Подари мне неделю

Она со вздохом выключила видеоэкран. Новости становились всё хуже и хуже. Миры продолжали рушиться. Миллиарды теперь были мертвы. Жнецы продолжали свой неумолимый марш по галактике. Любая надежда, которая у кого-либо была, начала таять. И теперь ходили слухи о том, что произошло на Горизонте, предполагаемом убежище. Если слухи были правдой, то Цербер был ответственен за самое предосудительное преступление в истории человечества. Превзошедшее всё, что они совершили ранее. Абсолютно ничто не могло сравниться, если слухи были правдой. Миллионы теперь заполонили Цитадель, ища безопасности, если где-то в галактике ещё можно было её отыскать. Но каким-то образом жизнь на космической станции продолжалась, пытаясь оставаться как можно более нормальной. Палаты теперь были забиты выжившими. Каждая раса понесла потери, некоторые гораздо большие, чем другие. Она брала интервью у некоторых из них, и каждая история была более душераздирающей, чем предыдущая. Даже ей пришлось в конце концов просто перестать спрашивать. Выключив камеру и уйдя. Казалось почти бессмысленным продолжать сообщать новости. Не было ничего, кроме смерти и резни. Её маленькая квартира была убежищем от всего этого. Она откинулась на спинку дивана, поджала под себя ноги и просто читала книгу. Попыталась просто перестать думать о том, что происходит там. Можно было насладиться последними днями и неделями мира. Все знали, что происходит что-то большое, и это произойдет скоро. Как можно тише, оставшиеся флоты галактических рас стягивались, готовые к последнему рывку. Если это не удастся, то жизнь, какой она её знала, закончится. Тихий стук в дверь напугал её, она подняла глаза и заметила, что на улице уже темно. Калисса положила книгу на маленький журнальный столик и пошла к входной двери, размышляя, кто мог прийти к ней в столь поздний час. Она открыла дверь и ахнула. — Шепард, — тихо произнесли её губы. Он смотрел на нее. Или смотрел сквозь нее. Она узнала эти глаза в одно мгновение. Взгляд на тысячу ярдов. Впервые она увидела его в баре, много дней и недель назад. Это уже казалось другой жизнью. В остальном его лицо было бесстрастным. Но его глаза... Они почти леденили её. Она боялась думать о том, что он видел с тех пор, как они в последний раз виделись. Она могла только догадываться, что он был на Горизонте. Свидетель ужаса того, что человек способен сделать со своим ближним. Она не знала, что еще сделать, кроме как шагнуть вперед и обнять его. Она не ожидала, что он сломается и заплачет. Она ожидала, что он что-то скажет. Но он не сказал ни слова. Она только почувствовала, как он обнял её в ответ. Она потеряла счет тому, как долго они просто держались друг за друга в дверном проеме. — Хочешь войти? — наконец спросила она. Она могла только чувствовать, как он кивнул головой. Держа его за ладонь, она повернулась и пошла обратно к своему дивану, садясь. Он сел рядом с ней, заметно поникнув. Он наклонился вперед и на мгновение положил голову на руки. Она не знала, что ещё сделать, кроме как обнять мужчину. У него был вид человека, на плечах которого вся тяжесть мира. — Это было… плохо? — спросила она. — Ты не поверишь, — тихо ответил он. — Слухи правдивы? Он помолчал несколько мгновений, словно размышляя, что сказать. — Что ты слышала? — Множество слухов. Если это правда, то… — Она замолчала, покачав головой. — Не для протокола? Она улыбнулась. — Я не репортер. Не с тобой. Больше нет. Он поднял глаза и, казалось, впервые с тех пор, как постучал в дверь, взглянул на неё. На её лице появилась легкая улыбка, очевидно, при воспоминании о той ночи в баре. Он откинулся назад и глубоко вздохнул. Схватил ее за ладонь и притянул к себе. А