Капитан Котиков ГИК знает где

Капитан Котиков смотрел на экран. На экране происходило что-то странное: бежали зеленые цифры, из темноты выныривали цветные всполохи и то и дело мелькали обрывки записей. Ня висела за его плечом, держась за спинку капитанского кресла, Юрк испуганно смотрел со своего места, а злой и потный Оннуйльё матерился за пультом, не замечая, что меняет образы, едва ли не с той же скоростью, что экраны Леопольда. Вискин не отзывался восьмой час кряду. Корабль лег в дрейф, на десять тысяч световых лет ни одной пригодной планеты. Мух вплыла в рубку, толкая перед собой кейс тюбиков НЗ. Ни искусственной гравитации, ни бортового синтезатора, только система жизнеобеспечения непонятно как еще держится. — Ребята, обед. Ну, что? — по их кислым лицам артиллерист поняла, что ничего. — Нясь говорит, еды хватит месяцев на шесть по стандартному времени. Если экономить, можно и на восемь растянуть. — Нясь может валерьянкой питаться! — огрызнулась старпом. — Спокойно! — одернул ее Котиков. — Отбой для всех, кроме Оннуйльё и вахтенного. Вахту будем менять через шесть часов. — А первая чья? — Моя. А теперь брысь отсюда. Котики не отреагировали на вульгарность капитана, понимали, что все на взводе. Юрк убежал бегом, в отсеках Мурса, среди его тигров, он чувствовал себя почти в безопасности, а те учили салагу боевым приемам. Ня хотела задержаться, но Котиков шуганул и ее, отоспаться перед следующей вахтой. В рубке остались капитан и бортмеханик. — Как? — Глухо, кэп. По всем признакам какая-то вирусня, но чистке не поддается, хоть молись святому Биллу. На экранах при этих словах чернота на долю секунды сменилась синими полосами кода. — Так помолись. — Издеваешься? — Перебираю варианты. Есть другие идеи? — Идеи у меня еще три часа назад кончились. Но молиться я не буду! Я слов не знаю. — Я тоже не знаю, — признался Котиков, понимая, что метаморфа надо отвлечь. — Но раз он святой, должен простить. О, святой Билл… нам от него чего надо? — Пусть сдохнет та нытхазь, что подложила нам эту собаку! — Э, нет, такого у святых не просят! Да и нам сейчас важнее самим выжить. О, святой Билл, пошли нам озарение, и да прочистятся цепи Вискина, и будет его код всегда закрытым… Оннуйльё? Бортмеханик уставился на оживший экран. Там происходило непонятное. Котиков замолчал. Экран тут же погас. — Кэп, говори, оно, похоже, работает! Котиков не стал сопротивляться и возражать — в дальнем космосе он и не такое видел. Он просто понес околесицу про байты, сервер и апгрейд, а Оннуйльё, как помешанный, стучал по галосенсорам. — Команду на ручной прыжок, кэп! — Ручной прыжок разрешаю. Леопольд тряхнуло. Их выбросило из кресел и капитан Котиков больно треснулся макушкой о потолок. Свет в рубке погас, экраны окончательно умерли, поляризация пропала, и все небо заняла незнакомая планета в оранжевых облаках. — Приплыли, кэп. Жизнеобеспечение тоже крякнуло. — Сколько? — Часов четырнадцать. Как вовремя нам десантные катера подгрузили, мысленно порадовался Котиков.