило его желание убивать, потому что то, как непринуждённо тут разбрасывались купюрами на трясущиеся задницы, как безмятежно размахивали стволами, заставляя голых девушек их облизывать, так и кричало, что обернуться всё может как раз таки против самого чонгука. знакомиться со своими соседями он планировал чуть позже, когда полноценно отпразднует новоселье, поэтому сейчас, оказавшись на территории чужой виллы, он запоздало стал осознавать, что совсем ничего о них не знает. самоубийца. хреново. очень хреново. вполне могло оказаться, что тут обитает какой-то бандюган, что и глазом не моргнёт, когда отправит художника на съедение своим псам, но чонгук своё уже отбоялся. за свою животинку, свою маленькую девочку, доченьку любимую, которую вот так… вот так просто взяли и… он был готов на всё. он ничего и никого не боялся. сейчас — так точно. — воу-воу-воу, вы только поглядите, — с широкого дивана, отлепляя от себя мокрых девчонок в купальниках, подскочил мужчина. он зачесал мокрые чёрные волосы назад, красуясь смуглой кожей, и протянул руку для рукопожатия. — кажется, я тебя совсем недавно видел. ким тэхён, — чонгук настороженно протянул руку в ответ, где-то он его точно видел, неужели в фильмах для… — ты же новый сосед мин юнги? — нет. точно нет. но пальцы лучше скрестить. — кто такой мин юнги? — а… вы ещё не познакомились? он мой старший братишка, не по крови, к сожалению. а ещё он хозяин, — ким развёл руки в стороны, — этой виллы. но, по секрету, тусовка — моя затея. если ты пришёл ругаться — ругай меня. — где он сейчас? — вышло грубее, чем чонгук рассчитывал, но, кажется, из-за громкой музыки тэхёна его тон совсем не смутил. ну или из-за зажатого меж пальцев косяка. он лишь загадочно ухмыльнулся, глянув парню за спину, и отошёл. позади вдруг отозвался низкий хриплый голос: — уже здесь. чонгук сразу же обернулся. мужчина, что стоял за ним, блистая мокрой укладкой чёрных, словно смоль, волос, запрятал ключи от гелендвагена (того самого, что обогнал чонгук минутой ранее) в карман кожаного плаща, и подобрал с ближайшего столика банку с пивом. вскрыл быстро и сразу же сделал глоток. честно сказать… слов у чонгука не было. треснули и разлетелись по округе. вот это, конечно, мужчина… чонгук успел подумать о том, что, кажется, с соседом ему всё-таки повезло, и что это всё потому, что у него так-то нормального мужика уже очень давно не было, как у ног живой влажно фантазии стал виться чёрный гладкошерстный кот. тот, блять, самый! — ну, раз оба виновника торжества в сборе. я чон чонгук, ваш новый сосед. мин юнги улыбнулся: — чем обязан, чон чонгук? — язвительно. художник заметил, как тэхён оказался увлечённым за стол с выпивкой, и, пользуясь моментом, подошёл ближе к наглому соседу, цепляя пальцами края его плаща, чтобы вынудить того сделать ответный шаг. и тот делает. чонгук победно усмехается, игриво прикусывая губу и наклоняя голову к чужому уху: — твой мешок с блохами на моих, блять, глазах сегодня обесчестил мою кошку. то, что я ещё не придушил вас обоих, целиком и полностью заслуга полиции, в машине которой я пока не горю желанием кататься, — чонгук резко отступил назад. глаза его горели яростью. юнги не сводил с него недоумевающего взгляда около минуты, пока его лицо не скривилось от попыток сдержать себя. в итоге… он сорвался, отворачиваясь в сторону, чтобы запить рвущийся смех пивом. безуспешно. — что смешного я сказал? — чонгук вскипел, подобно чайнику. вот-вот засвистит. — ты… ты серьёзно сейчас? — серьёзнее некуда! моя рафаэллка должна была сделать это в другой обстановке и с другим, блять, котом, которого я выбирал для неё буквально месяц, достойного и с родословной, а не под моим забором и с твоим… — боссом. его зовут босс, — юнги наклонился, поднимая на руки уже мурчащего кота, и, почесав того за ухом, передал его проходящей мимо домработнице. — д-да ты… ты издеваешься ещё?! — всё. вот сейчас чонгука точно подорвёт. — о, детка, не более, чем ты, когда называл свою кошку рафаэллкой. д-детка? да как он… — значит так, мин юнги! если я ещё раз увижу твоего гуляку на моей территории — лично яйца отрежу! не дожидаясь ответного ехидства, чонгук быстро развернулся на пятках и поспешил к выходу. последнее слово за ним. а то вдруг ещё подумает, что понравился.***
