Black-Hearted Queen

      Казалось бы, всё идёт, как надо — Кову выполнил свою часть плана, втёршись в доверие короля враждебного прайда и заманив того на чужую территорию, дабы Зира, вместе со своим приспешницами, могла прикончить заклятого врага и захватить его земли. Симба, будучи уже немолодым львом, не сможет с такими ужасными ранениями уйти живым от целой оравы голодных львиц, которых годами тренировали сражаться и убивать. Наконец-то старая королева утолит жажду возмездия за причинённую ей боль, когда этот золотистый подонок посмел бросить вызов её возлюбленному и свергнуть того с престола, лишив его бедную супругу буквально всего! В этот момент, гордость и удовлетворение так и наполняли травмированное сердце истощалой львицы, которое, кажется, забилось с удвоенной силой от ликования. Неизбежно, она заполучит то, чего годами желала…       И вот, перед королём прайда встало препятствие в виде целой стены из старых поломанных брёвен! Он теперь уж точно никуда не убежит…       Но у кареглазого льва были другие планы. Просто так даваться врагу он не собирается! Тем более, дома его ждут супруга и дочь, а также прайд и множество других подданных, которых он поставит в уязвимое положение своей трагичной кончиной.       Но как выбираться из этой передряги? Впереди гора брёвен, а сзади на него бежит орава обезумевших хищниц. Нужно было быстро решать, что делать, иначе будет поздно.       — Не может быть! Он лезет наверх! — с изумлением в голосе произнесла одна из чужеземок, наблюдая за тем, как золотистый лев с огромным усилием взбирается по горе из старых кусков древесины.       — Дуры, не стойте на месте! — в порыве отчаяния прикрикнула Зира, злобно кидая взгляды на соплеменниц, — Он же так сбежит! — когда она это говорила, сверху на чужеземцев свалилось одно из брёвен, но те вовремя среагировали и отскочили.       Его противница начала паниковать. Рыжегривый лев мысленно радовался этому, ведь пока львицы будут рассуждать над его поимкой, у Симбы будет шанс сбежать. Но боль от свежих зияющих ран, из которых обильно текла горячая жидкость, давала о себе знать. Льву было всё тяжелее и тяжелее подниматься по жердям, а в глазах стало мутнеть.       Нет! Он должен собраться силами, если хочет выжить. Ведь до побега осталось всего-ничего, достаточно лишь подняться, и тогда...       Подождите... Симба лишь сейчас смог разглядеть на фоне мрачного тёмного неба чьи-то яркие зелёные глаза, испуганно уставившиеся на него.       — К-кову? — устало выдал король. — Симба! — со страхом крикнул тёмный лев, стоявший практически над ним.       В голосе молодого не было слышно угрозы, скорее беспокойство. Но это ни капли не успокоило короля земель прайда, который настороженно относился к отпрыску своего врага.       — Атакуй его, Кову! — с восторгом в голосе приказывала старая львица снизу. Ей сразу полегчало, когда охристая чужеземка услышала клич своего младшего сына. В глубине души теплилась надежда, что годы тренировок не уйдут за зря.       Теперь, Симба чувствовал себя в западне. Снизу его ждал вражеский прайд, жаждущий завершить начатое, а сверху был лишь один молодой лев, от которого золотистый самец не знал, чего ожидать.       Кову, тем временем, с сожалением кинул взгляд на своих соплеменников, видимо задумав что-то. В этот момент, золотой лев понял, что Кову ему не враг. Он хочет помочь королю!       — Давай лапу! — бурый лев слегка наклонился и протянул свою лапу, чтобы Симба мог ухватиться. Кареглазый же не стал упускать такой возможности и схватился своей лапой за чужую.       — Что он делает?!? — внезапно завопила одна из чужеземок, — Он же... — Не видно что-ли? — резко перебил её напарник, — Этот проклятый термит предал нас! — вдобавок прорычал тот, озлобленно глядя наверх.       После этого, в сторону Кову посыпалось куча оскорблений и угроз. Родной прайд темногривого льва уже понимал, что тот кинул их. Все чужеземцы ревели и рычали от ярости, но ничего не делали.       И лишь одна львица выглядела безучастной. Старая королева молча наблюдала, как её любименький сынок, которого она годами взращивала как убийцу, помогает её злейшему врагу. Весь мир, кажется, рухнул в этот момент. Все усилия оказались напрасны! Жгучее ощущение предательства больно жгло бешено колотившееся сердце.       В этот же момент, худощавая львица заметила, что Симба не очень торопится выбираться на вершину ущелья. Остаток разума хищницы подсказывал, что с тяжёлыми ранениями он стал слабее. Это её шанс!       Внезапно, Зира громко и устрашающе зарычала, заставив своих соплеменников замолчать. Охристая чужеземка мигом запрыгнула на одно из брёвен, начав быстро и судорожно взбираться по сухим колодам. Кареглазая даже не замечала, что из-за своей неосторожности и стремления навредить, она проломила несколько брёвен.       — Будь осторожнее, мам! — крикнула ярко-рыжая чужеземка, с волнением глядя на королеву.       Осторожность? Зире не нужна была осторожность! Всё, чего она хотела, так это не упустить шанса добить своего врага! И если бы они хотели обеспечить безопасность своей королеве, то лучше помогли бы! Хотя... Нет. Она и сама разорвёт его в клочья! Ей никто не был нужен. Лишь одно безумное желание было ей другом и напарником.       — Ух... Какой ты тяжёлый! — Кову, тем временем, пытался поднять Симбу с горы жерд на край ущелья, где зеленоглазый сейчас и стоял.       Бывший чужеземец только сейчас заметил, что к ним стремительно поднималась старая худая львица, шумно пыхтевшая от предвкушения сладкой мести. Глаза Кову, тем временем, сильно округлились от неожиданности.       Симба, который тем временем совсем зачахнул, соизволил оглянуться назад. Золотистый король тут же оживился, увидев рядом с собой Зиру.       — Ты никуда не уйдёшь! — маниакально прорычала королева чужеземья, уже собираясь броситься на противника.       Кову, тем временем, смогший оттащить Симбу на край обрыва, с ужасом глядел на собственную мать. Её безумный взгляд сильно пошатнул уверенность молодого льва, отчего тот и помедлил.       Большая ошибка, ибо Зира воспользовалась этим, вцепившись в круп зрелого льва, который болезненно прорычал, хотя этот рык скорее напоминал стон. — Нет! — вскрикнул в ужасе зеленоглазый, наблюдая, как охристая королева трепала чужие бёдра. Испытывая ужасную в задней части тела, Симба взглянул на атаковавшую его львицу. Он рефлекторно стал брыкаться, пытаясь задними ногами отпихнуть противницу. Та же, в свою очередь, игнорировала это, полностью погрузившись в своё дело. Ей хотелось нанести как можно больше увечий старому королю. Кову всё ещё держал чужую лапу, не в силах вмешаться в драку. Он лишь наблюдал за тем, как его мать терзала своего врага.       И так продолжалось ещё пару минут, пока Симбе не удалось со всей дури пнуть львицу в грудь, отчего та, не удержавшись, покатилась вниз по брёвнам. Это было больно, ибо львица несколько раз ушиблась, пока падала.       К несчастью, из-за этого начался обвал, который накрыл старую хищницу с головой. Все прочие чужеземцы отбежали от горы брёвен на безопасное расстояние, слушая, как грохочут старые колоды.       — Мама!!! — вскрикнула Витани, с ужасом смотря в сторону обвала, который было невозможно разглядеть из-за клубящегося облака пыли.