затем заговорил. Его голос был тихим. Но то, о чем он говорил... Это было жутко. Ужасающе. Бесчеловечно. Военное преступление. У нее закончились прилагательные, чтобы описать то, что он ей рассказал. В конце концов он просто замолчал, иссушенный. Физически. Психологически. Заметно истощенный. Явно нуждающийся в какой-то форме утешения. В основном она просто задавалась вопросами. Почему он пришел ко мне? Неужели у него больше никого нет? — Шепард, могу я кое-что спросить? — Конечно. — Что ты здесь делаешь? — Она на мгновение замерла. — Это прозвучало хуже, чем я имела в виду. Она услышала, как он усмехнулся впервые с тех пор, как вошел в дверь. — Я никогда не спрашивала, когда мы встретились той ночью, но разве больше никого нет? Была ли кто-нибудь ещё? Он покачал головой. — Всегда была только миссия. Сарен. Коллекционеры. Теперь Жнецы. Никогда не было достаточно времени, чтобы просто сблизиться с кем-то. Я имею в виду, действительно сблизиться. — Он снова посмотрел на нее. Легкая улыбка. — По крайней мере, пока я не встретил тебя в баре той ночью. — Так почему же ты сейчас здесь? — У меня есть неделя, прежде чем мне снова придется улетать. Мой корабль чинят. Я подумал… — Он замолчал и пожал плечами. — Я думаю… Ну, я думал… Он вздохнул. — Я надеялся провести свои последние несколько дней с тобой, — тихо сказал он. Ей показалось, что он почти смущен. Или, возможно, он просто не был уверен, как она отреагирует. Она была просто удивлена. — Ты хочешь провести их со мной? Но... почему? — Я не могу представить себе никого другого, с кем бы я хотел провести их. — Он сделал паузу. — Это прозвучало не совсем правильно. Я имею в виду, что я хочу провести их с тобой. Она открыла рот, чтобы ответить, но не смогла произнести ни слова. Он снова взглянул на нее и просто улыбнулся. Она смогла только наклониться вперед и поцеловать его в ответ, прежде чем отстраниться. — А как насчет… твоих друзей? Твоей команды? — Они где-то занимаются своими делами. Я устраиваю небольшую вечеринку у себя в квартире через несколько ночей. Последнее «Ура», прежде чем мы отправимся». — Ещё одна легкая ухмылка. — Я надеялся, что ты будешь моей спутницей. — Что, черт возьми, они подумают, когда я появлюсь с тобой? — Мне все равно. Ты будешь моей гостьей. Потому что я хочу, чтобы ты была там. Она снова лишилась дара речи. — Я всё еще не понимаю. Я знаю, что мы мило провели время вместе… — Только мило? — перебил он с легкой усмешкой на лице. — Ты понимаешь, что я имею в виду... Но... — Она вздохнула. — Думаю, я всё ещё просто запуталась. — Почему? — просто спросил он. Она пожала плечами. — Я думала, мы просто два одиноких человека, которые просто случайно нашли друг друга той ночью. Я никогда не ожидала, что ты снова будешь у меня на пороге. И уж тем более говорить, что хочешь проводить со мной больше времени. — Почему нет? — Из-за того, кто я. Что я делаю. Как я относилась к тебе в прошлом. Я знаю, люди думают, что я... — Она снова вздохнула. — Ну, что я сука, — закончила она не без горечи. Он схватил её за обе ладони, глядя ей прямо в глаза. — Как я сказал в тот вечер, ты просто делала свою работу. Я не собираюсь судить о том, кто ты как личность, основываясь на паре неприятных моментов. Я не знал тебя по-настоящему. Ты не знала меня по-настоящему. Мы разговаривали. Много. Мне понравилось то, что я услышал. Даже больше. Как я уже сказал, в тот вечер я был с умной и привлекательной женщиной. И я снова смотрю на нее прямо сейчас. Затем он прочистил горло, снова слегка смущенно взглянув. — Я на самом деле думал о тебе, пока меня не было. О ком-то, кого я с нетерпением жду, чтобы увидеть снова. Она почувствовала, как её щеки снова вспыхнули. Она не