Of Libraries and Liberties

      Чуя знает, что его жизнь не совсем можно было назвать нормальной. Он слишком хорошо осознает этот факт и за последние несколько лет добился всего что смог, только потому что доверяет себе.       Однако, когда первым делом в понедельник утром мужчина заходит в его библиотеку, и все инстинкты Чуи вспыхивают в тревоге, крича «опасность» яркими мигающими огнями, он не воспринимает это всерьез.       Почему?       Ну, проще говоря, он в чертовой библиотеке. Это его библиотека, он работает здесь каждый день уже более двух лет, и нет никаких причин, по которым кому-либо опасному стоит находиться в библиотеке — за исключением его самого, разумеется — если только это не головорезы, которых послали собирать деньги за покровительство, но этот парень явно не из тех, кто годится на роль шестерки. Чуя также не нуждается ни в какой защите; он может сам о себе позаботиться.       Следующая причина в том, что парень, о котором идет речь, просто не выглядит таким уж страшным. Конечно, на нем длинное черное пальто и какие-то странные бинты, обмотанные вокруг лица, но кто такой Чуя, чтобы судить? К нему приходят самые разные люди, так что косплееры не так уж и выбиваются из общей массы.       И, наконец, последняя причина в том, что парень разговаривает по телефону, и, учитывая то, как его явно отчитывают, и то, как он ноет, Чуя просто не может представить, что он так уж опасен.       Поэтому он отбрасывает свое внутреннее предупреждение и улыбается мужчине в знак приветствия.       Видимый карий глаз мужчины заблестел заметив Чую, и он подошел.       — Нет, нет, Ода! Ты же меня знаешь, я бы никогда не пропустил встречу без уважительной причины! Я был вовлечен в очень важный разговор со своим хорошим другом… — мужчина косится на плохо сделанный бейджик с именем Чуи, — Чуей, который просто невозможно было перенести, — мужчина прикрывает рукой трубку своего телефона и понижает голос до шепота, — Где я сейчас нахожусь?       — Городская библиотека Сурибачи, — сообщает Чуя.       — Да, Ода, очень важное дело в библиотеке… — мужчина замирает, его видимый глаз широко раскрывается.       Внезапно он отрывает телефон от уха и вешает трубку, — Черт, — стонет мужчина, убирая телефон в карман.       — Что-то не так? — спрашивает Чуя, которому вроде как любопытно узнать, что за бизнесмен пытается сбежать со встречи, прячась в случайном здании; совершенно очевидно, что он не знал, что это библиотека, когда вошел.       — Да, — ворчит мужчина, подходя ближе и драматично опускаясь на стул рядом со стойкой регистрации, за которой находится рабочий стол Чуи, — Почему это место должно быть библиотекой?! Теперь Ода узнает, что я солгал о том, что мне нужно где-то быть.       — Я так понимаю, вы не часто бываете в библиотеках? — размышляет Чуя, опершись локтем о стол и подперев ладонью подбородок.       — Никогда, — признается мужчина, — А Ода тот, кто любит книги, так что он прекрасно понимает, что я предпочел бы заниматься чем угодно, кроме чтения.       — Ну, у меня есть небольшая подборка журналов, если вам это больше подходит, — предлагает Чуя. Едва ли это первый встреченный им человек, который не любит книги, — А если вы зайдете в публичную библиотеку Йокогамы, то там есть аудиокниги, электронные книги, фильмы и всякая модная всячина.       Мужчина снова вздыхает, — Без обид, но если что-то из этого не поможет мне с моей текущей проблемой, то это просто пустая трата времени.       — Как знаете, — пожимает плечами Чуя. Его никак не трогает, что этот парень не любит книги.       Но по какой-то причине это заставляет мужчину выпрямиться и покоситься на него.       — …Что? — спрашивает Чуя, когда на него смотрят так долго, что это становится странно.       — Разве библиотекари не должны стимулировать людей к чтению? — хороший вопрос.       — Да, конечно. Но это Сурибачи, чувак. У меня едва ли найдется достаточно книг для людей, которые захотят их прочитать, так что я не собираюсь заставлять людей, которым это неинтересно, пробовать то, что им принципиально не нравится, и поэтому они никогда не вернутся, — Чуя пожимает плечами, — У меня так книги закончатся слишком быстро.       Мужчина кивает, несколько прядей растрепанных каштановых волос падают на повязку, закрывающую его правый глаз, — В этом есть смысл. Это место довольно маленькое.       — Да, — соглашается Чуя, — Но оно работает, — люди — дети — знают, что могут прийти сюда и быть в безопасности, они могут брать книги, чтобы продолжать практиковаться, читая младшим сказки на ночь или что-то еще, и во всяком случае, в течение нескольких часов им не нужно беспокоиться обо всем остальном. Чуя не может обеспечить едой или постоянным жильем всех детей, которые регулярно приходят к нему, но он может создать безопасное пространство. Так он и сделал. Пока он не привлекает ненужного внимания, все в порядке.       Мужчина что-то мычит, кивая, как будто понимает то, что Чуя недосказал. Возможно, так оно и есть; в конце концов, не так уж много людей приезжает в Сурибачи, чтобы на достопримечательности смотреть.       — Что ж, — вздыхает мужчина, откидываясь на стул у стойки регистрации, — Я правда не хочу идти на свою встречу. Мы можем притвориться, что говорим о чем-то действительно важном, чтобы у меня был хороший повод пропустить ее?       Чуя фыркает, но все же поднимается со своего стула за столом и подходит к стойке, опираясь на локти.       — Конечно. Я Чуя, — даже несмотря на то, что другой мужчина увидел его бейдж с именем, все равно вежливо будет представиться.       — Дазай, — отвечает другой, — Итак, Чуя, расскажи мне о чем-нибудь важном, — слова звучат протяжно, лениво и дразняще.       Естественно, учитывая, что сейчас утро понедельника и Чуя очень устал после выходных — по выходным приходит больше посетителей — Чуя вполне готов пожаловаться на свои мелкие библиотечные проблемы богато выглядящему бизнесмену.       — Ну, — начинает Чуя, — Вчера у меня двое подростков подрались, и я до сих пор не смыл всю кровь со стола, — Чуя указывает на другую сторону маленькой комнаты. Между тремя книжными шкафами (один у дальней стены, так что в данный момент он обращен к Чуе, другой у стены напротив двери, которая слева от Чуи, и последний, расположен справа от стойки), находится круглый стол с восемью пластиковыми школьными стулья вокруг него. На упомянутом столе темные брызги крови, которые вчера никак не хотели оттираться.       — И поскольку они поссорились, мне пришлось выступить посредником и заставить их выговориться, но подростки всегда так щепетильны в своих чувствах и не хотят ничего говорить, даже если то, из-за чего они злятся — это просто недоразумения, которые можно было бы так легко уладить.       — А, я понимаю, — кивает Дазай, — У меня двое подчинен- коллег, которые моложе меня и, как правило, не ладят друг с другом. Ода говорит, что они конкурируют за мое внимание, но это просто смешно. Я отношусь к Ацуши и не-Ацуши абсолютно одинаково.       Чуя приподнимает бровь.       Дазай улыбается в ответ, — Расслабься, я просто шучу. Акутагава появился первым, так что могу поспорить, что он чувствует угрозу со стороны Ацуши, но я действительно не знаю, как с этим бороться, поэтому я собираюсь все игнорировать и подождать, пока они сами во всем разберутся.       — …Серьезно?       — Да! Все получится, а если нет, то я… гм. В любом случае, все получится.       — Что ж, — вздыхает Чуя, — Думаю, если тебе когда-нибудь понадобится место, где они могли бы сесть и поговорить, мой стол уже испачкан, так что милости прошу.       — О-о-о! — воскликнул Дазай, его глаза дразняще сверкают, — Чуя уже приглашает меня на второе свидание, как ты торопишься!       Чуя недоуменно поднимает бровь, — Чувак, разве это можно назвать свиданием?       — Мы оба в одном месте, и ты добровольно разговариваешь со мной!       …Вау, ладно, это немного грустно. Чуя когда-нибудь ходил на свидания? Нет. Но он много читал о них и знает, что просто поговорить с кем-то и выслушать, если тот тоже хочет чем-то поделиться, еще не свидание. Скорее, это просто то, что должен делать любой порядочный человек.       — Ладно, смотри, это не свидание. Во-первых, находиться здесь — моя работа. Во-вторых, разговор — это когда два человека просто вежливо относятся друг к другу.       Дазай пожимает плечами, — По-моему, звучит как свидание, — в его видимом глазу все та же дразнящая искорка, поэтому Чуя закатывает глаза и не позволяет себе подаваться поддразниваниям еще больше.       — Допустим. Дай-ка я подумаю о чем-нибудь еще важном для библиотеки; мы ведь отмазываем тебя от этой встречи, да?       — Пожалуйста, — стонет Дазай, поворачиваясь, чтобы сложить руки на столешнице и положить на них подбородок, — Она еще просто ужасная, я ненавижу иметь дело с Эйсом. Я бы хотел, чтобы Ода просто мог это сделать, но Эйс — мелкая вредная сучка и хочет разговаривать только с бо- со мной.       — Ммм. Ну, я, наверное, всегда боюсь, что у меня закончатся книги. У меня небольшая коллекция, и книг с картинками всегда на всех не хватает, — Чуя вздыхает, потирая затылок, — И поскольку я зарабатываю деньги только за счет пожертвований, которые почти никто не может себе позволить, у меня точно нет средств, чтобы купить еще… — Чуя замолкает, понимая, что жалуется на деньги парню, который буквально купается в деньгах — строгий костюм от известного бренда и блестящие часы доказывают это с первого взгляда, — Э-э, неважно, — он ломает голову, пытаясь придумать, о чем еще поговорить.       — Я вынашиваю идею, как организовать читательский клуб для детей? — предлагает Чуя, — Вроде как место, куда они могут приходить, чтобы научиться читать или помочь научить читать других, и тому подобное. Здешние завсегдатаи вроде как уже делают это, но было бы неплохо, если бы кто-нибудь из других групп тоже поучаствовал. Это могло бы помочь наладить отношения, чтобы обстановка была менее напряженной.       Дазай обдумывает этот момент, — Ты действительно считаешь, что читательские клубы могли бы помочь бандам Сурибачи успокоиться?       — Кто знает. Но попробовать точно стоит, — слишком много детей в здешних краях попадают в банды в слишком юном возрасте. Может быть, если кто-нибудь предложит им попробовать что-то другое, они воспользуются шансом.       — Интересно. Не многие люди решились бы на то, что пытаешься сделать ты, Чуя. Опасно связываться с бандами, даже если местные банды малочисленны.       Чуя широко улыбается, — Спасибо за предупреждение, Дазай, но я прекрасно могу за себя постоять.       — О? — спина Дазая выпрямляется, когда мужчина обращает на Чую все свое внимание, — Почему ты так уверен в себе? Я знаю очень многих людей, и— хм. На самом деле, это плохие примеры, поскольку многие из них теоретически могли бы сразиться с бандой и выйти победителем. В любом случае, почему ты так уверен в себе?       Ну, есть факт, что Чуя — монстр, скрывающийся в человеческой шкуре, но это не совсем то, о чем он хотел бы, чтобы все знали.       — Я могу драться, — вместо этого предлагает Чуя, поскольку это тоже правда.       Возможно, это даже более применимо к этой ситуации, поскольку все бои, в которых он участвовал, проходили без использования его способности. Он хотел бы, чтобы все так и оставалось, если это возможно — прошло всего два года, поэтому он уверен, что правительство следит за способностями, напоминающие его собственную. За документами тоже, но к счастью, никто не приезжает в Сурибачи с намерением сделать себе имя.       Кстати, об этом…       — Эй, а как ты вообще сюда забрался? — спрашивает Чуя, — Разве ты не должен быть в Йокогаме?       — Да, — соглашается Дазай, — Но, как я уже говорил ранее, я пропускаю неприятную встречу. Так что, поскольку я действительно не хочу на нее идти, мне пришлось выйти за пределы своих обычных мест для отлынивания, так как Ода знал где меня найти. Сурибачи — это не то место, где кому-то придет в голову искать меня, поэтому я здесь.       Теперь настала очередь Чуи проявлять скептицизм, — И почему ты так уверен, что тебя не ограбят или что-то в этом роде? Похоже, ты прекрасно осведомлен о том факте, что здесь орудуют банды.       Дазай улыбается. Улыбка обнажает зубы, но не вызывает никакого чувства опасности, поэтому Чуя никак не реагирует, только наклоняет голову, желая услышать ответ на свой вопрос.       — Ну, я мог бы рассказать тебе о том, как я рассчитал свой путь сюда, основываясь на опасных точках банд на сегодняшний день, время и сезон, или я могу просто сказать, что у меня есть пистолет.       — Справедливо, — фыркает Чуя, — Пожалуйста, не доставай его и не стреляй здесь, тут обычно вокруг дети.       — Конечно, — Дазай непринужденно пожимает плечами, — Это я могу.       Чуя открывает рот, чтобы продолжить разговор, но его прерывают, так как дверь распахивается.       Входят трое подростков, непринужденно болтая между собой.       — Привет, доброе утро! — зовет Чуя, махая подросткам. Юан, Ширасэ и Тео, как один, поворачиваются в его сторону и тоже приветствуют его. Нос Ширасэ все еще опухший, а костяшки пальцев Тео все еще красные, но, поскольку они снова разговаривают, вчерашняя драка прощена.       Подростки направляются к столу, занимая свои обычные места, и Чуя поворачивается обратно к Дазаю…       Бизнесмен пропал.       Чуя моргает и оглядывается по сторонам, но мужчина просто исчез.       — Ну что ж, — либо этот парень когда-нибудь вернется, чтобы поговорить, либо нет, все просто.       Вместо того, чтобы зацикливаться на этом, Чуя хватает охапку книг, которые он выбрал в субботу и которые планировал показать подросткам вчера, но вынужден был отложить из-за их драматизма.       — Эй, — снова приветствует их Чуя, подходя к столу и ставя на него стопку книг, которую держал в руках, — Я нашел кучу школьных учебников, если хотите взглянуть на что-нибудь из них.       — Спасибо, Чуя! — Юан тепло улыбается, подтягивая книги к себе, чтобы взглянуть на названия, в то время как Тео и Ширасэ смотрят на книги так, словно школа — это что-то опасное, что может выпрыгнуть со страниц и напасть на них.       — Без проблем, — отвечает Чуя, — Дайте мне знать, если вам понадобится что-то еще.       — Обязательно!       Оставив подростков в покое, Чуя возвращается к своему столу и достает стопку бумаг, лежащих в ящике его стола. Он не уверен, что правительство выделит какой-либо грант крошечной библиотеке в Сурибачи, но он может, по крайней мере, заполнить бланки со своими поддельными персональными данными и дать им возможность отказаться.

