Дважды полюбить сигареты

      Солнце светило ярко и непозволительно долго. Казалось, что летом оно никогда не садится. Йеджи сидела на ступеньках подъезда одного солнечного двора, улыбаясь солнцу. Она не видела проблему в солнечной погоде, это ведь точно лучше дождя в каникулярные дни. Это была первая причина любить солнечные дни.       Но ее покою помешал груз сзади, и вот уже рядом опускается тело. На плече девушки покоилась знакомая ладошка, на лицевой стороне которой виднелась татуировка солнца. У Йеджи была тоже татуировка. На том же месте, только луны. Повернув голову, Йеджи встретилась с яркой улыбкой Рюджин. А это была вторая причина, почему она любила солнце.       Рюджин всегда улыбается ярко и зовёт гулять, доставая Хван из квартиры. А Йеджи с радостью выходит, но мелких оставлять нельзя же, поэтому берет собой. — Сидишь хмурее голубя. Сижки есть, а то отец забрал вчера последние? И где мелкие? — Спросила Шин, на этот раз рассматривая скамейки и деревья в поисках знакомых силуэтов. — Младше меня, а куришь, как ешь. Обойдешься. Юна с Чер где-то там гуляют. — Всмысле обойдусь? Ну, Джи, тебе жалко подруге? —Младшая шуточно надула губы, ожидая поддержки. — Потом, Рю. На, твои любимые, еле достала.— Йеджи кинула темноволосой пару конфет, вставая. Шин приняла призент, одну конфету засунув за щеку, остальные положила в карман. — Смотри и оглядывайся.—Буркнула Рюджин, но уже через секунду побежала за Хван в поисках младших.       А Йеджи нашла Юну с Черён. Первая закрывает собой велосипед от какого совсем подростка, упавшего на землю, а вторая что то грозно доказывает на этот раз парню. Не думая, Хван ринулась на помощь, надев всю серьезность на лицо. — Эй, малолетки-недоростки, вы в прошлый раз меня не поняли? Джисон, нормальный же парень, а в свою компашку какого то мелкого засунул. Отстаньте от моих, либо…—Хван загородила собой подростков, но договорить ей не дали. Черён произнесла слова, которые заставили Йеджи улыбнуться. — Онни, а зачем Рюджин палка? — Не знаю, Рен, но лучше тебе отойти.—Тихо, но с улыбкой, произнесла Йеджи, оглядываясь в сторону Рю. — Мудак, отошёл от них! Сейчас без головы останешься, орехи чем щёлкать будешь? Белка без мозгов, иди на дуб забирайся.       И в тот момент «белка без мозгов» накинулась на Шин, которая в свою очередь ловко орудуя палкой, отбивалась.       Совсем скоро Йеджи вместе с позднее пришедшим Крисом и Джису, разбирала драку, оттягивая Рюджин от Хана. Обхватив ее за талию и прижав к себе, Йеджи оставляет Джисона Крису, думая, что ещё подойдёт к ним, а пока что зовёт за собой всех остальных. — Юна рассказывай, пока я буду обрабатывать синяки нашей обезьяне.— Шмыгнула старшая, доставая из наплечной сумки, все что может понадобиться. Дорожную перекись водорода, салфетки и пластыри. — Эй! — Шин явно была недовольна новым прозвищем, но все же затихла после следующих слов, бурча что то про несправедливость. — Тихо. Юна, начинай.       Рассказ Юны был похож на все остальные. Они с Черён катались на велосипеде, но к ним подошли Джисон и Чонин, как оказалось. Начали отнимать велосипед, а дальше все видели. — Поняла. Тогда ты — Она указывать на Юну — и ты — Хван указывает на молчаливую Черён — идёте с Джису куда нибудь в другой двор, мы к вам придем позже, только будьте аккуратнее, чуть что к Чхве, поняли?       На что подростки кивнули и пошли к Су, которая кивнула в свою очередь Йеджи. Как только они отошли достаточно далеко, Хван перевела взгляд на девушку, что все это время сидела перед ней. — Идём к Крису? Только не отчитывай меня перед ним, как будто мне не 17, а 5.— Шин уже встала и начала хромать в сторону парней, которые явно не были готовы разговаривать, Чан все ещё отчитывал их. — Стоять.- Рюджин остановили ловким движением руки и вернули на место.- Подожди, если хочешь так к Чану, то мы к нему безусловно сходим, но сначала ногу давай. И вижу, на руках ссадины. У тебя ранок больше, чем веснушек. Когда ты только успеваешь.       Они сидели в тишине. Иногда младшая издавала шипение от того, что царапины на коленях щипали от перекиси. Иногда слышалось, как Чан отчитывал Джисона за то, что учит Чонина не тому. — Слушай, Джи. Можно попросить тебя об одной просьбе? —Нарушила тишину Шин о чем то задумываясь. — Чего тебе? Сигарет не дам. — Да сигареты у меня есть. Давай когда мы перестанем общаться, то перед этим сделаем что нибудь? — Что например? Давай сюда руки. И откуда у тебя сигареты, сказала же, что забрали? И подожди, почему мы перестанем общаться? Ты уезжаешь? Куда? Почему?       В голосе Хван явно слышалось волнение. Она не хотела расставаться с Рюджин, тем более, Рюджин живёт здесь, в этом городе, в этом дворе, куда ей уезжать?       Рюджин протянула руку с ободранными костяшками. — Ну… Расскажем друг другу самый сокровенный секрет? И нет, я пока что на месте, ну просто, мало ли. — Секрет? И ты мне говоришь, что тебе 17? Хорошо, договорились. Но ты же знаешь, что можешь рассказать мне все что хочешь? — Улыбнулась Хван, наклеивая пластырь. Оттянув край кофты Шин, она краем глаза замечает красные отметины, кажется, совсем недавние. — Приходи ко мне. Я не хочу однажды выйти на улицу и не увидеть тебя.—Шепотом произнесла Хван, смотря на Рюджин. — У тебя и так орда маленьких подростков, и Джису иногда. Я тебе куда? Не волнуйся ты так. И сигареты у меня твои, они выпали у тебя, пока ты бежала к мелким. — Улыбнулась Шин, срывая с земли ромашку и отправляя ее за ухо Йеджи, встаёт. Молча обнимает старшую и убегает, крича о том, что ждёт ее на стройке какого-то дома.       Йеджи встаёт и смотрит в след. «Орда маленьких подростков и иногда Джису» — было действительно так. Из этой всей компании первая к Хван попала Черён. У Ли, пожалуй, самые лучшие отношения с семьёй, но летом Черён всегда просилась в город в «летнюю школу для поддержания знаний», а на самом деле чтобы погулять с ребятами со двора, провести вечера на стройках и жить в старой квартирке Йеджи, но самой уютной в мире. В летней школе она тоже «появляется» благодаря Йеджи и ее близкому общению с Чаном, который работает в этой школе и отмечает посещаемость Ли.       После Черён к Хван попала Юна. Вот её история действительно грустная. Живя в семье религиозных фанатиков, младшая Шин сбежала, ведь была влюблена в одну девушку, которую Хван конечно же знает. И знает, что это взаимно, но не говорит, все же это не ее история любви.       Джису общалась с Хван давно, с самой школы, но сильнее они начала общаться, когда у Йеджи начала жить Юна. И тогда старшая все поняла сразу. Решив не мешать строить им свои отношения, Йеджи просто наблюдала со стороны.       А Рюджин не жила у Йеджи. Она была у нее в гостях, иногда могла остаться на ночь, но это был совсем редко. Шин не хотела заставлять Хван волноваться, а Йеджи волновалась только сильнее. Они начали общаться как-то непонятно, но тогда точно жила у старшей Черён. И пусть Рюджин не любила или просто не хотела бы ночи проводить у Хван, но у Йеджи всегда готов уголок для Рюджин дома. Там всегда чисто и убрано, на полках стоят любимые книги и старое радио, которое Рюджин почему то любила, а в маленьком ящике лежат любимые конфеты Шин. А на дне этого ящика лежат сигареты, и Джи знает, что младшая нашла бы их, но они вместе сделали ли бы вид, что никто ничего не знает. — Джи, только не говори, что влюбилась. Ты уже минут 10 стоишь и смотришь на дорогу, ожидая, что она вернётся. Давай, лучше беги к ней.—Послышался знакомый мужской голос Чана, который подошёл сзади. — Не говорю, ты все сказал за меня. Ты лучше скажи, как там Джисон? Передай Минхо от меня извинения, он же волнуется. И нормально всё, Рю ему не сильно дала своей палкой? И про Черён в школе не спрашивают? И как там Чонин, он вроде на землю упал. — Все хорошо с ними, и с Ханом, и с Чоном, и с Черён. Минхо передам. Беги говорю, а то сейчас скурят твои ментоловые сигареты.—Улыбнулся старший, легонько толкая девушку. Девушка в свою же очередь махнув рукой, отправилась на стройку, одновременно звоня Джису и говоря о том, что пусть их они не ждут, а как только станет темно, пусть идут домой.

***

      Голова Рюджин покоилась на коленях Хван, которая в свою очередь смотрела на горизонт. Они сидели на втором этаже строящегося здания. Сегодня у рабочих был выходной, поэтому на стройке было пусто. Потихоньку уже темнело.       Где-то за спинами девушек лежали пачка от сигарет и вишнёвая Кока-Кола. — А прикинь, мы сейчас упадем и разобьёмся.—Шмыгнула Шин, наматывая на палец розовую прядь Йеджи. Йеджи же шумно вздохнув, опускает ладонь на талию Рюджин и подвигает к себе. — Йеджи, ты похожа на большого рыжего кота.— Зевая, произнесла Рюджин смотря на Хван. — Почему на рыжего? — Не знаю. Мне кажется, тебе бы пошел рыжий.       Пожала плечами Рюджин, все так же смотря на старшую, словно что-то желая произнести. — Чего смотришь? Я перекрашусь в рыжий, если хочешь. Кстати, ты тоже похожа на кота, на черного и маленького, но точно ловкого.—Еле сдерживая улыбку произнесла Йеджи, поглаживая большим пальцем ладошку Шин. — Хочу, но твоя розовая прядка тоже классная. — Шмыгая носом говорит Рюджин, переводя взгляд на небо — Как думаешь, почему Солнце садится? — переходя на шёпот спрашивает девушка. — Солнцу тоже нужно отдыхать. Пока оно будет отдыхать, Луна заменит его. — поддерживая идею шёпота, произносит Хван. — Но Луна есть и днём, ее просто не видно. Когда она будет тогда отдыхать? — Луне несильно нужен отдых, если она может поддерживать Солнце. Думаю, Луна счастлива быть рядом с Солнце .- девушка переводит взгляд на черноволосую. — Правда? — спрашивает Рюджин, сначала переводя взгляд на татуировку, а потом на Йеджи. — Конечно. — Хван наклоняет голову к девушке. Она долго что-то ищет в глазах напротив, а потом все же касаясь своими губами губ Рюджин, легко и нежно, почти сразу отстраняясь. Этого быстрого действия ей хватило, чтобы почувствовать вкус собственных сигарет на чужих губах.       Йеджи смотрела на Шин, пытаясь увидеть в ее глазах, движениях, в чем нибудь хоть что-то. Но младшая была непроницаемой, все так же поддерживая зрительный контакт. — Думаю, Солнце тоже счастливо видеть рядом Луну. — наконец улыбается Рюджин, почти сразу же попадая в объятия старшей девушки.

***

      Вернулась домой Йеджи поздно вечером, проводить Рюджин до дома она была обязана.       Зайдя в квартиру, ее встречает Джису, которая улыбается ей и произносит: — Юна с Черён спят, иди выпей чаю. И как там на стройке?       С вопроса Хван залилась кашлем, явно не ожидая его. Чхве стучит по спине, помогая перестать кашлять. — Кто то ещё видел? — Минхо, Феликс, Минджон и вроде всё. — Джису с улыбкой наблюдает, как глаза старшей увеличиваются. — А, нет, ещё Чанбин, который сказал, что хочет повторить с Черён. А Минджон вам уже завидует, говорит, что Джимин не обращает на нее внимание. Минхо сказал, что рад за вас, но не от всего сердца, потому что Джисон весь день ныл от удара палкой. Феликс промолчал, но улыбался — Так, подожди. Чанбин хочет повторить с Черён?! Ей 17! — Рюджин, кстати, тоже. И чего ты волнуешься, Черён уже достаточно взрослая девушка, а Чанбин очень мил с ней. — Все равно, Чанбин иногда бывает слишком груб. Если он хоть пальцем тронет Рен, хромать будет не только Хан. — Йеджи, тебе нужно успокоиться. Они даже не гуляли вместе. Пошли на кухню, выпьешь водички. — Произнесла Чхве, ведя Хван на кухню и там уже наливая ей воды, продолжая диалог.

***

— Ю, прикинь, они даже не догадываются, что мы с Бинни уже гуляли и он мне цветы дарил. — Чер, спи давай, у меня итак кошмары, а конфетно-букетный период Чанбина дополняет эту коллекцию. — Сказал мне человек, который уже год подряд подбрасывает Джису конфеты в карман кофты — Черён, просто спи. — недовольно буркнула Юна, отворачиваясь от Ли, засыпая.