дома чонгук долго не мог успокоиться. он помыл и покормил слишком уж довольную кошку, которая, кажется, стала ещё ласковее, сделал себе лёгкий овощной ужин по списку продуктов, что были разрешены его личным диетологом, немного поработал со своими личными сайтами и мессенджерами, а после, завернувшись в одеяло, словно буррито, положил кошку себе под бок и лёг спать. однако ворчать чон не перестал и утром, разговаривая то с рафаэллкой, то с невидимой камерой, пока сам себе задавал вопросы и сам же на них отвечал. — нет, ну ты представляешь? за кого он меня держит? пусть он и красавчик, мне что, в ноги ему падать? а его кот… босс? босс! как ты, предательница, повелась на него? элли, это не твой уровень, понимаешь? ты — кошка голубых кровей, а он — бандит, просто бандит вашего кошачьего мира! что, думаешь, ты одна у него такая? — пушистое облако, что крутилось у его ног после плотного завтрака, ожидаемо только мурчало. — да он таких, как ты, каждый день пачками оплодотворяет. настоящее животное этого животного мира, понимаешь? — рафаэллка, вильнув хвостом и прозвенев колокольчиком на лиловом ошейнике, пошла на коврик у дивана, где тут же прилегла, начиная себя вылизывать. — только не говори мне, что тебе понравилось. ты выше этого, слышишь? больше никаких бродяг. дождёмся, что этот чертила в тебя напускал, а потом найдём тебе порядочного кота. вот так. всё просто. чат с друзьями, где он вчера торжественно заявил, что его кошку отодрал какой-то мохнатый соседский бомж, взрывался расспросами. активничали, в основном, подруги. они и сочувствовали, и хотели побольше узнать про хозяина кота. как чувствовали. подвох. чонгук, выпустив пар, допил свой кофе и принялся за холст, который вчера покрыл только основным слоем. хаотичные, но спокойные мазки. лёгкость и безмятежность. спокойствие и равновесие.***
через два дня чонгук окончательно разобрался с домом, установил графики работникам, успел встретиться с родителями и разослал знакомым и друзьям приглашения на вечеринку в честь своего новоселья. скрипя зубами, чон всё-таки отправил приглашение и мин юнги. если так подумать, тот совершенно ничего не сделал ему, а портить коннект с ближайшим соседом в самом начале своего существования здесь — очевидно плохая затея. гордость не позволяла, но разум, сердце и… нет. только разум. только разум кричал — надо. возможно, чон чонгук гуглил его имя. возможно, он читал о нём всё, что только попадалось в сети. возможно, он испытал некое облегчение, что мужчина был не из какой-нибудь мафии. возможно, он сгорал от интереса узнать подробности личной жизни бывшего боксёра и нынешнего тренера. возможно… он злился, что все известные крупицы информации — лишь неподтверждённые слухи. возможно, он злился, потому что почти во всех фигурировали только женщины. отборные красотки, что уж скрывать. типаж сорокадвухлетний мин юнги определённо имел. высокие блондинки с милым личиком. стоп, что?! нет. да ну… нет! закрыв ноутбук, чонгук накрыл горящие щёки руками и убежал умываться. хватит с него информации, иначе мозг начнёт надумывать себе всякое. фантазии у него на троих хватит.***
организовав всё для вечера, которому предстояло сделать и утвердить чон чонгуку отличную репутацию, он переоделся в свободный костюм жемчужного цвета, любезно сшитый на заказ его подругой-дизайнером. пиджак одевался на голове тело и подвязывался широким поясом. его рукава, выполненные с отсылкой на традиционные корейские одеяния, украшала бахрома из переливающихся страз. низ — излюбленные палаццо, под ними — чёрные босоножки на высокой подошве. уж что что, а вкус чонгук имел безупречный. укладка пышных блондинистых локонов не заняла много времени у его стилиста. далее только лёгкий макияж с акцентом на естественный румянец и парфюм с цитрусовыми нотками. проверив готовность фуршета, чон сверил с организатором графики подачи десертов, выпивки, а также плей-лист, который диджею следовало включить в тот или иной момент, время для фейерверков, лазерного шоу, ну и последовательность музыкальных выступлений его талантливых знакомых. всё было идеально. у сентябрьских дев иначе быть не могло.***
