Незваные гости

"Двери миров

Откроет заклинание. Свитки таят Огненный знак.

Несколько слов Изменят расстояние В мир, где царят Холод и мрак" (С) "Эпидемия"

      - Дезмонд, это ты что-то в заклинании напутал или Врата шалят? Куда мы вообще попали?       Вот именно под эти странные вопросы Даэрос и проснулся. Голос, задававший их, был ему незнаком. Как и существа стоящие в изножие кровати Нэрниса. Даэрос мог поклясться чем угодно, что никогда не видел ни странного весьма воинственного мужика в чёрных доспехах и синем плаще, хмуро разглядывавшего их с братом, ни второго, изящностью фигуры и расшитыми одеждами больше всего похожего на светлого эльфа, вот только роста он был не эльфийского.       - Если бы я видел, что меня окружает, может, и сделал бы какие-либо выводы, - спокойно, даже без капли иронии, которую в подобной ситуации сам Даэрос не преминул бы долить в свой голос, констатировал пришелец предположительно эльфийского происхождения. - А если судить по запаху... Торвальд, лучше б ты мне нос закрыл, а не глаза.       В общем-то, по поводу угнездившегося в покоях аромата сланцевого масла Даэрос с незваным гостем был даже согласен - с роскошным светлоэльфийским лугом не перепутать.       - Вы кто? - наконец справился с удивлением Даэрос и потряс за плечо бессовестно спящего брата, которого, кажется, и приход орочьей армии не побеспокоил бы. - Нэрьо, с каких это пор к тебе в спальню вламываются незнакомые мужчины?       Взгляд мужика в синем плаще стал ещё более осуждающим. Ладонь с лица своего предположительно эльфийского спутника он так и не убрал. Тот и не возражал - стоял спокойно, позволяя закрывать себе обзор. Даэрос такого обращения с собой уж точно не потерпел бы!       - Ты единственный мужчина, который вламывается ко мне в спальню, - пробормотал Нэрнис и, наконец проснувшись, оторопело уставился на посетителей. - Во всяком случае, до сегодняшнего дня. Вы кто? - в свою очередь повторил он интересующий и Даэроса вопрос.       - А вы? - нагло поинтересовался мужчина.       - Вообще-то, это вы к нам вломились! - возмутился Даэрос, под прикрытием одеяла спешно натягивая на себя штаны. Штаны казались странно узкими. И, похоже, ещё вчера они принадлежали Нэрнису. Оделись они с братом спешно и не разбирая, где чья одежда. Пришельцы агрессии не проявляли - стояли спокойно и терпеливо ждали. И только когда Даэрос наконец натянул на себя рубаху, мужчина убрал свою ладонь с глаз спутника, позволяя тому любопытно обозреть покои и их хозяев.       - Я Дезмонд, - представился парень, теперь, когда были видны его большие кристально-чистые голубые, как весеннее небо, глаза, ещё больше походивший на светлого эльфа, - а это Торвальд - мой друг.       - Телохранитель, - воинственно поправил мужчина.       Дезмонд недовольно нахмурился, но спорить не стал.       - И что же вас привело в столь ранний час в покои Чёрного Властелина? - поинтересовался Даэрос, невежливо рассматривая гостей, раз уж они тоже совершенно не стесняясь разглядывали их с братом.       - Чёрного Властелина? - напряжённо переспросил Дезмонд, мрачно переглянувшись с другом-телохранителем. - И кто здесь Властелин?       - Позвольте представить - мой брат Нэрнис Аль Арвиль.       Гости воззрились на Нэрниса, спешно заплетающего свои роскошные волосы в косу - из чёрного у него сейчас были только они.       - Он? - удивлённо переспросил Дезмонд.       - Что-то не похож, - скептически добавил Торвальд.       - Это вы меня ещё в костюме не видели, - мрачно пробубнил Нэрнис.       - И много Чёрных Властелинов вы видели? - обиженно поинтересовался Даэрос, который к созданию мрачной и тёмной репутации брата приложил и руки, и голову и много чего ещё.       Гости опять переглянулись.       - Метель считать? - задумчиво уточнил у спутника Дезмонд.       - Не думаю. Она была жуткой индивидуалисткой.       - Минатрикс тоже.       - Но у Минатрикс была армия, - возразил Торвальд.       - Значит, без Метели, - кивнул Дезмонд, соглашаясь. - Тогда двоих.       