***

      Лил дождь и было около трёх часов ночи, когда в дверь начали звонить. Йеджи сидела на кровати и пускала дым сигарет в полуоткрытое окно, Джису ещё сидела рядом с Юной на случай, если младшая вновь проснётся от кошмаров. Переглянувшись с Су, старшая взяв книгу со стола поудобнее, отправилась к входной двери.       Посмотрев в глазок, девушка ничего не увидела — было темно. Спустя немного времени, Йеджи тихо произносит, удивляясь хрипоте своего голоса. — Кто там? — Джи, открой, тут холодно. — Слышит знакомый голос Хван, в то же время открывая дверь. Перед собой она видит заплаканную Рюджин в длинной куртке, явно в чужой. Йеджи узнала в ней свою.       Дальше старшая не рассматривала Шин, тяня ее в квартиру, закрывая дверь на замок. — Су, это Рюджин.       На кухне слышится звук, как положили что-то тяжёлое. Спустя минуту выходит Джису и махнув головой Рюджин, скрывается в зале. — А почему Джису не спит? — явно слишком громко и спокойно для атмосферы спрашивает Шин. — Йеджи, ты обещала.- слышится голос из гостиной, напоминающий об обещании не разглашать о настоящей причины посиделок ночью. — У тебя заплаканное лицо, порванные джинсы, мокрая насквозь куртка и ты спрашиваешь, почему Джису не спит?! Шин, я сейчас заставлю мыть тебя полы, вылизывая его языком и одновременно петь все песни Got7, а после пересказывать историю Кореи начиная с Древнего Чонсона! — Переходя на крик, обещала Хван, снимая куртку с девушки, на которой где то в углу кармана было вышито сердечко когда-то прошлым летом, и грязные кроссовки, шнурки которых давно потеряли цвет. — Йеджи, ты слишком жестока — голос из гостиной безразлично напомнил о том, что уже ночь. — О, Джи, я готова петь только песни самой лучшей группы третьего поколения. — Подавляя нервный смешок от нарастающей истерики, шепотом произнесла Рюджин. — Отлично, я посмотрю на это позже, а теперь отправляйся на кухню, пока я буду искать тебе вещи.- Все ещё недовольная старшая провела свое главное воспоминание этого лета на кухню, где поставила чайник на плиту закипать и отправилась за вещами.       Обыскивая старый комод в поисках подходящей одежды, Йеджи поняла, что скорее всего знает причину появления Рюджин в ее квартире ночью. Отец Шин. Этот мужчина любил скидки на пиво в магазине, больше чем собственную дочь. Запивая воспоминания об ушедшей любви в виде матери Шин, носитель самого противного лица часто отправлял бутылки в Рюджин, а если даже и промахивался (в общем-то, промахивался он всегда), то в ход шли ожиревшие руки, от которых прятаться было труднее. — Держи, переодевайся. Сейчас чая лёгкого выпьешь и спать пойдёшь, ты слишком устала. Расскажешь все завтра. — Все ещё хриплым от сигареты, которая давно потухла в пепельнице, голосом произнесла Хван, опуская стопку вещей на стол.       Пока младшая переодевалась прямо на кухне, Йеджи в том же месте заваривала ей чай. Вместо конфет или печенья, она положила несколько таблеток успокоительного рядом с кружкой, которую поставила перед Рюджин. Пока Шин пила чай, хозяйка квартиры развешивала мокрые вещи по батареям, которые не грели, но отлично выполняли функцию сушилки. — Прости за то, что так пришла резко. Мокрая и грязная вся. Ты ещё и развешиваешь, и вещи свои дала.- Тихо произносит Рюджин, ставя пустую чашку в раковину. — Я любой тебя люблю. — Устало произнесла Йеджи, улыбаясь уголками губ и обнимая девушку перед собой. — Йеджи, я спать и вам советую, до утра два часа осталось. — Послышался голос из гостиной, напоминающий о том, что уже 4 утра. — Спокойной ночи, Су! Пошли, послушаемся ее хотя бы раз. — Шмыгнула старшая, ведя сонную черноволосую к ее спальному месту. Рюджин сразу же забралась под одеяло, бормоча благодарности и желая хороших снов. — Я тебя тоже люблю.- чуть громче выделила Рюджин, наконец засыпая. Йеджи сидящая рядом опять же улыбнулась, засовывая сигарету к себе в рот. Она не то что не хотела спать, просто знала, что из-за событий сегодняшнего дня не уснет.

***

      Проснулась Йеджи рано. Причина тому был звонок в дверь. Вставая с кресла, на котором Хван уснула и отряхивая себя от пепла сигарет, девушка направляется к двери, не особо обращая внимания на окружение. Она знала, что Джису будет спать, Юна тоже, Черён может проснуться, а может провожать последние сны, а Рюджин слишком уставшая, чтобы бодрствовать.       Смотря в глазок, Хван только нервно усмехается, уже мало чему удивляясь. Открыв дверь, она уставилась на парня перед собой. — Чанбин, ты тут каким боком? На дворе семь утра, проваливай, а? Я заснула два часа назад. — тихо говорит девушка, зевая. — А Черён случайно не проснулась? Мы с ней договорились вчера выйти погулять утром, там что то вроде свидания.- Явно смущённый появлением Йеджи, а не Черён, говорил Чанбин. — Свидание? Ладно, мне пора привыкать. Просто скажи, ты ее любишь? Если это какая то шутка, и ты хочешь с ней поиграться, Чану придется ходить в больницу. — Эй, да как ты можешь сомневаться в моих чувствах? Я люблю Черён сильнее… Сильнее, чем ты… — Договорить ему не дали, закрыли рот рукой. — Чего ты разорался, все же хорошо. Ты, давай, проходи, сейчас посмотрим, спит там Черён или нет. Но имей ввиду, я конечно не Феликс, черный пояс по тхеквондо не имею, но знаешь как дерусь. — Шмыгнула девушка, убирая ладонь и проходя вперёд, в поисках Ли.       Черён действительно спала и тогда Хван устало вздохнув, начала ее будить. Все попытки не так хорошо срабатывали, но заветные слова: — Я знаю, что ты гуляешь с Чанбином-оппой.       Заставили проснуться даже Юну, не то что Черён. — Что?! Откуда? Йеджи, давай я объяснюсь. Он хороший парень, я знаю, что ты его особо не любишь, но он всегда мне помогает и вообще, мне уже семнадцать!..- Начала тараторить Чёрен, медленно вставая перед старшей, которая сложила руки у груди. — Что?! Э, Хван, чем это я тебе не нравлюсь?! Ты знала, что я был на стройке вчера, так сейчас все узнают, что ты там делала! — Послышался мужской голос с кухни. — Она назвала Чанбина оппой… — Где то бормотала Юна — Бинни ещё тут… Онни, а что ты делала на стройке вечером? — Резко спросила Ли, с хитрой улыбкой смотря на старшую. — Мне тоже интересно! — послышался голос самой младшей. — И мне! — На этот раз это уже был совсем новый голос для их обычного утра. — Рюджин? Откуда она здесь? — Шмыгнула Юна, смотря на однофамильцу. — Слушайте, ребят, я спать хочу. Черён, иди гуляй с Чанбином, Юна буди потихоньку Джису, она мне тут необходима, а Рюджин, давай, не придуривайся. — Зевнула Йеджи, скрываясь в своей комнате. — Не придуривайся… Рюджин, может ты нам расскажешь? — Я буду говорит только со своим адвокатом, а это либо Йеджи, или хотя бы Джису. И я тоже хочу спать.- Отвертелась Шин от младшей, отворачиваясь. — Бинни, может хотя бы ты расскажешь? — Послышался голос Ли, которая собирала вещи на прогулку. — Да мне проще показать будет, дорогая. Давай, я жду тебя на улице. — Дорогая… Уже утро, откуда эти кошмары. — Все ещё бормотала Юна. — Тебе не нравится это милое прозвище? — Где то рядом послышался голос Чхве, которая явно была недовольна тем, что проснулась так рано. — О, онни. Нравится, ну просто от Чанбина не привычно слышать. От тебя, к примеру, было бы привычнее — последнюю фразу Юна произнесла совсем тихо, стараясь не обращать внимания на красные уши. — Слушай, а что на стройке то было? — Я поняла тебя. А если я скажу тебе про стройку, то наша любимая Йеджи-онни выгонит нас из дома. — Джису встала. — Я завтракать, приходи, дорогая.- последнее слово старшая специально выделила голосом. Не смотря на Юну, девушка направилась в сторону кухни.

***

— Йеджи, вставай. Пора уже, все проснулись. К нам даже Хенджин с Сынмином приходили. — послышался тихий голос где то рядом с ухом. — Ещё минуту. Что за неуважение к старшим? — бормотала старшая, отворачиваясь от Рюджин. — Ну же, Джи, я пообещала Юне рассказать, что же такого было на стройке. — Ухмыльнулась Шин, оставляя лёгкий поцелуй на веске старшей.- Я сейчас уйду. — Не уйдешь, ты не так жестока.- Открывая глаза, произнесла Хван, все же поворачиваясь в сторону Рюджин. Смотря на нее некоторое время, Йеджи хватает ее за ладонь и тянет на себя. Младшая падает прямо в объятия Хван. — Я так тебя люблю.- шепотом произнесла она, стискивая руки на чужой талии. — Йеджи. — Что? — строгий тон младшей смутил Йеджи, которая на всякий случай ослабила хватку. — Мы же теперь вместе?       Послышался смех Хван, который не был обидным, скорее добрым и приятным. — Конечно мы вместе, Рю.- Все ещё смеясь, сказала старшая, наблюдая, как довольная Рюджин закрывает глаза.- Только не спи. Пошли, надо рассказать Юне, что же мы делали на стройке.       Совсем скоро они вышли из комнаты, направляясь в зал, где Джису слушала историю Юны о том, как Феликс упал в овраг, а Хенджин вместе с Соен лазили туда и доставали его. Но при виде девушек, Юна замолчала, а Джису хитро улыбнулась, напоминая своим видом, что все знает. — Джису, не смотри так. Ты тоже не все знаешь. — Шуточно показала язык Хван. — Она знает? Откуда? — Была там вместе с Чанбином, Феликсом и Минхо. — И Минджон ещё! Тем не менее, рассказывайте, мне интересно послушать. — Шмыгнула Су, аккуратно касаясь волос Юны, начиная их перебирать.       Весь рассказ Шин младшая сидела с открытым ртом, переводя взгляд то на на Йеджи, то на Рюджин. А услышав «Мы теперь встречаемся», начала кашлять. Джису в это время стучала ее по спине, помогая откашляться. — Довели мне до приступа ребенка. — недовольно буркнула Чхве, помогая Юне прийти в себя.       Позже они конечно поздравили пару, обнявшись с каждой по очереди. Юна с Джису ушли, освобождая квартиру. Йеджи позвала Рюджин на кухню нормально позавтракать. Поставив перед Шин кружку чая и тарелку с яичницей, Хван сказала: — Ну, рассказывай. — Что рассказывать? — Почему спала сегодня не дома, а у меня. — Йеджи подсела ближе к Рюджин. Она положила свою ладонь на свободную руку младшей, легонько поглаживая её. — Тогда уж формулируй по-другому. Почему спала сегодня не у отца, а дома? — Шмыгнула Шин, делая глоток чая.— Сильно выпил, кидался бутылками. Из дома не выпускал, пришлось прыгать в окно. Там Бёль осталась, я побоялась ее брать. — Тебя бутылкой не попало? Не поранилась, когда из окна выпрыгивала? Дай осмотреть тело. И почему ты Бель не взяла? Про дом верно сказала, я не люблю торопить события, но это другой случай. Вы, Шин Рюджин, переезжаете ко мне. Это не обсуждается. — Строго произнесла Хван. — Думала, ты против будешь. Я с кошкой, ещё и ночью, ещё и вся мокрая. И с какого перепугу я переезжаю? Джи, у тебя в доме живёт Юна, Черён и Джису, частым гостем является Хенджин, а Соен просит, чтобы иногда Юци спала у вас, потому что места у нее нет. Я тебе куда? Не, не, лучше с отцом, не хочу заставлять тебя волноваться из-за места в доме. — Отодвинулась от стола Рюджин, вставая, желая закончить диалог. — Стоять.— Планы Шин грубо отставили, хватая за руку. Йеджи прижимает Рюджин к себе. — Я сказала, это не обсуждается. — Слишком холодно произнесла Хван. Младшая вздрогнула, сжавшись в руках Хван. — Прости, это звучало грубо. — Йеджи ослабила хватку, говоря теплее. — Я волнуюсь, Джинни, если ты сильно хочешь остаться жить с отцом, то оставайся, но это опасно. Этот человек бьёт тебя, забывая, что ты его родная дочь. Не волнуйся насчёт места в доме, тебе всегда найдется здесь кровать, другим тоже. Я не буду волноваться, если буду видеть, что ты в безопасности. — Бель может жить с нами? — Конечно. Мы можем забрать ее прямо сейчас. — Спасибо, Джи.