чонгук точно знал, что вечер будет тяжёлым. бесконечные поздравления, тосты, подарки, фотографии. он старался пить по минимуму, но, пока он обошёл всех гостей, бутылочка (а то и две) шампанского в нём всё-таки была. мэттью был рядом, из-за чего художник не переставал прокручивать в голове недавний разговор с друзьями. неловко. нужно было срочно поговорить. расставить, в конце концов, все точки над «і» и выдохнуть. обоим. как только чонгук собрался с мыслями, проговаривая про себя то, что надо, пора, вот сейчас самое время — его тут же отвлекли. неудивительно. когда художник уже достаточно напился, мысли и планы стали несколько теряться. а когда у ворот зарычал двигатель уже знакомого автомобиля, чонгук сжался, словно испуганный зверёк. мэттью почувствовал это, начиная совсем вот не к месту допрашивать о том, всё ли с ним хорошо. парень отмахнулся глупой шуткой и отошёл к только прибывшим гостям, принимая от них поздравления и слишком дорогие подарки. не успел он всё передать домработницам, как заметил мужчину, информацию о котором, сверкая красными щеками, гуглил всю ночь. деловые чёрные брюки, такая же рубашка, расстёгнутая на пуговицы четыре точно, чёрно-белые джорданы и длинный тёмный кардиган. в этот раз укладка была не такой строгой, более небрежной даже. угадайте, какой любимый цвет у его соседа? никогда не угадаете! кто он там по знаку зодиака? рыбы? какого чёрта он это запомнил… встряхнув головой, чтобы прогнать навязчивые мысли, чонгук принял роль дружелюбного хозяина, тут же направился к уже успевшему пристраститься к выпивке мужчине. — не думал, что ты всё-таки придёшь. — в день нашего знакомства ты был слишком мягок. хотелось бы немного жёстче, знаешь ли. чонгук, охуев от тёплого приветствия, чуть ли бокал с шампанским на пол не уронил. он хотел было ответить, однако сделать это под натиском тёмных хитрющих глаз оказалось слишком уж трудно, у художника едва получилось притворно улыбнуться. — я не настроен на войну, чтобы ты знал, просто хотелось хотя бы мизерного понимания и сострадания моей любимице. — поэтому я здесь. хотел принести извинения за мою бестактность. и беспардонность босса, — юнги протянул оформленную объёмными узорами в стиле древнего рима коробку. та была подвязана атласной лентой. красиво. даже вскрывать не хотелось, но интерес был куда сильнее, поэтому парень смело дёрнул за края ленты, позволяя ей упасть на землю. — надеюсь, там алименты, — попытался отшутиться чонгук. юнги усмехнулся, взболтав оставшийся на дне бокала алкоголь: — уверен, что хочешь увидеть содержимое прямо сейчас? — если там бомба, должен же я её обезвредить, — чон пьяно хихикнул и приоткрыл коробку, всего на мгновение замирая, чтобы тут же резко закрыть её и оглянуться по сторонам. — т-ты, должно быть, шутишь? юнги засмеялся, ставя бокал на поднос проходящего мимо официанта. — с колокольчиком, как у твоей кошечки. — беру свои слова назад, мин юнги. ты — такое же животное, как и твой кот. войне быть! глаза у юнги потемнели и он плотоядно ухмыльнулся: — смотря на какой поверхности. чонгук, всё ещё приходя в себя от шока, истерически засмеялся, пытаясь подобрать хоть какие-то слова. проходящая мимо домработница забрала коробку из его рук, собираясь отнести в дом, чонгук испуганно хотел её остановить, да только юнги опередил, подливая масла в огонь: — буду очень благодарен, если вы отнесёте этот подарок ему в спальню. что ж. это было достаточно громко, чтобы все вокруг услышали. женщина смутилась, заметив широко раскрытые глаза хозяина, но задавать вопросов не решилась. возможно, она стала свидетелем какого-то личного разговора, поэтому только тихо кивнула, тут же пропадая в толпе, которая с интересом стала оглядывать пару. смотрел и мэттью. рядом с ним о чём-то настороженно шептались лиа с эмили. — в какую игру ты играешь, мин? — подойдя ближе, громко зашептал чонгук. — я просто умею читать