***

      Неделя пролетает незаметно — именно так, как любит Чуя. Мирно и спокойно. Никаких надоедливых правительственных головорезов, выискивающих его.       Поэтому он был немного шокирован, спустившись по лестнице, соединяющей его мансарду с библиотекой, и обнаружив, что кто-то сидит за его письменным столом.       Первым инстинктом Чуи было запаниковать и предположить худшее, предположить, что фигура, скрывающая свои черты в тени — это человек, которого Чуя слишком хорошо знает, потому что он двадцать лет смотрел на него сквозь стекло аквариума…       Затем незваный гость заговорил.       — Чуя, мне кажется, ты похудел с тех пор, как я видел тебя в последний раз. Или, может быть, это просто потому, что ты стоишь и я могу лучше тебя видеть?       …Это не Н.       Плечи Чуи расслабляются, его хватка на своей способности ослабевает.       — А, это ты. Привет, — Чуя машет Дазаю, бизнесмену, с которым познакомился на прошлой неделе, — Не хочу показаться грубым, но как ты сюда попал?       — Чиби, тебе нужно вложиться в замки получше, если ты не хочешь, чтобы кто-то вломился.       — Не думаю, что смогу позволить себе замки получше, но спасибо — Как ты меня только что назвал? — Чуя ошеломленно смотрит на него и ждет объяснений, потому что уверен, что ослышался.       — Я назвал тебя чиби, — Дазай пожимает плечами, — Я сказал, что ты сегодня выглядишь низкорослым.       Чуя делает долгий глубокий вдох, чтобы не сровнять с землей свою библиотеку. Он любит свою библиотеку и не склонен ее уничтожить.       — Я совершенно среднего роста, — Чуя, наконец, справляется с собой, — Так что, будь добр, воздержись от…       В мгновение ока Дазай внезапно оказывается прямо перед ним.       Чуя отступает на шаг, хмуро глядя на другого мужчину.       Он хмурится еще больше, когда Дазай кладет руку себе на лоб, а затем медленно проводит ею по воздуху горизонтально, пока она не оказывается над головой Чуи. Больше половины фута отделяют макушку Чуи от руки Дазая.       — Хм. Не уверен, каков средний рост чиби, но для обычных людей ты невысокий, — на губах высокого мужчины появляется самодовольная ухмылка, которую Чуя хотел бы сбить. Поэтому, Чуя пинает Дазая в голень.       — Ой! — Дазай скулит, наклоняясь, чтобы схватиться за ногу. Он надувает губы, глядя на Чую, его видимый глаз широко раскрыт и светится весельем, — Я и не знал, что чиби такие злые!       Только за это Чуя пинает и другую голень тоже.       Дазай драматично воет, смех в его глазах сообщает Чуе, что тот на самом деле не ранен — конечно, нет, Чуя достаточно сдерживался, чтобы не причинить парню вреда, даже если он и выглядит как тощая шпала под своим тяжелым черным пальто.       — Итак, что привело тебя сюда сегодня? — спрашивает Чуя, направляясь проверить свою дверь. Как ни странно, на замке нет никаких признаков взлома. Ну что ж. По крайней мере, Чуе не нужно покупать новые замки, так как Дазай ничего не сломал, — У тебя назначена еще одна встреча?       — Еще хуже, — стонет Дазай, протопав обратно к столу Чуи и плюхаясь в его кресло, словно хозяин этого места, — Ода хочет подвергнуть меня жестокому и необычному наказанию.       — О? — Чуя поднимает бровь.       — Он пытается заставить меня пройтись по магазинам, — Дазай говорит серьезным тоном, — Очевидно, носить одну и ту же одежду каждый день с тех пор, как мне исполнилось восемнадцать, больше не разрешается.       Чуя прищуривается, пытаясь понять, лжет парень или нет.       — Не волнуйся, Чуя. Я моюсь и стираю свою одежду каждые несколько дней, так что она не будет вонять в твоей маленькой библиотеке.       — Это не моя забота, но ладно, — Чуя прикусывает губу. Они встречались всего дважды и, по сути, незнакомы, так что делиться своим мнением, вероятно, уже чересчур, но если Дазаю не нужно мнение Чуи, то ему стоит заглянуть в какую-нибудь другую библиотеку.       — Ты мог бы просто пройтись по магазинам, — говорит Чуя, — Знаешь, тебе бы подошли другие цвета, кроме черного.       Дазай замирает, и его лицо становится пугающе пустым.       Затем, когда Чуя уже начал беспокоиться, что действительно перегнул палку, Дазай расплылся в самодовольной улыбке.       — Ого? Чиби признает, что запал на мою дьявольски привлекательную внешность? Просто хочу сказать, что в прошлый раз ты был тем, кто хотел сугубо деловых отношений, так что не влюбляйся в меня так рано, Чуя, это сделает все слишком простым!       — Ты смешон, — Чуя ворчит, закатывая глаза. Он присоединяется к Дазаю у стола и берется за ручку хлипкой тележки, которую он нашел на свалке, когда только открыл библиотеку. На ней лежит небольшая стопка книг, которые были возвращены в течение недели и готовы вернуться на свои места на полках.       — Чуя, — скулит Дазай, когда Чуя уходит с тележкой, — Куда ты идешь? Я думал, у нас будет второе свидание!       — Это тоже не считается свиданием, — тут же отвечает Чуя, — Свидания не проводятся на чьем-то рабочем месте. Я так думаю, — он качает головой, прежде чем успевает слишком сильно усомниться в себе, — На случай, если ты не заметил, Дазай, я действительно здесь работаю, и у меня есть дела. Можешь оставаться, если хочешь, но на твоем месте я бы точно прошелся по магазинам.       — Ой? И что бы купил чиби?       Представление всех возможностей означает, что Чуя отвлекся настолько, что позволил Дазаю назвать его этим глупым прозвищем и это сошло ему с рук.       — Не знаю. Может, какие-нибудь красивые жилетки? — Чуя оглядывает себя, замечая потрепанную зеленую трикотажную рубашку с длинными рукавами и выцветшие джинсы, которые он получил бесплатно в магазине подержанных вещей (Чуя не крал их, работающая там женщина была добра и отдала их), — Думаю, еще хорошие брюки. И я всегда хотел пару кожаных перчаток, — Чуя замолкает, поскольку его комментарий побуждает Дазая посмотреть на его руки, сжимающие ручку тележки с книгами.       Тонкие уродливые шрамы портят кожу. Чуя изо всех сил старается не шевелиться и притвориться, что любопытный взгляд Дазая его не беспокоит, притвориться, что следующий вопрос, который всегда следует дальше, не причинит боли. Потому что, когда люди замечают шрамы, они всегда спрашивают. На самом деле они не хотят знать, не хотят слышать об ужасах, через которые Чуя прошел в той проклятой лаборатории, и все это во имя науки, но они все равно спрашивают, потому что люди — любопытные существа; любопытство — это одновременно и их величайшее достоинство, и худший недостаток.       — В перчатках будет слишком жарко, — комментирует Дазай, — И я не знаю, как бы я делал отчеты в перчатках, которые ограничивают движение моих пальцев — о! О, Чуя, это отличная идея! Я попрошу Оду купить мне перчатки и заклею их суперклеем, чтобы я больше не мог писать отчеты! Разве это не прекрасная идея? — Дазай сияет в его сторону, казалось бы, не замечая, как Чуя смотрит на него, приоткрыв рот от шока.       Дазай не спросил.       — Эм. Да, — Чуя замолкает, когда понимает, о чем именно говорит Дазай, — Подожди, нет! Не приклеивай ничего к рукам! Это ужасный план.       — Это ты так думаешь, — как дети, которые приходят сюда в течение дня, Дазай показывает язык.       Чуя смеется, забавляясь выходками другого, — Да, конечно. Я собираюсь разложить это по полкам.       — Лааадно. Думаю, если тебе нужно, ты можешь продолжать.       — Я не спрашивал твоего разрешения, но спасибо, — посмеиваясь про себя, Чуя уходит и начинает расставлять книги по местам. Книги с картинками отправляются в сокращающийся запас, графические романы аккуратно складываются рядом друг с другом, романы и научно-популярные книги перестраиваются и придвигаются вплотную к краю полки, чтобы лучше выглядеть, а журналы перетасовываются, чтобы самые свежие издания оказались на самом верху стопок.       К тому времени, как Чуя заканчивает и оглядывается на стол, Дазая уже нет.

***

На следующее утро Чуя находит на своем столе единственную пару новеньких черных кожаных перчаток. Они идеально подходят.

***

      Чуя смотрит на две группы подростков, стоящих лицом к лицу посреди его библиотеки, и вздыхает. Сегодня только четверг, и если он быстро не вмешается, на полу появятся новые пятна крови.       — Эй, ребята, хватит, — поднимаясь, Чуя подтягивает манжеты своих перчаток, чтобы потуже затянуть их, и обходит стойку, вставая между двумя группами.       — С дороги, — рычит Ширасэ. Глаза мальчика сужаются, а губы растягиваются, обнажая зубы, когда он смотрит на другую группу, — Они из Ягуаров, они слишком долго захватывали территорию Овец! — пятеро за спиной Ширасэ согласно кивают.       — Забавно, что вы, Овцы, думаете, что у вас здесь есть своя территория, — усмехается один из Ягуаров. Шестеро других, стоящих позади говорящего, смеются.       Чуя вздыхает, потирая виски, — Послушайте, ребята, делайте что хотите на улице, но здесь мы все равны. Так что отойдите и успокойтесь; давайте передохнем.       — Это, черт возьми, не занятие йогой, коротышка, — Ягуар ухмыляется.       У Чуи дергается глаз. Он делает глубокий вдох через нос, борясь с желанием огрызнуться на оскорбление, нанесенное его росту.       — Эй! Не груби Чуе! — огрызается Ширасэ, надувшись, как рассерженная птица.       — Ой? Что ты собираешься с этим делать, Ягненок?       Ширасэ наносит удар кулаком одновременно с тем, как Ягуар наносит размашистый удар ногой. Чуя хватает обе вытянутые конечности в воздухе и толкает, отбрасывая каждого ребенка назад, лишая равновесия. Ягуар приземляется на задницу, хмурясь, а Ширасэ спотыкается о собственные ноги, прежде чем тоже рухнуть на землю.       Чуя скрещивает руки на груди и приподнимает бровь, — Вы двое собираетесь сесть и все обсудить прямо сейчас?       Ширасэ и Овцы, хорошо знакомые с методом разрешения конфликтов, который использует Чуя, надувают губы и вздыхают, но кивают в знак согласия.       Ягуары, новички в библиотеке, их пришлось убеждать.       В конце концов, Чуя усаживает всех в круг на полу, и все держат за руки сидящих рядом с ними людей с обеих сторон. Ширасэ и Ягуар — Лука, как быстро узнает Чуя — покраснели и продолжают бросать друг на друга уничижительные взгляды, но ни один из них не хочет первым отпустить руку и признать поражение.       Убедить каждого ребенка в круге назвать свое имя, любимое занятие и любимую книгу немного трудоемко, но у Чуи есть свободное время.       Оно того стоит, увидев выражение их лиц, когда Ширасэ и Лука осознают, что у них одна и та же любимая книга, и неохотно начинают разговор об этом.       Как только их лидеры начинают разговаривать друг с другом довольно дружелюбно, остальные постепенно собираются вместе и начинают болтать. Возвращаясь к своему столу, Чуя кривит губы: как только они уйдут отсюда, две группы снова разделятся, но, находясь здесь и взаимодействуя, они очеловечивают друг друга и доказывают, что могут работать вместе и не обязательно должны быть врагами.       Это обнадеживающая цель, и возможно, удастся объединить этих детей.       По крайней мере, Чуя может попытаться сделать что-то хорошее в этом мире, пока его время здесь не истекло.

