А правда ли они враги?

Она на предельной скорости летит сквозь очередные ветвистые баррикады, впопыхах забивая на одурманивающий страх, смешивающийся с таким же зверским негодованием. Мимо проносятся размытые мазки деревьев, под ногами мешаются петляющие корни, порой сменяющиеся оврагами, через которые нужно успеть быстро перемахнуть. В ушах свистящий ветер, вбивающийся в голову похлеще чужих голосов сзади. В начале погони их было куда больше - за Кэтрин назойливо мчалась добрая половина Скорострелов, даже некоторые из Злодеев соизволили присоединиться к погоне. Что-ж, за свою свободу девушка цепляется достаточно яро, чтобы не уступать в намерениях тем, с кем та и борется. Всё, что эти глупцы получат от этих догонялок, - содранные в кровь пятки, ведь её собственные сверкают гораздо быстрее. Это понимают и преследователи, вскоре их монолитный отряд теряет снова боевые единицы. Уже не слышно, как между собой перекрикиваются люди в отдалении - последние из них разделились с целью эффективнее прочесать лес. Девушка преодолевает ещё несколько чанков, прежде чем с облегчением выдохнуть. М-да, загнали её далеко и непонятно куда, паршивцы. Интересно, как там остальные из "Крика души"? Кэт надеется, что с ними всё в порядке. Останавливаться в опасной близости к неприятелям ей совсем не хочется, из-за чего решает найти укрытие понадёжней пышных крон. Почему элитры сломались в самый неподходящий момент? Массивные берцы усложняют задачу не обнаружить их хозяйку, отчего она ступает медленно, смотрит под ноги во избежание случайного хруста веток. Холодная ладонь резко выныривает сбоку, закрывает рот, вторая железной хваткой небрежно тянет назад за талию, прижимает ко вдруг возникшему за спиной телу. Цист в неожиданности дёргается и брыкается, для удара извернуться пытается. Хочет кричать, но в нынешних реалиях ей проще задохнуться от возмущения, чем издать хоть какой-то звук. Змец недовольно шипит, из стороны в сторону покачивает её, словно пытаясь успокоить разбушевавшегося ребёнка. – Да перестань ты, глупая! Знала бы, как повезло, что тебя нашёл именно я, - он насмешливо, но неестественно по-доброму цыкает, когда девушка застывает, с подозрением прислушивается. – Остальные бы меньше церемонились. Змец готов поклясться, Кэтрин сейчас манерно закатывает глаза. С её взрывным характером трудно. В этом случае даже чрезвычайно трудно. Тем не менее, видя готовность дискутировать, он убирает руку от её лица. – Вы сломали порталы в Энд. – А, правда? - звучит излюбленный саркастичный тон. – А вы, кстати, Незер перекрыли. Здорово? – Мы уже открыли его. Только вот вы, кажется, свою часть возвращать не собираетесь. – Не только мы приложили к этому руку, если понимаешь, о чём я. – У тебя нет убедительных доказательств, хватит тыкать обвинениями. А вот заведённое на вашу шайку дело в суде очень даже веское, и я добьюсь того, чтобы вы отбыли срок в исправительном учреждении. Вспомни, что на кону твой любимый Академ сити, - Змец гордо хмыкает, ведь не слышит ничего в ответ. Всё-таки как бы она не старалась защитить себя и всё, что ей дорого, получалось только рвать волосы на голове из-за очередных ультиматумов, поставленных Злодеями. – А будь я менее лояльным - ты бы уже лежала на земле, захлёбываясь в собственной крови. И так бледные щёки Кэт белеют. Нет, не от страха из-за такого "добродушного" описания, наоборот верх берёт глубокая злость вкупе с неприятно режущим горло отвращением. Девушка цепляется за держащую руку, из последних сил готовая противостоять злодею. – Отпусти меня уже, больной, - она цыкает, в усталости чуть прикрывает очи. – И это мне говорит та, кто общается сама с собой, - странно, но с этими словами его хватка ослабевает. – Я всё же настаиваю, чтобы тебя положили в психический диспансер. – Раз уж так, то ты обязан оказаться там на равных вместе со мной. – Не отрицаю. Хотя я намного хуже, чем ты думаешь. – Знаешь, в этом мы очень похожи. Кэт, оглядываясь на Змеца, слышит холодный смешок, но в нём чувствуется лишь согласие с её словами. Она замечает накатившую дымку из странного неразумного интереса, хочет очнуться, ведь это всё неправильно. "А правда ли они враги?" - от этой лихорадочной мысли хочет нервно смеяться. В пьяной пелене едва ощущает, как чужие пальцы берут за подбородок, поворачивают вбок. Цист слышит обрывки ехидного вопроса, похожего на тот, который всплыл в голове. Еле кивает. Её будто магнитом тянет куда-то в пустоту. Кэтрин прикрывает глаза, в надежде на то, что всё происходящее сейчас - больной сон. Вздрагивает, когда обнаруживает себя в долгом, до боли азартном поцелуе с тем, против кого боролась последний месяц. Застывает, в попытке успокоить неимоверное желание хорошенько ему врезать. Утыкается ладонью Змецу в плечо, отстраняясь от его "лица". Теперь щёки горят предательским румянцем, а губы поджимаются в тонкую ниточку. Девушка кривится, неуверенно шагает назад. Кажется оппонент и не против - игриво, по-птичьи наклоняет голову набок, победно поднимает руки в стороны. Напоследок перед тем, как исчезнуть в вечерней тьме леса, бросает короткое: – Увидимся в суде.