людей. игры не хватает как раз таки тебе. а я лишь помогаю это понять. — о, так я должен быть благодарен? — разве что после того, как я с тобой поиграю. если бы чонгук мог выражать эмоции, превращаясь в какой-нибудь предмет, сейчас это был бы чёртов вулкан, который просто бы сжёг всё к херам. — чонгук, у тебя какие-то проблемы? — мэттью встаёт рядом с хозяином вечеринки и буравит взглядом абсолютно равнодушного к чужому напору юнги. бывший боксёр лишь прослеживает, как талию художника накрывает чужая рука. в ответ тот даже вздрагивает. ему это очевидно не нравится. — никаких проблем. познакомься, мой сосед — мин юнги, — взглянув на бывшего боксёра, чонгук притворно улыбается. — юнги, это мэттью блант. мой хороший друг, — выбравшись из крепкой хватки, чон подходит ещё ближе к соседу. — веселись, мин. секундант, проследив за удаляющейся прямой спиной парня, отсалютовал посеревшему от непонимания мэттью новым стаканом с алкоголем и ушёл к танцполу.***
— мистер чон! — на выходе из спальни чонгука встречает взволнованная домработница. — я только открыла дверь, чтобы оставить там подарок, как из-за неё выскочила рафаэллка. я уже обыскала весь дом. двери везде открыты, господин, я правда не хотела, простите меня, я сейчас же… чонгук прервал речь почти рыдающей женщины: — всё хорошо! не нужно извиняться. сейчас мы её найдём, хорошо? сзади остановился мэттью. чонгук проследил за взглядом мужчины, который сразу же нахмурился, завидев в проходе спальни открытую коробку с ошейником из белой кожи, с пышным бантиком и закреплённым в сердцевине колокольчиком, рядом прилагался поводок. то, что подарок был адресован явно не кошке чонгука, а ему лично — понятно было сразу. чон не стал объяснятся. ему было далеко не до этого, поэтому то, что когда он собрался уже сорваться вниз, а его крепко схватили за руку и прижали к стене, вызвало не столько испуг, сколько возмущение и ярость. — вернётся твоя кошка. хватит за ней носиться так, словно она ребёнок. взгляд мэттью был расфокусированным, он наклонился ближе, но чонгук отвернулся в сторону, поэтому его губы мазнули только лишь по его щеке. — она и есть мой ребёнок! — отстранив от себя мужчину, чонгук всё-таки не сдержался: — давай, в конце концов, проясним. мы — друзья. не более. не нужно пытаться быть моим личным пёсиком. живи свою жизнь, пожалуйста. я ещё очень давно дал тебе понять, что между нами не может быть чего-то большего. — чонгук… художник не стал слушать и быстро спустился на первый этаж. но его вновь догнали, вновь неприятно схватили за руки и развернули. — тебе какое-то особое удовольствие приносит меня доводить? хвостом повертел — и до встречи? — только сейчас чонгук заметил, насколько мэттью был пьян. таким он его видел очень редко. да и таким ли? возможно, от волнения чонгук пришёл в себя, и розовые очки спали, но действия мужчины теперь казались не просто неприятными, а даже отвратными. — я, знаешь ли, люблю тебя. и я, блять, мужик. и у меня есть потребности.***
когда юнги вошёл внутрь дома в надежде найти какую-нибудь хорошую крепкую алкашку, а не сладкую водичку, что подавалась снаружи, по этажу разлетелся звук хлёсткой пощёчины. мужчина обратил внимание на чонгука, который отпихнул от себя попытавшегося его обнять мэттью и, потеряв равновесие, удержался благодаря дивану позади себя. блант прикрыл ладонью покрасневшую щёку. чонгук заметил замершего у входа бывшего боксёра, вдруг подбежал к нему, хватая за руку, и потащил на задний двор. — рафаэллка сбежала, — только и смог выдавить из себя потерянный художник. юнги решил не нагнетать, поэтому позволил тащить себя за собой.***
пока чонгук ползал на четвереньках около ног соседа, проверяя густые заросли кустов, тот всеми силами пытался оторваться от зрелища, озираясь по сторонам. в сумерках и отблесках неоновых фонарей найти комок белой шерсти было вполне реально. чуть сощурившись, он присмотрелся к скульптуре у искусственного пруда, замечая, что за ней что-то пошевелилось. — чонгук… художник посмотрел снизу вверх на юнги, который сделал пару медленных шагов к пруду и остановился, прикуривая. подскочив на ноги, чон сдул упавшие на глаза волосы и тихо подошёл к нему сзади. посмотрев вниз, чонгук ощутил дежавю. захотелось то ли рассмеяться, то ли расплакаться. босс уже второй раз имел его рафаэллку.***
