Я всё ещё человек. И я всё ещё должен.

Звук разбивающихся капель воды, стекающей с старого крана, об ванную, никак не раздражает Фишера. Он сходит с ума? Медленно прокручивая в голове всё своё жалкое существование. Фишер. Сал Фишер. Салли-кромсали. Так его зовут, так его звали, и будут звать. Только теперь стоит добавить "Убийца". Убийца Фишер. Ужасно звучит. Но, у него нет выбора. Либо апартаменты, либо весь мир. Только вот, почему именно он был выбран на роль героя? Почему именно он является чёртовым спасителем? Правду говорят. Герой жертвует собой ради людей, злодей жертвует миром ради близкого или себя. Он откидывает голову, прикрывая глаз. Он хочет быть злодеем. Сменить имидж, имя. Забыть всё. Ларри, Эш, Тодда, отца, Лизу.. Забыть про монстров, демонов, призраков. Забить на всех большой болт и уйти. Взять Гизмо, такого же проклятого, и уехать. Далеко, навсегда. Был бы у него выбор. Выбора нет. Всё и так предначертано. Он их убьёт. Взрослых, друзей, малышку.. Сал вспоминает как она зовёт его "Савви Квомсави". Слеза капает с единственного глаза, падает на мокрый, от воды, свитшот. Протез, что был в спешке скинут на пол, напоминает о том, что он должен. Должен. Должен. Должен. Он Сал Фишер. Он обязан. Он не имеет права подвести их всех. Нет. Он просто обязан. Зачем он живёт? От этого больно. Он не хочет. Он так хотел бы не знать про культ, про призраков, про монстров. Но он знает. Волосы мягко обволакивает вода. Знаменитые красные джинсы, что вероятно слились с кожей и образом Салли-кромсали, мокрые и ужасно не комфортные. Слёзы, что стекают по изуродованному лицу, ощущаются как слабость. Он ощущается как слабость. Он так не подходит для героя, что должен всех спасти.. Так почему он им стал? Почему? Этот вопрос он задаёт часто, слишком часто. Почему он всё ещё не на шесть футов под землёй? Фишер ломается. Начинает рыдать, кричать, повторяет одно и то же. Он должен. Должен. Должен.. Убить. Убить. Убить... Он не готов, не готов перерезать глотки. Не готов уничтожать жизнь. Не готов нести за это ответственность. Он не готов. Но у него нет выбора. Никогда не было. Голубоволосый скидывает с себя одежду. Трёт кожу мочалкой, до красный пятен. Желает избавиться от чувств, он не имеет на них права. Он убийца. При этой мысли вновь заливается слезами. Вновь и вновь. Трёт и трёт, стирает всё. Стирает вину, стирает боль, стирает, стирает, стирает. Знает, что не поможет, но на время сойдёт. Обматывает бёдра полотенцем, смотрит в зеркало. Хмуриться, иронично ухмыляясь. Ужасные, спутанные, мокрые, голубые волосы. Куча шрамов на лице, отсутствие глаза. Красные щёки, если так это можно назвать. Светлая, болезненно светлая кожа. Отвращение. Отвращение. Отвращение. Почему он существует? Сал вздыхает, надевает протез, берёт вещи. "К завтрашнему дню высохнут",-бормочет Сал. Выходит с ванной, сразу падая на кровать. Укрывается одеялом, в последний раз. Интересно, что будет если потом взять и вскрыться? Хмыкает парень и впервые за вечер легко улыбается. *** Они мертвы. Расчленёнка закончена. Он слышит звуки сирен. Время пришло, не так ли? Сал проводит ножом от запястья до локтя, то нажимая, то ослабив хватку. Струя крови стекает по руке, но он игнорирует это. Ему ещё есть,что написать. Пишет на своём теле одну фразу. "Не было выбора". Затем снова начинает уродовать свои руки. Руки, что сделали слишком много плохого. Долго он не протянет, его уже клонит в сон. А это значит, что пришёл конец его мучений. Он закрывает глаза, улыбаясь. Его конец прекрасен. Звёзды, луна, и кровь на руках, что ничем не отмыть. *** Где-то в лесу стоит могила. Над которой плачет брюнетка. Произнося постоянное, "Прости, Сал". И протез с гитарой. Одиноко лежащие на выпуклости поверх травы и цветов. "Прости, Сал", повторяет призрак с кровавыми руками. С голубыми волосами и ужасными шрамами на лице. Он улыбается. Невесомо, будто мягкий ветерок, перебирает волосы девушки. "Прощаю, Эш. Живи за нас всех.", - говорит призрак, исчезая в пустоту. Девушка поднимает взгляд, всё ещё сидя на коленях. Ветер нежно трепал её волосы, как когда-то это делал Сал Фишер. Убийца. Герой. Человек.