All of the stars have a reason

-Нам нужно это прекратить, — как-то раз, после очередной ночи, проведенной вместе, констатировал Карлос. -Что? — британец не сразу понял, к чему это было сказано. -Ты ведь знаешь, нам не следует этого делать, у меня есть девушка, — тихо ответил старший, голос его был словно чужим. -Ого, ничего себе, вот это новость. Что-то раньше тебя это не сильно останавливало. Что же случилось? Неужто совесть проснулась? ‐ сквозь шок от услышанного, язвительно проговорил Норрис. -Прошу, не нужно, — сказав это, он отвернулся и глянул в окно. Спокойное ночное небо, не подозревающее о буре, прямо сейчас разыгравшейся в этом, ничем не примечательном, гостиничном номере. Спустя некоторое время Карлос глубоко вздохнул и продолжил: — У нас ведь была договоренность — секс и ничего больше. -Я знаю… разве что-то изменилось? Секс тебя больше не удовлетворяет? ‐ насмешливо продолжил шатен. -Перестань, ты ведь и так все прекрасно понимаешь, — Сайнс повернулся и встретился со взглядом младшего. Его глаза были полны безысходности, хотя ни одна другая часть его тела этого не выдавала. Ему и не нужно было лишних доказательств, лишних слов или действий, Карлос слишком хорошо его знал, знал достаточно, чтобы разглядеть подлинные эмоции Ландо за стеной, которую тот собственноручно построил, дабы отгородиться ото всех и, в особенности, от самого себя. -Понимаю, — шепотом ответил Норрис, — ничто ведь не вечно. Это и положило конец их началу. Изначально, они ведь продумали все: были обговорены все правила, границы за которые выходить нельзя. Никаких поцелуев, романтических ужинов или выходных. Никакой любви или ревности. Они продумали все, кроме того, как это закончиться. Казалось бы, ничего не изменилось. Лучшие друзья оставались лучшими. Проводили время вместе, шутили, смеялись. Однако ничего уже не было как прежде, это мог заметить любой человек, который хоть чуточку знал их. Так трепетно, с осторожность созданный ими купол, ограждающий от внешнего мира, рухнул. Поначалу медленно покрываясь трещинами, после чего в один миг превратившись в пыль.

***

Они на вечеринке в доме у Сайнсов. Норриса принимают здесь как члена семьи. Видеть то, с какой легкостью британец находит общий язык со всеми его родными режет глаза, это как бы показывает, что могло бы у них быть, если бы Карлос не был таким трусом, если бы не боялся, если бы смог доверить родным ту единственную часть себя, которую боится и сам, о которой знает лишь он и Ландо, ту часть его, которую он благополучно держал взаперти всю свою сознательную жизнь. До момента, пока они с Ландо познакомились. Однако, вскоре после, казалось бы, самого полноценного, по ощущениям, периода в его жизни, он сам все испортил, предпочев удобство и красивую картинку. Это была цена, которую он платил за хорошую репутацию. Однако какое это имеет значение? Все то, чем он дорожил, то, ради чего он был готов жить дальше, стараться добиваться лучших результатов, было уничтожено его собственными руками. Через два месяца он жениться.