задний дворик не пользовался особой популярностью, поэтому выпивка и десерты, приготовленные около часа назад для тех, кто мог захотеть расслабиться в беседке и понаблюдать за звёздами, были почти что целыми. юнги не стал как-то комментировать ситуацию, просто прошёл к фуршету и разлил по стаканчикам хороший виски (наконец-то), предлагая чонгуку. тот принял. а потом как-то пристрастился. возможно, длительная подготовка и волнение роль сыграли. а, может, и сам переезд. морально это, конечно, было тяжело. тут ещё и кошка его оказалась той ещё потаскушкой. ссылаясь на всё, чонгук всё-таки окончательно напился. юнги стоял рядом, молча выслушивал его бредни, подтирал большим пальцем его слёзы и смотрел. смотрел, смотрел и смотрел. боже, как он смотрел… чонгук решил, что под таким взглядом лучше присесть, поэтому только развернулся, чтобы пройти к диванчику, но его подлокотик оказался куда ближе, поэтому чонгук, громко пискнув, случайно перевалился через него. да, вот так позорно. задницей в небо и лицом в сиденье. главное, что жив. поболтав ногами в воздухе, он подумал уже подтянуться, чтобы полностью забраться на диван, но заметил изменившийся взгляд юнги, который продолжил стоять сзади и потягивать виски из своего стакана. — у тебя красивые работы. пару раз доводилось попадать на выставки, — вдруг заговорил мужчина. чонгук хихикнул и подложил руку под голову, игриво глядя ему прямо в глаза через своё плечо. и откуда только смелости столько. думается, виски действительно отменный. — не думаю, что это тот комплимент, который нужно делать, когда твой член почти упирается в мою задницу. юнги подошёл ближе, с улыбкой подтягивая его за бёдра выше по подлокотнику, чтобы действительно вжаться в него и сделать всего одну грубую фрикцию: — вот так, что ли? чонгук мысленно уже потерял сознание, а потом умер и переродился вновь. к чёрту гордость, он хочет этого мужика. и он его получит. — возможно, — прогибаясь в спине, с дрожащим полустоном прошептал тот. — ты пьян, а я не настолько мерзавец, чтобы этим пользоваться. чонгук снова посмотрел на него через плечо. внутри что-то затрепетало, и он, всё-таки забравшись на диван полностью, вдруг прикрыл лицо руками и тихо засмеялся. — подумать только, шлюший период моей кошки заразен. — не сказал бы. она у тебя верная, — с улыбкой произнёс тренер и подобрал со столика трайфл. встав напротив сидящего чонгука, мин подчерпнул маленькой ложкой верхний фруктово-сливочный слой десерта и поднёс ко рту внимательно наблюдавшего за ним парня. тот медленно обхватил губами ложку и с восторгом замычал, прикрывая веки. то ли от самого вкуса, который был просто изумителен, то ли от голода, который о себе напомнил, то ли от того, как двусмысленно это выглядело, но юнги это явно понравилось, он нежно обхватил свободной рукой его щёки под подбородком, чтобы заставить немного приподняться, а сам быстро наклонился и со всей накопившейся страстью его поцеловал. чонгук впился пальцами в свои колени, когда губы и подбородок сделались максимально мокрыми. сладко. то, как юнги целовался, не сравнимо ни с чем. так… липко и жарко. с влажным чмоком выпустив распухшие губы из захвата, мин посмотрел на совсем уж обмякшего художника и нежно улыбнулся. — тебя гости заждались. юнги отпустил его, с какой-то щемящей сердце заботой поправив потрепавшиеся блондинистые волосы, и протянул руку. только тогда, когда чонгук поднялся, он увидел застывшие на пути к беседке силуэты. мэттью, джек, а за ними лиа и эмили. последние были явно шокированы развернувшимся перед ними представлением. джек сделал вид, что ничего не видел, поэтому как-то по-глупому помахал чонгуку, а мэттью, которого попыталась остановить эмили, всё-таки подошёл ближе, едва не споткнувшись о свои же ноги, и оглядел пару с ног до головы, словно каких-то преступников. бывший боксёр на автомате вышел вперёд, уводя чонгука за