***

      Всё произошло слишком быстро. Ни у кого не было сомнений в том, что старая королева чужеземья была мертва. Было невозможно выжить под обвалом брёвен. Когда облако пыли рассеялось, перед растерянным прайдом показалась всё та же стена из старых высушенных колод. Ни Симбы, ни Кову не было видно. Они сумели сбежать. План Зиры провалился.       — Что нам делать?.. — с опаской поинтересовалась одна из львиц, прижав уши. Без своего лидера, прайд теперь казался беспомощным.       Тем временем Витани направилась к горе брёвен. Не разглядев даже клочка знакомой охровой шёрстки, она тихо вздохнула. Ярко-рыжая львица, усевшись, опустила голову. Сиреневые глаза львицы начали намокать от поступающих слёз. — Ты была хорошей матерью... — еле слышно прошептала львица.       В тот же миг рядом с ней оказался серый лев с короткой потрёпанной гривой. Он положил свой кривой хвост на спину сестры, пытаясь её подбодрить. Оба ничего больше не промолвили.       Было и без слов ясно, как Нука и Витани скорбели по умершей королеве. Пусть она и обделяла их вниманием в детстве, они всё ещё любили Зиру как свою мать. Больше негодования у них вызвал Кову, который жестоко предал не только свой прайд, но и семью. Их мать вкладывала в него все свои силы, а он так наплевательски отнёсся к своим товарищам. Они никогда не простят ему предательства матери.       — Кто же станет нашим новым лидером? — пока Витани и Нука пытались оправиться от смерти своей матери, другие члены прайда бурно обсуждали события этого рокового дня. Они пытались решить, что делать дальше.       Витани особенно сильно заинтересовал этот вопрос. Кто же станет новым лидером чужеземья? Похоже, никто не решался претендовать на этот пост. Может быть, это хорошая возможность проявить себя? Показать, что она лучше своего поганого братца. И не только своей покойной матери...       С такими мыслями, бодро вскинув голову, она поднялась с места и резко прыгнула на выступающий уступ одной из стен ущелья. Все тут же обратили внимания на неё, услышав звонкое стучание подушечек лап о каменистую землю. От этого, сиреневоглазой львице стало немного неуютно. Но опыт жизни в суровых условиях и жажда признания диктовали ей скрыть неуверенность, если ей хотелось быть тем лидером, за которым пойдёт целый прайд.       — Послушайте меня, сёстры! — громко начала челкастая львица, уверенно смотря сверху вниз на соплеменниц, выставив вперёд свою грудку, — Я понимаю, вы все потрясены смертью Зиры и предательством этого термита, — Витани никогда не позволяла себе так называть своего младшего брата, но теперь ей было всё равно, — но не нужно впадать в отчаяние!       — Ты собираешься стать нашим вожаком? — с явным недовольством поинтересовалась одна из львиц, — После того, как твой брат нас предал, а твоя мать так нелепо умерла, ослеплённая жаждой мести?       Уверенность молодой львицы немного пошатнулась после услышанного. Её больно задели словами о матери. Но в чём-то, её подруга была права — Зира действительно поступила ужасно, поставив собственный прайд в опасное положение из-за слепого желания отмщения. На самом деле, Зира делала всё лишь ради мести, а не во благо прайда, о чём прекрасно понимала рыжая львица.       — Тогда кого ты хочешь видеть в качестве главы прайда? — резко заступился Нука, — И не смей так отзываться о Зире! — Я хочу видеть кого угодно, только не кого-то из вашей родни! Вы и так сделали слишком много для нашего прайда!       После этого, многие стали соглашаться с ней. Некоторые львицы всё ещё считали Витани неплохим лидером, но недоверие к Зире и её родне было выше. Их можно было понять, ведь Зира только что умерла, оставив прайд ни с чем. Да и Кову оказался предателем.       Однако, Витани прекрасно осознавала, что если будет молчать, то место лидера ей не будет светить. Нужно было доказать, что она — не Зира. И уж тем более она не этот подонок, кинувший прайд не пойми ради чего.       — Прекратить споры! — строго произнесла львица, ощерившись, — Я понимаю ваше недовольство Зирой и Кову, но прошу вас, будьте разумны. — уже спокойнее проговаривала Витани, встряхнув головой, — Таким гонором мы ничего не решим, а лишь посеем больший раздор. — слегка смягчившись, пояснила она.       — Но тогда докажи нам, что ты подходишь на роль лидера! — фыркнула одна из львиц. Витани уже понимала, что та имела ввиду. — Зира была ослеплена жаждой мести. Её рассудок был потрескан из-за травмы прошлого. — начала Витани, — Однако! — ярко-рыжая чужеземка сделала короткую паузу, сверкнув глазами — Я не Зира и не Кову. Я ни разу не подвергала сомнению свою преданность вам, мои дорогие сёстры. Я всегда была готова заботиться о каждом из вас. И я готова везти прайд за собой. — Витани судорожно вздохнула, кинув печальный взгляд на бревна напротив себя.       — Более того, никто не из вас не решился претендовать на роль лидера! — резко вставил серый лев, повернувшись мордой к соплеменникам, — Думаю, что смерть нашей матери является достаточным искуплением перед вами. — более твёрдо и мрачно добавил Нука.       Витани была несколько ошеломлена, когда получила внезапную поддержку от старшего брата. Видимо, тот мог не только без конца ныть о несправедливости этого мира, за что чужеземка была ему благодарна.       Через несколько минут переговоров, львицы чужеземья дали свой вердикт: — Хорошо, Витани, мы дадим тебе шанс. Твоя кандидатура принята. — Ох, не стоит так льстить! — в груди рыжей львицы внезапно потеплело, а на глазах почти что начали наворачиваться слёзы радости, которые новоявленная королева старалась скрыть.       — Теперь что нам делать, Витани? Мы отомстим Симбе и Кову? — нетерпеливо поинтересовался черногривый, на что та кинула на того хмурый взгляд. Таким глупым высказыванием он явно попортил настроение сестре. — Нет. Мы не будем мстить. — максимально чётко и твёрдо ответила рыжая львица, — Вы все и так знаете, к чему привела месть Зиры. — Витани лапой с выпущенными когтями указала на кучу поломанных брёвен, в котором была погребена бывшая повелительница чужеземья, как бы намекая, чем кончится продолжение войны для остальных членов прайда.       — Тогда что мы будем делать? Сидеть в чужеземье до того момента, пока голод не уничтожит нас? — с долей беспокойства поинтересовалась одна из львиц. — Этого тоже не произойдёт. — со всей серьёзностью отрезала Витани, — Кроме прайдленда есть куча других земель, богатых добычей и растительностью. Нам необязательно воевать за территорию этих паршивцев. — Хочешь сказать, что... — Да. Мы покидаем чужеземье и земли прайда. Мы найдём лучший дом, чего бы нам того не стоило! Но уж точно воевать с прайдом Симбы не будем!       После таких громких заявлений Витани, весь прайд начал торжественно рычать и кричать, одобряя решение своей новой владыки. В этот момент, рыжая королева чувствовала трепетное чувство в глубине своего сердца. Ей удалось показать своим сёстрам, что они могут положиться на неё. Это вызывало такой прилив гордости, какой дочь Зиры не испытывала, кажется, всю свою жизнь. Ей удалось добиться своей цели! Своей мечты!       Спуста пару десятков секунд, когда прайд умолк, Витани спрыгнула с выступа и пошагала в сторону от "могилы" своей матери. Её соратницы уступали ей дорогу в знак повиновения. Вскоре, рыжая львица взмахом хвоста приказала им следовать за ней. Это была своеобразная проверка, так как челкастая львица даже не взглянула на своих сестёр. Она лишь с удовольствием вслушивалась, как чужие подушечки лап начали тихо постукивать о каменистую поверхность. Теперь это были её львицы. Её прайд. Она тут власть.       Но сейчас не время для упованием собственным величием. Нужно было двигаться вперёд. На встречу новой эпохи. Эпохи спасения. Эпохи процветания. Эпохи нового мира, которого все чужеземцы так долго ждали. И с новым, адекватным лидером, появилась надежда на счастливый финал.       Однако лишь время покажет, сможет ли Витани стать тем лидером, которого чужеземцы так долго ждали...