-Поздравляю, я так счастлив за вас, вы хорошо смотритесь вместе, — проговорил Ландо с улыбкой, которая так и не отразилась в его глазах. -Спасибо, дорогой, я очень рада, что ты пришел, — девушка приятно улыбнулась в ответ, после чего переключила свое внимание на остальных гостей. Этот дом был почти родным ему, с каждым его уголком у него были связаны лишь теплые воспоминания. Тут он всегда чувствовал себя в безопасности. Нет, неправильно. Раньше тут он всегда чувствовал себя в безопасности. Как бы ни было это печально, но те времена ушли, пролетели быстрее, чем Макс на своей быстрой попытке. Где-то здесь сейчас и сам Сайнс-младший, наверняка выслушивает очередную счастья-пожелательную речь. Он осмотрелся и заметил Карлоса, он, вместе с Ребеккой, общался с какой-то пожилой родственницей. Норрис незаметно подошел ближе, не отрывая свое внимание от пары. Испанец мило придерживал девушку за талию, яро кивая и улыбаясь на все, что говорила ему седовласая женщина. В один момент брюнет повернулся и их взгляды пересеклись. Он всегда мечтал увидеть в его глазах ту любовь, которая есть в его собственных. И в этот момент, наконец, он ее увидел. Но она — не для него. Люди говорят, что время лечит. Время не лечит. Оно лишь притупляет боль, доводя до сумасшествия, убивает всё то, что мы так любили, то, что было нам так дорого. Хоть после их, так сказать, разрыва прошло уже около шести месяцев, парня никак не покидали бушующие чувства. Вот и сейчас, все более-менее затянувшиеся раны на его сердце заново открылись, а глаза застелила пелена. Это была не ярость и не грусть, лишь изьедающие душу ревность и печаль. Ландо резко развернулся и направился к выходу, он не мог позволить себе испортить людям праздник. Парень слышал, как в догонку ему что-то говорили, звали, однако все тщетно, он уже все для себя решил. Шатен бежал по улице куда глаза глядят и только встав отдышаться на небольшом мостике через какой-то пруд он понял, что идти-то ему некуда. Он ведь не останавливался в отеле, в доме Карлоса для него всегда была свободная комната. Глаза вновь наполнились слезами, такими горячими, что казалось они вот-вот прожгут ему веки. Что делать? Возвращаться? Но тогда у всех будут к нему вопросы. Улететь домой? А как же оставленные в его комнате вещи? Британец не придумал лучше идеи, чем просто остаться где стоял, оперевшись на перила. Уже стемнело, на безоблачном небе красовались яркие звезды. Вдалеке мерцали огни города, напоминая о его кипящей жизни, однако тут, в парке, в старинном районе было спокойно. Негромко стрекотали цыкады, шелестела листва деревьев, тихо журчала вода. Ландо потянулся в карман и осознал, что не взял даже телефон. Прийдется вернуться, но не сейчас, не тогда, когда он наконец-то ощущает себя в безопасности. Норрис полностью поднял голову наверх. Небо было необычайно красивым, как бы ему хотелось разделить эту красоту с кем-то. С кем-то, кому сейчас, очевидно, совершенно не до него. Закончив разговор с двоюродной бабушкой, Карлос вернулся в гостинную. Окинув взглядом помещение, ему сразу бросился в глаза телефон Ландо на тумбочке возле окна, рядом и его фотоаппарат. Он немного подождал, в надежде, что шатен вернется, после чего взял вещи и прошелся по комнате, спрашивая, никто ли не видел британца. Несколько его родственников, кто хорошо знал Норриса в лицо, утверждали, что видели, как парень быстро выбежал из гостинной часа два назад. Зайдя по дороге к выходу на кухню он заметил, как при виде него, лицо его матери охватила тревога. -Мам, что случилось? — неуверенно поинтересовался парень. -Не знаю, ничего такого, просто примерно полтора часа назад я услышала, как кто-то громко хлопнул дверью, — женщина сказала, все еще будучи в