***

— Любовная парочка, вы где? — Су, будешь орать, я тебя выгоню из дома, и будет Юна спать без своего рыцаря. — Хван, ты обещала молчать! Рюджин, она пошутила! — С обидой в словах закричала Чхве в куда-то в глубь квартиры. — Угомонись орать, Бель только спать легла. Бель, это кошка, если что. Рюджин дома нет. Чего ты хотела? И где твоя принцесса Шин младшая? Как же рыцарь без принцессы? — Дразнила Йеджи младшую. — Юна с Черён. Как раз и звала тебя. Рассказываю вкратце. Гуляем с Юной, к нам бежит Ликс, говорит: «Черён без сознания», мы побежали за ним. Там Чанбин дерётся с другим двором, Рен лежит без сознания. Юна оттащила Ли, Феликс бросился помогать Бину, а я к тебе… — Закончила говорить Джису, наблюдая, как Хван вылетает из квартиры. — Если Рюджин придет, скажи, чтобы шла ко мне! — Только и сказала старшая. Она выбежала из квартиры, видит на скамейке Юну, которая положила рядом с собой Черен. — Онни, Черён здесь, ты куда? — Чанбину помогать. Как бы он мне не нравился, он нравится Рен.       Йеджи пробежала мимо скамейки дальше. Она забегает за гаражи, где обычно и проходили дворовые драки. Девушка действительно видит Чанбина с Ликсом, которые отчаянно дрались в чужими. Не раздумывая, она кинулась помогать. — С Черён все хорошо? — Спросил Чанбин, ударяя какого-то парня в щеку. — Она в безопасности, Со. — Стиснула зубы от удара в бедро Хван. — Хван, с каких пор задедалась драчуном? — Довольный Ликс, который был настолько бодрым, что казалось, будто он и не дерётся. — С тех же самых пор, когда у меня дома начала жить Черён. Обстоятельства заставляют меняться. — Йеджи вновь получила в нос.       Хван в этой битве достается больше всего, к сожалению, парни помочь ей не могут, сами на исходе. Поэтому, когда очередной паршивец ударяет коленом в живот, Йеджи падает на землю, обессилев. К счастью, противник сам падает. — По словам зевак, тебя стоят бояться, потому что держалась ты долго. Но сейчас тебе стоит отдохнуть, Джи. Прости, что задержалась. — Произнёс грустный голос Рюджин, которая оттянув подальше Хван, передала ее в другие руки. Убедившись, что с Йеджи все в порядке, насколько это возможно, Шин побежала показывать свое мастерство. — Дорогая, мне придется тебя оставить с Шу, потому что Бинни выбивается из сил, а одна Рюджин с Феликсом семь человек не уложат. — Белым шумом произнёс голос Чхве, которая уложив Хван на землю, сказала что-то Шухуа. Йеджи же, когда ее наконец перестали передавать их рук в руки, приготовилась вставать на помощь. — Э, э, Хван, куда побежала. Мне твои бошку отвертят, если ты опять драться пойдешь. Меня тоже тут посадили сидеть, составишь мне компанию. — Послышался голос Шухуа, потянувшая Йеджи за руку, возвращая в сидячее положение. — Им помощь нужна, онни. Пошли составим им компанию.— Возмущённо шмыгнула младшая, пытаясь встать. — К ним бежит Бан Чан, Сынмин и Джисон. Сейчас выпрыгнет Юци с Миен. Им поддержки хватит, тем более тебе в живот дали. — Говорила Шухуа, смотря на Рюджин, которая показывала ей кулак, а потом на Йеджи. — Да поняла я.— Губами произнесла Е, подтягивая Хван к себе. Шин улыбнулась, возвращаясь к драке. — Кому-то я сегодня устрою. — Проследила за взглядом Шу Йеджи.

***

— Значит так, Шин. В следующий раз я буду бить Шухуа и это будет на твоей совести. И ты, Чхве, тоже хороша. Вы что творите? Рюджин с Джису сидели на раскладном диване, слушая лекции от Йеджи. В той драке они то в итоге победили, но потери были. Йеджи отлично досталось в живот, а Феликсу сломали нос. — Джису тоже дралась?! — Послышался голос Юны, которая выглянула из комнаты. — Сейчас и тебе достанется. Дралась, похлеще Чанбина, да Джису? И получила похлеще, да? — Онни, угомонись. Да, дралась, но жива же. — Су спешила успокоить старшую, поднимая ладонь, чтобы обнять. Но на этапе поднимания, она пустила болезненный стон, отказываясь от этой идеи. — Вижу я, как ты жива. Юна, жди гостей, лечить Джису будешь. Только идите в другую комнату, чтобы Черён не мешать. — Грозно произнесла Йеджи, поворачиваясь к Рюджин. — Хван! — Прошипела Чхве.       Шин в свою очередь уже вся сжалась от боли в коленях. Смотря в окно, она боялась смотреть на старшую. Рядом крутилась Бель.       Но Хван молча принялась обрабатывать самые страшные раны. Помазав синяки мазью, Йеджи поднимает кошку на руки и ставит на диван, рядом с Рюджин. Котик сразу начинает ласкаться. — А где крики? — Наконец спросила Рюджин, нарушая тишину. — Ты же с первого раза все поняла. Ложись лучше, отдыхай. Кто будет в следующий раз геройствовать, если все герои подбиты? — Все ещё недовольно произнесла Хван, собираясь уходить. — Джи, останься со мной. И не обижайся, я же как лучше хотела. — Неуверенно произнесла Рюджин, всё же ложась на диван.       Йеджи осталось. Она прошла к дивану и села на него, устремив свой взгляд на Рюджин. Младшая легонько положив ладонь на плечо старшей, повалила ее. Обняв Хван со спины, девушка упёрлась в шею. — Ну не обижайся. — Я не обижаюсь. — Я слышу нотки сарказма. Я буду аккуратнее в следующий раз. Не обижайся, Джи. — Нет никого сарказма, не обижаюсь я, просто волнуюсь. Отдыхай давай. — Точно не обижаешься? — Точно, Шин спи. — Ты со мной тоже спи. — Конечно я с тобой, облепила меня. — Буркнула Йеджи, поворачиваясь лицом к Рюджин, обнимая. — Спи.

***

— А чего они спят в обнимку? — Голос Чанбина нарушил тишину квартиры. Парень смотрел на Йеджи и Рюджин. — Не знаю, если честно. Может повторим их флешмоб? — Улыбнулась Черён, выходя из комнаты, где так же в обнимку дремали Юна с Джису. — Я был бы не против, но Хван не одобрит. — Улыбнулся в ответ Со, вставая и обнимая Ли. — Рён, ты где… Чанбин?! Ты здесь как? — Джису выглянула из комнаты. — С добрым утром, онни. Ты знаешь, какой Бинни молодец, дрался за меня! Сам всех там положил! — Довольно сказала Чёрен. — А Бинни подробнее рассказать не хочет? Кто там ему помогал? — Чхве недовольно осмотрела Чанбина, который смущённо что-то бормотал. Девушка сложила руки у груди, окинув парочку взглядом. Оставив их в тишине, Су вернулась в комнату. — Да я же только пришёл, не успел рассказать! — Вы оба про что? — Да вы можете не орать? Со, от тебя не ожидала. Если на нас то все равно, Феликса бы вспомнил со сломанным носом. — Рюджин вышла из зала, почесывая больную коленку. — Все же Йеджи была права, Черён. — Шин отправилась в ванную, чтобы через минуту вернуться оттуда с аптечкой. — Так, стоп. Что происходит? Рюджин, почему у тебя все лицо в ссадинах и зачем тебе аптечка? Бинни, что ты должен мне рассказать? — Ли вылезла из объятий Чанбина, сначала посмотрев на него, а потом на Рюджин. Старшая пожала плечами, мол, после настоящего рассказа всё станет понятно. — Что у них там? — Любовные разборки. Это сейчас не важно, Йеджи. Сильно голова болит? Где? — Рюджин открывает аптечку в поисках таблетки. — Не очень, не волнуйся, пройдет скоро. — Неуверенно произносит Хван.- Здесь.- Она указывать на лоб. Минуту спустя, на голову опускается холодная тряпка. — Спасибо. — Держи таблетку. — Шин подносит лекарство и стакан воды. Спустя секунду, девушка ставит уже пустой стакан на стол. — Чанбин сказал Черён, что сам всех уложил в сегодняшней драке. — Со, какого чёрта ты мне врёшь? Проваливай от сюда! — Послышался голос Ли. — Слышишь? — Слышу. — Вздохнула Хван. — Черён молодец, что поняла, какой он. Чанбин не такой уж и солнечный, как кажется.       Рюджин кивнула. Она легла рядом с Йеджи, кладя свою ладонь на чужую талию. Их спокойствие нарушает глухой хлопок, напоминающий удар. В следующую секунду слышатся всхлипы. Девушки, переглянувшись, решительно встали, выбежали в прихожую, игнорируя упавшую тряпку. Их глазам предстала Черён, держащая руку около щеки, всхлипывая. Прежде чем кто-то из них успел среагировать, из соседней двери вылетает Юна, накидываясь на парня. — Мудак, да как ты смел поднимать руку на Черён-онни! Лучше бы тебе нос сломали, а не Ликсу, он то девушек хотя бы не бьёт, пидор! — Кричала Юна.       Всхлипы продолжались. Пока Юна разбиралась с Чанбином, Рюджин обняв Черён вывела ее из прихожей, взглянув на Йеджи, которая одобрительно кивнула на это действие. — Всё, всё не плачь. Будешь ты ещё в любви, Со не тот, который стоит слез. Ты можешь быть счастливой, и будешь обязательно. — Шин нежно убирала слезы с щек Чёрен. — Разве ты можешь знать, какого это любить? — Младшая боролось с истерикой, кусая губы. — Прости, я поторопилась. — В ту же секунду осознала смысл своих слов Ли. — Че, тебе нужно успокоиться. Я люблю одну прекрасную девушку, но про это потом. Тебе сейчас нужно выпить чай. — Рюджин взглянула на младшую. — А может прекрасная девушка разрешит чего и покрепче. — Шин пожала плечами, усаживаясь на диване. — Подожди… Йеджи? Вы встречаетесь? — Ли в ту же секунду забыла про слезы и свою печаль, устремив взгляд на Рюджин, от которой получила довольный кивок. — Правда что ли?       Пока Шин старшая рассказывала Чёрен про то, как так получилось, что с Хван они встречаются, Хван же выталкивала Чанбина за пределы квартиры. — Проваливай Чанбин. Сегодня схожу к Чану. — После слов про старшего, Со все же оставил в покое дверь в квартиру. Йеджи убедившись, что дверь в безопасности, закрывает ее. Обернувшись, она сначала смотрит в комнату к Юне.       Но вместо гнева и зла, Хван видит милейший поцелуй Чхве и Шин младшей. Подумав о том, что она сможет подколоть Чхве сегодня ночью, Йеджи легонько, как будто случайно, касается двери, дабы та закрылась. С довольной улыбкой, Йеджи заходит в зал.