***

      Наступает понедельник, и когда Чуя только усаживается за свой стол и берет документы, которые ему нужно прочитать сегодня, дверь распахивается.       Поскольку он еще не отпирал указанную дверь, Чуя поднимает бровь. Он не был шокирован, увидев, что Дазай улыбается ему в ответ, но он был удивлен, обнаружив, что тот одет в темно-синюю водолазку и черные брюки, а также в свои обычные бинты, вместо тяжелого черного пальто.       — Чуя! — Дазай здоровается, подбегая вплотную и запрыгивая на угол стола Чуи, — Ты скучал по мне?       Чуя хмыкает, но не отвечает, — Синий выглядит хорошо, — комментирует он вместо этого, откладывая бумаги, которые читал.       Улыбка Дазая становится шире, затем его взгляд останавливается на руках Чуи, одетых в кожаные перчатки.       — Ты их носишь! — радостно восклицает Дазай, счастливо хлопая в ладоши, — Они хорошо сидят? Я могу купить другую пару, если эти недостаточно хорошего качества; я не был уверен, что именно выбрать из кожи, хотя Ода уверял меня, что это лучшее, что может предложить магазин…       — Дазай, — перебивает его Чуя, — Они мне нравятся. Спасибо за подарок.       Улыбка Дазая становится мягче. Это милая улыбка, — Чуя, я…       Кто-то стучит в дверь, — ДАЗАЙ ОСАМУ! Я ЗНАЮ, ЧТО ТЫ ТАМ!       Губы Дазая кривятся в недовольной усмешке, — Глупый Хироцу, должно быть, выдал меня, — ворчит Дазай, — Я сейчас вернусь, чиби.       Дазай крадется к двери библиотеки и распахивает ее, свирепо глядя на высокого блондина, стоящего по другую сторону.       — Доппо Куникида, чем обязан столь неожиданному удовольствию? — голос Дазая сочится злобой, которую Чуя не ожидал услышать. Мрачные, злые слова звучат неправильно в устах обычно жизнерадостного человека.       — Дазай, я сообщил тебе, что мы встречаемся сегодня утром. Ты не можешь отказаться от таких требований, учитывая наши обстоятельства.       Глаза Чуи сужаются.       — Да, но я не хочу сейчас с тобой разговаривать, так что приходи в другой раз. А еще лучше, никогда.       Блондин хмурится еще сильнее и хватает Дазая за руку, — Дазай…       — Прошу прощения, — прерывает его Чуя, подходя к Дазаю. Он обнимает его за талию и притягивает к себе. Дазай напрягается, а затем быстро тает от прикосновения, прижимаясь к Чуе. Глаза блондина за стеклами очков сузились, и Чуя уставился на него в ответ.       — Я думаю, Дазай совершенно ясно сказал тебе, чтобы ты уходил, — продолжает Чуя, — Так что, убирайся отсюда.       Блондин усмехается, — Дазай, это нелепое поведение, даже для тебя. Перестань, ты нарушаешь мое расписание, — мужчина снова тянется, чтобы схватить Дазая за руку. Чуя отталкивает руку мужчины в сторону, прежде чем она успевает коснуться его.       — Проваливай, — рычит Чуя, — Мой парень не хочет иметь с тобой ничего общего.       У блондина отвисает челюсть, и Чуя с трудом сдерживает ухмылку, вместо того чтобы продолжать сверлить парня взглядом.       — Я-я понимаю, — блондин что-то бормочет, — Мне нужно вернуться… доложить… — парень разворачивается и убегает, бормоча что-то себе под нос и доставая блокнот, чтобы что-то записать.       Как только парень уходит, Чуя отпускает руку, обнимавшую Дазая за талию, и решительно втаскивает шатена в библиотеку, захлопывая дверь.       — Прости, — тут же извиняется Чуя. Ошеломленное выражение лица Дазая сменяется растерянным, — Я просто, э—э, твой бывший показался мне мудаком, и я не знал, что сказать, поэтому я немного запаниковал, но, например, если он когда-нибудь снова попытается напасть на тебя подобным образом, я с радостью продолжу притворяться твоим парнем, если это удержит его на расстоянии…       — Чуя, — Чуя захлопывает рот и ждет, что скажет Дазай, не понимая, почему в голосе парня столько веселья, — Куникида — владелец бизнеса, конкурирующего с моим собственным. У нас должна была быть встреча сегодня утром, но я пропустил ее, потому что предпочел бы навестить тебя, а не выслушивать болтовню Куникиды. Он не мой бывший парень, — Дазай замолкает, — У меня нет бывших, которых тебе стоило бы опасаться, но спасибо за заботу.       — Ой, — ответ Чуи был очень тихим. Его уши порозовели, и он отвел взгляд, — Эм. Прости? — снова предлагает он.       — Хм, я был не против, — рассеянно комментирует Дазай, — Мне нравится мысль. Быть парнем Чуи.       — Заткнись, — ворчит Чуя, хмуро глядя в пол, — Не дразни так, — если бы Дазай знал, кто он такой, он бы никогда не захотел быть с кем-то вроде Чуи. Это чистая правда, которую он знает с тех пор, как стал достаточно взрослым, чтобы понимать, что такое любовь.       — Но это правда! — Дазай скулит громче обычного, — Я был бы отличным парнем! Я бы купил тебе всевозможные книги, одежду и модные вещи, о которых я даже не знаю, что это такое, но которые бы тебе понравились. Мы могли бы ходить на свидания вне работы, как ты хочешь, и…       — Дазай, — вздыхает Чуя, — Ты можешь остановиться. Я понимаю, ты пытаешься успокоить меня за мой промах, но все в порядке. Блонди не твой бывший, я понял, — немного подумав, Чуя добавляет, — Вообще-то, тебе, наверное, стоит пойти на эту встречу. Если это важный деловой вопрос.       На лице Дазая отражается странная смесь раздражения и смирения, — К сожалению, чиби высказал верную мысль. Вероятно, мне следует убедиться, что люди Куникиды еще не слишком далеко зашли в своем безумии. Ах, мы делаем что-то вроде совместного проекта, работаем против другой крупной компании, и я не хочу, чтобы они испортили все моим людям.       — Хорошо.       Наступает момент неловкого молчания, когда Чуя не уверен, стоит ли ему заговаривать, поскольку кажется, что Дазай может это сделать, но затем никто из них ничего не говорит и они просто смотрят друг на друга.       — Вот, — Чуя прочищает горло и первым отводит взгляд, — Эм, пока. Увидимся на следующей неделе?       Дазай слегка кивает, — Конечно. До следующей недели, Чуя, — мужчина неторопливо уходит, но в дверях останавливается и оборачивается, чтобы в последний раз взглянуть на Чую. Он прищуривается и задумчиво потирает подбородок, затем снова поворачивается и выходит из библиотеки.       Чуя садится за свой стол и со стоном ударяется лбом о столешницу.       Во что он превратил все это общение.       Остается надеяться, что теперь Дазай не испытывает к нему ненависти — он вроде как начал привыкать к визитам бизнесмена по понедельникам.

***

      На следующий день около десяти в библиотеку заскакивает веселый подросток, которого Чуя не узнает.       — Доброе утро! — радостно приветствует его блондин, с энтузиазмом махая рукой, — Я Кенджи! Приятно познакомиться, мистер!       — Привет. Я Чуя, — Чуя не уверен, к какой группе принадлежит парень: соломенная шляпа и комбинезон не совсем в стиле Сурибачи, — Не стесняйся, осмотрись, парень, и дай мне знать, если тебе понадобится что-то конкретное.       — Хорошо! Спасибо, мистер!       Чуя, оставил новичка в покое. Кенджи не стесняется бродить и исследовать маленькую комнату. Он прижимается головой к стене, чтобы заглянуть за книжные полки, рассматривает безделушки — в основном вещи ручной работы, которые завсегдатаи изготавливали в течение года — расставленные на верхних рядах полок между стопками книг, и смотрит на пятна крови на столе и полу.       Проходит почти час, пока Кенджи внимательно осматривает это место, а затем появляется обычная компания из Овец и Ягуаров. Как только подростки начинают прибывать, Кенджи вежливо улыбается Чуе, машет рукой и уходит. Чуя машет в ответ. Хочется верить, что парень когда-нибудь придет снова.

***

      К удивлению Чуи, Кенджи действительно возвращается на следующий день, и он приходит со вторым подростком: рыжеволосым мальчиком, который кажется немного старше, но в два раза более пугливым.       Они оба машут — Кенджи с большим энтузиазмом, чем его спутник, и сразу же направляются к книгам.       Спокойно оставив их в покое, Чуя возвращается к чтению государственного документа о финансировании, который он, наконец, получил обратно. К небольшому удивлению, правительство не пожелало пожертвовать деньги городской библиотеке Сурибачи, принадлежащей «господину Кийо».       Вздохнув, Чуя разрывает бланки, которые держит в руках, на мелкие кусочки и бросает в маленькую урну для вторичной переработки у своих ног.       Решив, что на сегодня достаточно ответственной работы, Чуя встает с намерением помочь двум новичкам освоиться и найти что-нибудь, что им, возможно, будет интересно почитать.       Однако, когда он оглядывает библиотеку, детей там нет. Губы Чуи кривятся в недовольной гримасе. Их нигде не видно, и он не слышал, чтобы открывалась дверь…       Маленькая дверь в дальнем углу с понятной табличкой «вход воспрещен», ведущая на чердак Чуи, слегка приоткрыта. Он всегда закрывает ее, когда спускается утром.       Вздохнув, Чуя направляется к нему и сам поднимается по шаткой лестнице, не удивляясь, когда обнаруживает, что двое парней шныряют там.       — Говорю тебе, Кенджи, с ним что-то не так! Он меня пугает.       — Я думаю, он хороший. У него дружелюбная улыбка.       — Ты думаешь, что все хорошие!       — Кхм, — ухмыляется Чуя, когда оба мальчика замирают и медленно поворачиваются к нему лицом. Кенджи улыбается, откладывая почти заполненный дневник Чуи, и рыжий встает с того места, где он рылся в комоде Чуи, — Если вы двое хотели экскурсию, могли бы просто попросить. То, что вы устроили мне такую засаду, означает, что я давненько не убирался.       Не то чтобы там было что убирать. Чуя едва может позволить себе содержать библиотеку в рабочем состоянии, так что для него самого почти ничего не остается: небольшая комната, которую в основном занимают расстеленный футон, плита с одной конфоркой и мини-холодильник, который ему удалось задвинуть в угол с помощью своей способности. Небольшой комод придвинут к стене, на нем обычно лежит его дневник, а оставшееся минимальное пространство на полу в настоящее время используется для грязного белья.       — Извините, мистер, — предлагает Кенджи, — Мы просто пытаемся выяснить…       Рыжий зажимает Кенджи рот рукой, — Ничего! Мы ничего не пытаемся сделать. Мы просто, эм, хотели посмотреть? — это слабая отговорка, поэтому Чуя закатывает глаза.       — Ребята, все в порядке. Вряд ли вы первые, кто пробирается сюда тайком и ищет, нет ли чего ценного. Поверьте мне, тут ничего нет. Если бы что-то было, я был бы более чем рад поделиться; я уверен, что вам деньги нужны больше, чем мне. Ну же, давайте спустимся вниз.       Чуя машет рукой, приглашая детей идти первыми, и они послушно двигаются вперед.       — Видишь? — шепчет Кенджи своему другу, — Я же говорил тебе, что он хороший.       — Заткнись.       Загнав детей обратно вниз и крепко заперев дверь в свою мансарду, Чуя поворачивается, чтобы предложить свою помощь в поиске книг, но обнаруживает, что они оба снова исчезли. На этот раз входная дверь приоткрыта, что доказывает, что они быстро сбежали. Вздохнув, Чуя подходит и закрывает входную дверь, надеясь не напустить насекомых.

