Сладкий вкус граната на твоих губах

      Полночь притаилась в напряжении. В кабинете царил неживой полумрак. Хотя этому месту не помог бы даже самый солнечный день, коих в Роткове не было уже давным-давно. Как и не скрасило бы его тишину присутствие гостя. За окном шёл снег.       — Ты разве не должен быть на дежурстве? — хмуро произнёс генерал, не отрываясь от записей на рабочем столе.       — Поменялся с Анхеей.       — Это был приказ.       В ответ ничего не последовало. Дмитрий всё также, не поднимая взгляда от многочисленных бумаг, сидел за столом. Рядом был слышен еле уловимый шелест крыльев вперемешку с легкой поступью ангела. С чем пожаловал Каин, оставалось лишь догадываться. Этот бессмертный был словно русская рулетка – в самое сердце на поражение.       — Ещё один претендент посидеть на цепи.       — Ты бы этого хотел?       — Я хочу, чтобы ты беспрекословно выполнял мои приказы.       — Как прикажете, мой генерал, — Каин остановился сзади Дмитрия и опустил ладони на его плечи.       — Кхм.       Дмитрий отточенным движением перехватил руку ангела, меняя его местоположение. Ещё секунду назад стоящий позади генерала Каин оказался лежа на коленях Дмитрия. Шёлковые с виду крылья встрепенулись, закрывая обзор на ангела, стали мешать генералу, незначительно дергаясь перед его лицом, наровя заехать по носу.       Дмитрий усилил хватку. Зарылся ладонью в основание крыльев, чтобы увеличить себе обзор. Каин непроизвольно дёрнулся от этого и будто бы в нетерпение заерзал на генеральских коленях. Чтобы не завалиться вперед, он выставил руки, упираясь ими в подлокотники генеральского кресла. После ощутимого прикосновения ко второму крылу Каин как-то нервно дёрнулся и выпалил.       — Накажете меня, генерал, за моё непослушание? — его крылья замерли, Каин перестал сучить коленями и издавать хоть какие-то звуки. Как будто сам от себя не ожидал, что скажет это.       — Давно стоило.       От тона, каким произнёс Дмитрий эти слова, Каин вздрогнул. В кабинете снова воцарилась тишина, которую впоследствии нарушил звук трения одежды об одежду. Ангел, боясь соскользнуть с колен генерала, приподнял бедра и проехался по чему-то твёрдому. Но ему не дали оформить свою промелькнувшую мысль в слова. Некогда болтливый рот открылся в беззвучном крике, когда широкая ладонь Дмитрия прошлась ощутимым шлепком по половинке ангельской попы. Крылья задрожали и обмякли, когда Дмитрий ещё раз увесисто приложился, но уже по второму полушарию.       — Предатели! — прошептал Каин своим крыльям, сам же поддаваясь назад, под горячую руку, в попытке получить ещё один шлепок.       Его лица не было видно, но Дмитрий был уверен, что глаза пылали огнём. Поэтому генерал на мгновение отпустил основание крыла, которое неторопливо перебирал уже какое-то время, и заставил Каина повернуть к нему голову.       Горели не только бесстыжие глаза. Каин как будто не хотел и хотел одновременно, чтобы генерал видел, как ему нравится это. Губы были искусаны, от чего припухли и норовили сравняться цветом с глазами. Щеки лихорадочно блестели. Дмитрий обвёл большим пальцем нижнюю губу ангела. А тот, приоткрыв в ответ рот, сразу принял палец в себя. Посасывая прикрыл глаза и снова заерзал, понукая продолжить начатое наказание.       — Сними штаны, — не отвлекаясь от чужого влажного рта произнёс Дмитрий.       Каин, стараясь не сползти на пол, придерживаясь одной рукой, попытался другой расстегнуть молнию. Но пути ему встретилась чужая ширинка. Он отвлёкся, издавая довольный горловой стон. Генерал, почувствовав прохладную ладонь сквозь джинсы, усилил хватку на бедре, тем самым отвлекая ангела от своего нового приказа.       Каин с недовольством выпустил палец изо рта, всем своим видом демонстрируя бессилие перед обстоятельствами, снова напрашиваясь. Он приподнял свои бедра и покорно опустил голову на скрещенные перед собой руки.       — Прогнись.       