***

      Ночью опять шел дождь. Йеджи курила сигарету. Стук дождя дополнил стук в дверь. Кинув трубочку с никотином в пепельницу, девушка направилась к двери. Открыв ее, она видит Чхве, всю мокрую, за которой стоит такая же Юна. — Проходите, сейчас чаю выпьете и спать. И какого это, в моей комнате целоваться? — Невзначай спросила Йеджи. — Откуда… — Джису не понимающие взглянула на Хван. Чхве остановилась на пороге, не давая пройти девушке за спиной. Юне пришлось слегка повернуть старшую боком и пройти в квартиру. — Двери закрывать надо. — Улыбнулась старшая, помогая переодеваться.       Повесив чужие куртки себе на локоть, она зевая, сказала что-то про обувь и удалилась в другую комнату, напевая мотив какой-то песни. Крикнув из комнаты о том, что пора спать, Йеджи вернулась в зал, закуривая сигарету. — А я кстати знала, что она знает. — Будничным тоном произнесла Юна. — Юна, иди спи. — Недовольно сказала Джису, снимая кроссовки, направляясь к сушилке. — О, Джису, ты слишком жестока. — Дразнила Йеджи, крича с комнаты. Чхве стиснув зубы, поворачивает в зал и размахиваясь, кидает один ботинок прямо в старшую. Хван получив по затылку, кинула взгляд в довольную девушку, но замолчала. — О, Джису, ты слишком жестока. — На этот раз произнесла Юна, хитро улыбаясь. Послышался тихий смех Йеджи. — Эй, ты не кинешь в меня кроссовок. — Растерянно произнесла Шин. — В тебя нет, а вот в Хван. — Грозно произнесла Чхве, поднимая руку, но в тот же момент заскрипев от боли в ней. — Все же левую нужно подлечить. — Прошипела Джису, не замечая, как ботинок у нее ловко украли и отправили на сушилку ко второму. — Су, иди спать. Слишком нервная сегодня. — Кивнула в сторону кровати Йеджи. — Но сейчас только час ночи. — Шепнула Чхве, напоминая, что ложиться она обычно в четыре. — Серьезно думаешь, что после вашего вечера у нее будут кошмары? — так же шёпотом произнесла Хван, ухмыляясь. — О чем вы там шипите? Спать нормально нельзя. — Буркнула Юна, стараясь найти удобное положение. — Ни о чем, Юна-я. Спокойной ночи, сейчас мы тоже пойдем спать. — Улыбнулась Джису. — Я подожду до трёх и пойду спать, идёт? — Вернулась к старшей девушка, снова переходя на шепот. Йеджи кивнула, уходя к своему излюбленному креслу, опять закуривая сигарету.       Джису выключила весь свет, садясь на стул. Открыв в телефоне какую-то книжку, она начинает читать. Но не проходит и десяти минут, девушка поворачивается в сторону Хван, о чем то думая. — Онни. — Тихо позвала Джису. Старшая повернула голову. — Дай сигарету. — Ты же не куришь. — Ну. Надо же пробовать новое. — Неуверенно. — Что случилось? Выкладывай.       Вместо ответа, Джису тяжело вздохнув, взглянула на спящую Юну. — С чего ты решила, что ей нравятся курящие люди? — Когда мы гуляли, она с таким интересом смотрела на Джуна с Техеном, которые курили. — Может ее привлекло что-то другое в них. В конце концов, они недавно приехали. Юна конечно любит знакомиться, но их могла не видеть. — Уверенно произнесла Йеджи, вспоминая, как Шин младшая в принципе оказалась у неё. — Почему ты в этом так уверенна? Кстати, а почему ты начала курить? — Всхлипывая, произнесла Чхве.       Йеджи удивленно посмотрела на младшую. По щекам Джису шли слезы, которые та активно пыталась стереть. Хван потушила сигарету об штанину, обняла Чхве. — Ну, не плачь. Юна сбежала из дома ради тебя, вот поэтому я так и уверена. Она ходила два дня по городу, дойдя до нашего двора. Когда Черён меня позвала, то я увидела худощавую девочку, всю в царапинах и синяках от удара ремнём. Не знаю, как она только на воде эти дни прожила, по ее словам, карманных ей не давали. И всё это ради девушки, которую один раз увидела в автобусе и два около школы. — Тихо говорила Йеджи, поглаживая Джису.       Они стояли молча. Джису думала о Юне, а Йеджи о Рюджин. Хван подумала о том, что Рюджин было трудно, живя с отцом, который только и бил ее. Если Юна сразу согласилась жить у Йеджи, то Шин старшая только после того, как убедилась, что Бель будет рядом. Кошка была настоящей причиной или только прикрытием? Джи повернула голову в сторону кровати Рюджин, на которой вместе с девушкой спала кошка, мурлыкая во сне. Скорее всего, Бель точно занимала не последнее место. — Так чего ты начала курить? И почему не спишь ночами? — Резко произнесла Чхве. — Сигареты успокаивают, а сейчас стали привычкой. Когда я переехала от родителей, то все время волновалась. Тогда Чан предложил попробовать покурить, решив, что мне уже можно попробовать. Я хоть с ним и не жила, но он все равно волновался обо мне, старался помочь. А не спала, потому что сначала Черён сильно волновалась, потом Юна, а у последней ещё и кошмары. Потом и ты начала заходить на ночёвки, я подумала, что ты тоже на новом месте уснуть не сможешь, вот и сидела, чтобы если что помочь. А сейчас просто режим сбился да признаться честно, все равно волнуюсь. — Засмущалась Хван, почесывая затылок. — Да ты прям, как заботливая мать. — Послышался смешок младшей.       Где-то в стороне послышался всхлип и бормотание. Джису резко повернула голову. Юна с кошмарами. Чхве вставая со стула, рванулась к младшей, начиная что то ей тихо говорить, успокаивая. Видя, что получается плохо, девушка рванулась на кухню, чтобы спустя минуту вернуться со стаканом теплого молока. Легонько теребя за плечо младшую, Юна просыпается, оглядываясь. Пока девушка принимала стакан молока, Йеджи услышала торопливый и очень настойчивый стук в дверь. Осмотрев квартиру, Хван убедилась, что Черен с Рюджин спят. — Чхве, возьми что-нибудь тяжёлое. — Строго кинула Йеджи, беря книгу.Подходя к двери, та уже не смотря в глазок, а просто грубо и холодно спрашивает. — Кто там? — От Чана. — Йеджи услышала знакомый голос однофамильца. Открывая дверь, та действительно встречает Хенджина, а за ним ещё толпу. — Хенджин. — Крикнула в зал девушка. — Вы тут зачем? Сейчас около трёх часов ночи, адреса не перепутали? — Строго спрашивает Хван, оглядывая ребят. — Йеджи, не спрашивай, просто дай мне возможность оставить их.- Хенджин указал на ребят за спиной. — Здесь. У Чана пожар только что потушили, квартира Минхо вместила только Джисона и Чанбина. Забери их к себе на время. — Парень вновь указал на Чонина с Сынмином. — Пожар? Ему не нужна ещё какая-нибудь помощь? И где ты спать будешь? — Голос Йеджи стал менее строгим. Она посмотрела сначала на старшего парня, а за тем на засыпающих младших. — Проходите. Джису, сколько у нас раскладушек? — Крикнула в зал Хван младшая. — Я должен помочь Чану, Йеджи. Но вообще должен был спать по плану Чана либо у оркестра, либо у Джихё, за меня не волнуйся. Не знаю, как точно ты ещё можешь ему помочь, но поможешь, если примешь этих двоих. — Торопливо говорил Хван. — Мне нужно идти. Сынмин, чтобы слушались Йеджи! Спасибо и пока! — попрощавшись, парень вылетел из квартиры. — У нас осталась одна свободная раскладушка. — Подошла к старшей Джису. — Юна уснула. Давай попытаемся уложить этих несчастных и пойдем спать. Кстати о них. Куда денем одного из парней, у нас одна свободная раскладушка? — Шмыгнула Чхве. — Одна, так одна. Я сейчас переношу Рюджин к себе в комнату, пока ты будешь доставать раскладушку. — Уверенно говорит старшая, направляясь в зал, где сидели парни.       Они были одеты в пижамы. Сынмин в руках держал подушку, а Чонин плед. Видимо, это то, что они успели с собой взять. Ребята явно засыпали и выглядели слишком спокойно, для людей, которые только сбежали из горящей квартиры. Хван решила спросить про это позже.       Не трогая парней, девушка направляется к Рюджин, которая мирно спала. Йеджи, ещё минуту подумав о своем решении, все же будит Бёль, а когда кошка сходит с раскладушки, ловко подхватывает девушку на руки. Кот с интересом наблюдал за этим, путаясь в ногах. Тем не менее, животное решило отойти, когда на него свалилось одеяло, которое скатилось с Рюджин.       Оказавшись в своей комнате, Хван укладывает на свою кровать младшую, накрывая ее уже своим одеялом. Пока старшая девушка складывала упавший плед, Бель успела запрыгнуть на кровать к Шин. — Онни, раскладушка стоит. Постель поменяла на обоих, ребята только легли спать. — Появилась откуда-то Джису, наблюдая за девушкой. — Слушай, а где ты спать будешь? У тебя то кровать одноместная. — Спросила Чхве, зевая. — Отлично, нам тоже пора спать. — Устало. — На кресле, где ещё? Я бы могла лечь с Рю, мы бы поместились, но по-моему, я слишком тороплю. — Уверено произнесла Йеджи. — Спокойной ночи Су. — Заключила старшая.       Джису на это кивает. О чем-то раздумывая, она колеблется, но все же подходит и обнимает Хван. — Спасибо.

***

      Утром Йеджи просыпается от стука в дверь. Она лениво смотрит на время. 6:21 — показывали часы. Недовольно бурча что-то, она смотрит в сторону Шин, которая все ещё спала. Улыбнувшись, девушка все же выходит в прихожую. — Кто? — Тихо спрашивает девушка, надеясь, что это не Чанбин. — Чан. — Отвечают за дверью.       Девушка сонно открывает дверь и смотрит на старшего. Бан Чан с мешками под глазами, аккуратно заходит в квартиру. — Можно у тебя посплю час? — Хрипло спрашивает парень. — Если только на кресле. — Чан согласно кивает. — В зале. — Парень уходит в гостиную. Девушка возращается в спальню.

***

— Когда я засыпала, их было двое. — Неуверенно произносит Чхве, смотря на троицу в зале. Рядом с ней стояла Черён и Юна. — А когда ты засыпала? — Спросила Юна. — Я вообще засыпала на раскладушке. — Голос Рюджин. — С добрым утром, онни. — Радостно воскликнула Черён.       Девушки обернулись в сторону проснувшейся. Рюджин стояла в дверном проходе, переводя взгляд то на Джису, то на Чонина, который лежал на ее раскладушке. — Почему? — Рассеянно спросила Шин, пытаясь найти ответ на все происходящее. — Пойду разбужу Йеджи, обед уже. — Радостно решила девушка, скрываясь в чужой комнате.

***

      Чан прожил у Хван ещё около двух месяцев. В поисках новой квартиры, тот присоединялся к ночным посиделкам. Обычно он молчал, выискивая в ноутбуке квартиру подешевле, поближе. Однако, Бан одним ухом слушал о том, как проводят свои дни девочки. Как Джису с Юной гуляли около речки, как Рюджин с Йеджи проводили время в ночных дворах, куря сигареты. И старший знал, что Йеджи была против такой прогулки, но то ребята уверили ее, что все будет хорошо, то Рюджин уговорила. — Жаль, что Черён скоро уезжает. — Один из их диалогов начинался так. Жаль, что Йеджи тогда не знала, чем он ей обернется. — С ней в живую встретимся только следующем летом. Чэен говорила, что родители начали что-то подозревать. — Задумчиво произнесла Хван. — Будешь одна жить, Йе. — Резко включился Чан в разговор.Девушке на него быстро повернули головы с вопросом в глазах. — Ну, Юна переезжает к Джису. — Парень переводит взгляд на последнюю. Чхве кивает. — А я похоже нашел подходящую квартиру. — Довольно говорит Бан. — А Рю? Она же у меня живёт. — Уверенно произносит Йеджи. — Рюджин уезжает же в другой город. — Всмысле? Она мне не говорила. — Ничего не знаю, Феликс сказал. Ходил вместе с Минхо смотреть квартиру, пока Хо осматривался, услышал отца Рюджин. Мужик этот говорил что-то про переезд и «с розовой прядью сосалась». Врятле же он один уезжает. — Аккуратно говорил парень, наблюдая за девушкой, лицо которой бледнеет с каждым словом.       Хван же в это время нервно крутила розовую прядь на пальце. Девушка о чем-то задумалась, кусая губу. Чхве, видя замешательство подруги, решила взять все в свои руки. — Джи, Феликс мог не так услышать. Может, ему показалось. — Говорила Джису, поглаживая по плечам старшую. — Да, Чан? — Су многозначительно посмотрела на парня. — Да-да, Феликс уставшим был тогда. Может, не про вас это и говорили. — Испугавшись за самочувствие девушки, сказал Бан. — Я Рюджин не изменяю! — Грубо отрезала Хван. — Онни, никто не сомневаются. В этом все уверенны так же, как я в том, что тебе пора спать. Пошли, ляжешь. — Чхве встала, тяня за собой Йеджи.       Доведя старшую до ее комнаты, та наблюдает за тем, как Хван остановилась перед Рюджин. — Хван, не глупи, завтра спросишь. Спать ложись. Вам бы убраться в комнате. — Шепчет Чхве, осматривая маленькое помещение. — Куда я по твоему уберу вещи ребят? Чонин лис обожает, микрофон Сынмина я трогать боюсь, работы Хенджина вообще святые по его словам, а у Чана из всех вещей осталась медаль по плаванию. — Все ещё с дрожью в голосе говорила Хван. Девушка усаживается на своем кресла. — Спокойной ночи, Джи. — И тебе, Су. Долго не сидите. — тихо говорит Йеджи, отворачиваясь.       Закрыв дверь, Джису возращается в зал. Там она видит старшего парня, который уже отложил ноутбук. Взглянув на девушку, Бан кивает, молча отвечая на застывший вопрос в глазах Чхве. Младшая так же молча отворачивается, идя к своей раскладушке. Если Рюджин уедет, то Йеджи может поехать головой.

***

— Онни, не плачь. Я рядом, всё хорошо. Это только во сне. — Утро начинается со слов под ухом. Рюджин теребит плечо Хван, которая судорожно пускала слезы. — Ну же, моя милая, ты чего плачешь? — Шин тянет Йеджи на пол.       Сев в турецкую позу, младшая укладывает Хван у себя на ногах. Йеджи утыкается в плечо, отдаваясь объятьями. Уже не скрывая громких всхлипов, девушка пытается вздохнуть. — Не уходи. — Наконец Рюджин может услышать слова сквозь плач и сумбурную речь. — Не ухожу. Я всегда рядом, я тут, я с тобой навсегда. — Уверяет Шин старшую, крепче обнимая. Ощущая мокрое пятно от слез на плече, Рюджин понимает, что дело не только в страшном сне. — Я не вру. — Тихо шепчет та. — Нет, ты врешь! — И вдруг Йеджи взрывается. Она хочет оттолкнуть Рюджин, но младшая удерживает ее в объятиях. Тогда Хван начинает истерично бить рукой по девушке, совсем скоро падая без сил. — Нет, ты уйдешь. Не уходи, не ври! — Только кричит та, совсем обессилев на ногах своей девушки. — Что тут происходит? — сонно слышится голос за спиной. Рюджин поворачивает голову и видит Черён с Чонином. Ли смотрит на них вопросительно, а увидев на коленях Шин плачущую Йеджи, она открывает рот в шоке. Чонин, который тоже увидел Хван в слезах, удивлённо раскрывает глаза. — Йеджи плачет. — На одном дыхании произносит Чёрен. — Аху… — Ян получает по затылку от девушки, которая стояла рядом.Чонин не обращает внимание. — Мелкий, я тебе что про маты говорил? — Слышится строгий голос Чана. Он подходит к ним, сурово глядя на младшего парня, а за тем на Чёрен. Заметив, что те были чем-то удивлены, тот следит за их взглядом и тяжело вздыхает, сразу понимая что к чему. — Зовите Джису. — Бан видит замешательство в глазах Ли. — И что, что она спит. Облейте ее водой, делайте что хотите, тут Чхве нужна. — Черён согласно кивает, уходя. Ян удаляется за ней. — Йеджи, не волнуйся, я останусь. Я всегда рядом. — Повторяла Рюджин, смотря на Хван, которая уже прекратила плакать, просто уставилась в потолок, переодически всхлипывая. — Что тут? — Голос Джису. — Что вы с ней сделали, идиоты? Что вы ей сказали? — Поворачивается Шин, устремляя взгляд на старших. Чан уставил взгляд в пол, Чхве хмуро смотрела на говорящую. — Значит так. Сейчас мы даём ей успокоительное и укладываем спать. — Не обращая внимания на вопросы, говорит Джису, подходя к Рюджин. — Ну спасибо. — Бурчит Хван. — Одна врёт. — Та стреляет взглядом в Шин. — Другая таблетками кормит. — Йеджи смотрит на Джису. Окинув девушек взглядами, та встаёт на ноги и упирается обо стол. — Интересно, Джимин не ушла? — Шепчет та под нос. — Какая Джимин? Йеджи, ты остаёшься тут. — Уверенно говорит Чхве. — Тут? С кем? Ты мне врёшь. — Хван указывает пальцем на Рюджин, упирая ей пальцем в грудь. — Ты мне таблетки суешь. — Девушка теперь упирает палец в грудь Джису. — А ты... ты... Из-за тебя это все началось! — Вновь выходит на слёзы Хван, указывая пальцем на Чана. — Прекратили. — Шин опускает руку на плечо Су, останавливая ее речь. — Ложись спать. — Рюджин легонько толкает Йеджи на кровать. Джи тяжело садится на кровать, ложась и утыкаясь в стену, всхлипывая. — Аптечка и Радио, вы идёте мне рассказывать, что произошло. — Как скажешь. — Согласно кивает Чхве, махая рукой Чану, чтобы тот выходил из комнаты. Джису выходит, за ней Рюджин, смотря на Йеджи.

