Swimming Pool

第一天 : Scared Дело близилось к вечеру. К августовскому вечеру. Погода отказывалась радовать теплыми деньками, стояла переменная облачность и местами дождь. Прохладно. Влажно. Мокрая трава, огромны и тяжелые ветви деревьев, мелкие цветочки. Сломленная сосна образовывала некий навес. Будто так и хочет остановить блуждающего путника. Под ногами хрустят прутики и упавшие шишки. Пьянит сознание чертов алкоголь. Спирт обманчиво греет человека, а на самом деле холод пронизывает до костей. Дарит тепло только легкая рубашка и темная кофта. Хисын любитель погулять в одиночку по густому лесу. Ему нравится атмосфера глуши и загадочности. В лесу всегда тихо и никто не достает со всякими просьбами и приказами. Абсолютный покой. Сегодня лес все такой же молчаливый. Вот-вот заснет сладким сном и только луна будет стеречь его сказочную красоту. Светлый лик луны изредка прячется за густыми облаками. Привычная дорога «в никуда» . Ветер ласкает уставшее лицо и проходится по нему совсем невидимыми и неощутимыми поцелуями. Что-то блестит. Отражает свет лунного светила. Чем ближе подходишь, тем холоднее и светлее. Сверкает как-то не по-настоящему, искусственно что-ли. Думается Хисыну, что он совсем крышей поехал, неужели алкоголь играет с ним в плохую шутку, изображая всякие галлюцинации. Но нет же. Он отчетливо видит воду…В бассейне? Что за бред! Быть такого не может. Нежно-голубая плитка, беспокойная вода и искры света. Вот что блестело, – бассейн. Но почему именно здесь? Ли делает еще пару шагов вперед, чтобы удостовериться, что тот не спит. И тут же взгляд падает на стоящий рядом знак «купание запрещено» он немного покосился, стоит криво, наклонен слегка вправо. Резко появляется желание бежать. Бежать без оглядки. Сердце сильно колотится и наровит выпрыгнуть. Причина всему этому – незнакомец, сидящий на ступеньке бассейна. Он свесил ноги в воду и сидит неподвижно. Но точно живой, слышно его глухое дыхание. Совершенно обнаженный. У него широкие, сильные плечи, подтянутое тело и худые, почти до костей руки и ноги. На локтях шрамы, чуть выше локтя тоже. Если присмотреться можно увидеть их и на бедрах. Но совесть не позволяет взглянуть ниже пояса. Мокрые черные волосы, что достаточно хорошо отросли и взлохмачены. Лица не видно. Бросает в дрожь. Поворачиваться к нему спиной страшно. Вдруг побежит за тобой. Но тот спокоен и застыл, будто каменный. – Эй, — окликает того Хисын, — Вам нужна помощь? — в ответ тишина. Он бледный, почти прозрачный. Если б свет был чуть ярче, можно было увидеть внутренности. Не верится, что он живой. Шаг ближе, хруст ветки. Хисын во всем винит проклятый алкоголь. – Извините, что побеспокоил…Вас… Ли бросился бежать, что есть силы. Не разбирая дороги выскакивает из леса и гонит в сторону дома. В голове только один вопрос: «что это было?» 第二天 : Stalemate Через неделю история повторилась. Все то же время, та же дорога, тот же день недели. Все идет по сценарию: лес, блеск, незнакомец. На этот раз не пьян, абсолютно трезв. Снова он. Сделав шаг ближе Хисын видит тоскливый взгляд «хозяина» этого бассейна. Глаза голубые, ненастоящие. Они ему точно не принадлежат, наверняка линзы. Он прожигает ими почти насквозь и заставляет чувствовать вину за ещё один визит. Смотрит прямо в душу. На лице родинки: на носу, на щеке, рядом с губой. Под длинной челкой густые брови. Красивый. Но такой бледный и больной. Так и хочется согреть его. – Здравствуйте… ещё раз, — молвит Хисын, — Вам не холодно? — и вправду, не замерз ли голубоглазый сидеть здесь голышом? – Мне жарко — отвечает тот. — он разговаривает? Хисын крайне удивлен, оказывается, он точно живой. В ту секунду, когда незнакомец открыл рот, Ли увидел его клыки. Острые и белые-белые. Он зовет Хисына сесть рядом, но тот лишь помотал головой и немного попятился назад. Взгляд голубоглазого сменяется с тоски на недовольство. Он хмурит густые брови и сужает очи. Пристально смотрит на Ли. – Я сяду…только ответите мне на пару вопросов: кто Вы и почему Вы здесь? — Хисын сжимает в руках ткань кофты. – Я скажу. Садись. В ногах правды нет. Хисын покорно подходит к тому ближе и садится подле. Видит, что у того на левой ноге, там, где лодыжка, туго затянута веревка. Голубоглазый берет Ли за руку. Кисть у него мокрая и такая холодная, ледяная. Хисын, как заколдованный закрывает глаза и видит, словно сон, страшную картину: группа людей, человек 5-6 связывают локти, ноги, закрывают рот рукой… тому, с кем сейчас сидит рядом Ли. Попытки выбраться оказываются бесполезными. Те в несколько раз сильнее него. Он пытается кусаться. Вместо голубых глаз – карие; наполненые слезами. Знакомый бассейн. Тело бросают в воду и топят вниз. Смех, злорадство – с одной стороны, жадные попытки глотнуть воздух – с другой. «Умри, Сонхун!…» эта фраза повторилась эхом ещё несколько раз. Дрожь по телу. Хисын глядит прямо в очи васильковые, такие уставшие и тусклые. – Сонхун?… — разрывая зрительный контакт, начинает Ли, но голубоглазый останавливает его: – Запомни, никогда не ходи по лесу один, особенно ночью или поздним вечером, никогда, – чуть повысив голос повторяет Сонхун, – ты слышишь, никогда! Хисын опешил. Студеная рука сжимает чужие пальцы, от чего Хисыну становится не по себе. Такое ощущение, что давят не на руку, а прямо на сердце. Легкие в попытке раскрыться сильнее, но все напрасно. Ли отпрянул, на что получил сильно осуждающий взгляд Сонхуна. Голубоглазый не терпит такого действия и тут же хватает Ли за плечи. Бубнит под нос что-то нечленораздельное, сжимает в сильных руках чуждое тело и смотрит в душу. Холодно. Хисынов кадык неровно подпрыгнул, а глаза начали невольно приобретать цвет хабра. Не в силах он сдвинуться с места, будто замерз, как ледышка. – Отпусти — изрекает Хисын, — не моя вина в том, что тебя утопили, — взгляд его падает на дно бассейна, где лежит настоящее тело Сонхуна. Истерзанное, неживое, — знаю, натерпелся ты боли… но я здесь ни при чем. – Я просто хочу чтобы ты был со мной. Останься навеки вечные со мной, забудь о реальном мире, — блеск бассейна слепит голубые глаза, — мне так одиноко. Хисын пытается возразить, скалится, но через пару мгновений теряет дар речи, становясь совершенно безжиненным, а цвет его глаз сковываеться льдом искусственного цвета. – Спасибо, что остался. Проведем оставшуюся вечность вдвоем.