замешательстве. — Я сразу же вышла проверить, все ли в порядке, однако выглянув на улицу никого не увидела, и с тех пор никто в дом не возвращался. -Ясно, я понял, не беспокойся. Однако сам брюнет не мог найти себе места, Норрис никогда не расставался с телефоном больше, чем на минуту, в придачу еще и за последнюю пару часов никто его не видел. Он вышел в прихожую и стал пересчитывать пары обуви и, как и предпологал, одной не досчитался: пары обычных белый кедов с нарисованным сзади перцем чили, точно таких же, как у него самого. Это был его подарок парню на окончание прошлого сезона. Еще немного поразмыслив, Карлос быстро обулся и покинул здание. Он понятия не имел, куда идет, однако что-то ему подсказывало, что неподалеку есть лишь одно место, куда британец мог отправиться. Послышались тихие приближающиеся шаги, они вырвали Ландо из глубин сознания. Парень повернул голову в сторону шума и заметил знакомый силуэт. -Красивое небо сегодня, не так ли? — сходу задал вопрос Норрис. В ответ Карлос задрал голову вверх и, немного полюбовавшись и впрямь роскошным видом, кивнул. -Ты чего ушел? Все в порядке? -Да, все хорошо, — расслаблено ответил младший, ведь если не считать ничтожную драму, существующую лишь в его голове, все и вправду было хорошо. Сайнс подошел ближе и облокотился на перила рядом с шатеном. -Вы с Ребеккой очень красивая пара, — он не врал, не смотря на все, что происходило внутри него, он все еще мог объективно оценить истину. -Спасибо, — испанец слегка улыбнулся и перевел взгляд на бывшего напарника. — Ты сегодня отлично выглядишь. Дыхание Ландо на секунду сбилось, Сайнс словно нарочно снова и снова вставлял нож в его сердце, проворачивая внутри, не давая ране окончательно зажить. Вместо слов, британец лишь повернул голову и улыбнулся. -Какого числа вы планируете венчание? — прервал затянувшееся молчание младший. -Точно не знаю… думаю, через полтора-два месяца, а что? -Просто интересно, на случай, если появятся планы. Хоть буду знать, переносить их или нет. -Ясно, — ответил старший и вновь взглянул на небо. -Ты ведь знаешь, — спустя некоторое время вновь начал Ландо, также направив взгляд наверх, — у всех звезд есть своя причина. -Причина? — непонимающе переспросил Карлос, не сводя глаз с ярко мерцающих точек на небе. -Причина сиять, — проговорил Норрис, он смотрел на испанца, его глаза грозились, в который раз за этот вечер, наполниться слезами. — Я думаю, нам стоит вернуться, скоро все заметят твое отсутствие, а я в итоге виноватым буду. Сайнс улыбнулся на слова младшего. Он отряхнулся и выпрямился, в то время, как Ландо уже медленно зашагал в направлении дома.

***

С момента тех событий прошла уже пара месяцев, кажется. Этого было как раз достаточно, чтобы Ландо перестал лить слезы, рассматривая их совместные фото. Теперь он вновь может искренне улыбаться. Как же давно он этого не ощущал. Норрис уже получил приглашение на свадьбу, как и предложение быть дружкой жениха. Конечно, он согласился. Да, это сыграло злую шутку с его чувствами, однако теперь он мог с ними совладать. До свадьбы оставалось 3 дня. Все шло своим чередом… до одного момента. Было поздно, за окном хлестал дождь. Ландо сидел на диване в гостинной своей квартиры, наслаждаясь новыми сериями любимого сериала, когда раздался звонок в дверь. Он не ждал гостей. Возможно, это был курьер, привез подарок возлюбленным на праздник или очередные особо настойчивые фанаты опять прознали его адрес. Нехотя шатен поднялся, попутно приостанавливая сериал и надевая тапочки. Подойдя ко входной двери он, по привычке, заглянул в глазок: на лестничной клетке не работала лампочка, лишь лунный свет выхватывал из темноты силуэт стоящего у порога человека. -Кто там? — настороженно