Почему я?

      В просторном коридоре был слышен гул детских и уже юношеских голосов. Если повернуть голову направо, можно было заметить как уже опадает листва с плачущей ивы, а желто-оранжевые тона берут верх в это время года. Но в школе было уютно. Кто-то пытался за начало до уроков вызубрить материал, который задавали ещё вчера. Но большинство, просто бросали это дело, так-как в голову за час до уроков ничего не вобьёшь. Кто-то отрабатывал заклинания. В основном это были первокурсники, они ещё совсем не были готовы к магии и хотели выделиться и показать преподавателю насколько они хороши, чтобы получить долгожданную похвалу. Кто-то же просто в спешке шел в большой зал, ведь буквально через несколько минут начнётся завтрак, а опоздать и пропустить настолько важный приём пищи за день никто не хотел.       Я же особо не спешила, да и не хотелось, ведь мне опять придется сидеть за общим столом факультета зелёного цвета. Мне вообще казалось, что когда распределяющая шляпа говорила куда меня отправить, пошутила. Очень глупо и унизительно пошутила. Со временем я поняла, что я не совсем уж и амбициозная, да и не эгоистичная и не очень то хитрая. Мне бы по душе пришелся Пуффендуй – факультет самых дружелюбных и трудолюбивых людей. Я бы там точно смогла найти друзей на своём факультете и наконец-то вести себя открыто и непринужденно, не ловить странные и неодобряющие взгляды в коридорах, не слышать за спиной противный шуточки или оскорбления. За пять лет обучения в Хогвартсе я познакомилась со многими людьми с других факультетов, но так и не нашла общий язык со <<своими>>. Мне было до ужаса обидно, что девочки с моей комнаты могут в любой момент устроить ночёвку, собраться все в круг и начать гадать на картах на своего суженного. Меня же никогда не звали. Ах да, я так и не нашла своего соулмейта. С четырнадцати лет у всех на руке появляется метка с именем их соулмейта. Когда же люди наконец-то встречаются, то метка начинает очень ярко светиться и такое приятное до мурашек тепло распространяется по всему телу. По крайней мере так говорила Гермиона Грейнджер, когда нашла свою родственную душу – Рона Уизли. Я им даже завидую. Всегда можно кому-то довериться, поплакаться в рубашку и просто хорошо провести своё время, зная, что вы связаны самой судьбой до конца жизни. На моей же руке было аккуратным почерком выведено имя какого то Тома Реддла. Когда только оно появилось, я безумно радовалась, ведь теперь у меня появиться близкий человек в Хогвартсе. Но ни завтра, ни послезавтра, ни через год этого не произошло. Я то и дело, время от времени замечала всё больше парочек, которые соединялись самой судьбой и были предназначены друг для друга. Да, были люди такие же как я, но видимо я настолько желала найти кого-то близкого, что после неудачного стечения обстоятельств, разочаровалась сильнее их. И где же ты находишься, Том Реддл?       А тем временем передо мной открылись массивные двери большого зала. Да, зал был поистине огромен. Наверное сюда бы поместилось два моих школьных зала с обычной школы, в которую я ходила до одиннадцати лет, и это не учитывая высоту. Столы ломились от разнообразной еды, но я уже привыкла к этому. Тут и там были различные напитки на любой вкус, закуски всех цветов на всём белом свете и такие деликатесы, которые ни за что не смогли бы позволить мои родители в обычной жизни. Вспоминая себя в детстве, я была в большой шоке, что еда сама появляется на столах, а готовят ее вовсе не люди, а домовые эльфы. У меня дома такого не было. Хоть я и была из семьи волшебников, но денег нам всегда не хватало. Моя мама магл, а папа волшебник, который сбежал из своей семьи и стал частью магловского мира. Какого же было его удивление, когда вместо долгожданного обычного ребенка, родилась я, волшебница. На что он вообще рассчитывал? Думал, если начнет жить как магл, то и гены поменяются? Даже в обычную школу я ходила, правда только до одиннадцати лет. Позже мне принесла письмо сова, а отец со скандалом пытался объяснить моей матери, что не хочет меня отправлять в мир магии, ведь там опасно. А тут опасно было. Как минимум чистокровные волшебники на моём факультете. Кичились чистотой своей крови, да и маглорожденных задевать пытались. Хорошо, что отец меня с детства учил самообороне. Той черноволосой девочке здорово досталось от меня. А что? Не надо было меня обзывать. Я же не только словами могу больно сделать. Но это было единожды когда я применяла физическую силу. Я не сторонник этого, говорила же, что для меня Пуффендуй подошёл бы, ну или на крайний случай Гриффиндор, хотя смелости во мне столько же сколько и пропусков уроков прорицания.       