***

      Йеджи чувствует, как кровать прогибается и рядом ложится тело. Спустя секунду, она чувствует, как на ее талию опускается рука, а в шею утыкается лицо Шин. Девушка открывает глаза и смотрит в стену, не смея ничего говорить. С тех пор, как Рюджин вышла из комнаты, прошло около двух часов. За это время Йеджи успокоилась и осмыслила всё, что произошло. Поняла весь смысл слов, что успела сказать и поняла, что не понимает, почему Рюджин пришла и легла с ней рядом. — Оставь в покое стену. Спи, просто спи, я разбужу тебя.— Грубо говорит Рюджин. — Я должна извиниться. — Неуверенно. — Потом. Потом мы и решим, кто кому врал, всё потом. А сейчас спи, просто спи, я же знаю, что ночью ты не спала. — Грубо говорит Шин, сильнее сжимая чужую талию.       Йеджи действительно закрывает глаза и старается уснуть. Грубый тон младшей не выходит из головы, но Хван понимает, что заслужено. Поэтому скрипя зубами, та все же произносит тихое: — Прости.       И старается провалиться в сон. И Йеджи действительно засыпает, правда ненадолго. Ее будит Рюджин через тридцать минут, толкая. Старшая сразу же просыпается, садится и упирается на руки. Смотрит с вопросом в глазах на Шин. — Ну, просто вставать пора, вот и разбудила. — Не ожидавшая такого резкого пробуждения, сказала Рюджин. — Пошли на кухню. — Младшая кивает в сторону выхода.       Йеджи медленно кивает и встаёт. Засунув руки в карманы, Хван утыкается в пол. После своей истерики, та чувствует себя виновато даже перед Юной, которая к ним не заходила и скорее всего проснулась недавно. Под утро ее танком не разбудить, какие крики.       Что говорить про вину перед Рюджин. Младшая проснулась из-за криков, а потом ещё и получила. А получила Шин нормально. Хван ее несколько раз назвала лгуньей, при этом ударяя, пусть и несильно ощутимо. Всё равно же неприятно.       Стыдно было и перед Джису с Чаном. Чхве конечно сделает вид, что она вообще не обиделась, но Йеджи то знает, что задела девушку. А парень ещё около месяца будет искренне извинятся, хотя тут он вовсе не виноват.       Разорвали размышления Хван руки, которые положили ей на плечи, тем самым останавливая. — Милая, ты сейчас о дверной косяк лоб разобьёшь. — Послышался ласковый голос Шин. Йеджи с удивлением поворачивает голову и встречается с улыбкой младшей. — Ты не обижаешься? — Тихо произносит Хван. — Нет, но мы все равно должны это обсудить.       Рюджин еле удерживается на ногах, когда на нее накидывается Йеджи, обнимая и пища что-то про безграничную любовь к младшей. — Они пока дойдут, Юне 18 исполнится… Как у тебя дела с Чонином? — Интересуется Джису у Чана. Парень от вопроса поперхнулся чаем.       Они оба сидели на кухне, ожидая парочку, которая прямо в дверном проёме обнималась. — Мне 21, Су. А ему 17, у нас ничего нет. — Смущаясь, говорит парень. — Не волнуйся Чан, Юне вообще 14, а нашей Джису 18. Но они что делали вчера у подъезда? — С хитрой улыбкой спрашивает Рюджин, смотря на Чхве. — Так что, ничего нет страшного, мне тоже 17, а вон. — Шин гордо кивает на Хван. — Вообще-то, ей в декабре 15. — Ворчит Джису. Закатывает глаза на резко появившуюся Шин, а затем с интересом переводит взгляд на Йеджи, которая стояла за спиной своей девушки. Ободряюще кивнув ей, Хван все же заходит на кухню и садится за стол. Рядом с ней садится Рюджин.       Возникает неловкая тишина. Кто-то смотрел в стол, кто-то в стену. Чан осматривает всех сидящих, замечает, что Йеджи готовится что-то сказать, но мнется. — Так. — Громко говорит Бан. — Йеджи-а, мы абсолютно не осуждаем тебя за все то, что произошло утром. Ты перетрудилась и тебе давно нужен отдых. Всё прекрасно понимаем и не обижаемся. — Заканчивает старший, оглядывая всех.       Джису смотрит с одобрением, Рюджин с улыбкой во взгляде, а Йеджи с облегчением. — Но я бы все равно хотела извиниться. Су — Йеджи переводит взгляд на Чхве. — Прости за «кормит меня таблетками», я знаю, что ты всегда стараешься мне помочь и у тебя это отлично получается, всегда! И Чан — Теперь девушка смотрит на парня. — Прости, ты ведь вообще не виноват. — Голос начинает дрожать, когда до Хван доходит мысль, что сейчас придет очередь Рюджин. Она уже опустилась в глазах Шин один раз, а сейчас на это промямлит какие-то слова извинений. — Рюджин-а. — Голос срывается на всхлип, Йеджи закрывает глаза. — Ты можешь не извиняться, я всё понимаю и всегда пойму. — Слышится приятный голос Рюджин. — Я знаю, что ты не хотела, чтобы так всё случилось. — Рюджин переплетает пальцы их рук. — Ребята, вы такие милые. — Всхлипывает Чан. Йеджи удивленно открывает глаза. Она вместе с Рюджин смотрит на Чана, который подтерает слёзы и улыбается. Джису рядом счастливо улыбается, еле сдерживая слезы. — Вы такие маленькие. — Шмыгает та. — Я напоминаю, Юне 14. — Шин!

***

      Йеджи была на кухне. Пока Чан отъехал смотреть новую квартиру, Хван было совсем одиноко. Рюджин захотела зайти домой, настаивала, чтобы старшая с ней не шла. Ну, а кто такая Йеджи, чтобы отказывать своей девушке, при том, что до сих пор чувствует вину за прошлый день.       Джису с Юной пошли гулять, а Чёрен ушла за ними через час. Если парочку Йеджи отпустила даже не спрашивая, то у Ли та уточнила, куда она собиралась. Черен пообещала, что пойдет к Юци, на что старшая сказала вернуться в трезвом состоянии.       Сынмин с Чонином пошли к Минхо. По их словам «пить чай», но Хван поняла, что те решили завернуть туда же, куда и Черён. Самое главное, чтобы в той компании не было Чанбина, а то пьяная Черён страшнее той же самой Йеджи на кухне. И старшая отлично помнила слова Чэен о том, что младшая Ли пить не любит и считает, что в раннем возрасте это делать не надо, но Хван так же помнит любой момент, когда алкоголь и Черён становились одним целым.       А вот что касается Йеджи на кухне, то это не правда. Девушка давно научилась готовить, хотя казусы из прошлого до сих пор многих поднимают на смех. Но когда Хван пришлось стать «родителем» для одной, а потом для четверых девушек, то пришлось поменятся. Хотя, Йеджи иногда проще заказать еду.       И вот сейчас, пока никого не было, Йеджи решает что-нибудь приготовить на ужин. Учитывая, что Ли придет пьяная, а может её вообще придется забирать вместе с парнями, то порций должно быть примерно на пять человек. Приготовить девушка решила обычный рамен. Дело идёт к вечеру, а значит скоро все будут подтягиваться, а значит нужно что-то быстрое и вкусное.       И вот, ожидая на кухне Рюджин, которая должна приехать первая, Йеджи встречает Чана, который молча проходит на кухню за ужином. Наблюдая за тем, как Бан выходит с порцией из комнаты в другую, девушка решает его не трогать, спросив позже.       Темнеет, время идёт. Хван начинает кусать губу, понимая, что Рюджин должна была прийти часа два назад. Скоро заваливаются счастливые Джису с Юной. Старшая им кивают на кухню и пара уходит есть.       Время ближе к часу ночи. Чхве лежит вместе с Шин младшей в кровати, первая читает книгу, вторая спит. Недавно вернулась Черён с чужими ботинками и с Соен, которая с недовольным лицом запихнула Ли в квартиру. Вскоре пришли и Чонин с Сынмином, которых притащил Минхо. А Йеджи начинала новую пачку сигарет.       Старшая около сорока раз позвонила Рюджин, при этом продолжая звонки каждые десять минут. И сейчас хочет кинуться искать Шин по всему городу, но ее удерживает Чан, крепко держа за плечи.       Время три часа ночи. Джису давно уснула с книгой на груди, старший парень уснул тоже, прямо на полу, ведь до конца сидел с Йеджи. Йеджи же все ещё ждёт Шин. Поглядывая на время, Хван решает все же выйти на улицу и поискать девушку, тем более все спят. Дотянув Бан до кресла и укрыв его, Хван выходит во двор, закрывая квартиру.       Медленно прогуливаясь по улицам, вглядываясь в каждый уголок и в каждое окно, девушка доходит до дома отца Рюджин. Она видит включенный свет в окнах и угадывает знакомый силуэт. Улавливает крики и как ей показалось, запах алкоголя, которым обычно несёт от заядлых любителей выпить. А может, это просто въелся запах, которым несло от Черён.       Йеджи решает подождать около пяти минут. Тем, что вбежит в квартиру, она помочь Рюджин не сможет, ведь мужчина явно габаритнее их обоих. Тем более пьяный и скорее всего вооружённый.       Время шло, крики усиливались. Хван решила забыть, что отец Шин габаритнее их. Он точно был медленнее, значит задача взять Рюджин за руку и побежать. Решив остановится на этом варианте, Йеджи заходит в подъезд, надевая капюшон, чтобы мужчина сразу не увидел ее розовую прядь. Если верить Феликсу, то пьяница знает ее, а значит может разозлиться ещё сильнее.       Дверь в квартиру оказалась открыта. Мысленно вспоминая план квартиры, в которой Йеджи была всего раз, девушка решает действовать. Рюджин находится скорее всего на кухне, скорее всего без возможности выйти, ведь мужчина, скорее всего, загородил проход. Значит надо его отвлечь.       Не придумав ничего лучше, как кинуть пачку сигарет в вазу, Хван начала ждать. Ваза упала, разбилась, осколки попали на стеклянные бутылки, придавая шума. Йеджи увидела, как из кухни выходит нечто.       Сглотнув, Хван ринулась к Шин. Пока ее отец осматривал квартиру, время было. Рюджин с мокрым лицом от слёз осматривала кухню, а именно в окно. Йеджи молча схватила ее за руку и подтянув к себе, прошептала «Побежали». Рюджин, словно по команде кинулась к выходу из квартиры, а Йеджи за ней.       Они бежали около двадцати минут, пока Хван не крикнула «Стой, подожди». Шин остановилась, поворачиваясь в сторону девушки с удивлением. — Йеджи? — Я. — Я думала, мне показалось и это был отец. — судорожно произносит Рюджин, обнимая девушку. — Джи, чтобы я без тебя делала. — Шепчет та.       Йеджи улыбается и в ответ обнимает. Она чувствует холодные руки младшей и понимает, что та в одной футболке и спортивных штанах. Снимая свою кофту, Хван натягивает ее на Рюджин. — Спасибо, Джи. — Угу. — Зевает Йеджи. — Пошли домой, нам давно пора спать. — Я не могу. — Рюджин делает шаг назад. — Что? — Я не могу, милая. — Повторила Шин. — Отец хочет переехать. — Но ты можешь остаться у меня, он не найдет нас, обещаю. — Он уже нашел, Йеджи-а. Он… Он угрожал мне, Джи, я не хочу подвергать тебя опасности. Я просто уеду и мы встретимся позже. Я всегда рядом, милая. — Говорила Шин, видя, как старшая тянется обнять Рюджин. — Он не тронет нас, Чан мог бы нам помочь. Но ты же все равно не послушаешь, да? — Младшая кивнула, Йеджи горько усмехнулась. — Я всегда жду тебя, Джини.       Они молча стояли. Рюджин положив голову на плечо старшей, Йеджи на макушку Шин. Они не плакали, за них это делало небо — пошёл моросящий дождь. Хван теперь поняла, почему Чан вечером пришел не в настроении. Феликс ему наверняка сказал про дату переезда, просто в ту ночь старший решил не упоминать. А сейчас время пришло. — Мне пора, уже светлеет. Не натвори ошибок, Йеджи-а. И не ищи меня, отец разозлиться и тогда. — Шин замолчала. — Тогда люди останутся без Луны. — Заключила Шин, беря за руку Хван. — Не обещаю, Рю. — Руку Йеджи сжали сильнее. — Я буду скучать. — Шмыгнула та, освобождая ладонь от хвата. Она затягивает кофту на Рюджин и одевая на нее капюшон, Хван улыбается. Это была та самая кофта, где в углу было вышито сердечко. — У тебя сигарет не найдется? — Не решаясь уходить, спрашивает Шин. — В кармане кофты пачка. Я брала две. И держи. — Старшая протягивает ярко-зеленую зажигалку. — Я, кстати, всегда носила по две пачки, одну для тебя я другую для меня. — Шепчет Йеджи, вспоминая их обещание. Рюджин улыбается и задумывается. — Бель была всего лишь предлогом. Позаботься о ней, Джи. — Шмыгает Рюджин. Она оставляет на губах Йеджи быстрый поцелуй и улыбнувшись, убегает в сторону дома отца. Хван провожает ее взглядом, а когда силуэт исчезает, поворачивает к дому.

***

— Онни, ты спала? — Начинает Чхве, вертя в руках лицо Йеджи. Под глазами синяки, волосы мокрые, такая же футболка. — Где Рюджин? — Она уехала.       Джису замолкает. Она сразу пон имает всё. Понимает, что если за Хван не следить, то она совсем забудет про себя. Забудет про то, что нужно есть, спать и выходить на улицу.