Даэрос с Нэрнисом воззрились на гостей. Названных ими имён они никогда не слышали. И теперь им становилось всё любопытнее и любопытнее.       - И чем здесь всё-таки воняет? - поморщился Дезмонд.       - Сланцевым маслом, - пояснил Нэрнис.       - Из-за запаха меня и сослали ночевать к брату, - признался Даэрос.       Дезмонд совершил какой-то странный пас ладонью, нараспев произнёс какую-то короткую фразу на незнакомом хозяевам языке, и в комнате разом стало приятней дышать.       - Как вы это сделали? - удивился Даэрос подозрительно принюхиваясь, а потом для надёжности обнюхав и Нэрниса.       - Магия, - небрежно пожал плечами Дезмонд.       - Магия? - изумился Нэрнис, в свою очередь принюхиваясь к Даэросу. - А какую стихию вы использовали?       - Это не стихийная. Скорее преобразование посредством приложения магических векторов к негативным примесям с расщеплением их.       - Что? - мотнул головой Даэрос.       Нэрнис тоже смотрел на гостей ошарашенно, пытаясь осознать сказанное Дезмондом.       - То есть, вы не использовали стихию? - уточнил Нэрнис.       - Честно говоря, - немного смущённо признался Дезмонд, - стихийная магия это не совсем моё. С огнём я ещё более-менее обращаюсь, и небольшое землетрясение могу. Но вот вода и воздух - совсем не моё. А вот заклительная магия - это интересно.       - Какая? - удивился Даэрос. Он-то считал, что уже много знал о магии тёмных и светлых эльфов. И даже чудесах сестёр Оплодотворительниц. Но сейчас они с братом опять столкнулись с чем-то неизведанным.       - Заклинательная, - беспечно повторил Дезмонд, не обращая внимание на укоризненный взгляд Торвальда. Если бы Даэрос сейчас не был так удивлён, то он вполне бы понял его недовольство - это же надо, Дезмонд просто взял и выложил совершенно незнакомым эльфам исчерпывающую информацию о своих магических способностях. Но тёмная подозрительность шепнула Даэросу, что может быть далеко не всю.       - А к нам вы тоже вломились с помощью этой вашей заклинательной магии? - поинтересовался Нэрнис.       - Не совсем. Это скорее пространственная магия, - объяснил Дезмонд. После его объяснений вопросов и непонятностей только прибавилось.       - А давайте мы пройдём на верхнюю террасу - здесь недалеко - сядем и спокойно обо всём поговорим, - предложил Даэрос, чувствуя, что разговор с незваными гостями затянется.       По дороге Даэрос сцапал за рукав удачно подвернувшегося сонного и всклокоченного Расти, велел ему разыскать кого-нибудь из работников кухни и попросить накрыть завтрак на террасе. И поспешил догнать Нэрниса, уведшего любопытно озирающихся по сторонам гостей.       - Интересные узоры на стенах, - похвалил Дезмонд. - Чувствуется мастерство художника и его тонкий вкус.       - О, благодарю! - чуть склонил голову Даэрос, польщённый искренней оценкой своих талантов.       На террасе компанию встретили прохлада свежего утреннего ветерка и два уродливых чучела.       - Что это? - оторопело спросил Дезмонд, которого Торвальд моментально задвинул себе за спину.       - Драконы, - тяжело вздохнув и надеясь, что объяснять дальше не придётся, ответил Нэрнис.       - Это? - округлившиеся от изумления глаза Дезмонда и нервное хихиканье Торвальда Даэроса совсем не удивили. Все видевшие творения, выходящие из-под неуёмных рук Сульса реагировали именно так. Или очень похоже. Или ещё более нервно.       - Жаль, что Гилтиас не отправился с нами в путешествие, - хмыкнул Торвальд внимательнее приглядываясь к спине чудовища. - А что это у него там?       - Рога, - мрачно признался Даэрос. - Вообще-то при жизни шкуры принадлежали выползням - это такие хищные и злобные твари, населяющие подгорные пещеры - для поединка с ними как раз и нужно обливаться сланцевым маслом. Но сделать просто чучела выползней нашему... хм... чучельнику Сульсу показалось задачей слишком тривиальной. Вот и получились... драконы. Ну, как он их себе представляет.       