знала, что и думать. Что она сделала, чтобы он сидел с ней прямо сейчас? Но он был явно заинтересован в ней. Она заметила, что он все еще смотрит на неё, ожидая ответа. — Так что ты хочешь сделать? — Мне на самом деле всё равно. Все, что я знаю, это то, что у меня есть семь дней. — Уже довольно поздно. Есть идеи? — Честно? Она посмотрела на него, ожидая двусмысленного замечания или взгляда в ответ. Вместо этого он просто вздохнул. — Я измотан. Это прозвучит чертовски банально, но мне просто не хотелось сегодня вечером идти и лежать одному в своей каюте. Она встала и протянула руку, которую он тут же принял. Она почувствовала его присутствие за спиной, когда открыла дверь в свою спальню и мысленно поблагодарила себя за то, что у неё хватило здравого смысла содержать квартиру в чистоте и порядке. Женщина повернулась к нему лицом. Она чувствовала его истощение — он почти спал стоя, но уже полностью чувствовал себя комфортно в новой обстановке. Она наклонилась вперед. Он ответил. Она начала расстегивать его форму, пока они целовались. Сначала она сняла с него пиджак. Затем рубашку. Она заметила один или два новых шрама, проведя руками вверх и вниз по его рукам, затем по спине, когда он притянул её ближе. Она почувствовала, как он дергается, снимая ботинки и носки, не отпуская ее, прежде чем её руки нашли его ремень, пуговицу и ширинку. Вскоре он остался в одних трусах. Её одежда присоединилась к его относительно быстро, оставив её только в нижнем белье, и снова возблагодарила небеса, что оно хотя бы совпадало. Затем она вздрогнула, когда он подхватил её на руки и пронес несколько шагов к кровати, осторожно уложив, прежде чем просто забраться рядом. Она просто наблюдала за ним, пока он лежал рядом. Его глаза уже были прикрыты. Он явно боролся с усталостью. — Спи, Шепард, — тихо сказала она, нежно коснувшись его щеки. Он улыбнулся, поцеловав её ладонь, прежде чем закрыть глаза. Она повернулась и подвинулась, ощущая, как его руки обнимают её, притягивая к себе. Он чувствовал себя невероятно тепло, и она услышала его тихий храп через несколько секунд.

***

Солнечный свет проникал через окно, разбудив её. Она открыла глаза и повернулась лицом к Шепарду. Он всё ещё крепко спал. Она подумала, что он выглядел умиротворенным, хотя она могла видеть, как его глаза двигались под веками. Явно сон. Она задавалась вопросом, о чём он был. Но это был первый раз, когда он казался умиротворенным с тех пор, как она видела его с той ночи в баре. Она тихонько поднялась с кровати и пошла на кухню. У нее было не так много еды, но она думала, что сможет изобразить что-то неплохое на завтрак. Раздавшийся всего несколько минут спустя из спальни душераздирающий крик заставил её чуть не подпрыгнуть от страха, и она уронила почти полную кружку кофе, которую держала, на кафельный пол кухни. Она полностью проигнорировала это, вбежав в спальню, чтобы увидеть, как он резко выпрямился в постели, покрытый потом, глубоко дыша, а его глаза метались влево и вправо. Она была рядом с ним мгновением позже. — Шепард, — тихо сказала она. Его глаза сфокусировались на ней. Затем он протянул руку и схватил её, крепко прижимая к себе. Она услышала его глубокое дыхание. Затем плотина, которую он держал, казалось, сломалась, всего на мгновение. Она просто в тишине держала его, пока он приходил в себя и успокаивался. Она снова потеряла счет времени. — Кошмар, — наконец сказал он, не более чем шепотом. — Они часто у тебя бывают? — Почти каждую ночь. Я почти не сплю. Этот… был плохим. Очень плохим. Неудивительно, что он измотан, подумала она. Она не решалась спросить, о чем они. О чем этот. Она могла только догадываться о внутреннем смятении, которое он