***

      Грохот брёвен. Отчаянный взвизг Витани. Зира, попавшая под обвал.       Кову не мог смириться с этим. Его мать... Его мать мертва! Она была там! Она... Она... «Это я во всём виноват!» — твердил себе шоколадно-бурый лев. Кову не мог простить себе смерть Зиры. Он не хотел такого исхода. Не хотел!       Он хотел как лучше. Кову желал помирить между собой два враждующих прайда. Ему не хотелось нести ответственность за чужую пролитую кровь. Но какое это имело значение, если Зиру уже не вернуть?       — К-кову...       Лев услышал позади себя очень слабый стон. Расширенные глаза с суженными до точек зрачками взглянули в сторону звука.       Сзади Кову кое-как плёлся измученный король земель прайда. Глядя на него, бывший чужеземец чувствовал, как тому больно. Вся спина короля Симбы была в засохшей крови и в потемневших отметинах от чужих когтей. А карие глаза будто потускнели.       — Ваше величество? Всё хорошо? — встревожившись, тёмный лев повернулся к попутчику и стал напряжённо глядеть тому в измученную морду.       Он отчётливо слышал тяжёлые вдохи, которые зрелый лев делал с трудом. Было ясно, что Симбе плохо.       — Король Симба?.. — еле слышно выдавил Кову.       После этого, рыжегривый лев присел. В спине и задних лапах всё ныло и болело. Сильнее, чем на всех остальных частях тела. А в глазах стало темнеть.       — Вы не можете... — Помолчи, Кову.       Хрипло перебил того король, стараясь звучать как можно увереннее. Кову чуть шагнул назад от Симбы, боясь чего-то.       Спустя минуту, длившуюся вечность, король лёг на бок, тяжело дыша. Темногривый в немом ужасе наблюдал за этим.       «Это месть Зиры... Она добилась своего!» — внезапно понял Кову.       Симба сквозь поступающую пелену заметил крошечные сияющие хрусталики на зелёных глазах Кову.       — Н-никто из нас... — золотистый сделал паузу на глоток, — Не ожидал такого исхода... Но... — Симба с жалостью взглянул на молодого льва, — Ничего не поделаешь. Моё время пришло. — мрачно произнёс король, словно не желал этого говорить.       — Не говори так!!! — внезапно взвыл бурый лев, начав помахивать хвостом, — Симба, у вас ещё есть шансы встать и дойти до скалы!!! Главное не сдавайся!!!       Ни смотря на свои вопли, зеленоглазый хорошо понимал, что умирающий король был прав — с такими увечьями и такой потерей крови он не дойдёт даже до границы двух королевств. Зира хорошо удостоверилась в этом.       — Ты хороший лев, Кову... — сипло выдавил рыжегривый, положив свою лапу на чужую. Кову кое-как сдержался, чтобы не дёрнуться от чужого прикосновения. — У тебя доброе сердце, юнец. Уверен, ты поможешь Гизе стать достойной королевой...       После этого, Симба, слабо улыбнувшись собеседнику, закрыл глаза. Дыхание становилось всё реже и слабее.       — Нет!!! Симба, пожалуйста!!! — отчаянно заверещал шоколадно-бурый юноша. Он стал скакать и кружиться вокруг короля, не зная, что делать. Он был в панике. Что скажет Гиза? Что скажет королева Нала? Что скажет прайд?       Через несколько мгновений всё кончилось. Перестав кричать от безысходности, Кову вдруг понял, что не слышит чужого дыхания. Он резко повернул голову в сторону лежачего льва. И тут, его осенило.       ...Симба был мёртв. Бока израненного льва больше не вздымались. А темногривый почувствовал, как по его щекам начало течь нечто тёплое.       — Это я виноват... — расторопно прошептал Кову, с испугом глядя на чужое тело.       Бурый лев сел напротив золотистой туши, сквозь поступающие слёзы виновато гладя на морду усопшего, словно нашкодивший львёнок.       Из-за Кову погибло сразу два правителя двух различных королевств. Его мать, Зира, оказалась под брёвнами, а Симбу он не смог защитить от нападок бывших соплеменников. И всё это было по его вине.       Неважно, хотел он лучше или нет. Важна была только смерть двух близких ему львов. Из-за этого сердце Кову больно заныло. Тёмный лев обвил свои лапы хвостом, словно пытаясь так огородиться от мира сего.       Но устрашающей правды это не исправит. Два мёртвых правителя были его лап дело. Он предал всех, кого знал.       Что же ему делать? Так и сидеть тут, оплакивая смерть Симбы? Может, стоило хотя бы притащить его тело до скалы предков?       Тяжело вздохнув, Кову, поднявшись, стал ходить вокруг тела, думая, как его дотащить. Симба определённо был тяжелее юного льва, перетаскивать его в одиночку будет той ещё задачей.       Но впечатлённый ужасными событиями юнец не жаловался и не жаловался. Он молча подлез под брюхо льва, а затем закинул его себе на спину. Лапы шоколадно-бурого льва начали сильно дрожать, но тот не обращал на это внимания. Ему важнее было дойти до скалы предков вместе с Симбой. Не имело значения, жив тот или нет. Его семья должна увидеть хотя бы его тело...