***

      В понедельник Чуя полностью готов к тому, что Дазай не появится. Чуя выставил Дазая дураком перед его деловым партнером, так что было бы вполне понятно, если бы тот больше не хотел его навещать.       Тем не менее, дверь распахивается, и Дазай впрыгивает внутрь, сияя, как обычно.       — Чуя! — радостно приветствует его Дазай, — Скучал по мне?       Чуя фыркает, качая головой с привязанностью.       — Бежевый хорошо смотрится, — говорит Чуя, вместо того, чтобы признать, что по непонятным ему причинам он был бы слегка подавлен, если бы Дазай решил больше не возвращаться.       — По-моему, это некрасиво, — жалуется Дазай, теребя бежевое пальто, которое на нем надето, — Но мое пальто, эм, испачкалось, так что Ода одолжил мне свое, а у него осталась только вот эта уродливая вещь.       Чуя пожимает плечами, — Тем не менее, цвет приятный. Он подходит к твоим волосам.       — О? — рука Дазая поднимается, чтобы накрутить прядь темных волос, — Может быть, мне самому придется купить бежевое пальто, если Чуе оно так нравится.       — Я этого не говорил, — немедленно возражает Чуя, — Не трать свои деньги на то, что тебе не нравится.       Дазай пожимает плечами, — Я могу позволить себе сорить деньгами, все в порядке.       — Ну да, — Чуя закатывает глаза. Люди, у которых есть деньги, похоже, никогда не понимают, как их тратить.       — Кстати говоря, — продолжает Дазай, — Я чувствую, что не прочь потратиться сегодня на приятный вечер. Может быть, в дорогом ресторане или на премьере фильма? — комментарий перерастает в вопрос, и видимый глаз Дазая смотрит в сторону Чуи.       — …Хорошо? Повеселись?       Дазай издает тихий разочарованный звук.       — Это явно не работает, — ворчит Дазай себе под нос, так тихо, что Чуя едва слышит его, — Мне не следовало прислушиваться к совету Хироцу. Новый план! — заявляет Дазай, его тон становится громче и решительнее, — Чуя, если бы в твоем распоряжении были бесконечные ресурсы, чем бы ты хотел заняться сегодня вечером?       — Э-э-э… — Чуя делает паузу, чтобы обдумать гипотетическую ситуацию, и, пользуясь моментом, убирает волосы с лица, так как ему нужно кое-что разложить по полкам, — Не знаю. Наверное, купил бы еще книг? Может быть, еще один маленький книжный шкаф, в дальнем углу можно найти место, если все раздвинуть, и мне понадобится больше полок, если я куплю много нового материала, — он пожимает плечами, опуская руки теперь, когда его волосы собраны в узел на затылке.       — Хорошо! — Дазай соглашается, хлопая в ладоши, — Тогда пойдем покупать книги!       …       — Что?! — кричит Чуя, — Дазай…       — Не волнуйся, чиби, у меня есть моя черная карточка, и Хироцу с радостью отвезет нас, так что поехали! Не будем терять времени, я не знаю, во сколько закрываются книжные магазины, — Дазай хватает Чую за руку и тянет к двери, но тот упирается.       — Дазай, это нелепо! Я не могу позволить тебе платить за книги в моей библиотеке, и я не могу уйти! Библиотека открыта прямо сейчас!       Дазай втаскивает Чую в дверь, меняя табличку «открыто» на «закрыто» и самодовольно ухмыляется.       — Ты невозможен, — невозмутимо говорит Чуя. Но он перестает упираться, запирает за ними дверь и приноравливается к шагу более высокого мужчины, — Ладно. Если ты действительно хочешь так тратить свои деньги, я не буду тебя останавливать. Мне бы не помешало еще немного книг, — дети будут рады увидеть завтра в библиотеке что-нибудь новенькое.       — Хорошо! — Дазай поднимает руку, чтобы остановить такси, и Чуя фыркает, собираясь сказать Дазаю, что такси в Сурибачи не популярны…       Рядом с ними останавливается чертов черный лимузин.       Дазай, не теряя времени, открывает дверь и жестом приглашает Чую войти первым, поэтому тот осторожно садится в машину. Если это похищение, он может постоять за себя.       Для человека, который никогда раньше не ездил в обычном автомобиле, тем более в дорогом, с настолько мягкими сиденьями, что он уверен, что мог бы здесь спать, Чуя чувствует себя немного не в своей тарелке.       У него не было времени долго размышлять об этом.       Дазай плюхается рядом с ним и закрывает дверь, — В книжный магазин, Хироцу! — радостно восклицает мужчина.       Пожилой джентльмен, сидящий за рулем, поднимает глаза, чтобы встретиться взглядом с Чуей в зеркале заднего вида.       — А, господин Чуя, я полагаю? Приятно познакомиться, сэр. Я много о вас слышал.       — Просто Чуя достаточно, — бормочет Чуя, не совсем понимая, почему водитель Дазая знает его имя.       — Хироцу, — хнычет Дазай, надув губы, — Не ставь меня в неловкое положение!       — Прошу прощения, босс, — губы джентльмена изгибаются в улыбке, но он переключает свое внимание на дорогу и отъезжает от тротуара.       Когда они трогаются с места, Чуя выглядывает в окно, чтобы посмотреть, как проплывает мимо мир. Здания расплываются, люди появляются и исчезают в мгновение ока; это похоже на то, как если бы он использовал свою способность, чтобы летать над всем, но в то же время это так отличается. Здесь он наравне со всеми кто его окружает. Это приятно.       Поездка проходит быстро — в какой-то момент Дазай получает серию сообщений, которые заставляют его ворчать и жаловаться, но он находит время, чтобы ответить на них — и Чуя более чем счастлив провести это время, тихо глядя в тонированное окно.       Перед его глазами дороги становятся шире, улицы оживленнее, здания выше: они в Йокогаме.       Чуя резко втягивает воздух. Логически он понимал, что они покинут Сурибачи, чтобы отправиться за покупками. На практике…       — Что это?! — воскликнул Чуя, прижимаясь ближе к окну, как будто это поможет ему лучше разглядеть.       — Хироцу.       Лимузин плавно подъезжает к обочине.       Дазай выходит из машины, придерживает дверцу для Чуи и протягивает ему руку, — Пойдем?       Чуя хватает протянутую руку и использует ее, чтобы выбраться из машины, — Ты не против немного прогуляться? — спрашивает Чуя, просто чтобы убедиться. Дазай не похож на парня, которому нравится бродить по окрестностям.       — Конечно, нет, если ты хочешь, — Дазай не выпускает руку Чуи, даже когда они оба выходят из машины. Вместо этого Дазай использует захват, чтобы потянуть Чую к тому, что привлекло его внимание: к фонтану. Красивый, сделанный из невероятно гладкого камня, вокруг которого восседал не менее красивый дракон, а из открытой пасти зверя непрерывно лилась струя воды.       Чуя подбегает прямо к каменной скульптуре и кладет на нее свободную руку, скользя по волнистой чешуе дракона.       — Потрясающе, — бормочет он, — Ты когда-нибудь видел что-нибудь подобное раньше? — Чуя поворачивается, чтобы встретиться взглядом с Дазаем, и поражается тому, как пристально высокий мужчина наблюдает за ним. Это пронзительный взгляд, как будто Дазай может видеть сквозь любые маски, которые носит Чуя, и может читать строки кода, окутывающие его кости — как будто Дазай может видеть Чую таким, какой он есть на самом деле, и не боится его.       И все же, несмотря на напряженность, взгляд у него мягкий. Он не обжигает и не причиняет боли, а скорее, в сочетании с нежной улыбкой, от которой уголки губ Дазая приподнимаются, заставляет язык Чуи отяжелеть, а уши порозоветь. Он отводит взгляд, возвращаясь к созерцанию каменного фонтана.       — Да, — соглашается Дазай, проводя большим пальцем своей руки, все еще держащей руку Чуи, по тыльной стороне его руки в перчатке, — Я бы тоже использовал слово «потрясающе».       Чуя прочищает горло и пытается сдержать жар, разливающийся по щекам.       — Эм, — Чуя крепче сжимает руку Дазая и наугад направляется вниз по оживленной улице, таща долговязого мужчину за собой, — Давай найдем книжный магазин.       — Конечно, все что захочет чиби, — Дазай что-то напевает, похоже, довольный тем, что проведет утро понедельника, следуя за Чуей.

