Мой парень всегда оказывается главным злодеем фильма ужасов (Новелла)

«Нет-нет — отпустите меня!!!» — крики не стихали. Кэтрин была так напугана, что даже не сразу осознала, как монстр, вынырнувший из моря, вцепился в человека, который только что стоял рядом с ней. Глаза её остекленели. Люди, выжившие в забеге, с криками бросились прочь с пляжа, скрываясь в лесу впереди. Очнувшись, Кэтрин в панике побежала следом. Всё из-за этого монстра! Она вспомнила того самого, сбежавшего из цирка, чудовища, что однажды проявило к ней доброту. В её взгляде на миг мелькнуло сожаление, смешанное с упрёком. Ступни были в волдырях, одежда изодрана ветками, тело — в царапинах. Она выглядела жалко. Вдруг из земли снова полезли чёрные личинки в панцирях — плотной массой, всё пожирая на своём пути. За считанные секунды они превратили бегущих впереди людей в груду костей. Кэтрин закричала и бросилась бежать. А на горе, тем временем, одна за другой вспыхивали факелы на алтаре. Человек в чёрном балахоне отсёк монстру кисть и, наблюдая, как кровь заливает вырезанные в камне желоба, глядел на всё это с одержимым, безумным блеском в глазах. «Мы приносим жертву богам! Молим их пробудиться!» Над морем бушевал ещё больший шторм. Где-то в его глубинах нечто ужасное открыло глаза. Это было необъяснимое, великое существо — Ктулху. — из «Гнев Ктулху» — Отпусти меня, — нахмурился Чжоу Юй и отстранил дрожащую руку старика с плеча. — Я пришёл за документами. Боюсь, умирать пока не в моих планах, — сказал он с лёгкой улыбкой, в которой, впрочем, не было и намёка на тепло. Старик замер, мгновенно поняв, что юноша не желает становиться его учеником. — Мальчик, почему ты отказываешься? Я ведь лучший алхимик в этом городе! Обещаю, ты не пожалеешь! — лицо старика сморщилось в упрямой мольбе, будто он снова стал ребёнком. — …Нет, — Чжоу Юй устало выдохнул. Он прошёл в зал удостоверений: стены были увешаны образцами сертификатов, а единственный стол завален исписанными бумагами. — Простите, где моё удостоверение? Я тороплюсь, — голос Чжоу Юя звучал холодно, когда он повернулся к старику, всё ещё цеплявшемуся за него. — Нет, ты просто не понял, кто я такой! Я ведь раньше был главным алхимиком в Тории! Меня изгнали из Столичной Империи только потому, что завистники оболгали меня! Не смей меня недооценивать! Станешь моим учеником — и я клянусь, ты станешь величайшим алхимиком всех времён! — глаза старика пылали безумной решимостью. Он должен заполучить этого парня! Времени у него почти не осталось. Он не успеет вернуться в Империю, не успеет отомстить подлецам, уничтожившим его. Единственный шанс — передать свои знания гению. Тогда мир узнает, что он был прав. Ради алхимии. Ради истины. Он — не безумец! Чжоу Юй смотрел на него, сдерживая раздражение. Ему нужно было возвращаться — готовить завтрак для Франкена. А не выслушивать манифесты полусумасшедшего старика. — Моя семья когда-то была самой влиятельной в этой стране! Даже король склонял перед нами голову. Все мы были заклинатели и алхимики. Среди нас был старший алхимик и маг среднего уровня! И по сей день у нас сохранились сотни магических и алхимических книг! — Мне это не интересно. Просто скажите, где документы… — начал Чжоу Юй, но осёкся. В глазах мелькнуло сомнение. — Подождите… вы сказали, у вас дома есть магические книги? Сколько? Он скептически смотрел на старика. В такой глуши — магические книги? Да и кто сейчас может увидеть заклинателя? Их редко встречают даже в столицах. А уж книги о магии… В эпоху, когда знания не распространяются, книги стоят безумных денег. Прежний владелец его тела потратил все сбережения, чтобы купить одну древнюю книгу. А у этого старика — целая коллекция? Тот, уловив интерес, с гордостью заулыбался и начал расхваливать свою библиотеку. Утверждал, что она не уступает библиотеке самого королевского дворца в Тории. Всё — наследие поколений. Чжоу Юй слушал скептически, но внимательно. Блуждая по комнате, взгляд его упал на полуразвалившийся черновик. На нём была схематично изображена анатомия человека. Строгие линии вырисовывали тончайшие детали тела. Запрещённые в этом веке эксперименты над людьми… Теперь он понял, за что этого алхимика изгнали из столицы. — Если позволите, я бы хотел взглянуть на те книги. Понимаете, я беден, не могу себе позволить купить многое… Если у вас и правда есть такая коллекция — возможно, я соглашусь, — Чжоу Юй перебил очередную речь старика, вынув из кармана немного золота и улыбнувшись. Старик растерялся от счастья: — Конечно! Идём! Я покажу тебе библиотеку! Он уже потянул Чжоу Юя за собой, но тот вовремя остановил его, напомнив про удостоверение. Старик спохватился, выудил его из какой-то коробки и вручил. Удостоверение низшего алхимика — пока что это всё, что могло предложить местное общество алхимиков. Но Чжоу Юю этого было достаточно. Ему и не нужно было становиться мастером. Большинство «официальных» алхимиков просто зубрили книги, и не отличались ни умом, ни талантом. Получив документ, он вышел за стариком. Завтрак