***

      Солнце начало опускаться, окрашивая небо в пурпурные и золотистые тона. Закат в землях прайда сегодня был чудесен. Жаль только его не увидит Симба, уже бывший король этих мест...       Кову чувствовал, как чужое тело стало холодным. От старого короля более не исходило тепла. А зеленоглазый даже не дошёл до скалы, оказавшись посреди территории прайда. Скала предков, казалось, была как далека, так и близка...       «Я не могу... Я должен дойти...» — мысленно повторял себе шоколадно-бурый лев наперекор ноющему телу, которое уже не могло нести на себе такой груз и просило скинуть его.       Так молодой лев прошагал ещё недолго, пока не услышал чей-то шокированный выкрик: — Папа!!!       Оглядевшись, Кову с испугом заметил ту, кого меньше всего сейчас хотел видеть. Принцессу. Дочь погибшего короля. Молодой лев успел прочесть в её взгляде гнев и скорбь, что заставило его невольно вздрогнуть.       — Гиз, это не то, что-       Кову не успел договорить, когда в засчитанные мгновения Гиза оказалась прямо напротив него и оставила на чужой щеке глубокую рану, которая начала кровоточить.       — Что ты сделал с моим отцом?!? — львица оскалилась, сверля бурого взглядом карих глаз. Кову еле слышно прошипел, почувствовал боль в щеке, но не сдвинулся с места.       — Я... Я... Это не я! Я не убивал его! — попытался оправдаться Кову, тараща взгляд расширенных глаз на Гизе. — А кто тогда?!? — с горечью прорычала Гиза, пытаясь держать поступающие слёзы, — Кто убил моего папу?!?       Кову с нескрываемым ужасом глядел на пятнистую львицу, быстро махавшей хвостом из стороны в сторону. Теперь перед ним стояла не самая добрая и ласковая кошечка на свете, а настоящий хищник, готовый разорвать кого угодно ради мести за горячо любимого родственника.       Шоколадно-бурый лев так и стоял тут, не в силах выдавить из себя хоть что-то. Ему было страшно, больно и непонятно. Паника вновь начала овладевать им.       — Положи его на землю. — со всхлипом приказала черепаховая львица, злобно глядя на Кову. Тот незамедлительно выполнил её просьбу, всё ещё находясь в сильном замешательстве.       Вопреки его ожиданиям, Гиза не стала в срочном порядке прижимать к золотистому телу и нашёптывать тому что-либо. Она продолжила сверлить его злобным взглядом. — Кто убил моего отца? — уже более серьёзно и требовательно поинтересовалась принцесса, нахмурив брови.       Кову попятился назад. Страх и паника владели им всё сильнее и сильнее. Чувство вины давила на сердце. Яркие зелёные глаза вспыхнули новым пламенем ужаса. Он был слишком впечатлён роковыми событиями этого дня.       — Ч-чужеземцы... Они... — темногривый прижал уши и чуть поджался конечностями, — Они напали на нас... Я пытался помочь Симбе, но его слишком сильно изранили! — быстро лепетал Кову, смотря прямо в чужие глаза, которые оценивали его.       — На тебе нет ни единой царапины. — со скрежетом подметила принцесса, — И что вы забыли на территории чужеземья?       Гиза недоверчиво фыркнула, будто рассказ Кову её не впечатлил. Глаза пятнистой засверкали пуще прежнего.       — Я... Я... Их целью был только Симба... — тёмный лев громко взглотнул, — Но им не удалось! Зира тоже погибла!       Гиза опешила, услышав это. Королева вражеского прайда тоже была мертва? Неожиданная информация. Но это ни о чём не говорит насчёт Кову.       — Почему они тебя не атаковали? — прорычала пёстрая принцесса, недоверчиво осматривая чужую гриву.       Кову потерялся, пытаясь найти ответ. Если правду сказать — его тем более не простят. Он же был шпионом...       — Если продолжишь молчать, я тебе вырву голову! — прорычала юная львица, явно желавшая знать больше и не собирающаяся ждать. От неожиданности, темногривый юноша аж отпрянул.       У Кову не было выбора, он настроил себя на то, чтобы рассказать так, как было. Он рассказал, как Симба поведовал ему о Шраме, случайно заведя их в чужеземье, где их уже поджидали. Темногривый также рассказал и об ущелье, и об обвале брёвен, под которым оказалась Зира. Он рассказал даже о том, что попытался вытащить Симбу на край ущелья.       — Вон отсюда!!!       Принцесса в порыве горя и гнева во весь голос проревела, а затем замахнулась лапой на бывшего чужеземца, который смог вовремя увернуться, а потом развернуться и помчаться прочь. Прочь с земель прайда. Прочь с чужеземья. Прочь со всех земель, где он был. Его нигде не примут... Он во всём виноват! Он заслужил быть изгнанником!       Принцесса земель прайда ещё некоторое время глубоко и тяжело дышала, смотря в ту сторону, куда удрал бывший чужеземец. Лишь сейчас она задалась вопросом, мол, правильно ли поступила, прогнав его. Но сейчас рваться за ним и пытаться заставить его остаться — меньше, чего хотела Гиза.       Гораздо больше её волновала новость о смерти отца. Пёстрая львица ни за что не простит себе это. Зачем она позволила ему пойти с Кову? Может, ей стоило отговорить Симбу от идее разговора с ним? Теперь её любимый отец был мёртв! Она хотела проклясть весь мир за это.       Но всё, что она могла, так это лечь подле него и уткнуться носом в чужую взлохмаченную гриву. И громко рыдать, словно маленький львёнок.       Обида также играла её мыслями. Ей было обидно, что Кову не смог своевременно предупредить Симбу о том, что лучше не идти в чужеземье. Почему он позволил чужеземцам сделать свой удар?!? Почему он не сумел сберечь её отца! Почему именно Симба умер...

***

      Гиза отошла от тела своего родителя лишь с восходом луны. Поняв, что она не сможет дотащить его до скалы предков, она решила позвать помощь.       Через несколько минут, вокруг тела бывшего короля собрался весь прайд. Все они горевали по смерти великого правителя. Особенно его жена, королева Нала, которая калачиком свернулась рядом с телом своего мужа. Гиза пыталась хоть как-то помочь своего матери, медленно поглаживая её своим хвостом. Она также прислушивалась к словам других членов прайда, которые давали свои почести Симбе, отдавшему свою жизнь ради защиты прайда.       Уже следующим утром, весь прайд находился в пещере. Симбу уже похоронили, а Гиза пыталась успокоить свою бедную матушку.       — А что с чужеземцами? Они собираются напасть? — обеспокоенно обратилась светло-бежевая королева к своей дочери. Ей нужно было знать, что ожидает её царство.       Гиза стала взглядом разглядывать холодный пол пещеры, пытаясь вспомнить, о чём говорил ей Кову.       «Зира тоже погибла!» — пятнистая львица совершенно внезапно вспомнила эту фразу, отчего резко оживилась.       И тут, в её голове пришло осознание. Ведь Зира была матерью Кову. Он тоже потерял родственницу, за что верно винит самого себя. Ведь он буквально предал свою семью ради её отца...       Гиза не знала, что и думать. Ей было слишком жаль Кову. Но простит ли он ей эту выходку? Да, она это сделала в порыве злобы, но её возлюбленный может и не оценить это. Юная львица сделала слишком поспешные действия.       «Я всё испортила... Кову не вернуть...» — сухо констатировала кареглазая, приняв этот факт. Она сама испортила отношения с ним.       — Зира мертва. — совершенно равнодушно произнесла принцесса земель прайда, хоть в глубине души и чувствовала вину за то, что сделала с Кову.       Голубые глаза резко расширились в изумлении. Королева Нала всегда знала, что её дочь не была слишком вовлечена в политику, оттого такие заявления заставили сильно смутиться.       — Кову рассказал об этом. — судорожно пояснила Гиза, обвив хвостом лапы. Королева подошла к дочери поближе.       — И почему же он это сделал? — мягко промурлыкала львица, стараясь не звучать грубо. — Потому что он тогда и спас Симбу от чужеземцев. Он лично видел, как Зиру задавило брёвнами! — огрызнулась черепаховая львица, отвернув голову от матери. Та, в свою очередь, сделала более сожалеющий вид на мордочке.       — Зря ты его винишь, моя малышка. — будто прочитав чужие мысли, проговорила львица, — Он спас твоего папу от смерти. Кову пожертвовал многим, чтобы это сделать. — со вздохом добавила та, мысленно жалея мальчишку.       — Но мой отец всё равно мёртв! — горестно возразила Гиза, посмотрев на королеву, — В чём тогда смысл?!?       Нала присела рядом с дочерью, а затем коснулась её чёрно-золотистого бока лапой.       — То, что Кову пытался спасти его, уже о многом чём говорит, дорогая. — спокойно говорила светлая львица, — Так сложились обстоятельства, что было слишком поздно. Уверена, что он винит себя во всём случившимся не меньше, чем ты его.       Голос королевы звучал ласково и успокаивающе, без намёка на упрёк. Гиза чувствовала, как ей становилось легче от возможности слушать такой родной и милый тембр.       — Ему тоже не легко, ведь он был свидетелем смертей правителей сразу двух королевств, а также смерть своего родственника. — Нала резко осеклась, убрав лапу с дочери. — Я понимаю, что ты имеешь ввиду, мам. — спокойно отозвалась Гиза, прижавшись к родственнице, — Но... Думаю, после того, как я его прогнала, он больше не вернётся...       После этого, королевская семья не проронила ни слова. Да и зачем? Что могла сказать Нала? Или сделать? Послать кого-нибудь на поиски беглеца? Не имело смысла, пока Гиза не горела желанием вернуть шоколадно-бурого бродягу.       Что насчёт самой Гизы? Мысли принцессы целиком были поглощены рассуждениями о тёмном льве, которого вчера она так бесцеремонно прогнала. Юная львица была уверена, что слишком поторопилась с этим. Хоть всё это и было ответной реакцией на смерть отца, но она не должна была так поступать с Кову.       Кову, которого она посчитала предателем. Кову, которого она любила всем сердцем. Кову, который никогда ранее не вызывал подозрений. Он просто проник в её душу и теперь не выдворишь его. Пятнистая львица лишь сейчас поняла, что разрушила собственные отношения. От этого, ей было тяжело.       Но после разговора с Налой, Гиза не подавала виду, будто ей было нехорошо. Впервые за всю жизнь она подметила, что стала менее доверчивой и более грубой. Появилось такое ощущение, словно в её сердце поселилось нечто ядовитое, рассеивающее хорошие мысли. В целом, юная принцесса никому не говорила, что мысли внутри её травили с каждым днём всё сильнее и сильнее. Пятнистая хищница считала, что сама справится с этим. Но чем дольше она это скрывала, тем было хуже. Черепаховая львица становилась лишь более чёрствой и замкнутой.       Трагичная смерть отца и уход Кову навсегда оставили чёрный опечаток в душе. Да и как её сердце бы очистилось, если юная львица не позволяла мыслям о тех событиях просто-напросто уйти? Так, некогда дружелюбная и непоседливая львичка, навсегда стала недоверчивой и строгой королевой с чёрным сердцем...