***

      В тот день было пасмурно. Чан отложил свой переезд, помогая. Вообще, помогали все. Джису с Чаном старались отвлечь Йеджи от нагнетающих мыслей, всячески пряча телефон, ведь та так и наровилась позвонить Шин, что было опасно. Юна с Черен отправили в магазин за успокоительным и сигаретами. Чонин с Сынмином взяли на себя роль уборщиков и поваров.       К ним раз заходил Минхо, который помог с Бель, которую еле освободили от объятий Хван. Приходил Феликс и сразу извинился. За что именно, никто не понял. Соен, как только узнала новость, сразу сказала, что всегда готова приподнести несколько бутылок, а то и ящиков алкоголя. Джимин сообщила, что девочки могут попробовать узнать, все ли хорошо с Рюджин. Но говорила это Джимин Джису, ведь Йеджи сразу же согласилась и сама бы сидела у Ю. Тем менее, Чхве попросила иногда смотреть.       Сама же Хван вела себя как обычно, особенно с истечением недели. Она все так же готовила и убиралась, говоря парням погулять. Всё так же улыбалась и веселилась. Но Джису отчётливо слышала всхлипы ночью из комнаты старшей. И это не была кошка, которая кстати, сама охотно лезла на руки Йеджи.       Джису видела, что сигарет в пепельнице стало намного больше. Теперь Хван всегда рядом с постели ставила стакан воды и несколько таблеток успокоительного, никому не говоря, но Чхве видела. Видела и то, что утром стакан был пуст, а таблеток не было.       Через неделю в город уехала Черён. Ее забрала Чэен на машине. Йеджи тогда попрощалась с Ли, сказав, чтобы та почаще писала. Совсем скоро окончательно переехал Чан, вместе с ним Чонин и Сынмин. Джису с Юной держались до последнего, но под конец лета, они уехали в квартиру Чхве, обещая звонить каждый день по несколько раз. Зал опустел, оставив в себе только раскладной диван, телевизор и уголок Рюджин.       Сама Йеджи тоже занялась учебой. Второй курс старшей школы. Хван старалась полностью отдаваться учебе, пытаясь забыть про желание найти Рюджин хотя бы на секунду. Приходя домой поздно вечером, та бралась за все возможные дополнительные задания и увлечения, сидя до раннего утра, забывая спать и есть. И действительно хорошо, что Джису заметила изменения в поведении Хван в школе, поэтому как-то зашла к ней домой. — Йеджи, ты спишь ночью? — без приветствий спросила Джису. Она зашла к старшей без предупреждения. — Эй, Хван, встретить лучшую подругу не судьба? — с шуточной обидой спросила Чхве. — А? Джису, ты как здесь? — Удивлённо спросила Йеджи, выходя из своей комнаты.       И сейчас Джису увидела все прелести жить без сна. У старшей бледная кожа и характерные следы под глазами. Если у Йеджи все свои недостатки сна получалось скрывать в школе благодаря косметике, то сейчас она без нее. Чхве заметила, что та совсем исхудала и заметила маленькие покраснение на руках. Младшая нахмурила брови. — Не смотри так. — Буркнула Йеджи, отводя взгляд. — Сигареты можно тушить и не об руки. Ты когда в последний раз ела? Что? — спрашивает Чхве, наблюдая за Хван, которая явно задумалась. — Понятно. Сейчас будешь есть — Су, давай потом, у меня задание не сделанное. — Сейчас покушаешь, потом поспишь, а потом может и задание сделаешь. — Джису направилась на кухню. Она решительно открывает холодильник и заглядывает внутрь. — Сейчас позвоню Юне, пусть еду принесёт. — Вздохнула девушка, закрывая пустой холодильник. — Юне? Зачем, не надо. Кстати о Юне, как ты оставила ее дома? Она одна, она ребёнок, а если случится что? — Нахмурилась Хван, заходя на кухню. Подойдя к одному из навесных шкафов, та открывает его и достаёт пачку рамена. — Вот, есть у меня еда. — Уверенно говорит старшая, показывая пачку Джису, которая стояла с телефоном. — Юна с Рики и Хисыном, успокоила? — Джису скептически посмотрела на девушку. — Это не еда, Хван. Тем более он. — Чхве взяла пачку и посмотрела на дату изготовления. — Ты не покупала еду с августа?! Йеджи, как тебя оставлять без присмотра, что ты ешь? — Джису выкинула лапшу в мусорку. — Я звоню Юне. — Эй, его ещё можно было приготовить! И в школе вкусно готовят. — Неуверенно говорит девушка. — Ты в школьной столовой не появляешься с начала года. — Джису пристально смотрит на Йеджи. — Дорогая? Бери еду с холодильника и к нам. И как можно быстрее, Юна-я. Люблю тебя. — Чхве с улыбкой положила телефон на стол. Девушка села стул, смотря на Йеджи. — Джису. — Да? — Я скучаю по ней. — Хван опустила взгляд вниз. — Мне не хватает её. — Я тоже скучаю по ней, Йеджи-а. Но это не значит, что нужно морить себя голодом и не спать. Рюджин не была бы этому рада.       Йеджи замолчала. Конечно, она понимала, что Рюджин расстроилась, увидев ее такой. Худощавой, в футболке, которая висит, хотя раньше была как раз. С ожогами на руках, насквозь прокуренной. — Надо волосы в рыжий покрасить. — Резко произнесла Йеджи, нарушив тишину. Она посмотрела на Чхве.       Джису осмотрела девушку, но все же взяла телефон и позвонила Юне. — Дорогая, зайди в магазин за краской для волос. Рыжую бери. Деньги сейчас переведу. — Джису чему-то улыбнулась и сбросила трубку. Отправив нужную сумму денег, девушка отложила телефон. — А зачем? — Перевела взгляд на Йеджи. — Ну… Рюджин была бы рада.

***

      Юна пришла через несколько минут. Обрадовалась Йеджи, а потом расстроилась тому, как та выглядела. Шин младшая помогла приготовить ужин и после того, как Хван поела, помогла нанести краску на волосы. — Вау. — Наконец сказала Юна, смотря на Йеджи с рыжими волосами. — Онни, так ты теперь лисичка. — С хитрой улыбкой произнесла Шин. Йеджи закатила глаза, улыбнувшись. Она рассматривала свои волосы в зеркале. — Вы закончили? — Зашла Джису с полотенцем в руках. — Лисичка? Типо гриб? — С улыбкой спросила Чхве, довольно крутя полотенце в руках.       Йеджи с Юной косо взглянули на нее, оставив шутку в тишине. Выходя из ванны, Хван взглянула в окно. На дворе была темень. — Уже темно, а я так и не сделала задание. Что мне говорить учителю? — Заныла старшая. — Ты делаешь задания? — Удивлённо спросила Шин младшая. — Ты не делаешь задания? Чхве, что это такое? У тебя ребенок не делает домашку! — Гневно спросила старшая. — Она все делает, просто пошутила, да Юна-я? И про какое задание ты говоришь? Что ты делала до моего прихода? — Теперь хмуро говорила Джису. — Если вы будете ссориться, то я выгоню вас из квартиры. — Это моя квартира, Юна. — А у меня своя есть, любимая. Ты там живёшь, кстати. — Чхве опускает свои вопросы, которые так и остались без ответа. — Пора спать, тебе в особенности. — Джису кивает на Хван. — Я не усну, у меня режим давно сбился. — А ты вот ляг, а дальше посмотрим. Юна, мы с тобой спим на диване, а то сейчас уйдем, а эта.- Джису смотрит на Хван. — Опять за учёбу.

***

      Утром первая проснулась Шин младшая. Йеджи она нашла спящей в своей комнате, Джису на кресле в той же комнате. Чхве небось следила за старшей, чтобы та спала, но видимо, перестаралась. — Юна, мы спим с тобой на диване. — Шёпотом передразнила девушка Джису.       Уходя на кухню, Шин решает для начала дать поесть Бель, которая проснулась вместе с Юной. Насыпав кошке корма, девушка встаёт и осматривает кухню. В готовке она не мастер, а спалить квартиру в планы не входило. Поэтому посмотрев на телефоне время, та решает разбудить старших.       Если Джису проснулась с первого раза, то с Йеджи пришлось потрудиться. Девушка то отбивалась, то полностью игнорировала, засыпая. — Хван, мы опаздываем. — Произнесла Джису в последнюю попытку, которая сработала. Йеджи подскочила с кровати, как попрыгунчик. — Что? Почему вы мне не сказали? — Торопливо бормотала Хван, начиная собираться. Посмотрев мельком на часы, та резко остановилась. Взяв книгу, учебник по какой-то науке, Йеджи уверенно кидает ее в Джису. — Два часа до занятий, Чхве. Мы опаздываем, да? — с издёвкой спросила та, передразнивая. — Я так крепко спала. — Уныло говорит Хван.

***

      После того дня Йеджи начала чаще спать и есть, но всё же этого не было достаточно для полноценного отдыха. На уроках та стала менее внимательной и более отстранённой. И пусть все контрольные и экзамены Йеджи сдавала на отлично, Хван совсем забывалась на уроках.       Близились зимние каникулы, которые говорили, что близятся и экзамены. Джису недавно встретилась с Джимин, которая передала ей приглашение на вечеринку в честь начала зимних каникул, которую устраивал Джексон. — Просил передать, что ждёт вас троих. Слышала, что там оркестр будет выступать. И ещё. — Джимин огляделась. — Мне нужно с тобой переговорить насчёт Рюджин. Приходи сегодня к нам.

***

      Перед тем, как зайти к Джимин, Джису дошла до Йеджи. Идя по мрачной улице, Чхве всеми возможными органами чувств ощущает, что зима уже пришла. Холод и мороз окружил девушку полностью, пусть та и была в куртке, под которой было несколько слоёв свитера. Ко всему этому, шел снег, который укрывал всё.       Вглядываясь в двор, который наполнен приятными воспоминаниями, Джису видит знакомый силуэт. Она останавливается. — Не может быть.- Шепчет та, закрывая рот рукой. Подбегая к человеку, та убеждается в своих мыслях. — Что ты натворила, Хван.

***

      Йеджи смотрела в окно. Шел снег, жёлтый фонарь освещал улицу. Люди на улице укутанные во все возможные куртки и кофты все равно спешат домой. Вскоре, привычная толпа людей, которые возвращаются домой после работы наконец оказалась на своей конечной цели.       Девушка перевела взгляд напротив. Окно жилого дома на фоне мрачных горело ярким светом лампы. Виднелся силуэт, человек сидел за столом и что-то писал. — Чан опять работает. — Мысли вслух. Йеджи взяла телефон и написала старшему, чтобы тот заканчивал с делами. Сообщение сразу высветилось, как прочитанное. Парень лайкнул, а затем вышел из сети. Хван перевела взгляд на окно. Силуэт выключил свет. — Сейчас возьмёт фонарик. — Устало вздохнула Хван.       Она сама занималась учебой, но снег за окном завораживал. Первый снег в этому году и такой сильный. Хотелось выбежать и забыть обо всём.       Вглядываясь в силуэты, Йеджи видит знакомый. Черт возьми, знакомый силуэт! — Рюджин? — Хван резко встала из-за стола и прислонилась к окну. Да, это точно она! Гуляла прямо сейчас в их дворе, как когда то летом. — Рюджин! — Вскрикнув, Йеджи побежала к выходу.       Она надевает только ботинки, совсем забывая, что в одной футболке и домашних шортах. Бель выходит из соседней комнаты, но видит захлопнувшуюся дверь.       Йеджи не могла поверить. Рюджин вернулась в их город. Та самая Шин Рюджин, по которой Хван скучает. Из-за которой Хван не может спать и есть. Из-за той, благодаря которой Йеджи чувствует себя пусто и чувствовать уже не хочет. И она здесь!       Хван вываливается из подъезда и сразу ощущает холод. Мороз обхватил руки и ноги, заставляя покрыться мурашками. Но девушка уверенно бежала в сторону силуэта. — Рюджин! — Йеджи окликнула человека, который повернулся в ее сторону. А потом… Потом побежал от неё.       Хван ошиблась, а несчастный человек просто подумал, что та сумасшедшая. Йеджи остановилась. Она медленно наблюдала, как силуэт убегает. Слёзы начинают стекать по щекам, девушка медленно опускается на колени, прямо в снег. Снежинки падают уже медленно, говоря, что снегопад закончился. Но полураздетой Хван холод ощущается сильнее.       Она сжимается, обхватив плечи руками. Опустив взгляд в снег, Йеджи полностью опускается на ноги, пытаясь сохранить тепло. Слёзы заставляют лицо сильнее почувствовать ледяной ветер. Чувствуя невероятный холод снаружи, Хван чувствовала такой же убивающий холод внутри. Постукивая зубами и все так же отчаянно всхлипывая, Йеджи закрывает глаза от безысходности, но слышит знакомый голос Джису, а за тем отключается, сваливаясь в руки младшей.       Джису тем менее в ужасе от посиневшей девушки. Он оперативно снимает с себя куртку и накидывает ее на Йеджи. Далее оглядывается и видит Хенджина с Чаном, которые бежали к ней. — Прости Су, я думал, мне показалось. — С горечью произносит Чан, помогая Хенджину поднять девушку. — Чан, извинятся будешь, когда она перестанет дышать. — Грубо бросила Чхве, направляясь к подъезду, который к счастью не закрылся полность ю.       Распахивая дверь для Хенджина, она заходит следом, в за ней уже старший. Пока ребята заносили Йеджи в квартиру, Чхве звонила Джимин. — Прости, Джимин, сегодня не приду. Джи мозги отморозила. Расскажу все позже. — Затем Чхве звонит Юне. Объясняет ей всю ситуацию, Шин предлагает прийти, Джису соглашается.       Закончив все телефонные переговоры, девушка заходит в квартиру.