Дмитрий быстро вытряхнул Каина от мешающей одежды, посчитав, что куртка с бельем тому тоже не к чему. Вернул руку на чуть алеющее бедро. По-хозяйски огладил по всей поверхности, чтобы без предупреждения оставить свой след. И ещё раз. Прервавшись на пару секунд, генерал снова очень медленно прошёлся по уже розоватым ягодицам. Последовал ещё один основательный шлепок.       Лопатки ангела в напряжении свелись, крылья стали мелко дрожать, вторя хозяйскому телу. Ноги Каина сжались. Выступил пот. Дмитрий неторопливо, на грани нежности поглаживал ластящееся к нему чувствительное крыло.       — Ты был непослушным ангелом.       В ответ послышался тоненький писк. Каин сильнее заерзал, подрагивая на коленях у Дмитрия. А ещё он тек. На ладной, идеально чистой спине, без каких-либо либо родинок и веснушек, шрамов и лишенного тела волос, собрались капельки ангельской росы. Волосы на затылке взмокли, выпуская прозрачные ручейки, что направлялись в сторону напряжённых рук ангела. Под бедрами на генеральские джинсы натекло уже целое озерцо.       — Ещё!       Каин нашёл в себе силы подняться на локтях. И генерал увидел дорожки жемчужин, что струились по ангельским щекам. Он плакал. Но в глазах его сияли огонь и жажда. И их требовалось утолить. Здесь и сейчас. Дмитрий на мгновение остановился. Эта заминка лишь утвердила в нём уверенность. Резким движением он притянул Каина к себе, впиваясь в его мокрые от слез губы жгучим жестким поцелуем. Генерал давно не был с кем-то, да и обстоятельства не располагали к нежности, но этот соленый поцелуй и не требовал этого.       От напряжения ноги Каина распустили узелок возбуждения, в который связались в самом начале. Дмитрий прошёлся парой шлепков по внутренней стороне бедра, перемежая удар наказания с ударом наслаждения.       Поцелуй прервался также внезапно, как и начался. Генерал отпустил задыхающегося ангела, чтобы закончить начатое. Каину до божественного откровения не хватало всего ничего. Дмитрий подарил два новых шлепка, по одному на каждую половинку и продвинулся пальцами меж приветливо раскрытых полушарий. Бедра заалели ещё сильнее. Из под мелко вибрирующих, уже какое-то время опущенных подле хозяина крыльев, раздался громкий стон.       Дмитрий скользнул дальше, обводя по кругу нежнейшую кожу. Каин, потерянный в ощущениях лишь приглашая, приподнял бедра, разведя их на максимально возможное расстояние. В полумраке кабинета ангельская кожа пылала и манила прикоснуться ещё и ещё. Каин не выдержав, просунул руку себе под живот, но генерал был непоколебим и пресек всякие поползновения смачным шлепком по ягодице.       — Ты опять ослушался моего приказа.       Дмитрий поддразнил ангела поглаживанием после последнего удара и слегонца шлепнул по краям спрятанной до этого момента между ягодицами дырке. Отчего Каин задрожал, и казалось, находился на грани. Генерал, не прекращая гладил нежную кожу внутренней стороны бедра, а потом снова вернулся к дырке, на пробу лизнул палец и надавил на неё. Нежные стеночки поддались, приглашая генерала в свои объятия. Но для такого знакомства было ещё рано. Каин дёрнулся всем телом, чуть не сбивая всех своей силой с кресла, за секунду до выпустил новые крылышки, и кончил, обмякая верхом на своем генерале.       Всё стихло. Только усилившаяся метель за окном куда-то торопилась. Каин лежал расслабленной амебой на Дмитрии, не торопясь поднимать свою ангельскую тушку. Дмитрий вернул ладони на бедра, нежно поглаживая алеющее следы на коже, что сам только что оставил. Не нарушая тишины Каин потихоньку завозился, толи, поднимаясь, толи, принимая более удобную позу, и заметил под своим бедром чужое возбуждение.       — Ты…       — Ты получил, что хотел, выметайся на дежурство, — раздражение вернулось к хозяину.       — А если ослушаюсь? — с вызовом ответил Каин, просыпаясь от неги.       Дмитрий в секунду захотел скинуть этого порочного бессмертного со своих колен. Каин, словно почувствовав это, мигом поднялся сам. Расправил греховные в своем желании к генералу крылья, и развернулся спиной к нему, являя холст имени генерала. Дмитрий увидел шедевр своего авторства, и если бы даже захотел, то не смог бы оторвать взгляд от этого произведения искусства. Тонкая, прозрачная кожа, что переливалась при луне и пылала после его рук так и манила продолжить это грехопадение. Он видел этот свет, в кромешной темноте, и там был его силуэт, и он так манил к себе.       