Я прошла за свой стол и села с краю. Рядом сидящая девушка недовольно на меня покосилась, но продолжила есть. Может это та, с которой я дралась в детстве? Хотя их тут не отличить, да и я не особо то хочу. Все ужасно хитрые и противные, как змеи, которые украшают наш факультет. – Эмбер! Эмбер, прошу помоги мне! – с факультета львов ко мне подбежала моя знакомая. Светловолосая девушка с яркой улыбкой, которая очаровала половину своего факультета, да и не только своего. – Линдси, что уже могло у тебя случиться в такую рань? Ты опять домашку по рунам не сделала? – я устало взглянула на нее, но усталост как рукой сняло, стоило мне посмотреть на нее. Она заражала всех оптимизмом и подбадривала даже самых угрюмых людей. Хотя сомневаюсь, что получилось бы у нее задобрить самого профессора Снейпа. Он ей без колебаний уже третий урок подряд ставит <<отвратительно>>. – Эмбер, ты читаешь меня как открытую книгу. Не могла бы ты мне дать списать? Прошу, – девушка подняла на меня свои щенячьи глазки и невинно захлопали ресничками, – Ну мы же подруги, а подруги должны помогать друг другу. Эмбер, меня профессор убьёт, если я не принесу эссе. – Ладно, бери с сумки, – я не смогла устоять ее мольбам и рукой указала на сумку лежащую рядом со мной на деревянной скамье. – Ах Эмбер! Ты самая лучшая! Спасибо, – этот светловолосый оптимистичный ураган умчался в непонятном направлении вместе с моей тетрадью. Как такая как она вообще обратила внимание на такую как я? Тем более я со Слизерина. Хотя наверное она общаться со мной ради выгоды и только, но меня пока, что всё устраивает, ведь я не считаю ее реальной подругой.       Послушав утреннюю речь директора и позавтракав, мы наконец то направились на уроки. Первым в расписании стояло зельеварение. Очень интересный и может быть был бы даже любимый мой урок, если бы не профессор, который его вел. Наш декан. Я и не могу сказать, что была отличницей, но и не двоечницей точно. Просто было страшно порой сидеть на уроке и получать недовольные замечания в свой адрес, да и другим похоже это тоже не нравилось.       А тем временем уже готовое огнезащитное зелье бурлило у меня в котле. Яркий голубой цвет напоминал мне бушующее море. В детстве я часто ездила туда с родителями, когда они были свободны от работы и когда я ещё не пошла в Хогвартс. Профессор поставил мне за мою работу сдержанное <<удовлетворительно>> и ретировался к своему столу, чтобы занести оценки всех учеников в журнал. Некоторые были не в восторге от его метода оценивания, но никогда не смогли бы ему это сказать вживую. Боялись? Определенно. Его не только студенты сторонились. Вечно мрачный профессор отпугивал, половину учительского состава.       Я уже собирала в свою вместительную сумку школьные принадлежности и собиралась было выйти, как меня остановил профессор. – Мисс Саммерс, я попрошу вас задержаться,– мужчина даже не поднял голову в мою сторону, а всё также аккуратным почерком выводил оценки ученикам. – Да, профессор? Вы что то хотели? – говорю я и заправляю выбившуюся из пучка рыжеволосую прядь, которая так неудачно упала мне на лицо, мешая разговору. – В данном случае не я. С завтрашнего дня мы с вами будем заниматься окклюменцией. Поэтому попрошу вас не опаздывать на завтрашнее занятие, я не терплю опозданий. – Снейп наконец то обратил на меня своё внимание и соизволил хотя бы посмотреть, ожидая мою реакцию. Видно было ему это не в радость со мной ещё и дополнительные занятия вести, которые видимо никак не оплачивались. Но с чего ему меня учить окклюменции? И кто ему это приказал? – Но, профессор, разве мы в школе изучаем эту дисциплину? Я не думала, что мне это когда либо пригодиться, – я всё ещё стояла посреди кабинета в непонимании, переминаясь с ноги на ногу. – Вам это всё объяснит профессор Дамблдор, – он устало потёр переносицу – Он вас вызывал. Поэтому не стойте столбом и соизвольте же отправиться в его кабинет. У меня много работы, а вы мне мозолите глаза.       