испытывал. Что он видел. Что он сделал. О тех, кого он спас. Тех, кого потерял. Неудивительно, что он не спал. Она задавалась вопросом, как ему удавалось продолжать двигаться, день за днем. — Хочешь принять душ? Потом пойдем завтракать. — Он кивнул. — Я также приму душ, а потом пойдем. Звучит заманчиво? Он снова кивнул. Шепард свесил ноги с кровати, встал и потянулся, прежде чем зайти в ванную, закрыв за собой дверь. Она вернулась на кухню, схватив свой омни-инструмент. Ей нужно было позвонить. Она набрала номер, нетерпеливо ожидая, когда кто-нибудь ответит. — Вестерландские новости. — Карен, это я. — Калисса? Ты опаздываешь! Где ты? — Я дома. Я не приду сегодня и в ближайшие несколько дней. — Что? Почему? Босс убьет тебя, если ты не придешь. — Какого черта? О чем тут делать репортажи, кроме как о том, что Жнецы разрывают галактику? К тому же мне всё равно. То, что я делаю сейчас, важно. — Важно? Почему? Что происходит? — Я не могу сказать. Нет, я не скажу. Просто… Скажи ему, что я заболела или что-то в этом роде. Я позвоню тебе снова, когда буду готова вернуться. — Что ты… — Она отключила звонок, прежде чем её коллега успела закончить предложение. Она вернулась в свою спальню и села на кровать, ожидая, пока он закончит. Он появился через несколько минут, с одним лишь с полотенцем, обернутым вокруг талии. Она не могла не пробежаться по нему глазами, пока он использовал другое, чтобы высушить волосы. Он взглянул на нее и просто улыбнулся. Первая искренняя улыбка, которую она видела. Он выглядел лучше после душа. Он, похоже, проспал большую часть ночи, и пусть он всё ещё казался измотанным, он выглядел хорошо. Больше походил на Шепарда, которого она знала, видела в других выпусках новостей. Она поднялась, когда он приблизился. Палец расположился на её подбородке. Пальцы коснулись её щеки. Их губы снова встретились. Его намерения были ясны, когда он отстранился. Она могла видеть это в его глазах. Она схватила полотенце и развернула его, позволив упасть. Вскоре после этого она обнаружила себя на кровати под ним. Ее собственный прием душа был отложен на довольно долгое время.

***

Президиум был последним по-настоящему мирным местом на Цитадели, беженцы, просачивающиеся из галактики, жили в доках. Им удалось найти столик в небольшом кафе у озера. Она думала, что запасы должны были заканчиваться, но кафе и рестораны всё ещё вели бурную торговлю. Они потягивали кофе, сидя рядом и глядя на озеро. Она догадалась, что они оба казались просто людьми, наблюдающими за миром. Они говорили о чём угодно, что не имело бы значения для происходящего в галактике. Она знала, что никто из них не мог забыть, но, как он сказал в ту ночь, когда они впервые встретились, он просто хотел несколько часов нормальной жизни. Она знала, что у него были семь дней с ней, прежде чем он уйдет, возможно, в последний раз. Она уже боялась этого последнего раза. Уже чувствовала эту связь. И даже больше. Временами она ощущала головокружение. Она задавалась вопросом, что он на самом деле чувствовал к ней. Он явно что-то чувствовал к ней. Она всё ещё не могла поверить в это порой. Жизнь действительно странная. Они ходили рука в руке по президиуму, иногда разговаривая, иногда молча, просто наслаждаясь присутствием друг друга. Она замечала взгляды, когда они проходили мимо. Шепоты и бормотания. Это коммандер Шепард с той репортершей? — говорили они. Она могла только улыбаться в ответ. Он просто смотрел на нее с понимающей ухмылкой. Иногда он останавливался и целовал её. Крепко. Затем она слышала дальнейшие комментарии. Некоторые заставляли её краснеть. Другие злили. Но она была с ним. Поэтому не имело значения, что кто-то говорил. Он исчез на час ранним