***

      Сделав несколько остановок по пути, чтобы посмотреть на все те классные вещи, которые Чуя никогда раньше не видел, они все-таки находят книжный магазин. Он огромный, на каждой стене полки, заставленные тысячами книг.       — Вау, — Чуя медленно поворачивается на месте, осматриваясь, — Это потрясающе.       — Тебе так нравится? — голос Дазая звучит немного озадаченно, но он пожимает плечами, — Тогда ладно. Пошли.       Немного ошеломленный, Чуя следует за Дазаем, который ведет его между стеллажами к кассе.       — Извините, — вежливо улыбается Дазай женщине, работающей там, — Могу я поговорить с менеджером?       Дама хмурится, — Если у вас есть претензии, сэр, я могу разобраться с ними.       — Нет, нет, — Дазай отмахивается от этой идеи и достает из кармана пальто бумажник, — Я бы хотел купить это место.       И Чуя, и женщина изумленно смотрят на Дазая, который продолжает улыбаться, как будто только что не сказал что-то безумное.       — Что?! — Чуе, наконец, удается пискнуть, — Зачем тебе это делать?!       Дазай медленно моргает, — Ну, тебе понравился магазин. Я подумал, ты будешь рад, если я куплю его для тебя, — Дазай поднимает голову и хмурится, — Ты его не хочешь? Мы можем найти другой книжный магазин, я уверен, что в Йокогаме их больше одного…       — Дазай, пожалуйста, не покупай мне книжный магазин, — выпаливает Чуя. Дазай хмурится еще сильнее, — Мне нравится моя библиотека, и я счастлив в Сурибачи. Слушай, если ты действительно хочешь купить мне что-нибудь, давай ограничимся книгами, ладно? Книгами, а не книжными магазинами.       — Ой, — хмурый взгляд Дазая снова сменяется мягкой улыбкой. Он убирает свой бумажник, — Ладно. Выбирай, какие книги тебе нравятся, Чуя.       — Хорошо, — медленно, давая Дазаю время передумать, Чуя подходит к детскому отделу и начинает просматривать книжки с картинками. Библиотеке всегда нужно больше таких книг, особенно тех, в которых мало слов и много картинок, они отлично подходят для обучения чтению.       Проходит мгновение, и Дазай присоединяется к нему, наугад берет книгу с полки и листает ее, — Что мы ищем, Чуя?       — Хорошие истории, которые легко читаются, — отвечает Чуя, — И, может быть, несколько графических романов, если они здесь есть, они очень нравятся подросткам.       — А-а, — Дазай достает свой телефон и быстро набирает сообщение. Ответ приходит через несколько секунд, как будто тот, кто отправил его, тоже ждал сообщения от Дазая, — Через две улицы отсюда есть магазин комиксов. Мы можем пойти туда после этого, если хочешь.       — Конечно, — соглашается Чуя, — Это было бы здорово.       Рассматривая книги, лежащие перед ним, Чуя размышляет. Дазай явно достаточно богат, чтобы швыряться деньгами как ни в чем не бывало, учитывая, что сумасшедший только что предложил купить весь этот книжный магазин, так что, возможно, Чуя сможет купить на несколько книг больше, чем планировал. Первоначально планировалось купить, может быть, десять или пятнадцать новых экземпляров, но если Дазай действительно не против потратить деньги, то…       — Дазай, сколько я могу купить? — все же вежливо спросить.       — Все, — беззаботно отвечает Дазай.       — Дазай, — вздыхает Чуя, — Я серьезно.       — Я тоже, чиби, — Дазай наклоняет голову и ухмыляется, — Покупай все, что хочешь, моя карточка ничуть не против.       …Что ж, это слишком хорошая возможность, чтобы ее упустить.       — Хорошо, — Чуя засовывает книгу, которую рассматривал, под мышку и переходит к следующей.       Они покидают магазин с большой картонной коробкой, в которой более пятидесяти новых книжек с картинками. Чуя несет коробку и радостно напевает что-то себе под нос, но видимый глаз Дазая светится так ярко, что Чуя почти готов поспорить, что Дазай так же доволен этим исходом, как и он сам.       Они останавливаются у лимузина, чтобы оставить коробку, а затем продолжают путь, направляясь к магазину комиксов, о котором упоминал Дазай. Они уходят из магазина с почти сотней новых графических романов —Чуя протестовал, но Дазай продолжал снимать их с полок и складывать в стопку для покупок, утверждая, что слышал, как его коллеги обсуждали, какие новые выпуски были хороши — упакованных в еще одну большую коробку, которую добавят в лимузин.       Затем Дазай ведет их в еще один книжный магазин. Здесь они покупают романы для самых разных возрастов: для молодежи, молодых людей и взрослых, а также некоторые новые научно-популярные тексты. Дазай упрашивает Чую, пока тот не соглашается, достать и прочитать все книги, написанные автором С. О. У этого автора всего три книги, так что это не так уж и много, учитывая, что они выходят с сорока шестью новыми романами и двадцатью научно-популярными текстами.       — Серьезно, — говорит Чуя, опуская последнюю коробку с покупками в лимузин, — Спасибо тебе, Дазай. Это невероятно.       — Ну, мы еще не закончили! — заявляет Дазай, широко улыбаясь.       — Мы еще не закончили?       — Нет! Тебе ведь нужен новый книжный шкаф, верно? — прежде чем Чуя успевает что-либо сказать, Дазай уже снова хватает его за руку и ведет по оживленным улицам Йокогамы.       Вздохнув, Чуя охотно идет за ним. Учитывая объем материалов, которые они купили сегодня, ему действительно нужен новый шкаф. Хотя—       — О! — Чуя останавливается. Он указывает на витрину магазина, возле которого они находятся, его внимание привлекают красивые ручки и блокноты, выставленные на витрине, — Я хочу зайти сюда.       Вместо того, чтобы, как всегда, сразу согласиться, Дазай морщит нос, — Ты уверен, что хочешь зайти в этот магазин канцелярских товаров, Чуя?       — М, да? У них действительно хорошие блокноты, а мой дневник почти заполнен. Не волнуйся, это личная вещь, а не библиотечная, так что тебе не нужно за это платить. Я просто хочу посмотреть, сколько они стоят, — возможно, он не может себе этого позволить, но было бы неплохо. Красно-черный блокнот на витрине выглядит потрясающе.       — Угх. Что только не сделаешь ради тебя, Чуя, — Дазай вздыхает и ведет его в магазин, — И не говори глупостей: я уже сказал тебе, что сегодня за все плачу, так что покупай все, что захочешь. Я рад сделать это для тебя.       — …Правда?       — Правда, — Дазай подтверждает это кивком и улыбкой.       Чуя сразу же находит тот самый красно-черный блокнот, который был выставлен на витрине, и хватает его, прижимая к груди, а затем быстро переходит к выбору ручки, чтобы просмотреть варианты. Было бы здорово иметь шикарную ручку для ведения дневника.       — Хм. Тебе стоит взять вот эту, — предлагает Дазай, указывая на потрясающую ручку. Она темно-красного цвета с черными завитками и золотой маркировкой, выгравированной на корпусе.       — Она прекрасна, — соглашается Чуя. Он берет ручку с полки и одобрительно хмыкает, ощущая ее тяжесть в руке.       Затем он видит ценник и маленькую наклейку с информацией о том, что в этой штуке есть настоящее золото.       — Дазай! — Чуя осторожно кладет ручку обратно, надеясь, что не поцарапал ее, — Эта штука стоит почти тридцать тысяч йен!       — Да, рад, что ты умеешь читать, чиби.       — Я не могу ее купить! Это безумие, ручка столько не стоит.       Дазай пожимает плечами, — Она позолочена, конечно, она дорогая. Кроме того, это красивая ручка, и она тебе нравится, — мужчина берет ручку и вырывает блокнот из рук Чуи, — Итак, я покупаю это для тебя.       Чуя делает все возможное, чтобы отговорить Дазая от этого, но его усилия тщетны: Дазай решительно направляется к кассе и, взмахнув карточкой, вручает набор из самого красивого блокнота и ручки, которые когда-либо были у Чуи.       Уставившись на предметы в своих руках, Чуя понятия не имеет, что сказать, просто знает, что нужно что-то сказать. Он открывает рот...       Дверь магазина открывается, и маленький колокольчик над дверью приятно звенит.       — Ты!       Чуя напрягся, когда Дазай застонал. Он узнал этот голос.       Резко обернувшись, Чуя обнаружил, что стоит лицом к лицу со светловолосым мужчиной, которого Дазай называл Куникидой.       — Отлично, это ты, — ворчит Дазай.       — Тебе следовало бы знать, что лучше не заходить в мой любимый магазин канцелярских товаров, если ты не хотел столкнуться со мной, Дазай, — Куникида фыркает, — Ну, раз уж ты здесь, нам нужно обсудить…       — Лалала, я не слушаю! — громко поет Дазай, перебивая Куникиду, — Я очень занят, как ты можешь видеть, — Дазай подходит ближе к Чуе, и как и в прошлый раз, когда он встретил блондина, Дазай обнимает его за талию.       Взгляд Куникиды перебегает с Чуи на Дазая, затем останавливается на новой, очень дорогой канцелярии в руках Чуи. Блондин вздыхает, — Ах, как жаль, что кто-то с таким хорошим вкусом, как у тебя, застрял с кем-то вроде Дазая.       Не зная, что на это ответить, Чуя просто придвигается поближе к Дазаю, безмолвно прося его разобраться с этим неловким разговором.       К счастью, мужчина понимает намек. Дазай, не убирая руки с плеча Чуи, выходит из магазина.       Он останавливается в дверном проеме, оглядываясь на блондина через плечо. Когда он говорит, это тот же холодный, опасный тон, который Чуя слышал в прошлый раз, когда те общались, — Куникида, Гин сказала мне, что вы суете нос куда не следует.       — Дазай, ты, конечно, понимаешь…       — Что я мог бы уничтожить тебя и твою маленькую организацию за считанные часы, если бы захотел? — Дазай злобно смеется, — Возможно, тебе стоит задуматься о том, насколько плохо было бы для вас, если бы я был вашим врагом.       — Дазай, этот город остается мирным только тогда, когда мы работаем вместе; мы доказали это за последние недели с Гильдией. Я знаю, ты не настолько глуп, чтобы отказаться от этого только ради—       — Куникида. Перестань полагаться на милосердие человека, который не известен подобными вещами, и послушай, когда я говорю тебе оставить это в покое, — с этими последними словами, тяжело повисшими в воздухе, Дазай выходит из магазина, увлекая за собой Чую, не давая Куникиде шанса ответить.       Они проходят несколько шагов, рука Дазая все еще уютно обнимает Чую, затем Чуя прочищает горло.       — Я так понимаю, что совместный проект прошел не очень хорошо, если ваши компании сейчас ссорятся.       Дазай вздыхает, — Я ожидал некомпетентности от людей Куникиды, поэтому мы были готовы взять на себя всю тяжелую работу по проекту, и все получилось так, как я и предполагал. Однако этот конфликт — совсем другое дело.       — А-а. Что ж, я ничего не смыслю в бизнесе, но я могу врезать ему за тебя? — предлагает Чуя, слегка пожимая плечами.       В голосе Дазая слышится легкая нотка веселья, — Как бы мне ни хотелось это увидеть, я бы предпочел держать Куникиду и его пронырливых спутников как можно дальше от тебя, — Дазай замолкает, — Что ж, в таком случае, если кто-то из них покажется в твоей библиотеке, пожалуйста, не стесняйся врезать им.       — Я так и сделаю, — соглашается Чуя, — А теперь, мы можем вернуться в библиотеку и убрать все эти книги?       — Но мы еще не купили тебе шкаф! — вскрикивает Дазай, — Чиби, мы еще не закончили!       — Дазай, мы и так потратили часы на покупки книг. Мне действительно нужно вернуться в библиотеку и распаковать новые книги. Ты в одиночку удвоил объем моей библиотеки, так что спасибо за это, — комментирует Чуя, улыбаясь высокому мужчине.       — Конечно, Чуя, — Дазай улыбается в ответ, — Итак, как только мы отвезем эти книги в твою библиотеку, могу я украсть у тебя остаток вечера и угостить ужином? — в глазах Дазая светится надежда, что никак не объясняет, почему этот человек хочет потратить еще больше денег на Чую сегодня.       — Э-э, почему? — спрашивает Чуя, искренне заинтересованный ответом. У него никогда раньше не было друзей, но он уверен, что друзья обычно так не поступают. Друзья не прижимаются друг к другу, когда идут по улице, не заставляют сердце биться быстрее, чем следовало бы.       Улыбка Дазая слегка увядает, — Разве это не очевидно? Я думал, что был достаточно откровенен… — прежде чем Чуя успевает вставить хоть слово, Дазай продолжает, — Что ж, Чуя, по какой-то странной причине, ты заставляешь меня чувствовать себя человеком.       Дазай произносит эти слова так, словно они несут в себе вес мира, как будто они значат гораздо больше, чем кажется на первый взгляд, и Чуя это понимает. Ему тоже нравится проводить время с Дазаем. Все это время, пока они касались друг друга, он не испытывал бурлящего гнева от своей способности, не чувствовал себя монстром, каким его всегда называли в лаборатории.       — Да, — соглашается Чуя шепотом, — С тобой я тоже чувствую себя человеком, Дазай.