***

      Йеджи просыпается поздно ночью. Оказывается на кровати, чему удивляется. Рядом сидел Хенджин, который прикрыв глаза, склонил голову. Задремал. — Хенджин? — удивляется собственному голосу Хван, который был сиплый и хриплый.       Парень сразу пробуждается, смотрит на Йеджи и слабо улыбается, а затем улыбка исчезает. — Джису. — Крикнул парень. — Джи, я не знаю, почему именно ты это сделала, но это в любом случае было глупо. — Вздохнул Хван. Не дожидаясь ответа, он вышел из комнаты.       Йеджи проследила за ним. Хенджин был расстроен и от этого девушке хотелось исчезнуть. Подводить людей не в ее стиле, но она все чаще забывает про это. Отводя взгляд от дверного проема и ожидая Чхве, Хван натыкается на зеркало. Она осматривает свое лицо, замечает, как оно приобрело острые черты: скулы начали выступать сильнее, нос стал чётче. Девушка поджимает губы. Забыв про пищу, Йеджи совсем забыла, как выглядела раньше.       Девушка дальше идёт взглядом по своему телу. Она натыкается на одеяло, которое ранее не ощущала. Переведя взгляд на него, Хван удивлённо поднимет брови, а затем решает его отодвинуть. Только поднимая край, девушка слышит голос. — Ну, ну, куда поднимаешь, положи обратно. У тебя на ногах бинты, одеяло помогает задерживать тепло. — Джису видит удивление на лице Хван. — У тебя обморожение первой степени, больше всего подверглись морозу ноги. — Чхве сонно вздыхает и подходит к девушке. Ловко достает из чужой подмышки градусник и смотрит температуру. — Наконец повысилась. — Бурчит та, откладывая градусник. Переводит взгляд на Йеджи. — Зачем? — Прости. — Сразу хрипит Хван. — Там правда была Рюджин. — Девушка заливается кашлем. — Наверное. — Шепчет Йеджи после того, как кашель проходит.       Джису недоверчиво смотрит на Хван. Она некоторое время молчит, осматривая девушку. Спустя минуту, выходит из комнаты с кружкой чая и ставит ее перед Йеджи. — Не знаю, правда это или тебе показалось. — Джису задумчиво молчит. — Но ты могла надеть хотя бы куртку, Джи. А если бы я не шла мимо? Да, безусловно тебе бы помогли парни. — Предугадывает ответ Йеджи младшая, вздыхая. Чхве опускается на стул и откидывает голову, прикрывая глаза. — Я же волнуюсь, не забывай про это.       Йеджи молчит. Она садится на кровать, прижимая к себе колени. Оставляя на ногах одеяло, Хван кладет голову на коленки. — Почему ты шла ко мне? — Шепчет Йеджи. В полный голос ей было больно говорить. — Хотела спросить, почему ты в школе стала закрытой. Кстати, почему? — Джису переводит взгляд на Хван. — И пей чай, кому принесла. — Не знаю. Больше нет людей, с которыми можно быть открытой. А ты меня и так читаешь. — Старшая вновь кашляет. — Не хочу чай. — А как же Чан? И парни? И Юна? В конце концов, Джимин и Соен с девочками? И не заставляй меня просить тебя выпить чай, как маленького ребенка. — Парни слишком заняты, мы с ними редко общаемся, особенно сейчас. Юна меня знает отлично, жила со мной сколько, тоже выучила. С Джимин в последнее время не контактирует, а Соен занята. Чхве, отстань со своим чаем, я не хочу.       Джису временно замолчала. Она раздумывала нал ответам Хван. Ребята в последнее время стали чаще отдыхать, Джимин начала спрашивать про Йеджи все больше, Соен взяла перерыв в своей работе. Чхве удручённо вздохнула.       Из мыслей ее вывело две вещи: стук кружки и голос Юны. Посмотрев на Йеджи, Су видит, как Хван все же отпила чай. Кивнув, младшая концентрируется на голосе Шин. — Джису-я, я все убрала и развесила. Хенджин с Чаном ушли. — Юна устало зевает. — Привет, Йеджи-онни. — Шин улыбается и Йеджи не может не ответить ей улыбкой. — Спасибо, дорогая. Иди пока ложись, я скоро подойду. — Улыбается Чхве. Юна кивает и выходит из комнаты. — Джексон скоро будет устраивать вечеринку в честь начала каникул. Звал нас троих, но как я понимаю, останемся мы все дома. — Прости, Су. — Я не обижаюсь Йеджи, но будь в следующий раз аккуратнее. Не нужно совершать такие безумные поступки. На самом деле я рада, что мы не пойдем на нее, у Юны день рождения, а она давно хотела провести его в тишине. — Джису слабо улыбается. — Точно, подарок Юне. — Чхве с удивлением смотрит на Йеджи. — Не думай, что я забыла про этого кролика. — Шепчет Хван. — С обмороженными ногами я не смогу подарить ей подарок лично, но ты сможешь его передать. Он лежит в шкафу. — Йеджи кивает в сторону большого шкафа.       Джису молча следует к нему. Открывает дверцы и сразу встречает подарочный пакет. Заглянув внутрь, так удивлённо шепчет. — Сертификат в салон? — Она давно хотела покрасить волосы в блонд. А потом вроде в красный. В общем, поможешь ей. — Йеджи подмигивает Чхве. — Почему она не говорила об этом? — Расстроено говорит Джису, все ещё шепча. Девушка возвращает подарок на место, делая пометку, что заберёт его, когда будет уходить. Младшая садится на свободное место на кровати, устремляя взгляд в пол. — Эй, не расстраивайся. Юна влюбленный подросток, который делает все, чтобы не потерять тебя, поэтому и боится говорить о своих хотелках. Если тебе важно знать о ее предпочтениях, то обсуди с ней это, Юна точно согласится и обрадуется. Она милейший ребёнок, просто сначала ей не повезло с семьёй, а потом я. — Йеджи улыбается, покашливая. — Ты на всех такой компромат имеешь? — Спустя некоторое время раздумий, спрашивает Джису. — Да, даже на тебя и Чонина, хотя с ним мы общаемся редко. — Хван встречает взгляд Чхве, в котором читается интерес. — Тебе про себя или про Чонина? — Про меня, но завтра. А то Юна опять подкалывать будет. Спокойной ночи, Олаф. — Джису встаёт и направляется к выходу. Но все же останавливается, поворачивается к Йеджи. — А что ты про Чонина скажешь? — Он прекрасный парень, который безумно отзывчив и мил. Не всегда умеет показывать свои чувства, но старается. Вроде испытывает что-то к нашему старшенькому. — Хван улыбается. — Спокойной ночи. И да, любовь — это ставить чужие интересы выше своих.

***

      Прошла зима. Ноги Йеджи давно оправились. Сама Хван около месяца прожила у Джису, которая упорно настаивала на этом. Бель они забрали с собой.       Весной Йеджи напоминала грозовую тучу. Она рвала всё, где допустила ошибку. Начиная от тетради с неправильно решенным примером, заканчивая кривой вышивкой. Занялась вышивкой Йеджи с целью занять себя и успокоиться. Но это не помогало, а бросать не хотелось.       После того, как Хван переставала злиться, она пускала слезы. А особенно, когда пришел апрель. А особенно, когда семнадцатое апреля. В тот день Йеджи сидела в одиночестве в зале, около уголка Рюджин. Решив посмотреть ее вещи, Хван находит забавную плюшевую игрушку обезьянки. Девушка отчётливо помнила, что Шин назвала игрушку Тук.       На день рождение Рюджин, Йеджи даже купила той подарок. Она подумала, что когда сможет встретиться с Шин, то обязательно ей его вручит. Подарк представляет из себя широкую кофту на застёжке. Подобную Рюджин увидела у Черён, давно, но захотела себе похожую. Хван купила, но осталась только подарить.       Двадцать шестое мая. Хван сидела одна. Она не хотела отмечать свой день рождения, поэтому попросила никого не приходить. Но без подарков ребята не могли. Чан и ребята подарили новый ноутбук, Юна новую кофту, которая полюбилась Хван, а Джису нечто большее.       Йеджи тогда решила прогуляться и сидела на лавочке около своего подъезда. Всё так же курила сигареты и ела конфеты, но все так же одна. — Эй, онни, с днём рождения. Держи, это Черён передала. — Джису вручила игрушку в виде розового котика с жёлтой мордочкой. — Она приезжала? В последнее время она перестала мне писать. — Задумчиво произнесла Йеджи, рассматривая игрушку. — Нет, но Чэен приезжала в город и передала. Пошли в дом, мне нужно тебе кое-что сказать. А, и кстати, это подарок от меня. — Чхве протянула подарочный пакет. Йеджи заглянула внутрь и увидела джинсовку. — Ты давно не носила подобное, а тебе идёт. — Объяснила младшая. — Спасибо, Су. Она выглядит отлично. — Улыбнулась Йеджи, вставая и направляясь к дому.       Поднимаясь по лестнице в тишине, девушки так же зашли в квартиру. Пока старшая вешала джинсовку на вешалку, а игрушку укладывала на кровать, Джису ставила что-то на кухне. Когда Хван зашла на кухню, то удивлённо подняла брови, смотря на торт и несколько бутылок алкоголя. — Это передали наши хакеры. — Джису указывает на торт, а потом встречается с вопросительным взглядом старшей. — Ну, Джимин и девочки. Они с компьютерами на ты. Иногда мне кажется, что у них там есть помощники. Так, а это… — Джису указывает на бутылки, но не успевает договорить. — А это Соён и ее команда. Они тогда… — Йеджи задумалась. — Сильные и независимые девушки? — О, да мисс Хван сегодня в ударе. Да, именно они. — Соглашается Чхве. — Так, я пить и торт не буду, прости онни, но меня Юна-я убьет, если я приду пьяная. — Виновато улыбается Джису.       Йеджи кивает. Она отлично помнит, что Шин младшая до ужаса боится пьяных людей. И отца Рюджин она именно ненавидела.       Оставаясь в тишине, Йеджи решает спрятать торт в холодильник, туда же алкоголь. Чхве о чем-то задумалась, но когда старшая все же уселась, то начала говорить: — Рюджин недавно попала в больницу. — Медленно произнесла Джису, наблюдая за реакцией старшей, на лице которой с каждым словом появлялась новая эмоция. — Но ее совсем скоро выписывают. Я подумала, что ты должна это знать. — В какую больницу? Почему? Кто тебе вообще сказал? — В какую больницу не знаю, Джимин специально не говорила. В медицинской карте написано что-то про глухие удары. В общем, пришли к выводу, что отец Рюджин снова перепил. — Вздохнула Джису, беря паузу. Пока Йеджи гневно хрустит пальцами и сжимает губы, младшая вспоминает. — Рюджин передала письмо. Держи. — Девушка протягивает конверт.       Хван на несколько секунд замирает, а потом переводит взгляд на запечатанный конверт. Она берет его и с надеждой осматривает. Город адресата не указан. Йеджи судорожно крутит бумагу в руках, но так и не находит адрес. — Кто передал? Тут не указан город, почему вы решили, что это от Рюджин? — Грозно спрашивает девушка, оставляя письмо нераскрытым.       Джису некоторое время молчит, смотря в окно. Теребя в руках кольцо, девушка раздумывала, стоит ли говорить всю правду. Подумав о том, что Хван тот человек, который точно должен знать, Чхве сама себе кивает и начинает говорить. — Джимин на почту пришло сообщение от Чэен. Как оказалось позже, от Рюджин. Она писала о том, что поздравляет тебя с днём рождения и у неё всё хорошо. — Джису видит, как Йеджи закатывает глаза, вспоминая про больницу. — Было написано, что Чэен передаст письмо, потому что написать сообщением она не может. Как ты понимаешь, дела у Чэен были такие. — Заканчивает Чхве. — Это все здорово, но если всю эту информацию не нужно было утаивать от меня. — Недовольно буркнула Йеджи. Она переводит взгляд на письмо и дрожащими руками открывает его. Достает бумагу и видит знакомый почерк. — Кинешь мне номер Чэен? — Она тебя не отвезёт к Рюджин. — Ладно. — Спорить было бесполезно. — Передай ей спасибо от меня.       Йеджи принимается читать письмо. Читает о том, что отец Шин после переезда взбесился и поэтому телефон просматривает каждый день. Читает, что Рюджин безумно скучает и обещает приехать, как только закончит старшую школу, которая ей даётся трудновато. Поздравляет Хван с днём рождения и извиняется за то, что подарок передать не может, потому что карманных нет и соответственно, подарка тоже. В конце сообщает о том, что зима у них была сумасшедшей и морозной. Что люди в новом районе во время зимы не давали спать.       Йеджи кажется странным этот момент. Почему Рюджин сделала упор на зиму? В голову девушки невольно вспомнились воспоминания о ее зиме. О ее безумном и сумасшедшем поступке. Хван осеняет. Она быстро стреляет взглядом на бумагу, видит в самом уголке нарисованный огонёк и надпись: «Не натвори ошибок, Йеджи-а». Совсем маленьким и корявым почерком, но точно это. Девушка смотрит на свою огненную прядь. — Это была Рюджин. Тогда, зимой! — Громко и резко говорит Йеджи, поворачивая голову в сторону Джису. — Смотри. — Девушка вскакивает и подходит к девушке. Показывает пальцем на строчку. — Сумасшедшая зима, потом она пишет, что не может спать из-за этого, а потом внизу огонёк. — Хван указывает на свои волосы. — И те слова, которые она сказала мне перед своим уходом. Это точно была она! — Восклицает Йеджи, оставляя письмо на столе для Джису, усаживаясь рядом. — Мне не показалось, Су! Она приезжала! Но почему убежала? — Девушка резко замолкает. Она прокручивает все слова у себя в голове.       Спустя минуту, Джису видит выступающие слезы в глазах Хван. Кидает взгляд на письмо, а затем встаёт и подходит к старшей. — Йеджи, заканчивать свой день рождение слезами не вариант. Если Рюджин действительно была здесь, значит нужно радоваться, не плакать. Это значит, что с ней все хорошо. — Почему она убежала? Она испугалась? Или. или… — Йеджи пыталась найти другой ответ на свой вопрос. — Она понимала, что если останется, то тебе может быть только хуже. Отец Рюджин не успокоится, если узнает, что его дочь сбежала. Он же поймет куда. — Джису обняла подругу. — Пора спать. Не расстраивайся, вы встретитесь ещё.