вечером, чтобы подготовиться, заявив, что намерен пригласить её сегодня вечером на хороший ужин и приятное времяпрепровождение. Он дал ей адрес своей квартиры, предложив ей сначала зайти домой к себе, чтобы переодеться, если она хочет, так как он собирался угостить ее вином и ужином этим вечером. Она последовала его совету, выбрав то, что посчитала бы подходящим нарядом для ужина в хорошем ресторане, и кто знает, для чего ещё, появившись в дверях его квартиры пару часов спустя. Она заметил, как его челюсть отвисла, когда он открыл дверь. Она провела по нему взглядом. Офицер Альянса, до мозга костей. Она снова заметила этот огонь в его глазах, когда он в ответ пробежался по ней. — Держи себя в руках, Шепард. Мы уходим, помнишь? Он надел куртку, взяв её за руку, когда они вышли из его дома. Она подцепила его под руку и наклонилась к нему. Всё, что она ощущала, были бабочки в животе. Что, черт возьми, она чувствовала к нему? Это было просто неподходящее время... влюбляться в кого-то. В него. Она задавалась вопросом, чувствовал ли он то же самое. Они нашли небольшой ресторанчик неподалёку. Человеческая еда становилась всё более редкой, родной мир был отрезан от остальной галактики уже несколько месяцев, большинство колониальных планет теперь также отрезаны от остальной части галактики. Это было обычно, но она не беспокоилась об этом. Его компании было достаточно. Бутылка или две вина могли исчезнуть, пока они ужинали. Разговор продолжался. Они снова избегали темы, нависшей над Цитаделью, пока не наступило затишье. Затем ей пришлось задать один вопрос. — Шепард? — Он выжидающе поднял глаза от тарелки. — Каковы наши шансы? Он вытер рот салфеткой, обдумывая ответ. Отпил вина из своего бокала. Она выжидающе смотрела на него. Ей нужно было знать, что он уверен в успехе. Если он уверен, то она сможет сохранить надежду. — Ты слышал о Горне? Она кивнула. — Слухи. Какой-то большой секретный проект. — Если мы его закончим, мы можем победить. — Можем? Он потянулся через стол и схватил ее за руку. — Мы победим, — уверенно заявил он. Это всё, что ей нужно было услышать.

***

Она смотрела, как он спит. Или, по крайней мере, она думала, что он спит. Это был всего лишь полдень. Она знала, что он борется с усталостью. Она не могла не улыбнуться тому, как комфортно ей уже было. Она всй ещй не могла поверить в то, что происходит. Они не расставались на время больше часа с тех пор, как он появился у её двери. Она всё ещё не знала, что думать. Что она на самом деле чувствовала. Ей пришлось наклониться вперед и поцеловать его. Он, очевидно, не спал крепко, так как ответил немедленно, его руки обвились вокруг нее в мгновение ока. Она замолчала, отстранившись совсем немного, когда он провел рукой по её правой щеке и по уху. Он просто смотрел на нее, легкая ухмылка расцвела на его лице. И эти глаза. Она никогда не видела, чтобы кто-то смотрел на нее так, как он сейчас. — Я мог бы привыкнуть к тому, что меня так будят, — тихо сказал он. Она могла только наклониться вперед и поцеловать его еще раз, прежде чем прижаться к нему, пока его руки крепко обнимали её, и они вместе лежали в тишине. — Шепард? — наконец тихо спросила она. — Ага? — Что с нами будет? Я не имею в виду галактику. Я не имею в виду человечество. Я даже не имею в виду Цитадель. Я имею в виду тебя и меня. Она услышала, как он прочистил горло. Слегка поерзал, повернувшись на бок лицом к ней. — Честно? Она кивнула. — Я не знаю. — Он обхватил её щеку, вытирая слезу. — Но я не собираюсь умирать в ближайшее время. Она просто молча кивнула, уткнувшись головой ему в грудь, чувствуя, как его руки обнимают её, прижимают к себе. Она никогда не чувствовала себя в большей безопасности.