***

      Вернувшись в библиотеку, Чуя взволнованно распаковывает все новые книги, гордо улыбаясь при виде переполненных полок и стопок новых вещей на полу.       — Я же говорил, что нам нужны новые полки, — жалуется Дазай, сидя на своем месте за столом Чуи.       — Что ж, ты можешь купить мне новый шкаф в следующий раз, — предлагает Чуя.       Дазай оживляется, — В следующий раз? Ты имеешь в виду, что хотел бы как-нибудь сходить куда-нибудь еще?       — Да, я бы с удовольствием, — Чуя чувствует, как краснеют его щеки от этого признания, но на этот раз не отводит взгляда. Щеки Дазая тоже слегка темнеют, — Итак, — продолжает Чуя, направляясь к своему столу, — Я думаю, уже почти вечер. Ты, эм, все еще хочешь поужинать?       Если это возможно, Дазай сияет еще больше, — Да! Конечно. Что ты предпочитаешь? Морепродукты? Я тоже, люблю крабов. В одном из моих ресторанов подают вкуснейших крабов и очень хорошее вино. А ты любишь вино? Дай-ка я быстренько позвоню, я уверен, что мой столик свободен… — Дазай замирает, когда его телефон начинает звонить.       Он тихо выдыхает и подносит трубку к уху, отвечая тем мрачным, холодным тоном, который он использовал в разговоре с Куникидой, — Надеюсь, это что-то важное, Акутагава.       Следует долгая пауза, во время которой Чуя может разобрать не слова, а панические звуки, доносящиеся с другого конца провода.       — Прости, это звучит так, будто ты говоришь, что Ацуши пострадал из-за тебя, и вы недостаточно компетентны, чтобы справиться с этим самостоятельно. Это правда? — Дазай резко выдыхает, — Я буду там через пять минут, не дайте никому больше умереть.       Повесив трубку, Дазай с несчастным выражением лица обращает свое внимание на Чую.       — Эй, все в порядке, — предлагает Чуя, прежде чем Дазай успевает что-либо сказать, — Мы можем поужинать в другой раз.       — Да, хорошо, — бормочет Дазай, выглядя так, словно кто-то только что убил его щенка у него на глазах, — Наверное. Увидимся позже?       — Удачи тебе разобраться с тем, что происходит на работе, — отвечает Чуя.       Дазай фыркает, — Идиоты делают идиотские вещи, вот что происходит, его взгляд скользит мимо Чуи к библиотечному столу, — На твоем столе все еще осталось пятно крови?       — Да, а что?       — Тогда, я думаю, увидимся завтра, Чуя. Если мои подчиненные, которые не ладят друг с другом, рушат мои планы на ужин, то полагаю, им нужно разобраться со своими проблемами, — Дазай посылает Чуе прощальную улыбку и исчезает за дверью библиотеки.       Итак, вместо того, чтобы в первый раз пойти куда-нибудь поужинать, Чуя запирает дверь библиотеки и отправляется к себе на чердак, чтобы в очередной раз полакомиться плохо заваренной лапшой быстрого приготовления.       Позже, когда он сидит со своим новым дневником на коленях и новой, слишком дорогой ручкой в руке, Чуя обнаруживает, что записывает события дня с непринужденной улыбкой на губах и приятным теплом в сердце, которое бьется немного быстрее, чем обычно.

