Часть 1
25 августа 2024 г., 04:10
Обычный вечер в министерстве. Скворцова отправила письмо, куда велел Тихомиров, и пока она ждала ответа, решила посмотреть на ребят, которые вот-вот собирались уходить. Картина была невероятно успокаивающей: Луч и Скотч не кричали и не носились, как им было свойственно.
Соня всегда удивлялась, как после трудного рабочего дня Дина и Даша так активно себя вели. Можно заметить, что блондинки идут с Ингой и что-то яростно обсуждают. Скворцова научилась держать язык за зубами, но вот мимику контролировать не получается, от чего на лице появилось недоумение. Девушки раньше большую часть времени ссорились, а сейчас идут спокойно и разговаривают. Инга на них не кричит из-за того, что они что-то опять не так сделали, и Дина с Дашей её не передразнивают. «Подружились? Если так, то недолго офису стоять...», — подумала про себя Соня и натянула лёгкую улыбку.
Вот девушка перевела взгляд на кудрявого парня, который шёл по коридору со своим коллегой Ильёй. Они что-то обсуждали: точнее, Дударь что-то рассказывал, а Илья просто иногда кивал, делая вид, что слушает своего «друга». Тихомиров ещё давно ушёл на совещание, а с совещания — домой ,«Везунчик», — подумала Софья, покачиваясь в кресле и мечтая о том, как будет в объятиях сначала ванны с горячей водой, а потом уже и тёплой кровати. Хоть девушку никто не ждал дома, всё равно хотелось провести вечерний ритуал и завалиться на кровать. А потом день как по новой, если Тихомирову не придёт какая-нибудь очередная «гениальная идея». Ксения Борисовна изредка называла Евгения Александровича «недопонятым гением». Прокручивая воспоминания в голове и вспомнив о Ксюше, она посмотрела на её кабинет, который был занавешен. Мысль о том, что она могла бы быть дома, даже не появилась: женщина всегда сидела в офисе до поздна, ведь дома её никто не ждал и делать особо было нечего.
Соне пришло письмо, и она вспомнила слова Тихомирова:
— Сонечка, когда письмо придёт, дай Ксении Борисовне на перевод... Ну ты же знаешь. — Голос его был мягким, как обычно, и на лице играла милая улыбка. Соня лишь кивнула Евгению Александровичу и ушла.
И вот Соня уже у дверей кабинета Нечаевой.
— Скворцова, тебе чего? — Голос темноволосой был раздражённый; она даже не удосужилась поднять взгляд на блондинку. Соня начала думать: почему такая злая? Просто потому что она пришла к ней или кто-то другой этому посодействовал?
— Евгений Александрович просил письмо перевести, я его вам скинула... — тихо сказала Скворцова, чтобы ни дай бог в неё калькулятор или ваза не полетели.
— Соня, ты в ноутбуках разбираешься? — спросила женщина, уже на грани того, чтобы не кинуть кусок металла в стену.
— Разбираюсь, а что у вас? — Соня аккуратно подошла к Ксюше и встала рядом, положив руку на кожаное кресло, на котором сидела женщина. Нечаева показала, что ноутбук лагает так, будто у него съёмка покадровая, и начала бить кулаком по клавишам. Соня попыталась успокоить Ксюшу и сказала:
— Вы его так сломаете... Ксения Борисовна... — «Ксения Борисовна» прозвучало особенно нежно из уст блондинки. Женщина лишь легла на спинку кресла и смотрела, как девушка что-то чистила. Что-то в голове темноволосой переклинило: она посмотрела на фигуру девушки — неплохая талия и красивое лицо; но больше всего привлекали губы. Наконец-то она поняла, о чём вообще думала, и помотала головой, прогоняя глупые мысли прочь.
— Всё. Вы его чистите почаще просто. — Блондинка резко прервала мысли Ксении, а женщина лишь сделала затяжку и выдохнула кольцами дыма, будто не слушая девушку.
— Я могу идти? — спросила Соня тихо, не торопясь уходить. Да и не хотела: время с замминистра проводить было гораздо лучше. Несмотря на то что они могли молчать всё время, лучше бы они просто обнимались молча. Девушка сама того не понимала, как стала зависима от «Зайчонка» и в целом от образа чудесной женщины. Вроде бы она и не заслужила любви по мнению многих, но Соня считала таких людей глупыми, каждый заслуживает любви, а Ксюша особенно.
В этот момент Ксения взглянула на Соню с лёгким удивлением:
— Ты знаешь... иногда мне кажется, что ты одна из немногих людей здесь, кто действительно понимает меня.— Женщина сама не поняла, как это сказала, но ведь не соврала.
Соня замерла от неожиданности. Это признание было неожиданным и трогательным. Она почувствовала прилив тепла к женщине и решила рискнуть:
— Я всегда готова слушать вас... если хотите поговорить.
Ксения чуть улыбнулась и сделала шаг вперёд.
Соня почувствовала лёгкое волнение, от чего не слова из себя выдавить не могла , хотелось провалиться под землю, она сама не почувствовала, как чужие губы накрыли её.