***

      Когда наступило лето, приехала Черён. Юна и с Джису тоже начали жить у Йеджи, намного чаще стали заходить Джимин и Минджон. В следующем году Йеджи предстояла задача закончить последний год старшей школы, поэтому за учёбой она проводила намного больше времени, чем ранее.       После ситуации с письмом, девушка несколько раз уточняла у Джису, можно ли написать ответное и доедет оно до Рюджин, на что Чхве отвечала, что Чэен уехала в отпуск. Черен эти слова подтвердила. Поэтому Хван решила смириться и начать лучше учиться, пусть она уже достигла отличного уровня.       Мысль о том, что Рюджин убежала зимой из-за того, что испугалась, не покидала голову Йеджи, как бы девочки не пытались ей объяснить, что Рюджин точно не испугалась самой Хван. Йеджи обновила цвет волос с помощью Юны, начала лучше питаться и убираться в квартире, когда было свободное от учебы время.       В основном делая все на автомате, девушка переставала замечать все вокруг. Она по алгоритму делала все, начиная от простого «доброе утро» заканчивая приготовлением ужина. Вечера скрашивали сигареты и воспоминания о счастливом прошлом. Но по правде, сигареты Йеджи курила тоже по алгоритму и мысли были одни и те же — о Рюджин.       И вот снова смотря в окно, за которым темнел вечер и сидели за столом заядлые картежники, Йеджи отвлекает голос Черён за спиной. — Онни, пошли прогуляемся. — Хван почувствовала лёгкое касание на своем плече. — Прости, Чер, я не хочу. — Уголки губ лезут вверх на автомате. — Почему? А, можешь не говорить, я знаю. — Закатила глаза Черён, обходя Йеджи и садясь на против. — Можешь не улыбаться, я знаю, что улыбка не настоящая. — Напомнила Ли. — Прости. — Шмыгает Йеджи, вновь закуривая сигарету, но уже без улыбки. — Я могу тебя понять. — Задумчиво произносит Черён, встречаясь с вопросительным взглядом старшей. — Я же тоже привязалась к вам. Но с сентября до мая я вас не вижу. Представь, какой ужас, когда приезжаешь, видишь вас всех и не видишь Рюджин? Да и вы все совсем другие. Юна с Джису, у них все понятно, ты вся разбита. Всегда ощущаю себя, будто я пропустила не девять месяцев, в несколько лет. — Устало вздыхает Ли, опуская голову и опирая ее на руки. Чувствуя, что Йеджи хочет что-то сказать, девушка ее опережает. — Но, я все так же приезжаю и радуюсь лету вместо с вами. Я не виню тебя, онни, если только немного. Просто попробуй подумать над всей этой ситуацией под другим углом. — Почему не скажешь сама? — Шмыгает Йеджи, намекая не говорить загадками, а всё напрямую. Хван опустила сигарету в пепельницу. — А разве должна? И эту сигарету ещё докурить можно. — Черён указывает на пепельницу, а потом откидывается на спинку дивана. — Не уйдёшь? — Удивлённо спрашивает Хван. Обычно, после лекций лектор уходил, оставляя за собой загадочную ауру мыслей. — Куда? Разве на это лето у меня есть другой дом? — Ты всегда можешь обратится за помощью к Чану или Джису. — Обратиться за помощью — да, но дом это же другое. Я не люблю откровений, Йеджи, но давай откровенно. Здесь, именно в этой квартире, с тобой ощущается дом. Пусть в нем и появляются трещины, но мне все равно тут уютно и хорошо. Тут я могу быть собой и меня примут. Знаешь, мы с Чэен не так близки, как хотелось, но я люблю её, потому что она моя сестра. А Юну, Джису, тебя и Рюджин я люблю за то, что вы все ещё со мной. Вы мне не сёстры и не родители. — Черён посмотрела на Йеджи. — Ну, может почти не родители. Но вас ничто не заставляет быть со мною рядом, а вы все ещё со мной. Даже Рюджин, я знаю. Это и есть дом. Когда ты приходишь в то место, где тебя примут и будут любить, даже если ты окажешься никем. — Черён говорила медленно, но уверенно. На ее лице не появилась улыбка или ее брови не сложились в задумчивости, она говорила спокойно и почти безэмоционально, но не нужно видеть эмоции, чтобы почувствовать их в речи. — Если я приду к Джису, она мне поможет, но когда-то мне придется уйти. Если я приду сюда, то я могу остаться здесь навсегда, я знаю. — Закончила Ли, взглянув в окно.       Йеджи молчала. Она в последнее время перестала задумываться о людях вокруг, как в варианте общения. И подумать над ситуацией под другим углом не так уж и легко. Забыть Рюджин было невозможно, то лето она забыть тоже не сможет. Но, и как забыть жить она тоже не могла. Можно жить и помнить Рюджин. Но, разве сейчас не происходит это? Йеджи понимала, что нет. Она давно просто существует и существует благодаря мыслям о Шин. Нужно попробовать жить, как Черён все те девять месяцев.       Хван знала, что у Ли есть другие друзья в школе и в той же школе она неплохо учится. И гуляет по клубам и ходит в кафе. Но в то же время она отправляла подарки Юне и Йеджи на дни рождения, созванивалась в Новый год, стабильно раз в месяц отправляла около ста тысяч вон, называя это «платой за проживание летом». И Йеджи пыталась отправлять обратно раньше, но сейчас знала, что они будут обе перекидывать деньги друг другу. — Джису с Юной сегодня не придут, написали, что хотят провести этот вечер вдвоем. — Нарушила тишину Ли, читая сообщение в телефоне. — Тогда я спать. Ты до утра не засиживайся.       Йеджи кивнула. Когда Черён ушла в ванну, Хван задумалась, чем таким Джису с Юной будут заниматься. Старшая сомневается, что зайдет это дальше поцелуев, потому что Чхве сразу сказала, что даже после шестнадцатилетия Юны, она планирует переживать очередной конфетно-букетный период. Значит, либо просмотр дорам, либо отдых от Йеджи. Йеджи и сама их понимала, она тоже хотела от себя отдохнуть, отдохнуть от мыслей о Шин, но ей не дано. — Спокойной ночи. — Произнесла Йеджи Черён, когда последняя вышла из ванны. — Подумала, что нужно снова попытаться изменить жизнь. — Опередила вопрос Хван. Девушка оправилась в свою спальню, не замечая на своей спине взгляд Черён.

***

      За все годы, которые жила Йеджи после решающего «спокойной ночи», она поняла одно — жить так, как живёт другой ужасно. Она жила той жизнью, которой жила Чёрен и это сильнее угробило ее. Она начала выходить в свет, посещая кафе и клубы. Правда, клубы не задались — слишком уж душная атмосфера и девушки, напоминающие Рюджин. Нет, Йеджи правда пыталась не кидаться в их сторону, если они хоть чем-то ей напоминали Шин, но кого она обманывает?       Поэтому клубы отложились. Зато Йеджи успела закончить университет. За этот период ей пришлось забыть Рюджин. На целых два года. И когда она в зале проходила мимо пыльной раскладушки, старого радио и полной пачки сигарет, в ее сердце ударяло что-то знакомое, а в тусклых глаза что-то загоралась. Стиснув зубы от резкой волны тихих слез и сжав кулаки от нервной тряски, она отворачивалась и шла к своему креслу в серую крапинку. Почему в серую? Потому, что отряхивать пепел не было сил.       На третьем курсе, когда ее волосы, которые давно выцвели, снова обрели яркий рыжий свет, она снова разбирала свои захламление в спальнюе. Розовый кот от Черён, какой-то листок с огоньком в углу, обезьяна в капюшоне, свёрток с кофтой и ещё куча таких свёртков, украшенные цветной лентой. Снова тревожно всхлипнув, Йеджи сваливается на колени и сразу же вспоминает, что за листок с огоньком, что за обезьяна в капюшоне и что за свёртки. К ее коленам сразу подбегает уже взрослая кошка — Бель и тихо мурлычет, успокаивая.       Выпускной. Йеджи забрала аттестат заранее. К ней пришли Черён, Джису и Юна. Со слабой и слегка больной улыбкой, она осматривала их на входе и вновь видит пустое место за их спинами. Там бы стояла Рюджин. И вновь тряска в руках, дрожь в ногах и всхлип с улыбкой. Праздник снова стал похоронами чувств про давно забытое всеми лето.       Спустя несколько месяцев, она наконец то отправляет заявку в какой-то странный офис на другой части города. Сидя в темной квартире и в полном одиночестве, Йеджи держала свою голову на руках, скуривая пачку сигарет. Она тяжело выдыхает дым и поднимает голову и смотрит прямо. На балконе стоял знакомый силуэт. Зрачки Йеджи увеличиваются и из пальцев выпадает сигарета. Ее руки дрожат и она собирается что-то сказать, но закрывает рот, обрывая попытку.       Вставая на ноги, Хван с надеждой подходит ближе к балкону, чего-то боясь. Она протягивает руку вперёд и вдруг издает болезненный крик. Несколько раз моргнув, она видит перед собой стенку. И теперь Йеджи снова вспоминает, что балкона у нее нет и Рюджин тоже.       Уже никак не реагируя, она тушит сигарету на ковре, хлопнув по ней ногой и быстро направляется к выходу. Захлопывая дверь, она сложив руки в карманы, выходит из подъезда, собираясь дойти до окраины города, чтобы потом снова позвонить Чану и ничего сказать, ведь он и так все знает.       Время проходит и третью заявку принимают. Собираясь, Йеджи выходит из дома в сторону офиса. И Минхо, наблюдавший за ней через окно, уже знает, что она вернётся домой три раза, ведь снова что-то забыла.       Проходя в офис, она что-то бормочет охраннику и тот ее пропускает. Блуждая по лабиринту здания, Хван наконец заходит в кабинет. Пробормотав приветствие, Йеджи поднимает голову и долго смотрит на работодателя. Слишком знакомое лицо, но она никак не может вспомнить, где же она его видела. — Как хорошо, что я тогда сбежала. — Бормочет Рюджин, принимаясь листать папку с документами.       И Хван снова несколько раз моргает и встряхивает голову. Присмотревшись, она видит перед собой женщину средних лет, которая начинает собеседование.

***

      Уже год Йеджи работает в том офисе непонятной компании. Работа заполонила всё время и она снова начинает попытки жить. Волосы опять горят ярко рыжим, а в руках всё равно сигарета. Взяв какую-то сумку на плечо, Хван выходит из дома, перед этим погладив Бель. Сегодня 26 мая и Йеджи долго не понимала, почему Джису принесла ей подарок. Она уже не понимала, почему именно не помнит своего дня рождения.       Снова опоздав на автобус, она долго стоит около остановки, оперевшись об знак, кидая под свои ноги скуренные сигареты. Заходя в автобус, она на автомате прикладывает карточку и садится на свободное место, отдаваясь видам за окном.       Заходя в офис, Хван шагает к своему месту и кидая ненужную сумку в сторону, начинает работать. Она заполняет какие-то листы, а затем включает компьютер и начинает что-то печатать, погружаясь в рабочую рутину.       Хван заканчивает работать и выходит из здания. Садясь на автобус, она чувствует громкий и резкий звук тормозов. Автобус перекосило в другую сторону и Йеджи ударяется об стекло. Пытаясь подняться, она чувствует, как ее кто-то толкает в сторону осколков. Оборачиваясь, она видит Рюджин, а затем вырубается навсегда.

***

      Мгновенно она открывает глаза, вскрикивая. Снова кошмар, продолжение которого Йеджи знала наизусть. Рядом тянется Бель и Хван снова успокаивается, выдыхает воздух. Снова падая на кровать, она слышит звон в дверь и ожидая за ней Ли с клуба, идёт открывать дверь.       Она медленно передвигалась, потирая сонный глаз рукой. В другой была сигарета, Йеджи уже спала с ними. На ней весела мятая футболка с серым, грязным цветом, хотя когда-то она была чисто-белой. Где-то в глубине квартиры, она слышит шуршание, но не обращает внимание, думая, что это снова галлюцинация. Наконец подходя к двери, Хван прищуривает глаза и наугад начинает открывать щеколды. Ковыряясь пальцем в последнем замке, она слышит голос за спиной: — Йеджи, кто-то пришёл? — Сонно тянет Черён, но Йеджи не успевает ответить, ведь дверь открывается.       И перед собой она видит уже совсем взрослую девушку. Черные волосы, царапина на лице, аккуратная улыбка и куртка с сердечком в углу. Её глаза были такими родными, напоминая тепло и лето. Пусть они и были карими, Хван видела в них яркое солнце.       Невольно переводя взгляд вниз, она аккуратно, боясь дотронуться и потерять, касается своей костлявый ладонью её руки, слегка поднимая. Татуировка огромной звезды, владения Дажбога в восточной мифологии и владения Гелиоса в древнегреческой, дневного светила, просто солнца, но для Йеджи — это была прямая ассоциация с Шин Рюджин.       Спутывая их пальцы, она роняет сигарету вниз, на пол. Поднимая взгляд, Хван чувствует, как ее губа нервно дёргается. Кусая губу, она вглядывается в её лицо ещё раз. Чёткие черты лица, аккуратная улыбка и ямочки на щеках. Царапина, свежая, неглубокая. Йеджи на несколько секунд закрывает глаза, взглотнув и открывает. По привычке, несколько раз поморгав, она снова смотрит на ссадину. Та уже заживала.       С надеждой рассматривая всё её тело, Хван в итоге переводит взгляд на лицо Рюджин, опять вглядываясь. Йеджи не сдерживает тревожного всхлипа, понимая, что это новая галлюцинация. — Сигаретки не найдётся? — Тихо произносит галлюцинация и со всей нежностью обнимает Йеджи. А Хван утыкается плечо, вдыхая знакомый аромат и пальцами впиваясь в спину, всхлипывая с новой силой. — Здравствуй, Рюджин. — Удивлённым шёпотом произносит Черён, рассматривая знакомые черты. И Йеджи всхлипывает ещё раз, рыдая и понимая, что это не безумная игра ее мозга.       А затем Йеджи чувствует, как под ногами мурлычет Бель, ласкаясь об ноги Хван и такой важной Шин. Старшая наконец поднимает голову и вглядывается в глаза напротив, все ещё не веря им. — Я оставила для тебя пачку сигарет.