спросил Норрис. -Открой пожалуйста, — послышался из-за двери голос. Он провернул замок и дернул ручку. Открыв дверь, ему во внимание сразу бросилась пара карих глаз. -Можно войти? Я просто хочу поговорить. Он не может отказать. -Карлос? Какими судьбами? — поинтересовался Норрис, отступая в глубь квартиры, освобождая место для испанца. -Ландо, знаешь, ты такой хороший, — медленно протянув последнее слово ответил брюнет. Неуверенно шагнув вперед, он крепко обнял младшего, повиснув на нем, и Норрис тут же почувствовал едкий запах алкоголя, исходящий от будущего женишка. -Карлос, ты пьян, — уже немного гневно констатировал Ландо. — Зачем ты пришел? -Я стекл как трезвышко, ты о чем вообще? — криво улыбнулся тот. -От тебя разит спиртным, — продолжил шатен. -Ландо, я тебя люблю, ты ведь знаешь? — неожиданно серьезно проговорил старший, притягивая лучшего друга ближе. -Что ты несешь, Карлос? Бекка знает, что ты здесь? У вас через три дня свадьба, что вообще происходит? — и вправду, кого черта сейчас происходит? -Ландо, прости меня, я был не прав… -Нет, не начинай, тебя дома ждет твоя будущая невеста, — Ландо отшатнулся назад. -Ландо, ты не понимаешь, — сказал Карлос, потирая рукой переносицу. -Это ты не понимаешь. Зачем ты сюда пришел? Вдруг осознал, что после свадьбы уже не сможешь перепихнуться на стороне? Ты ведь за этим здесь?! — уже пылая от злости и обиды прокричал британец. -Ландо, нет… я… нет, ты все не так понял. -Что я не так понял? — Ландо немного успокоился, понимая, что ни к чему хорошему этот разговор их не приведет. — Карлос, пожалуйста, не усложняй ситуацию. У меня в жизни только начало все налаживаться, не нужно все портить. В ответ Сайнс посмотрел ему в глаза, он стоял так близко, что младший смог рассмотреть в них свое отражение. Сил сдерживаться не осталось, за эти месяцы в нем накопилось столько эмоций, что сейчас он уже не в силах остановиться. -Я так хотел, чтобы все это осталось в моих воспоминаниях, понимаешь? … Но прийдя сегодня, ты все испортил, — тихо начал он и горько улыбнулся. — Я хочу оставить тебя, и все, что было между нами, в прошлом, потому что мне тяжело… но ты не позволяешь мне этого сделать, — парень поднял взгляд, полный слез, чтобы посмотреть на собеседника. Его глаза отражали все чувства, таившиеся в глубине его души. Он не может сказать «прощай» и выставить брюнета за дверь, хоть это и правильно, он слишком слаб. -Зачем ты пришел? Это ведь бессмысленно, — Ландо непонимающе поднял брови. — Карлос, через считаные дни ты женишься. Зачем ты это делаешь? После этих слов старший пилот резко приблизился, и его губы с силой накрыли губы Ландо. На вкус они были терпкими, как белое полусладкое вино, видимо им Сайнс решил залить свое горе. Хотя какое, к черту, горе? Он женится на прекрасной девушке из хорошей семьи, которая искренне любит его. Тем временем, язык Карлоса бесцеремонно проник в его рот, властно, по-хозяйски. И тут Ландо с пронизывающей ясностью осознал, что это их первый поцелуй. Он со всей оставшейся силой отпихнул горячее тело от себя. -Что ты хочешь от меня? — он не понимал происходящего, испанец ведь сам порвал с ним больше, чем полгода назад. К чему тогда все это? -Я хочу тебя, — брюнет опять попытался подойти ближе, но тут же был остановлен выставленой вперед рукой Норриса. -Не говори этого, — он смотрел старшему прямо в глаза, при тусклом освещении его и без того темные глаза, казалось, напрочь лишились зрачков. — Ты тогда сам все прекратил. -Я знаю, я понимаю, — Карлос нервно взмахнул руками, как и всегда, когда разговор выдается особо эмоциональным. — Нам нужно было перестать это делать. -«Это», — Ландо наигранно закатил глаза. — Нам нужно было перестать трахаться за спиной твоей