Несколько работниц кухни быстренько притащили подносы с незатейливыми закусками. Устроившись перед каменным кубом, служившим в таких случаях столом, Даэрос продолжил расспросы:       - Итак, как вы всё-таки к нам попали?       Вопрос был актуальным. На местных запредельных жителей гости похожи не были совершенно. И магию Дезмонд использовал какую-то совершенно незнакомую. Чуждую даже.       - Мы исследовали заброшенные подгорные пещеры в надежде найти затерянные Врата в Энию. И нам казалось, что нашли, - начал рассказ Дезмонд. - Вернее, мы действительно нашли Врата. Активировать их, согласно древним инструкциям, нам тоже удалось. Мы шагнули в них, но оказались не в Зале Перехода, а прямо в, как теперь понимаю, вашей спальне. И не в Энии.       - Эния? Это вообще где? - недоуменно спросил Нэрнис, который считал, что достаточно хорошо разбирался в географии. Но такой страны на картах он точно никогда не видел.       Дезмонд вздохнул, переглянулся с Торвальдом. Тёмная подозрительность нашёптывала Даэросу, что слишком уж часто эти двоя переглядывались. Будто вели между собою молчаливый диалог. Может, и впрямь мыслями общались? И кто знает эту странную заклинательную магию Дезмонда - может, она позволяла ему и чужие мысли читать?       А гости, между тем, взглядами о чём-то договорились, и Дезмонд начал рассказ:       - Эльфийское королевство, в котором я родился, называется Эния.       Теперь уже переглянулись Даэрос с Нэрнисом. О подобном королевстве ни один из них никогда не слышали. В их мире существовало всего три владения, населённого эльфами. И Энии среди них абсолютно точно не было. А Дезмонд продолжил свой рассказ, не обращая внимание на недоумение своих слушателей:       - В нашем мире конечно есть и государства, населённые людьми. Торвальд, например, родился в одном из них. Но наш мир, как выяснилось, не единственный, пригодный для обитания живых существ. Нам с Первым Придворным Магом удалось открыть портал на Ксентарон. Там тоже обитают эльфы - они когда-то переселились туда из Энии. Наши миры раньше связывали Врата. Но они либо были разрушены, либо знания о них были утеряны. Я и Торвальд исследовали подземные чертоги гномов в поисках Врат.       - Ну и нашли, - хмыкнул Торвальд.       - Только привели они нас к вам, - подытожил Дезмонд.       - Вы хотите сказать, что пришли к нам из иного мира? - осторожно уточнил Даэрос.       Дезмонд и Торвальд синхронно утвердительно кивнули.       - Получается, где-то есть какие-то загадочные Врата, через которые в спальню моего брата могут в любой момент ввалиться незнакомые эльфы? - поражённо пробормотал Даэрос.       Дезмонд пожал плечами. Выглядел он слегка смущённо.       - Не совсем так. Найти и открыть их сможет далеко не всякий эльф.       - К тому же, когда Первый Придворный Маг нас отсюда заберёт, решив, что Дезмонд достаточно нагулялся и просто отлынивает от своих обязанностей, то королева Алатиэль обязательно пришлёт сюда своё посольство для налаживания дипломатических связей. И команду магов для изучения свойств Врат. Вполне возможно, что портал можно открыть и с вашей стороны, а значит, ваша спальня, превратиться в пограничный пункт, - посулил Торвальд.       Верить вот так сразу впервые встреченным существам Даэрос не спешил. Но и не верить было как-то... жутко. Всё-таки лучше иметь соседа, который стремится наладить с тобой дипломатический контакт, чем соседа, стремящегося завоевать твои земли. Даэрос прекрасно знал, как поступил бы Амалирос - повелитель тёмных, обнаружив у себя в спальне незнакомцев: живо заточил бы их в изолированный - без всяких окон и дверей - пузырь в толще камня. И развил бы кипучую деятельность, выясняя, чьи это шпионы. Из-за тёмной подозрительности Повелителя, давно переросшей в паранойю, никто из правителей к тёмным эльфам свои посольства не присылал, даже светлые собратья на это отваживались крайне редко. Брать пример с собственного Повелителя Даэрос не хотел категорически. По крайней мере, в данном аспекте.       