Я в полном непонимании, развернулась к выходу из кабинета и со многими вопросами в голове, отправилась в кабинет директора Дамблдора. Зачем я ему понадобилась? Для чего мне обучаться окклюменции? Почему вообще на меня за всё время обучения обратили внимание? Я же не Гарри Поттер, <<мальчик-который-выжил>>. Это он обычно часто засиживается в кабинете у директора, с особым энтузиазмом рассказывает свои приключения сокурсникам и спешит на помощь своим друзьям. Его имя часто слышится в утренней прессе, которую разносят за завтраком в выходные дни. А кто я? Просто обычная студентка Хогвартса, как и все остальные.       Передо мной была массивная дубовая дверь в кабинет директора школы. Мне даже не пришлось ее толкать и как то открывать самой. Дверь со скрипом отворилась, пропуская меня внутрь этого волшебного места. Тут и там были книги разных расцветок и причудливых форм. Даде не сомневаюсь, что смогла бы найти тут все ответы на свои вопросы. Где-то в пространстве витал свиток с пером, который усердно что-то переписывал с документов, а в центре этой обители стоял сам ее владелец. – Присаживайтесь, мисс Саммерс, – профессор по-отечески улыбнулся и жестом указал мне на кресло напротив стола, – Я знаю, что у вас сейчас множество вопросов, но давайте по порядку.       Я прошла к указанному месту и села на удобное синее кресло, которое пахло корицей и нотками ещё чего-то далёкого и родного. Прямо как у моей дорогой бабули. Она любила печь пироги с корицей, а я любила их уплетать, пока они были ещё теплые, и с них шел дурманящий пар. – Лимонные дольки? – волшебник указал мне на мисочку с этими сладостями, и я, без лишних вопрос, взяла одну. Во рту тут же распространился лимонный вкус с некой приятной горечью. – Я подозреваю, профессор Снейп уже рассказал вам о ваших занятиях по защите разума? – Да, всё верно, профессор, но я не могу понять одного. Зачем это всё? Для чего? Или же...от кого мне предстоит отгородить свои мысли? – Вы верно мыслите, мисс Саммерс. Вы уже знаете кто ваш соулмейт? – мужчина задумчиво провел рукой по своей длинной и седой бороде, а после положил в рот ещё одно кислое угощение. – Я знаю его имя, но профессор, при чём тут это? – заданный вопрос очевидно поставил меня в тупик, и видимо это та реакция, которую ожидал увидеть директор. Ещё где-то минуту немых гляделок закончились моим поражением и я всё же решила сдаться. – Это Том Реддл, но я до сих пор не нашла его ни в Хогвартсе, ни где либо ещё. Как я знаю родственные души встречаются в течение лет трёх, может пяти в исключительных случаях, сама судьба сводит людей, но я так и не нашла своего. – Что если я скажу вам, мисс Саммерс, что ваш соулмейт это – лорд Воландеморт? – директор тот час уставился на меня ожидая моей реакции. Его стеклянные глаза прожигали меня насквозь, пытаясь уловить каждую эмоцию на моём испуганном лице. А меня прошиб холодный пот и во рту всё пересохло, бывший привкус приятной горечи после конфеты сменился на не такой уж и приятый, даже противный в некотором роде. Мне захотелось прополоскать рот раз десять, а потом ещё и ещё пока не избавлюсь от этого тошнотворного привкуса на кончике языка. – Вы должно быть шутите, профессор? – я издала нервный смешок, словно не верила в происходящее, пальцами вцепилась в сиденье кресла, царапая обивку ногтями. В кабинете вмиг повисла гнетущая атмосфера. Уже не казалось таким волшебным пространство, а перо с летающим свитком перестало писать и смиренно лежало на журнальном столике, ожидая приказаний своего хозяина. – Нет, к сожалению это не шутка, мисс Саммерс. Мне вас искренне жаль, вы молода и полна сил, а узнать кем является ваш соулмейт и принять это крайне сложно. Я вас понимаю, – маг вновь жестом приказал перу переписывать уже другие отчёты, и оно покорно принялось за работу, – Но...вы можете помочь нам.       Я, всё ещё не веря в происходящее, сидела с пустым взглядом и пыталась уловить хоть капельку шутки на его лице. Но директор не шутил. Это не тема для шуток. Дамблдор видимо не дождавшись моей реакции, продолжил: – Да, вы точно можете нам помочь. Спасти родителей, друзей, школу, да и в конце концов весь мир...       Мир? Я? Хах, смешная шутка, но только не для человека, который узнал, что его соулмейт – тот кого нельзя называть. – И...