теперь уже считай жены, так и говори, я все понимаю, — после услышанного глаза старшего на пару мгновений виновато опустились вниз. — Видишь ли, трудно найти конец тому, что ты постоянно начинаешь, снова и снова, — он издевательски улыбнулся и продолжил: — Финал всегда будет прежним, поэтому нет никаких причин верить в то, что мы снова сможем быть вместе. Повисла гнетущая, сдавливающая тело словно огромные тиски, тишина. Был слышен стук капель о стекло, доносящийся из гостинной, где на телевизоре по-прежнему слабо светился стоп-кадр из сериала. Если прислушаться, можно было услышать, как соседка сверху пылесосит и, как протекает его кран в ванной, для починки которого он постоянно забывал вызвать мастера. За дверью послышались шорохи — это его вечно угрюмый сосед вернулся с работы. Голова Карлоса все также была опущена вниз, в то время, как Норрис сверлил его чернявую макушку взглядом. Затянувшееся безмолвие все сильнее сжимало свою стальную хватку на горле парня, угрожая вот-вот сломать ему гортань вместе с позвоночником. -Я отменил свадьбу, — шепотом проговорил испанец, не поднимая глаз. -Ч-что? — шатен не верил своим ушам. -Я ее отменил, — все так же тихо повторил старший. -Зачем? — этого не может быть. -Это было правильно, — Карлос пожал плечами. -Правильно? — Норрису казалось, что он спит, так и хотелось сильно ущипнуть себя, пока он не очнеться на диване и все это окажется лишь сном. — То есть, ты специально ждал, пока останеться пара дней до свадьбы, чтобы отменить ее? -Нет, просто… я не мог раньше, мне было страшно… -А сейчас что? Совесть проснулась? — язвительно спросил младший, перебив Сайнса. -Может быть. Просто я так больше не мог, я не могу так жить, — впервые за последние пять минут Карлос поднял свой взгляд, отведя его в сторону спальни британца, — в мире состоящем лишь из вранья и лживых чувств, я не мог больше обманывать себя и ее, Ребекка ничем не заслужила такое отношение. -Не заслужила? Правда что ли? Ты осознал это только сейчас, на кануне дня, когда вы бы связали себя узами официальной клятвы? Тебя не смущало это даже тогда, когда ты трахал меня на вашей кровати, в которой после проводил ночь с ней? — Ландо правда не понимал смысл этого всего, своими словами брюнет делал лишь больнее. -Перестань, пожалуйста… зачем ты это говоришь? — Карлос повернулся и посмотрел на Норриса с такой искренней печалью, однако это лишь взбесило последнего. Тогда, много месяцев назад, он принял выбор, сделанный брюнетом в одиночку, мирился с ним сквозь изьедающую душу и тело боль. А сейчас этот ублюдок смеет заваливаться к нему в квартиру, ночью, да еще и пьяный, говоря о том, что отменил свадьбу, которую планировали два месяца… Просто так, захотелось — отменил. -Зачем? Да потому, что мне больно, так же сильно, как когда ты порвал со мной, сухо и без обьяснений. Конечно я тогда все понял, — Ландо разочаровано улыбнулся своим словам, — однако сейчас, спустя столько времени, ты смеешь приходить ко мне посреди ночи, пьяный, лезешь целоваться, даже не спросив, хочу ли я этого. Собственно как всегда. Ведь так происходит каждый раз: ты что-то захотел и получил, не так ли? Захотел заполучить красотку с обложки в свои объятья — получил, захотел переспать с лучшим другом ‐ переспал, захотел отменить свадьбу за три дня до назначеной даты — отменил. -Я понимаю, я поступил ужасно, — Карлос нервно перебирал пальцы, вновь уставившись в пол, — но мы с ней это обсудили, она все поняла. Она не виновата в этом, она меня простила. Хотя я понимаю, это лишь добавляет красок тому, как я с ней обходился, Бекка этого не заслужила. Горло саднило от подступающих слез. Даже сейчас, вроде извиняясь перед ним, признаваясь в любви ему, Карлос твердил о том, какая