Интересно, а как бы поступил Владыка светлых? Даэрос посмотрел на брата, во все глаза рассматривающего дивных пришельцев и принял решение:       - Давайте после завтрака мы с братом проведём вам экскурсию по подгорным чертогам.       Гости, конечно же, не возражали.       Торвальд переводил внимательный взгляд с одного эльфа на другого.       - Вы говорите, что братья, - наконец задумчиво сказал он, - но вы совершенно не похожи.       - Моя мать и отец Даэроса действительно родные брат и сестра, - спокойно и уже привычно пояснил Нэрнис. - Мой отец - светлый, и я светлый. А мать Даэроса - тёмная. И он полутёмный.       Сам-то Даэрос считал себя полусветлым, но поправлять брата не стал, решив, что в данном случае решительного значения это не имело. А вот гости переглянулись как-то напряжённо.       - Полутёмный? Как такое может быть? - наконец спросил Дезмонд.       - А у вас в Мире разве нет тёмных эльфов? - полюбопытствовал Даэрос, хоть и привыкший, что вопрос его происхождения ставил в тупик абсолютно всех встреченных им эльфов - и тёмных, и светлых, но так и не полюбивший эту тему.       - Есть конечно, - утвердительно кивнул Дезмонд. - Некоторые идут по пути Тьмы. И это, конечно, накладывает отпечаток на внешность, - тут он вспомнил когтистую лапу Деймоса, в которую превратилась вполне обычная эльфийская рука Дельвиэта. - Но выбор по какому пути следовать зависит от личного выбора - либо путь Света, либо путь Тьмы.       Теперь уже недоумённо переглянулись братья.       - И чем конкретно отличаются тёмные эльфы от светлых? - осторожно подбирая слова, уточнил Даэрос, чувствуя, что они как-то совершенно по-разному с гостями определяют понятие "тёмный эльф".       - Средствами, которые мы применяем для достижения наших целей, - уверенно ответил Дезмонд. - У светлого эльфа в арсенале не может быть кровавых ритуалов, жертвоприношений, или некромантии.       Нэрнис смотрел на Дезмонда с ужасом - неужели в Мире, из которого тот к ним пришёл маги практикуют жертвоприношения? Страшный, наверное, у них Мир.       - А некромантия - это что? - дрогнувшим голосом поинтересовался Нэрнис.       - Поднятие мёртвых, - поморщившись, ответил Торвальд. Весь его вид красноречиво выдавал его презрительное отношение к подобным магическим практикам.       - Оживление? - изумился Даэрос, не вполне веря рассказу гостей. В его голове не укладывалось, что маги, в каком бы они Мире ни жили, способны оживлять умерших.       - Нет, - возразил Дезмонд. - Поднятие мёртвых тел. Мертвецов можно заставить выполнять некоторые действия. Или заставить сражаться. Слепо бросать их в бой - это самое частое использование, рвать на части всех встреченных живых - это их всецелое стремление. А оживлять умерших способны только Боги.       В глазах Дезмонда промелькнула боль. Почти неуловимо. Даэрос бы решил, что ему это только померещилось, но он заметил, как Торвальд понимающе смотрел на друга. И в его взгляде читалась... вина?       - Ужас какой! - Нэрнис смотрел на гостей так, будто те проделали подобный ритуал поднятия прямо на его глазах. Даэрос, от природы одарённый богатейшей фантазией, тоже в красках представил себе армию разлагающихся мертвецов, застрявшую в подземных переходах.       - Я правильно понимаю, что тёмными эльфами в вашем мире не рождаются? Ими могут стать маги, практикующие определённые ритуалы? И любой маг, даже ты, Дезмонд, может стать тёмным эльфом?       - Дезмонд - не может, - отрезал Торвальд таким тоном, что всем стало ясно, что даже пытаться оспаривать его точку зрения - абсолютно бесперспективное занятие.       - Выбор маги делают сообразно своим жизненным обстоятельствам и амбициям. Как и все люди. Ворами, например, тоже не рождаются. Кто-то просто решает для себя, что он станет наживаться не честным трудом, а за счёт других. Так и в магии, - мягко пояснил Дезмонд, одарив Торвальда благодарным взглядом, - выбор Пути основан на наших нравственных ориентирах.       - А кто в вашем понимании "тёмные эльфы"? - поинтересовался Торвальд.       