***

Она наблюдала за ним, пока он смотрел на озеро. Взгляд на тысячу ярдов. Она уже привыкла к этому взгляду в его глазах. Интересно, о чем он думает. Или какие воспоминания бурлят под поверхностью. Она уже привыкла и к его продолжительному молчанию, к отсутствующему взгляду. Она решила, что понимает, почему. Он никогда не говорил подробно, но были упоминания о предыдущих миссиях, как до, так и после его исчезновения. Она была удивлена, что он рассказал о своей жизни, учитывая, что он был с ней, чтобы сбежать от событий своей жизни, пусть даже всего на несколько дней. Если исключить беженцев, вы все равно не подумали бы, что галактика находится на грани, судя по тому, как жизнь продолжалась в обычном режиме на Цитадели. Она находила это довольно раздражающим. Она знала, что и он тоже. Она схватила его ладонь, когда они прислонились к перилам, встряхнув её, чтобы привлечь его внимание. Он посмотрел на нее и моргнул, фокус вернулся к его глазам. Легкая улыбка. — О чём ты думаешь? — Обо всём. Или ни о чём. Я бы предпочёл ни о чём. Но это невозможно. Я всё ещё помню, что там происходит. Я всё ещё помню… Землю. Я не родился там, но это всё ещё дом. Мой. Твой. Их. Наш. Снова тишина. Она не возражала. Он притянул её к себе и обнял. Она просто прислонилась к нему, положив свободную руку ему на грудь. Уже комфортно. Такое странное чувство. — Есть какие-нибудь сожаления? — спросил он. — Только один. — Я не решаюсь спросить… Она вздохнула. — Я думала… Последние несколько дней… Что если? — Он взглянул на неё, пытаясь понять, что она имела в виду. Это не заняло много времени. Он просто кивнул в знак понимания. Она догадалась, что он, возможно, чувствует то же самое. — По крайней мере, мы провели это время вместе. Я просто… Она еще раз вздохнула, и они снова замолчали.

***

Она вытерла глаза, пока лифт поднимался. Дни пролетели слишком быстро. Они провели почти каждую возможную минуту вместе. Если они не были в Президиуме, то были в её квартире. Или в её спальне. Она все еще задавалась вопросом, было ли это просто чем-то физическим. Нет, теперь это было нечто большее. Определенно, для неё. Очевидно для него. В её голове была только одна мысль. Какое глупое время влюбляться. Она знала, что именно это она чувствовала к нему. Она бы рассмеялась в любое другое время. Человек, которого она когда-то считала марионеткой Совета. Жестоким головорезом. Террористом. Она знает, что была совершенно неправа. Двери лифта открылись. Она собралась с духом, прижимая к себе маленькую сумочку, и пошла вперед, стуча каблуками по полу и высоко подняв голову. Она замерла у двери его квартиры. Нажала кнопку. Подождала несколько секунд. Затем дверь открылась. — Калисса, — тихо сказал он, шагнув вперед. Она практически растаяла в его объятиях, когда их губы соединились. Она не знала, как долго они целовались. Лишь пара покашливаний позади него в конце концов прервали их объятия. Он замолчал, выглядя немного смущенным. — Думаю, мне следует вас познакомить. Он слегка повернулся, обняв её за талию. Она не упустила из виду тишину, наступившую, когда она появилась в дверном проеме. Она не упустила из виду удивленные взгляды других его гостей. Она узнала одно или два лица, но в основном знала только имена его команды. Его рука напряглась, когда он догадался о её беспокойстве. Она была более чем осведомлена о своей репутации. Она знала, что у них будет много мнений о ней. Тишина. Это не было неловко. В основном они просто переглядывались между ней и Шепардом. Она чувствовала, как её щеки краснеют. Она знала, что почти постоянно улыбалась с того первого утра, когда они проснулись вместе. — Калисса, познакомься с экипажем Нормандии, — наконец сказал он. — Я думаю, ты уже знаешь Джокера. Рядом с Джокером находится СУЗИ. Она — ИИ. Вот это её удивило. — ИИ? Но разве они не... — Она наклонилась ближе и прошептала: — Незаконны? Он взглянул на нее. — Это долгая история. Когда ты снова станешь репортером после всего этого, я уверен, мне будет позволено объяснить некоторые вещи. Он познакомил её со всей своей командой и друзьями. Она была поражена сетью, которую он построил. Были те, кого она помнила встречами на Цитадели до его исчезновения. Она хорошо помнила азари. Она знала о турианце по его работе в СБЦ. Кварианка стала сюрпризом, хотя услышать, что она была адмиралом, было столь же неожиданно. У него, похоже, было много друзей в высоких кругах. Он либо предупредил их вести себя наилучшим образом, либо она просто ошибочно предположила худшее. Они были дружелюбны и потеплели к ней всего спустя несколько минут легкого подозрения. Он объяснил, как они познакомились, что, казалось, успокоило их. Вскоре ей в руку вложили напиток. Она слушала разговоры. Приключения