же хорошая Ребекка. Точно ли он и в этот раз не ошибся с решением? -Не заслужила? А я заслужил? — решительно начал британец, словно бросаясь в очередное нападение, — Я заслужил быть брошеным и забытым, словно надоевшая игрушка? Ты просто использовал меня в целях собственного удовлетворения, после чего выкинул меня и все, что было между нами, из жизни, — он понимал, насколько эгоистичным это звучит, но не мог больше сдерживаться. -Ландо, прости меня, я просто испугался, — Сайнс сделал неуверенный шаг навстречу младшему, — прошу, прости меня. -Уходи, — шатен изо всех сил зажмурился в попытке остановить слезы, — Карлос, уходи. -Прости меня, пожалуйста, — испанец сделал еще один шаг вперед, однако Норрис вновь выставил руку перед собой, не давая подойти ближе. -Уходи, — дрожащим голосом повторил Ландо. -Ладно… если это то, чего ты хочешь, — брюнет отступил и направился к выходу. Так и не попрощавшись, младший пилот захлопнул за Сайнсом дверь. За неимением сил, парень оперся о стену, однако уже через пару мгновений ноги подвели его и он скотился на пол, беззвучно рыдая, уложив голову на колени. Ландо проснулся от громкого стука. Кто-то уже с десяток минут настойчиво колотил в его дверь. Поднимаясь на ноги и растирая занемевшую спину, шатен потянулся и открыл замок. -Мистер Норрис, доброе утро, — послышался слегка раздраженный женский голос. Ландо сфокусировал сонное зрение и увидел свою пожилую соседку, Виолетт, темноволосую женщину лет шестидесяти, вечно одетую в леопардовую шубу и туфли на невообразимо высоком каблуке. Всегда, проходя мимо, сложно было не задохнуться в ее пряном парфюме. -Доброе утро, — непонимающе ответил все еще заспанный британец. -Вы меня, конечно, извините за столь ранний и неожиданный визит, — Виолетт слегка смягчилась и добавила шепотом, показательно приложив с одной стороны рта ладонь: — Но у нас тут не барак и не публичный дом, не принято молодым, опрятно одетым людям под дверьми валяться. После услышанного, Ландо вообще перестал что-либо понимать. -Вы о чем? Я сегодня ночевал дома, — в замешательстве проговорил он. -Так я и не о Вас говорю, дорогой, — брюнетка отступила назад, открывая Норрису вид на лестничную клетку. Слегка выглянув за дверь, парень увидел лежащего на полу калачиком Карлоса Сайнса собственной персоной. Испанец тихо-мирно спал у входа в его квартиру. -Вот черт, — сквозь зубы процедил Ландо. -Я так понимаю, вы знакомы, — женщина выжидающе глянула на шатена. -Да, прошу прощения, это больше не повторится, можете не переживать, — заверил соседку Норрис, уже прикидывая в голове, как бы тихонько прирезать Карлоса, не попавшись на камеры видеонаблюдения. -Вот и чудесно, рада, что мы друг друга поняли, хорошего Вам дня, Ландо, — подмигнула старушка и, под звук цоканья каблуков о подьездный пол, удалилась в сторону лифта. -И Вам тоже, — выйдя из ступора крикнул парень в догонку. Еще немного постояв и подумав, Норрис решил не будить брюнета и, взяв того за ноги, затянул внутрь. С горем пополам Ландо уложил старшего пилота на диван в гостинной, а сам пошел умываться и готовить завтрак. Включив чайник и выбрав чай британец услышал сначала тихие шорохи, а потом и приближающиеся шаркающие шаги. -Доброе утро, — буркнул он, не оборачиваясь. — Как спалось? -Доброе, — зевая ответил Сайнс, — потрясно. Карлос подошел к раковине и умылся холодной водой, приводя себя в сознание. -Прости… за то, что наговорил вчера, — держась за голову проговорил брюнет, — но это правда. -Мне вот просто интересно, — наконец повернувшись, начал Норрис, — чего ты ожидал? Что я сразу после услышанного брошусь к тебе в объятья? -То, как я вчера поступил было глупо, нужно было на трезвую голову все обсудить. -Обсудить что? Карлос, ты