спину. — какие-то проблемы? — теперь уже была очередь юнги задавать вопросы. мэттью как-то нервно покивал сам себе, упирая руки в пояс. деловой костюм был слегка помят, а причёска растрёпана. тот самый мужчина, хотя бы что-то из себя представлявший в начале вечера, теперь выглядел совершенно жалко. — что ты ему такого предложил, что он так просто тебе зад подставил? — юнги промолчал, покосившись в сторону встревоженного чонгука. — блант, не перегибай, — попытался вразумить друга джек. — расслабься, братишка. я ведь просто хочу знать ответ на свой вопрос. — можно я его вырублю? — отклонившись назад, вдруг выдохнул на ухо чонгука юнги. мэттью свёл брови, порываясь подойти ближе, но чон сделал это первым. — думаешь, у меня будет доверие, будут чувства к человеку, который перетрахал почти всех моих знакомых и друзей? хватит говорить про любовь и чувства, которых у тебя ко мне никогда не было. я для тебя — очередной трофей, галочка в твоём списке. ты бесился с первого курса, потому что я не дал тебе на первом свидании, а уже на следующий день ходил за ручку с моей одногруппницей. когда речь зашла про отношения, ты сказал, что на первом месте твоя работа. а сегодня… хах, как бы это не было странно, но ты даже мою сбежавшую кошку, которая для меня вся жизнь, счёл неважной проблемой. ты заявляешь пред всеми на меня права, а после идёшь снимать випку с первыми встречными людьми. ты хороший друг, мэтти. мне хочется так думать, поэтому я честен. если ты пожелаешь уйти — твоё право. остаться — гнать не буду. но, пожалуйста, впредь не смей говорить мне таких слов. я свободный человек. и я волен делать всё, что я захочу, — чонгук оглянулся на юнги, и тот понял его без слов. убрав руки в карманы брюк, он даже не смотрел на ошарашенного мужчину, когда проходил мимо.***
мэттью уехал сразу же, прислав на телефон чонгука одно единственное сообщение: «не знаю, что на меня нашло. этого не повторится. прости меня». чонгук ничего не ответил, ему нужно было время. после произошедшего он ещё ходил и общался с гостями. очень скоро уехал джек, похваливший вечер и поддержавший друга. позже ушла лиа, сообщившая, что чонгук всё сделал правильно и она во многом пересмотрела свои взгляды. эмили же долго обнималась. она осталась пьяненькой, довольной и с новым кавалером. юнги всё время был поодаль массового скопления. его узнавали, часто подходили или же с восторгом поглядывали со стороны. он не был любителем быть в центре внимания, но сегодня, на удивление, был спокоен и даже приветлив. вполне вероятно, что виной всему белокурое ненастье, от которого он не мог оторвать взгляда весь оставшийся вечер. — не останешься? — под конец вечеринки тихо спросил чонгук, смущённо цепляясь за рубашку тренера. — не сегодня. тебе нужно отдохнуть. — тогда… завтра? приходи на завтрак к десяти. юнги улыбнулся в ответ, и чонгук поцеловал его в щёку, заходя внутрь.***
утро было добрым, а пробуждение, на удивление, лёгким. юнги действительно пришёл. пара долго сидела в кухне и мило болтала. мин искренне извинялся за кота, уверяя, что этот проныра всегда находил пути для побега, слишком уж свободолюбивый кот. он в своё время взял его из приюта, поэтому это, вероятно, отразилось на особой нелюбви животного к закрытым пространствам. а кастрировать красавца он планировал чуть позже, хотел, чтобы кот оставил после себя хотя бы парочку наследников. чонгука это позабавило. после тема плавно ушла к работе. чонгук рассказал про тематику выставки, которую он планирует в ближайшее время организовать. юнги же поделился переживаниями по поводу ближайшей схватки с участием его ученика. художник изъявил желание прийти на игру. и кто такой юнги, чтобы отказывать. возможно, этим утром чонгук в какой-то степени понял и даже простил свою кошку. внезапное желание надеть подаренный юнги ошейник и немного подразнить того обернулось для парня мягким ворсом белого коврика гостиной, за который он едва удерживался, когда юнги, поставив его на четвереньки, был готов целиком поглотить. он грубо держал его за ошейник и крепко сжимал бедро, короткими и сильными толчками