для Франкена теперь придётся заменить каким-то подарком к обеду. Они добрались до старого особняка. Красные кирпичи, покосившаяся ограда, бурьян, крыша с остроконечными башнями — всё напоминало о былом величии. И одновременно о доме с привидениями. Чжоу Юй покосился на старика. Неужели в такой развалюхе и правда хранятся ценные книги? — Заходи, заходи, юноша! — старик заметил его колебания. — Снаружи, конечно, всё выглядит ужасно, но внутри — совсем другое дело! Он знал, что дом обветшал, но за уборку не брался: всё время уходило на эксперименты. Чжоу Юй всё же вошёл. Но сжал в руке кинжал — на случай, если старик окажется не просто безумцем, а опасным безумцем. Внутри они прошли к библиотеке. В просторной комнате стояли десятки высоких пыльных шкафов. Книги — настоящие, древние — заполняли полки до потолка. Через узкие окна пробивался солнечный свет, озаряя частички пыли в воздухе. Казалось, само время остановилось. Чжоу Юй смотрел на ряды книг с удивлением. Действительно — семья этого старика когда-то была великой. Он подошёл к полке, где лежали книги по магии, и невольно улыбнулся. Превосходно. Теперь путешествие в магическую столицу Кайланс можно отложить. Он обернулся к старику: — А как насчёт сделки? Старик замотал головой: — Никакой сделки! Просто стань моим учеником — и бери всё! — Жаль. Видите ли, алхимия — не моя страсть. И, если быть честным… вы хотите, чтобы я стал учеником, чтобы вернуться в столицу и снова занять пост главного алхимика, верно? Глаза старика потускнели. — Нет… Не только поэтому. Я просто… хочу доказать, что был прав. Что мою алхимию напрасно очернили! Хочу, чтобы мир признал: я не ошибался! — Речь о человеческих экспериментах? — спокойно спросил Чжоу Юй. Старик побледнел, вспотел. Как он догадался?! Он собирался сначала обмануть юношу, вовлечь его, а уже потом раскрыть правду. Теперь всё было кончено. Никто не захочет стать учеником человека, запятнавшего себя запретными опытами. — На самом деле, — сказал Чжоу Юй, — я не считаю человеческие эксперименты абсолютно злом… если, конечно, это не **-эксперименты. В этом мире алхимики играют роль врачей. А без понимания анатомии они больше вредят, чем лечат. Старик молчал. Чжоу Юй всё понял. Да, он перешёл границу. Даже этот, казалось бы, стремящийся к знаниям человек — тоже запятнал себя кровью. — Знаете… вы всё ещё можете доказать свою правоту. Если будете исследовать реальные, проверяемые факты. — Но я уже не молод… Я больше не могу, как раньше, вскрывать тела, измерять кости, вычерчивать органы… — старик опустился на ковёр. Он отказался от мысли взять Чжоу Юя в ученики. Этот парень — слишком умён. И не пойдёт по его кровавому пути. — А если я скажу… что могу вернуть вам молодость? — Чжоу Юй прошёл вдоль книжной полки, касаясь пальцами тёплых обложек. Он вспомнил магию, которой обучал его Фэн Син. Старик вскинул голову. Колебался. — Я могу предложить алхимическое зелье. Вы заплатите душой — и получите юное тело. Но если после этого снова начнёте **-эксперименты, зелье быстро утратит силу. В обмен — вы отдаёте мне эти книги. Согласны? — в его голосе звучала мягкая угроза. Уловка была настоящей. Но это было не алхимическое зелье, а порча. Она сжигала человеческую сущность — душу. Тем временем, в бедном домике на окраине, Франкен проснулся и тихо вышел в гостиную. Он знал — Создатель занят. Он не винил его. Просто… иногда чувствовал себя одиноко. Сидя на полу, он задумчиво смотрел на ворс ковра. В памяти всплывали смутные образы: как он спускается в подвал и целует Создателя. Тот тогда оттолкнул его… и только вчера снова изменил своё отношение. Франкен чувствовал: некая сущность зовёт его. Главная. А он — лишь осколок. Он не хотел быть лишь осколком. Не хотел исчезнуть. Он был создан самим Создателем. И хотел остаться с ним. Навсегда. Он должен стать главным. Не фрагментом, который скоро рассыплется. Снаружи к двери подошли фигуры в чёрных мантиях. Главарь взглянул на светящийся амулет, кивнул спутникам: — Во имя нашего Господа! Ба-бах! Дверь с грохотом слетела с петель. Франкен поднял голову. В его глазах вспыхнула синяя ярость. Маленький театр: Франкен (поднимает нож и вилку): Всё, я восстаю! Ктулху (вскидывает щупальца): Убью себя, клянусь! Чжоу Юй (холодно): А Фэн Син где? Ктулху и Франкен (оба в духе: «Малышу больно, но он не жалуется»): Тебе что, свою жену не жалко? Чжоу Юй (уходит с полным безразличием) Сознание Духовного мира: Эммм… Сознание мира Ктулху: Брат, честно? Мне тоже хочется тебя немного побить. Вот кого ты нам в мир прислал? Сознание Духовного мира (достаёт клей): Может, обратно его склеим? Сознание мира Ктулху (со вздохом мудрого старца): Брат… мне кажется, тут уже скорую звать надо. (Тем временем где-то вдалеке Ктулху и Франкен уже устроили безобразие на улице.) Сознание Духовного мира (заливается слезами): Ах ты! Ах ты, щенок! Ты!.. Ты!.. (падает в обморок) Папа… немножко… плохо Сознание мира Ктулху (со стоическим видом набирает 03): Ладно… вызываем помощь… Кто посмел войти в дом Создателя?!