хоть понимаешь, что говоришь? — наполняя кипятком чашку спросил шатен, — Ты использовал меня. Ты, привязав меня к себе, попросту пользовался моей уязвимость после чего, без лишних сомнений, бросил. Я не знал, что мне делать, как себя вести, ведь ты… ты отстранился, — обессиленно выдохнул Ландо, — Ты изменился, стал холоден ко мне, словно я больше ничего для тебя не значу. Все, что мне оставалось — пытаться удержать твой призрак. То, во что превратилось наше общение — лишь намек на прежнюю дружбу. -Прости меня, мне очень жаль, — в который раз за последние два дня произнес Сайнс, тяжело выдохнув и опустив глаза. — Мне очень сложно далось решение о нашем расставании. Мне было очень больно, я ощущал себя последней мразью. Мне показалось, что если мы будем меньше общаться, тебе будет проще. Хотя на самом деле, я думал лишь о себе, так было легче мне самому, ведь… каждый раз глядя в твои глаза я видел отражение собственных чувств — боль, отчаяние. Карлос поднял глаза и встретился с изучающим взглядом младшего, который впервые за последние часы не казался ему враждебным, это придало ему силы продолжить: -Я думал, что с Беккой смогу забыться, заперев настоящие чувства на замок. Однако реальность не оправдала ожиданий, — Карлос перевел дыхание, было видно, как по его щеке скользнула первая слеза, за ней вторая, третья. — Глядя на ее утонченные черты лица, мой мозг всегда пытался разглядеть в них схожесть с твоими. Запуская руку в ее длинные, ровные волосы я представлял твои: короткие, кудрявые, вечно непослушно лезущие в глаза. Я просто не мог выбросить тебя из головы, при этом до последнего не решаясь бросить Ребекку, хотя даже трахаясь с ней я видел тебя. Ей было все равно. Я стонал твое имя… и до последнего ждал, когда услышу в ответ свое твоим хриплым, как обычно сорванным из-за сладостных криков, голосом. После услышанного на Ландо снова накатило. С воспоминаниями по телу прокатилась волна мурашек. Он закрыл лицо руками, ладонями надавливая на глаза. -Почему? Почему? — словно в бреду повторял он. — Почему? Почему? Да почему?! В конце британец сорвался на крик, слезы нещадно хлынули из его глаз. Он развернулся и оперся о столешницу обеими руками, не обращая внимание на капли, соскальзывающие по лицу и падающие ему точно в чашку с уже заварившимся саусепом. Шмыргая носом, Норрис попытался успокоиться, однако все было тщетно, чувство несправедливости окутало его с головой. Память сыграла с ним свою самую злую шутку, подкидывая особенно яркие, счастливые моменты из прошлого, которые, казалось бы, еще недавно были его настоящим. Он стиснул зубы, раздражаясь от навязчивых картинок прошлого и повернулся лицом к своему обидчику. -Это ведь не честно, — британец вскинул брови в негодовании. — Так несправедливо. Почему одним в этой жизни достаётся все, другим — ничего. Коварная ирония жизни… Раньше я так надеялся на счастье, наверняка уготовленое мне судьбой. Каким же глупым я был. Карлос вгляделся в лицо младшего. В глазах его сияла неопределенность, словно звезды в бескрайнем небесном океане. Его слова — мелодия, в которой даже самые красивые ноты звучат как грустная симфония. Испанцу так хотелось подойти, прижать шатена к себе, утешить, защитить от всего на свете, однако от самого главного, он знает, не сможет уберечь, как бы не пытался. От самого себя. -Не знаю, — потеряв смысл слов ответил Сайнс. Поняв, что ни к чему этот разговор их не приведет, Карлос решил, что уж лучше уйти сейчас, не пытаясь больше, не делая больнее. Брюнет бросил последний взгляд на этого удивительного, прекрасного в проникающих сквозь занавески утренних лучах солнца, парня, который принес в его жизнь все самые счастливые моменты, однако с которым им, видимо, все-таки