Каин, словно змей искуситель, облизал мокрые губы и лег на генеральский стол. Тело, в мягком свете от идущего на улице снега, казалось, мерцало. Прекрасный ангел согнул колени, упираясь пятками в противоположный от генерала край столешницы, и обвел себя кончиками пальцев. Бери, владей, я весь твой кричала каждая черточка этого идеального тела. На животе и бедрах подсыхали следы спермы, но Каина это не волновало. Член заинтересовано дёрнулся под генеральским взглядом. Крылья окончательно распластались на столе, словно шелковая постель перед любовниками.       — Прикажи мне уйти, генерал.       Дмитрий, не тратя время на раздумывания, подошёл к ангелу. Захотелось стереть этот смеющийся взгляд, эту улыбку вкуса граната. Даже в этом аду, вопреки всему, найти его. Увидеть под шелухой и масками Каина настоящего.       В пару быстрых движений, из шлевок джинсов выскользнул ремень, и Дмитрий плотно обхватил запястья ангела. Уверено затянув оковы, он потянул язычок молнии вниз и достал возбуждённый член. Каин потянулся поймать губами освободившуюся из плена тесной ткани головку, но генерал не давал команду.       — Отставить самодеятельность!       Незамедлительно последовало наказание за непослушание. Дмитрий положил широкую ладонь на белое горло и постучал членом по алым губам. Но Каин играя высунул язык и попытался снова поймать Дмитрия в свои коварные силки. Довольный, захихикав на свою шалость, Каин внезапно перестал дурачиться. Он опустил связанные руки на грудь и покорно приоткрыл рот.       — Так-то лучше, продолжай.       Дмитрий неторопливо вошёл по самые яйца, упираясь головкой в самое горло Каина, и огладил его шею. Ангел не шелохнулся, только тихонько сопел и стискивал коленями своё рождающее вновь возбуждение. Генерал сделал первый пробный толчок. Не встречая сопротивления, Дмитрий продолжил. Сжимая, на грани грубости, горло под своей рукой, генерал размеренно, с оттяжкой, задвигался быстрее. Ангельское горло туго сжимало его член, зажигая искры при малейшем движении назад и вперёд.       Грудь Каина покраснела, и Дмитрий, не отвлекаясь от толчков, прошёлся свободной рукой по его соскам. При прикосновении к ним, Каин крупно вздрогнул. С кончика его члена капнуло в уже образовавшуюся лужицу в пупке. Горло туго конвульсивно сжалось, и Дмитрий, наслаждаясь узостью, остановился, задвинув ствол на всю длину. Ангел попытался помочь себе связанными руками, но генерал, запрещая, перехватил их у него над головой, вынимая на секунду член изо рта. Вернув его назад, Дмитрий больше не останавливался.       Упираясь ладонью в шею Каина, Дмитрий поочерёдно ласкал каждый сосок, перекатывая их между пальцев, периодически легонько оттягивая их, вызывая в Каине сильную дрожь. Ритм стал сбиваться, бедра генерала мелко задрожали. Сделав пару глубоких толчков, Дмитрий вытащил член и с тихим стоном кончил на раскрасневшуюся грудь Каина. Тот был на грани, но уже не мог повторно кончить без прикосновений. Дмитрий протянул руку и сделал всего пару движений по члену Каина, чтобы его толкнуло в сладкие объятия второго за ночь оргазма.

***

      — Лэйн ты также наказываешь после игнорирования твоих приказов? — сказал Каин, ковыряя засохшую корочку спермы на животе, вместо того чтобы одеваться.       Теперь всё стало понятно. И эти постоянные недовольства, отказ выполнять прямые приказы и косые взгляды на Лэйн.       — Только не говори, что ты приревновал.       — Тебе показалось!       — Лэйн обычно понимает с первого раза.       — Сука!       — И ремень доставать не приходится.       — Ещё одно слово и я снова скину её с большой высоты.       — Снова!?       — Э-э-э, мне пора на дежурство. Анхея ждёт!       — Каин!       — Как-нибудь повторим, мой генерал.       — Каин, твою мать!