Нэрнис тяжело вздохнул. Эту историю разделения в их Мире знали все расы - и люди, и гномы, и даже гоблины с орками. Даэрос уже мысленно прикидывал, как уместить целую историю в ёмкий короткий рассказ.       - В нашем Мире тёмные эльфы отличаются от светлых не по моральным принципам, а внешне и магией, которой мы обладаем. Светлые эльфы имеют глаза и волосы разнообразных оттенков, повелевают стихиями воды и воздуха. А тёмные эльфы все беловолосы и темноглазы. И сила наша действует только под землёй - вдали от солнечного света. Впрочем, есть и исключения. Например, наши правители - у них для применения силы нет таких ограничений. Или такие, как я. Так уж получилось, что когда-то наш народ разделился на двое. И только теперь мы пытаемся вновь наладить отношения, и если не собрать эльфов в единый народ, то хотя бы установить прочный мир.       Чуткий слух Даэроса уловил возню и приглушённые ругательства в коридоре, выводящем на верхнюю террасу. Ларгис уже пытался увещевать, что Великий Открывающий исключительно занят. Но аргументы не подействовали и вход пошли ругательства. Светлые. Подхваченные у Веиласа. Вообще младший сын Озёрного Владыки имел безусловный талант учить плохому не только примитивных орков, но и вполне разумных и опытных тёмных разведчиков. Да чего уж там? Даэрос и сам поймал себя как-то на том, что частит Айшака "поганкой бородавчатой". Но остановить Сульса не могли никакие "рогатые гидры" или даже "пиявки беспозвоночные". Он прорвался на террасу.       - Вы мне обещали гобелен!       Нэрнис побледнел. Даэрос его хорошо понимал. А всё дело в том, что Сульс, закончив наконец ваять свой многажды проклятый Даэросом роман, призадумался, и решил, что он талантлив во всём: и художник, и татуировщик, и чучельник, и писатель, и даже шаман. И во всём он гениален и добился вершин, которые уже никто не превзойдёт. И ему срочно нужно было придумать новое занятие, в котором он непременно добьётся таких же неподражаемых успехом! И тогда он вспомнил, что приличному Властелину совершенно точно необходимо украшать стены Цитадели гобеленами, на которых будут увековечены его Деяния.       Даэрос, по своему плачевному опыту знал, на что способен гений Сульса. Нэрнис, чьи деяния и предполагалось увековечить вышивкой на гобелене, тоже это прекрасно знал. Именно поэтому братья как могли всеми отговорками оттягивали момент покупки ниток и гобелена.       Но вот именно сегодня вопрос всё-таки встал ребром.       От внимания Торвальда реакция братьев не укрылась. Весело хмыкнув, он ринулся в бой под предвкушающим взглядом Дезмонда.       - А вы и есть тот самый Сульс - творец драконов?       Сульс, наконец заметив новых и заметно отличающихся от примелькавшихся ему уже тёмных эльфов личностей, да ещё и знакомых с его несомненно гениальными творениями, приосанился.       - Да, это именно я.       - Как я рад с вами познакомится! Я тут рассматривал ваших драконов. И хотел бы узнать о них поподробнее.       Дезмонд хихикал, вслушиваясь в преувеличенно восторженную речь друга, наблюдая как Торвальд вместе с Сульсом бегали то вокруг одного страховидла, то вокруг другого и охали над каждой странной анатомической деталью.       Даэрос этих восторги не совсем понимал, сам-то он к творениям Сульса почти привык, но такой бурной позитивной реакции ни у кого, кроме всецело преданного его таланту Жры, ещё не видел. Может, конечно, дело не совсем в Сульсе, а в том, что его чучела именовались драконами? Гостей драконья тема явно веселила.       - А есть ли у ваших рептилий имена? - наконец, закончив осмотр чучел, поинтересовался Торвальд.       - Конечно! Глист и Глист второй, - с гордостью представил Сульс.       - А почему их зовут так одинаково? - осторожно поинтересовался Торвальд, ошеломлённый именами драконов.       - Они названы в честь меня. И я не нашёл другого звучного слова, - признал Сульс.       - Да и выглядят они словно братья близнецы, - вмешался с критикой Дезмонд, не обратив внимание на недовольный взгляд Сульса, которого, вопреки расхожему мнению, обидеть было просто невозможно - он был слишком уверен в своей гениальности, и никакая критика эту его уверенность поколебать не могла, - Почему бы вам не окрасить одного из драконов? Например, в синий цвет.       Сульс призадумался. Совет показался ему дельным. А ехидного сдавленного смешка Торвальда он не заметил.       - Я думал, ты вспомнишь, на ком отважно рассекала небо Алатиэль, и предложишь золотой, - тихонько шепнул Торвальд, вновь усевшись рядом с Дезмондом. Но мимо острого слуха Даэроса эта фраза не прошла.       - Я слишком хорошо помню, кто вернул мне... - ответил Дезмонд так же тихо, но его голос дрогнул и он не договорил. Впрочем, судя по тому, как сжал его плечо Торвальд, тот хорошо понял, что именно осталось недосказанным.              Утомлённые экскурсией гости переваривали новые впечатления, пытаясь уложить в своей голове орков - армию Чёрного Властелина, которую Нэрнис со смущением, а Даэрос с гордостью им продемонстрировали, ритуал купания пленных орочьих вождей в подземном озере посреди тюрьмы, знакомство с Айшаком, попытавшемся сжевать плащ Дезмонда и чуть не получившим за это промеж глаз тяжёлым кулаком Торвальда (Даэрос с трудом успел вырвать край одёжки из пасти животного и затолкать того себе за спину) и историю про Орден сестёр Оплодотворительниц. Они плелись в сопровождении Даэроса и Нэрниса по подземным галереям и даже украшенные резьбой по камню стены - гордость Даэроса - больше не рассматривали, когда к ужасу братьев их компанию догнал Сульс. Нэрнис уже приготовился отбиваться от его очередных требований, но к его удивлению, тот сцапал под руку Торвальда и потащил в сторонку. Тот не сопротивлялся, позволив отвести себя на десяток шагов, только встал так, чтобы видеть Дезмонда и иметь возможность ринуться к нему без промедления в случае необходимости. Даэрос, внутренне ледянее - только междумирного скандала им и не хватало, наблюдал, как Торвальд развернул переданный ему Сульсом свёрток. Похоже, необычный гость, имевший неосторожность похвалить чучельный талант Сульса, удостоился сомнительной чести быть увековеченным на полотне. Братья переглянулись и приготовились приносить свои искренние извинения.       Вглядевшись, Торвальд сначала округлил глаза - Даэрос подумал, что нервы у воина должно быть нефраливые - он ещё помнил свою собственную реакцию на портреты в замке Руалон, и она была куда более бурной, но потом расплылся в улыбке.       - Дезмонд, ты только взгляни!       Эльфийский маг поспешил на зов друга, а Даэрос с Нэрнисом - оттащили Сульса подальше от гостей. Делая внушения отбивающемуся Сульсу о неуместности без согласования каких-либо подарков иномирным дипломатическим гостям, Даэрос, подстёгнутый тёмной подозрительностью, не забывал прислушиваться к разговору этих самых гостей.       - Вот достойный портрет на мою могилу! - восторженно сообщил Торвальд. - Сразу видно, что этот... кхм... человек жил в сражениях и геройски погиб. С такой харей просто невозможно заниматься чем-то иным! А то цветочки на холмике - это как-то не по рыцарски.       - Уникальный Золотой цветок - для тебя цветочки! - возмутился, но как-то вяло Дезмонд, забрав портрет из рук друга. Повернул его другой стороной. Всмотрелся. Повернул ещё раз и отдал Торвальду. - Не надо портить место поклонения великому Герою. А вот в Энийском замке аккурат в тронном зале он достойно оживит ряд великих деятелей, принёсших славу Энии. Пожалуй, стоит попросить местного художника написать и мой портрет.       - Тоже в тронном зале повесишь? - рассмеялся Торвальд. - Чтобы на фоне этих монстров - справа ты, слева я - прекраснейшая Алатиэль выглядела единственной героической победительницей тьмы?       - Нет, подарю его на долгую память нашему казначею.       - За что ты его так? - изумился Торвальд. Даэрос тоже боялся предполагать, чем таким мог кто-то провиниться, чтобы заслужить в подарок творение Сульса.       - Надоел. Ах, наипрекраснейшая королева! Ах, достопочтимый принц-консорт! - явно кого-то передразнивая, пояснил свою жестокость Дезмонд. - И всё время норовит облобызать руку. Причём, мою.       Торвальд, сначала улыбался, слушая, как Дезмонд кого-то нарочито жеманно изображал, резко посерьёзнел.       - Почему ты мне об этом раньше не рассказал?       - Потому что нам нужны живые придворные.       - Да не стал бы я его убивать! - возмутился Торвальд.       - И в презентабельном виде, а не с синяком на пол-лица и сломанной челюстью, - строго добавил Дезмонд, похоже, недовольный способами вразумления, которые использовал Торвальд.       - Если бы ты слышал...       - Что сказал тот расфуфыренный идиот-министр о моей жене, - перебил Дезмонд, - то сам бы дал ему в морду. Ты это уже говорил. И я даже допускаю, что всё именно так и было бы. Но, друг мой, прошу всё-таки сдерживать свои праведные гневные порывы впредь. Или хотя бы бей не по лицу, - закончил свою воспитательную лекцию Дезмонд, похоже, прекрасно зная, что Торвальд всё равно не сдержится.       - Хорошо, - вздохнув, будто с него требовали какой-то заведомо невыполнимый обет, пообещал Торвальд, - я постараюсь.       Обе воспитательных беседы - Дезмонда с Торвальдом и Даэроса при полной поддержки Нэрниса с Сульсом прервал запыхавшийся Расти, которого прислали оставленные сторожить спальню Нэрниса воины.       - Кажется, - заключил Даэрос, выслушав доклад своего молодого разведчика, - ваши Врата вновь открылись.       Дезмонд оглядел явно рукотворную пещеру - стены её до сих пор хранили следы гномьей кирки, заключил, что они вернулись ровно туда, откуда и начали своё путешествие - в подгорные гномьи чертоги Ксентарона. А значит, им ещё предстоял долгий подъём на поверхность. И непростой разговор с Ирдисом. Ох и разгневается Первый Придворный Маг, услышав историю их путешествия! Опять отчитает Дезмонда за то, что тот, презрев всякую опасность, сунулся в неизвестность. А как она станет "известностью" если в неё не соваться? Вот теперь зато они узнали, что на Ксентароне существуют врата, ведущие в ещё один обитаемый Мир. Мир Предела. Впрочем, учителя это вряд ли убедит.       Не упал споткнувшийся Дезмонд только благодаря реакции Торвальда, сцапавшего того за плечо и помогшего сохранить равновесие.       - Зашнуруй сапоги нормально! - велел Торвальд, осмотрев друга и обнаружив причину его неслучившегося падения.       - Я уже три раза их перешнуровывал, - пожаловался Дезмонд. Вышло даже как-то чересчур жалобно. А всё потому, что в голове у него уже почти звучала та самая воспитательная лекция - ещё чуть-чуть и Ирдису ничего и не понадобится выговаривать своему чрезмерно любопытному ученику - тот и сам прекрасно себе наказание придумает. А тут ещё и шнурки.       - Беспомощное эльфийское дитя, - поддразнил Торвальд, опускаясь и опираясь в каменный пол одним коленом. Ловкие пальцы быстро и сноровисто перешнуровали сапоги и завязали аккуратные узлы.       Смотреть на макушку Торвальда у своего живота было забавно. Дезмонд даже о предстоящем ему разговоре забыл.       - Вот думаю, на кого ты сейчас больше похож, - хмыкнув, сообщил Дезмонд, - на отрока, которого должны в рыцари посвятить или на прихожанина вашей церкви при исповеди?       - В рыцари меня уже давно посвятили, - ответил Торвальд. - А для исповеди, - он попытался вспомнить, когда вообще на ней был и что при этом полагалось делать, - вроде бы на оба колена встать надо. И, - тут Торвальд проказливо улыбнулся, вспомнив рассказ про казначея, - поцеловать руку.       Он упёрся в пол и вторым коленом и прижался губами к руке смеющегося Дезмонда.       - Я так и знал! - раздался самодовольный голос у Дезмонда из-за спины, заставив того обернуться через плечо, а Торвальда от неожиданности так и замереть не отстранившись от руки друга.       За спиной у Дезмонда стоял и ехидно улыбался Даэрос. Он явно передразнивая Торвальда попытался закрыть ладонью глаза Нэрниса, но тот просто приподнялся на цыпочки и теперь любопытно рассматривал своих новых знакомых поверх неё.