не по пути, и развернулся, медленным шагом направившись к выходу. Лишь хлопок входной двери привел британца в чувство. Возможно, это конец, их история останеться незаконченной, заброшенной, словно книга, оставленая на скамейке где-то в парке, чьи страницы так и не будут перевернуты, оставаясь непрочитанными. -Черт, — ужасный, тихий крик, несущийся сквозь пустоту сердца раздался в его голове. Он осознал, это именно та ситуация — сейчас или никогда. Сломя голову, не обращая внимание на задетую им, перевернувшуюся кружку, парень побежал в гостинную, хватая халат и накидывая его по пути. Не запирая дверь, Норрис выбежал на улицу, бешенно оглядываясь по сторонам, в надежде увидеть заветный силуэт. -Меня ищешь? — послышался голос из-за спины. Сайнс стоял сразу за дверью, опираясь на стену, прикуривая сигарету. -Да, — запыхано ответил Ландо. — Я рад, что ты не ушел. -Будешь? — спросил старший, протягивая только начатую пачку сигарет, на что шатен, не задумываясь, взял одну. Прикурив сигарету Норрис с облегчением вдохнул едкий дым, никотин разливался по телу, принося какое-никакое расслабление. -Ты ведь знаешь, нам не следует этого делать, — произнес испанец, стряхивая пепел прямо под ноги. -Как странно… помниться, именно это ты сказал тогда, — на слова младшего Карлос вопросительно приподнял бровь. — Тогда, восемь месяцев назад. В этот раз Сайнс понял, на что ссылался Ландо, однако предпочел не отвечать. Так они и стояли, вдыхая пагубный яд. Хотя их жизнь и без того была смертельно отравлена, так что хуже не будет. -Нужно зайти внутрь, ты замерз, — несмотря на то, что на улице светило солнце, холодный ветер и вправду пронизывал до костей, мелкая дрожь в теле друга не скрылась от глаз брюнета. Ландо кратко кивнул, затушил сигарету и, открыв дверь, вошел в здание. Однако не услышав за собой шагов, Норрис обернулся. -Чего встал? Пошли, — буркнул он и продолжил подниматься по ступеням. Карлос улыбнулся услышенному и, выкинув свой окурок, проследовал за младшим. Зайдя обратно в квартиру Сайнс уже с порога заметил лужу, растекшуюся по полу кухни, а рядом с ней и осколки, которые еще недавно были чашкой. -Не мы одни остались разбитыми после этого разговора, — у себя в голове пошутил он. Пока Ландо ушел мыть руки, испанец быстро проследовал на кухню и, аккуратно собрав остатки кружки, вытер уже остывший чай. -Спасибо, — тихо поблагодарил его шатен, вернувшись из ванной. Еще немного постояв, Норрис медленно подошел к испанцу и, положив голову ему на плечо, обнял, так сильно прижавшись к нему, словно пытаясь стать одним целым. Выйдя из ступора, Сайнс обвил руками талию младшего, уткнувшись носом в непослушные волосы Ландо, вдыхая пленительно родной, однако, в то-же время, волнующий, ставший за эти месяцы чуждым, запах. -Я скучал, — тихо проговорил Карлос, немного отстраняясь. -Я тоже, — улыбнулся Норрис этой яркой и искренней улыбкой, которую Сайнс уже позабыл, о которой уже больше полу года мог лишь мечтать во снах. Она согрела его изнутри, дала надежду, что, может быть, после всего ужаса, через который они оба прошли по его вине, у него все еще есть шанс сделать этого парня счастливым, чтобы видеть эту улыбку на его лице ежедневно. Стоя вот так, в комфортной тишине, в объятиях любимого человека, Ландо понял, что не слабость тогда не давала ему попрощаться. Еще вчера в это же время он даже мечтать не мог о том, что имеет сейчас, и слова сами выскользнули у него изо рта: -Ты, — моя причина, — задумчиво произнес он. -Причина? — словно повторяя их диалог месяцы назад, переспросил Сайнс. -Причина сиять, — вновь озаряя возлюбленного улыбкой, ответил младший. И глядя на счастье в глазах любимого, Карлос наконец-то понял, о каком сиянии он говорил.