вытрахивая всю, мать её, душу. колокольчик на шее звенел в унисон со стонами чонгука, он и не сразу осознал, что просто разрыдался от удовольствия, когда юнги прижал его к своей груди и нежно стёр влагу с покрасневшего лица, мягко зацеловывая горящие щёки и плечи. усадив парня на свои колени, мин стал довольно резко водить рукой по его дёргающемуся от возбуждения члену. чонгук порывался сбежать, для него было слишком… слишком! он задыхался. однако юнги, другой рукой намертво прижав его к своей взмокшей груди, путей отхода не оставил. ковёр будет мокрым. определённо. неожиданно зазвенела кормушка. рафаэллка с равнодушным видом спустилась со второго этажа и принялась дегустировать новый корм. то есть… крики хозяина её совсем не напугали, зато как пожрать, так тут как тут. вот же…***
чонгук не впервые присутствовал на боксе, всё-таки спорт он любил. однако это был определённо первый раз, когда он занимал место в ряду, что был специально отведён для людей с «галочкой». обычно здесь сидели близкие люди боксёров и их стафф. наверное, поэтому наблюдение за работой юнги, который был рядом с ним, но и в то же время около ринга, приносило особое удовольствие. то, как мужчина переживал за своего ученика, как помогал ему, подносил воду, компрессы, подбирал нужные слова и вбивал в голову правильную тактику — это было чем-то невероятным. такой профессионализм и отдача. иногда, когда бой слишком накалялся, а у юнги просто срывало крышу от злости, он сразу же разворачивался к чонгуку, чтобы найти в нём поддержку. хватало одного лишь взгляда. бывало, мин, если позволяло время, подходил совсем близко, чтобы просто взять своего парня за руку. этот бой вышел очень жёстким и напряжённым, но в последний момент боец, которого тренировал юнги, чой сан, собрался, буквально за секунду отправив в нокаут соперника. мин зажмурил уставшие глаза и повис на ограждении. они сделали это.***
когда прошла официальная часть награждения, чонгук подошёл к рингу, позволяя юнги наклониться, чтобы оставить поцелуй в своих волосах. очень быстро он спустился к нему, стал рассказывать, что сейчас медики немного подлатают сана, потом пресс-конференция, а потом они все вместе едут отмечать это в клуб. чонгук, разумеется, приглашён. художник кивал, и мужчина заметил его поплывший взгляд, в шутку спросил: — тебя минхо, случаем, пивом не угощал? другу и одновременно помощнику юнги действительно удалось уломать чонгука на парочку стаканов, но дело было далеко не в этом. — сколько у нас времени? и где тут твоя тренерская?***
в клубе мин юнги много не пил. виной всему сидящий рядом демон в ангельском обличье. часом ранее, когда дверь тренерской закрылась на ключ, чонгук пихнул юнги на широкий мягкий диван и объездил так, что плакать хотелось уже последнему. чон водил его руками по своему телу, задирая ткань мягкой светлой толстовки вверх, и двигался так быстро, что последний впервые за всё время стонал с ним в унисон. чонгука в процессе откровенно повело. сама мысль, что он доставляет своему мужчине такое удовольствие, сводила с ума, поэтому он и озверел настолько, что юнги даже пришлось пытаться его остановить, ведь иначе их могли услышать даже на самом ринге, где всё ещё было много людей. чонгук же сказал, что ему плевать, и приказал заткнуться. юнги не нашёл в себе смелости, чтобы возразить.***
— у тебя такой вид, будто сейчас в обморок ебанёшься, — тэхён подсел рядом, пихая ногой друга и закусывая долькой лимона текилу. мин поморщился. напротив засмеялся ли минхо, катмен их команды: — не будь козлом. мужик сегодня чуть члена не лишился! двойная победа. — я вас просто ненавижу, — выпивая текилу следом, сказал юнги. он заметил, как восторженно тэхён покосился на разговорившегося с саном чонгука, и за пиджак подтянул его к себе, в самое ухо прошипев: — просто молчи или убью нахуй. тэхён комично стиснул губы.***
уже следующим вечером чонгук закончил работу над своей новой картиной. первоначальную лёгкость украсили чёрные и белые мазки, похожие на инь и ян. художник подписался внизу работы и уверенно решил, что назовёт её «противоположности».***
