•My Angel•

«Срочные новости. Авария произошла на трассе Инчхона. По предварительным данным, водитель  грузового автомобиля выехал из поворота и не справился с управлением из-за чего врезался в машину, ехавшую с левой стороны. Находившиеся там таксист и мужчина, личность которого пока не установлена, сразу погибли…» «Спустя несколько часов стало известно имя погибшего в автокатастрофе мужчины, им оказался двадцати восьмилетний Хван Хёнджин.  Он работал в крупой компании, отвечая за финансовые вопросы и статистику «Energy Groups”. Соболезнуем родственникам и любимому человеку парня. На этом пока всё. Следите за новой информацией на нашем официальном сайте». Я не поверил. Думал, что это страшный сон, и я вот-вот должен проснуться в холодном поту, но в крепких объятиях моего Джинни. Но он так и не вернулся после встречи с родителями, так и не позвонил, что подходит к дому. А утром меня пригласили опознать тело, потому что мистер и миссис Хван не могли сделать это. Всякий раз их бросало в дрожь, и апатия накрывала с головой, напоминая кошмар, с которым им придётся жить доживать оставшиеся года. Бледное худощавое тело было покрыто фиолетовыми синяками и бесконечными ссадинами. Кое-где на лице виднелась запекшаяся кровь. В закрытых глазах читался покой и умиротворение, скрывая огромную боль и страх, что накрыли Хвана в ту роковую ночь. Я не мог, просто не мог не обнимать его, не держать за руку, не целовать, ведь это был мой Хёнджин, мой добрый, чувственный, мягкий Джинни. Он всегда поддерживал меня, оберегал и заботился, в нужный момент обнимал, прижимаясь тёплым телом, но в тот день, лёжа на белой кушетке, он был холодным, как снег, как восковая фигура, безумно похожая на прототип. Хван был для меня миром, всей вселенной, самой яркой звездой. Он сиял всегда, даже, когда не было сил или настроения, чтобы мне было хорошо, «чтобы тебя, Джисон, никогда не поглотила тьма». Хёнджин служил стимулом и вдохновением, сотни начатых песен и стихов, были закончены, только благодаря ему. Они были наполнены счастьем, любовью, уважением, весенними прогулками под дождём и летними поездками на берег моря. В них нельзя было услышать скребущее от тоски и грусти сердце или сломанный от слёз голос. На протяжение большей части моей жизни я должен был притворяться. Говорить, утверждать, вести себя и даже думать, как хотели другие люди, чтобы понравиться им, чтобы обратить их внимание, заручиться поддержкой. Но разве можно надеется на тех, кто никогда не знал, что на самом деле интересно мне, к чему стремиться моя душа и сердце. Но всё поменялось, когда я познакомился с Хёнджином. Рядом с ним «настоящий я» рвался наружу, как бы я не пытался скрывать своё влечение к музыке и тупым анекдотам из старых газет, а ещё к романам про школьников и заброшенным магазинам, которые содержали бабушки и дедушки, никто не ходил туда, но кое-кто оставлял там пол своей зарплаты. Помню, Хван поймал меня в одном из таких киосков, пока я пытался исчезнуть в купе журналов с «Monster High». -Джисон, я видел тебя, выходи. Да, в тот момент моё лицо можно было сравнить с самым спелым помидором во всём мире.  -Мне тоже нравиться ходить сюда. Честно сказать, я зависим от здешних товаров, они так напоминают мне о детстве. Он всегда был таким чувственным, словно лепестки только распустившегося цветка, розы, но без единого шипа, прикоснувшись к нему, на пальцах оставался приятное ощущение мягкости или невесомости, будто ты окунул руку в облако. Спустя ещё время, когда я старательно пытался забыть о той встречи, он сказал мне одну фразу, которую с того момента я никогда не забывал. «Ты не будешь счастлив, если попытаешься скрыть настоящего себя. Ты живёшь один раз, больше у тебя не будет возможности заниматься тем, чего поистине желаешь, поэтому просто будь собой и не думай, что скажут другие». Мой любимый рассудительный Джинни. Такой умный и здравомыслящий. Ему никогда не нравилось, когда я так его называл, но тогда почему сейчас в комнате тихо, где его препирательства, негодование, недовольства, почему он больше не лежит рядом, почему не утешает и не вытирает слёзы? Почему я один?  Почемупочемупочемупочему? Единственное о чём я жалею, что не поехал с ним, тогда мы бы как обычно зашли в наше любимое кафе и прошлись до дома пешком. Тогда всё было бы хорошо, и мой Хёнджин не погиб. Я никогда не смогу простить себя и буду чувствовать вину до конца дней. Моя жизнь больше никогда не будет прежней, ведь без Хванни она просто не имеет смысла. Последнее на что я надеюсь, это наша следующая жизнь. Пусть мы встретимся там снова и проживем в любви до старости, тогда я точно успею сказать тебе всё, что хотел. Спасибо, что ты был у меня, мой любимый Джинни. [Он плакал навзрыд, сидя на коленях. Парень держал в руках фотографию любимого человека, что совсем недавно потерял. Тонкая рука коснулась плеча. Аккуратные прикосновения, которые нельзя было спутать ни с чем другим. -Хёнджин? Голова медленно поднялась. Кудрявый быстро поднялся с места, сразу прижимаясь к знакомому телу.  -Я так скучал. Наконец-то мы вместе. Белые крылья полностью накрыли парня, будто предостерегая от всех проблем и неудач. -Нет. Парень посмотрел в любимые глаза. Он так яростно искал в них ответ. Но кажется они были полностью чисты, в них нельзя было больше увидеть прежние моменты или общие воспоминания, голубизна очей показывала мелкую речку, озеро, водопад, море, целый океан, но ничего связанное с ними двумя. -Почему ты говоришь это?  -Потому что тебе ещё рано, Сони. Ты должен жить дальше, а я буду наблюдать за тобой, поддерживать, оберегать. -Но я хочу быть с тобой, остаться здесь. -Нельзя. У тебя впереди много лет, которые ты должен провести на земле, исполняя свою мечту.  -Но моя мечта быть рядом с тобой, Хённи. -Будешь, ты обязательно будешь со мной, но позже. Обещаю. Прошу, просто не забывай, что хоть я и не нахожусь рядом, я верю в тебя, поддерживаю и знаю, что всё получиться. Ты ни в чём не виноват, слышишь, я никогда не винил тебя и не хотел, чтобы ты страдал, чтобы мучил себя. Я любил, люблю и буду любить тебя всегда. Просто верь мне. -Я тоже люблю тебя, Джинни.] Джисон проснётся утром, с одинокой слезой на щеке и с ощущением, что это был не сон, что Хёнджин действительно приходил к нему.