команды. Истории о том, как они собрались вместе. Истории об их миссиях. Их победах. Их потерях. Она слушала молча, восхищенная этой сплоченной группой. Неудивительно, что они добились такого успеха, подумала она. Она поговорила с Тали о том, что происходит с кварианцами и гетами. Лиара, казалось, обладала обилием информации о текущих событиях, оставив её в недоумении относительно того, откуда она знает так много. Она с удовольствием наблюдала за взаимодействием между Шепардом и Гаррусом, пораженная тем, что человек и турианец могут быть так близки. Два гигантских крогана говорили мало, хотя она знала, кто такой Урднот Рекс. В основном она слышала, как он жаловался на постоянное размножение. Он мало оставлял воображению в некоторых своих описаниях. Она наблюдала за динамикой между Мирандой и татуированным биотиком Джек, думая, что, возможно, назревает конфликт, хотя она полагала, что её оценка, вероятно, была неверной. Затем был Аленко, второй человек-Спектр. Тихо разговаривая, она наблюдала, как он и Шепард долго беседовали. Нельзя было не заметить дружбу между ними. Играла тихая музыка. Это не было шумной вечеринкой. Но они всё равно танцевали. Она не могла не смотреть на ошеломленные лица, пока они медленно кружились под музыку. Видимо, он не умел танцевать. Мог бы и обмануть меня, подумала она, когда он закружился по полу. Она просто закрыла глаза и положила голову ему на грудь, пока они медленно двигались по гостиной. Женщины выстроились в очередь, чтобы потанцевать с ним. Она отошла и наблюдала, и к ней подкрался Гаррус. — Никогда не видел его таким, — заявил он. — Что ты имеешь в виду? — Он всегда был занят работой. С самого первого дня, как я его встретил. Когда мы преследовали Сарена. Потом, когда мы сразились с Коллекционерами. Никто не подходил к нему напрямую, но был явный интерес со стороны других на корабле. Особенно со стороны женщин в этой самой квартире. Но всегда была только миссия. И большую часть этой войны он занимался Жнецами. Приносил мир. Собирал силы. Я всегда задавался вопросом, за что он сражался. Долгое время, я думаю, он делал это просто потому, что должен был. Остановить Жнецов. Вот и всё. Но перед Горизонтом что-то изменилось. Он был... другим. Он повернулся, поставив локоть на скамейку. Она просто повернула голову, чтобы посмотреть на него. — Теперь это очевидно. И очевидно, как ты к нему относишься. Мы все это видим. — Он что-нибудь говорил? — Нет. Шепард никогда не говорит о себе. Его личная жизнь именно такая. Личная. — Она просто кивнула. — Тем не менее, это чертовски приятный сюрприз. — Я? Он кивнул. — Я помню интервью и истории, которые ты рассказывала. Мы все их видели. Ты была не совсем... мила. — Я тоже удивлена. — Он хороший человек. Только не... — Он замолчал, явно не желая никого обидеть. — Сегодня я не репортер. Я не была им уже семь дней. Он кивнул. — Хорошо. Вечеринка подошла к концу. Она заметила, что одна или две пары исчезли. Другие просто отключились там, где сидели. Шепард закрыл за ними дверь, когда они вошли в его спальню. Они снова танцевали в тишине. Она просто наслаждалась ощущением того, что находится в его объятиях. Никто из них не выпил слишком много. Оба хотели запомнить эту ночь. Их последнюю ночь. Он медленно раздевал её, не торопясь, наслаждаясь каждым возможным моментом. Она последовала его примеру, стараясь запомнить ощущение его. Затем он на мгновение остановился и заглянул в её глаза, а затем слегка улыбнулся. — Я… — Она тут же оборвала его, приложив палец к его губам и покачав головой. — Пожалуйста, не говори этого, — тихо сказала она и взглянула ему в глаза. — Я знаю. Я знаю. И я чувствую то же самое. Но… — Глупое время влюбляться, да? Она кивнула. Быстро моргнула. Она не могла остановить их, стекающих по её щекам. — Все, о чём я думаю сейчас, это что, если… Он потянулся вперед, вытирая их большим пальцем. — У нас ещё есть сегодняшний вечер». Они занимались любовью. Это был не просто секс. Или блуд. Или любое другое грубое прилагательное, которое вы могли бы придумать. Они вложили в это все, что чувствовали друг к другу. Но в этом акте также чувствовалось отчаяние. Знание, что это может быть последний раз. Их губы едва размыкались. Пальцы сцепились. Он заставил ее задыхаться. Стонать. Заставил затаить дыхание. Коснулся её способами, которые она не считала возможными. Она хотела сказать эти слова. Она знала, что и он хотел. Но никто из них этого не сделал. Они остались невысказанными. Но его глаза. Они сказали все. Они сказали обо всём. Она наблюдала за ним, пока он спал. Провела рукой по его щеке. Нежно поцеловала. Придвинулась ближе, и его руки автоматически потянулись, чтобы обнять её. Она закрыла глаза и погрузилась в сон.