что же вы предлагаете? – я начала нервно перебирать в руках шерстяную нитку, которая оторвалась от кресла. – Я предлагаю вам убить его. – Убить?! – добивающая волна с новой силой окатила меня. Убить? Как он себе это представляет? Шестнадцатилетняя девочка завалит того кого нельзя называть, да и тем более свою родственную душу. Интересно, а может мне ещё расскажут, что я потомок какого-нибудь древнего мага, который в прошлом владел всеми видами магии и теперь я буду спасать мир с некоторыми плюшками? Но нет. Спасать буду без каких-либо способностей. – Вы никогда не задавались вопросом, мисс Саммерс, что вы делаете на факультете Салазара Слизерина? По-моему вам там не очень то и нравится. Вы словно не в своей тарелке. Может всё таки вам ближе какой нибудь Гриффиндор или же Пуффендуй? – Дамблдор посмотрел на меня ожидая моего ответа, но я опять же сидела в какой-то прострации, отрицая услышанное, – Вы с ним связаны, с Томом. Сама судьба издевательски соединила две противоположности и чтобы хотя бы как то вас сблизить отправила вас, бедную девочку, на Слизерин. – Профессор, как вы себе это представляете ? Как мне его убить? Я буквально только недавно начала практиковаться в боевой магии, а уже сегодня вы требуете от меня невозможного.       Директор видимо наконец-то стал удовлетворённым, что я начала поддерживать беседу, произнес: – Вы должны стать его приближенной, втереться в доверие, вступить в ряды пожирателей смерти, а после же убить. Так как вы его родственная душа, у меня есть подозрения, что он отнесётся к вам более лояльнее, чем к остальным своим приближенным и даже может подпустит к себе, – одним движением руки волшебник зажёг камин, который был расположен возле журнального столика. Наверное, чтобы сгладить появившееся напряжение и разрядить обстановку. Но это не очень то и помогло. Я всё также не могла поверить услышанному, а по моему бледному лицу можно было понять, что мне не хорошо. – Правда, есть одно но... Связь соулмейтов со временем их общения крепчает и разорвать ее практически не возможно. Люди привязываются друг к другу. Поэтому нужно будет исполнить наш план как можно скорее и ни в ком случае не медлить, – профессор положил в рот ещё одну лимонную дольку, – А что бы ваши мысли были при вас, я любезно попросил профессора Снейпа помочь в нашем маленьком дельце, и он охотно согласился. Но я думаю он вас уже оповестил об этом. Так что. Вы согласны?       Конечно же на деле никто бы меня и не спрашивал о моём согласии. Это так, формальность. Несуществующее право выбора, просто чтобы я чувствовала себя хоть что-то решающей в своей жизни. Конечно же профессор будет цепляться за любую возможность убрать того кого нельзя называть и никогда ее не упустит. – Я...– я перевела взгляд голубых глаз на камин. Языки пламени отыгрывали какой-то танец, причудливо извивались и тот час перемещались, – согласна, да, я согласна...       Вот и всё. Молодец Эмбер, ты обрекла себя на неминуемую и скоропостижную гибель. Навряд ли есть шанс отказаться. Да и был ли он? Результаты этого диалога были уже известны нам обоим.       Попрощавшись с директором я на негнущихся ногах вышла в коридор. Даже уже и не помню как дошла до гостиной, как у меня наверное спрашивали о моё самочувствие, ведь выглядела я отвратно. Меня мутило. Я попыталась хоть как-то умыться и привести себя в порядок, но сил у меня видимо хватило только на тот злополучный диалог. Хотелось вывернуться наизнанку и очиститься от той конфеты, которую я съела, как только зашла в кабинет. Также хотелось просто проснуться на завтрашний день и спокойно пойти на занятия, как будто вчера ничего и не было. Всё также утром дать списать домашнее задание Линдси, а она всё также лучезарно улыбаясь, скажет какая я хорошая подруга и что вовек меня не забудет. Мой разум пытался блокировать и огородить меня от негативного события, но получалось у него пока что ужасно. Мне хотелось верить, что как будто вчера был просто дурной и до безобразия нелепый сон. Присниться же такое. Но я всё также сижу на утро с пустым взглядом, уткнувшись в одну точку, мои тонкие пальцы всё также холодны, но проводят по аккуратным завиткам метки, во рту чувствуется противный горький вкус уже ненавистной лимонной конфеты, а голову заполнил только один вопрос. Почему я?