***

Стоя с группой в стыковочном отсеке, она уже знала, что это худший день её жизни. Нормандия была отремонтирована и готова к последней битве. Ей не были известны подробности, но она знала, что он больше не вернется. Пока всё не закончится. Если он выживет... Она даже не хотела думать об этом. Не сейчас. Не после последних семи дней. Экипаж, казалось, искренне прощался, даже обнявшись с парой женщин. Вскоре они остались одни. Слова не требовались. Он просто держал её в своих объятиях. Она просто закрыла глаза, желая, чтобы это не заканчивалось. Она потеряла счет времени. Это могли быть всего лишь секунды. Возможно, минуты. Она просто не хотела, чтобы это заканчивалось. Потому что знала, что это, скорее всего, конец. — Коммандер, — послышался кто-то сзади. Она услышала, как он вздохнул, слегка отойдя назад. Посмотрел ей в глаза. Поцелуй, которым они обменялись, красноречиво говорил об их привязанности друг к другу. Часть её всё ещё не могла в это поверить. Он коснулся её руки, улыбнулся. Затем он начал уходить. Что еще он мог сказать? Это было прощание. Она надеялась, что увидит его снова. Она надеялась... — Калисса! — услышала она его крик. Женщина подняла глаза и увидела, как он шагнул к ней. Он погладил её по щеке. — Я люблю тебя, — быстро произнес он. Их губы встретились. Всё на заднем плане исчезло. Это был самый лучший поцелуй в её жизни. Она прервала его всего на секунду. — Я тоже тебя люблю. Он просто кивнул, прежде чем они снова соединились. Она почувствовала, как он крепко прижал её к себе, слегка приподняв. В этот момент больше ничего не было. Никого больше в стыковочном отсеке. Никакой войны. Никаких Жнецов. Он не уйдет. Был только он. И она. Это была иллюзия. Мечта. Но что-то, за что она могла держаться. — Коммандер, нам действительно пора, — раздался голос. Он игнорировал это ещё несколько минут, прежде чем наконец разорвал поцелуй, опустив её на землю. Пальцы переплелись, когда они держались за руки. Лбы соприкасались. — Мне нужно идти, — тихо проговорил он. Она просто кивнула, глядя вниз. Палец под подбородком. Она посмотрела ему в глаза, её зрение слегка затуманилось. Его собственные глаза мерцали, когда он смотрел на нее. Он провел большим пальцем по ее щеке, жест, который она уже так хорошо знала. — Мы увидемся снова. Она верила ему. Абсолютно. Всем сердцем. Она могла только кивнуть головой, не в силах что-либо произнести. Сказать что-то без того, чтобы полностью сломаться. Она отпустила его руки. Он повернулся и ушел, а она смотрела ему вслед. Исчез в дверях стыковочного шлюза. Она подошла к окну, приложив руку к стеклу, наблюдая, как его корабль готовится к отправлению. Она не просто надеялась. Больше нет. Она верила. Она верила в него. Верила, что он добьется успеха. Он победит Жнецов. Он принесет мир в галактику. И в конце концов она снова его увидит.