***

      На следующий день, примерно через две минуты после того, как Чуя отпер дверь, вошел Дазай, таща за уши двух мальчиков.       — Ой! Дазай, пожалуйста, отпусти! Мне больно!       — Дазай, я не сделал ничего плохого! Это все глупый Тигр виноват!       Дазай отпустил уши мальчиков, — Акутагава, Ацуши, идите садитесь за стол.       Несмотря на их недовольство, мальчики — оба одеты в тяжелые черные пальто, такие же, как у Дазая — немедленно выполняют приказ и садятся за стол. Они садятся напротив, хмуро глядя друг на друга через маленький столик.       — Чуя, — тон Дазая теперь мягче. Он складывает руки вместе, словно молит о помощи, — Не мог бы ты, пожалуйста, применить свою магию по укрощению подростков и заставить их поладить?       Чуя фыркает, поднимаясь из-за стола, — Это не магия, но конечно, я поговорю с ними немного и посмотрю, в чем дело. Обычно проходит еще около получаса, прежде чем сюда приходят постоянные посетители.       Подойдя, Чуя переводит взгляд с одного парня на другого, которых притащил Дазай: черноволосый сидит, ссутулившись, на своем пластиковом стуле и злобно смотрит на другого, в то время как беловолосый оглядывает библиотеку любопытными двухцветными глазами, игнорируя взгляды, направленные в его сторону.       — Привет, я Чуя, — начинает он, усаживаясь прямо посередине между двумя парнями и сохраняя спокойствие. Он складывает руки вместе и кладет их на видное место на столе, — Как у вас двоих сегодня дела?       — Приятно познакомиться, сэр. Меня зовут Ацуши. И я чувствую себя лучше, чем вчера, — бормочет беловолосый парень, бросая взгляд на своего темноволосого спутника, — Поскольку кое-кто снова попытался меня убить.       — Сейчас ты в порядке, так что я не вижу в этом ничего страшного.       — Ты ПРОТКНУЛ меня!       Черноволосый усмехается, — У тебя регенерация, — он задирает нос, чтобы посмотреть на другого сверху вниз, хотя они оба сидят.       — Это все равно больно!       Чуя делает глубокий вдох, внезапно не понимая, с чем именно он имеет дело.       — Итак, — начинает Чуя, — Ты, — он указывает на черноволосого, который, должно быть, Акутагава, — Проткнул его, — его палец перемещается на Ацуши, — И теперь вы оба злитесь?       — Ах, такова жизнь тестировщиков видеоигр! — восклицает Дазай, подскакивая к Чуе и зависая у него за плечом, — Верно, мальчики?       — Видео-? Ах, да, сэр! — Ацуши слабо улыбается.       — Честно говоря, Тигр, ты даже врать толком не умеешь; я не понимаю, зачем ты вообще нужен в нашей организации.       — Я понял, — объявляет Чуя, и на его губах появляется ухмылка. Он откидывается на спинку стула и наклоняет голову, чтобы улыбнуться Дазаю, — Я постоянно вижу такое: они влюблены друг в друга и не знают, как с этим справиться.       Губы Дазая приоткрываются в шоке.       — ЧТО?! Как будто я когда-нибудь сделаю что-то настолько плебейское, как влюбиться!       — Эм, мне не нравится Акутагава… Он бьет меня и постоянно кричит, это напрягает!       — Уххх, — неуверенно бормочет Чуя, — А теперь посмотрите друг другу в глаза и скажите это.       Как и ожидалось, оба мальчика сверлят друг друга взглядами и открывают рты, но в последнюю секунду замирают и отводят взгляды.       Ацуши взвыл и закрыл лицо обеими руками, пряча румянец, — Это просто смешно! Почему ты мне вообще нравишься?! Ты все время грубишь мне, если рядом нет Гин, а если есть, тогда ты просто игнорируешь меня!       — Ну, я же не виноват, что ты продолжаешь делать глупости, на которые нужно указывать! — огрызается Акутагава, — А что еще мне остается делать, Ацуши? Ты бы предпочел, чтобы я тратил наше время на разговоры о том, как мне нравится, как лунный свет отражается в твоих глазах, или как это впечатляет, когда ты прикрываешь мою спину еще до того, как я узнаю, что рядом есть враг?       — Ты не можешь просто так говорить такие вещи! — Ацуши стонет, — Это нечестно!       — Вот почему я обычно ничего не говорю!       — Почему ты все еще кричишь?!       — А почему ты кричишь?!       Встав со своего места, Чуя хватает Дазая за запястье и оттаскивает его от подростков. Они могут сами разобраться в своих… проблемах.       — Пойдем, — Чуя ведет Дазая вверх по короткой шаткой лестнице в свою комнату и садится на расстеленный футон, увлекая Дазая за собой.       — Ого? Если Чуя хотел затащить меня в постель, ему нужно было только попросить, — Дазай многозначительно двигает бровями. Чуя фыркает.       — Да, точно. Скорее, у меня просто нет стульев, — он машет рукой, указывая на ограниченное пространство вокруг них, — Ты можешь встать, если хочешь.       — Нет, нет, мне удобно. Хотя…       Чуя вскрикивает, когда руки обхватывают его за талию и рывком усаживают на колени к Дазаю. Подбородок опускается на его голову, когда Дазай прижимается грудью к спине Чуи. Как человек, который за двадцать два года своей жизни мало общался с людьми, Чуя никогда раньше не был в таких объятиях. Но ему это даже нравится. Это тепло. Когда Дазай вот так обнимает его, он чувствует себя… в безопасности.       — Ммм, да, так намного удобнее, — Дазай счастливо вздыхает. Одна из рук, лежащих на животе Чуи, сдвигается так, что палец может коснуться его живота, — Тебе удобно, Чуя? Ты хочешь, чтобы я отпустил тебя?       — Нет! — Чуя тут же выпаливает, наваливаясь всем своим весом на Дазая, словно пытаясь придавить его к месту, — Нет, это приятно. Мне нравится.       — Мне тоже, — Дазай соглашается.       Чуя мог бы многое сказать прямо сейчас: он мог бы спросить о бизнесе Дазая, раз уж там что-то происходит, или он мог бы попытаться придумать, как выразить, как приятно было вчера пройтись по магазинам и осмотреть Йокогаму с другим мужчиной.       Вместо этого Чуя держит рот на замке и закрывает глаза, наслаждаясь моментом и теплом, разливающимся по его телу.       Дазай нарушает мирную тишину, — Чуя, я…       Громкий крик обрывает все, что собирался сказать Дазай.       Вскочив на ноги, Чуя несется вниз по лестнице в библиотеку, полностью готовый к очередной бандитской разборке.       Вместо этого он находит свою обычную команду из Овец и Ягуаров, прижавшихся к двери и в ужасе смотрящих на Ацуши и Акутагаву, которые все еще сидят за столом и спорят.       Чуя в замешательстве переводит взгляд с одних подростков на других, — Что не так? Кто кричал?       Местные смотрят на него, как на сумасшедшего. Чуя просто поднимает бровь, ожидая объяснений.       — Чуя, — начинает Юан тоненьким писклявым голоском, — Ты что, не знаешь, кто они такие?       — Эм, да? Это Ацуши и Акутагава. Они решают свои проблемы.       Дети таращатся на него, и Чуя внезапно чувствует, что упускает что-то очень важное.       Подталкивая друг друга локтями и перешептываясь, дети, должно быть, пришли к какому-то консенсусу. Ширасэ делает шаг вперед, сглатывает и открывает рот...       — А, это и есть те твои маленькие друзья, Чуя?       Чуя в еще большем замешательстве, чем когда-либо, наблюдает, как Дазай подходит к нему и мило улыбается детям. Все дети бледнеют и пятятся назад, насколько это возможно, учитывая тесноту помещения. Те, кто ближе к двери, выскальзывают и убегают.       — В любом случае, — продолжает Дазай, — Нам лучше уйти, — он резко свистит, Ацуши и Акутагава подскакивают и через несколько секунд оказываются позади него, — Проводишь меня до машины, Чуя? — Дазай протягивает руку; Чуя легко берет ее.       — Конечно. Ребята, — обращается он к подросткам, — Вы вроде как загораживаете выход, — они быстро расступаются, с широко раскрытыми глазами и бледными лицами наблюдая, как Чуя выводит Дазая и двух его коллег из библиотеки.       — Простите за них, — говорит Чуя, как только они вчетвером оказываются на улице, — Я не знаю, почему они так странно отреагировали на вас, ребята.       — Все в порядке, — Дазай пожимает плечами, — Честно говоря, это не так уж и ненормально. Когда нужно, я могу быть страшным человеком.       — И все же, — возражает Чуя, обеспокоенный тем, каким равнодушным кажется Дазай, — Это было грубо с их стороны. О, и где Хироцу сегодня припарковался?       Дазай указывает на ряд старых, неухоженных зданий на другой стороне улицы, — Там есть паркинг. Или, по крайней мере, раньше это был паркинг. Я не уверен, для чего он сейчас используется, но я припарковал там свою машину.       Слова доходят до Чуи, и он останавливается, — Подожди, ты умеешь водить?       — Да? — в глазах Дазая вспыхивает веселый огонек, — Иногда мне нравится самому ездить за рулем. Хироцу не жалуется, до тех пор пока я не ухожу один, — Дазай указывает на подростков, стоящих у него за спиной, — И сегодня со мной эти ребята, так что я более чем под надежной охраной.       — Под охраной? — эхом повторяет Чуя, когда они спускаются на первый этаж старого паркинга, направляясь вглубь, к черной машине Дазая, — Ты достаточно важен в деловом мире, чтобы тебе понадобились телохранители? Стоит ли мне беспокоиться? — Чуя наполовину шутит, наполовину серьезен. Никто из нападавших никогда не мог победить его, но если Дазай настолько важен, у него могут быть связи в правительстве, которые могли бы распознать в Чуе то, что он есть.       — Да, тебе следует беспокоиться, — из-за их спин доносится новый голос, говорящий по-японски с сильным акцентом.       Дазай напрягается, в то время как Ацуши и Акутагава немедленно встают между Чуей, Дазаем и новичком.       — Френсис, — Дазай растягивает слова, — Я думал, ты сбежал обратно в Америку, поджав хвост.       — Не совсем, Дазай, — В поле зрения появляется высокий блондин. На нем очень дорогой костюм, и он злобно ухмыляется, — Можешь считать это стратегическим отступлением, я не уйду без этого тигра-оборотня.       — Я с тобой не пойду! — рычит Ацуши. Мальчик сгибает колени, низко приседая, как будто собирается броситься в атаку.       — К несчастью для вас, — продолжает блондин, как будто Ацуши ничего не говорил, — Я понял, что все вы мне живыми не нужны, а тигр-оборотень обладает потрясающими способностями к регенерации.       Паркинг вокруг них начинает дрожать. Глаза Чуи следят за длинной трещиной, которая появляется в крыше над ними. Он сглатывает. Над ними три этажа. Если они рухнут… Что ж, Чуя уверен, что выживет. Лаборатория доказала, что он может пережить практически все.       Но…       Взгляд Чуи останавливается на профиле Дазая. Мужчина свирепо смотрит на новоприбывшего, от ярости и плохого освещения его глаза наливаются темно-красным.       — Лавкрафт, давай, — блондин отступает назад, удаляясь из этого места, как раз в тот момент, когда трещины в здании вокруг них расширяются, пыль и мелкие обломки сыплются дождем.       Затем, внезапно, из ниоткуда появляются большие щупальца и хватаются за балки, удерживающие здание вместе.       Они вчетвером устремляются к выходу, но Чуя понимает, что они слишком далеко; у них ничего не получится.       — Ацуши! — рявкает Дазай, — Сначала вытащи Чую!       — Но, сэр!       — Это приказ, — Дазай слабо улыбается Чуе, затем опускает руку и подталкивает его к Ацуши.       Щупальца сжимаются, сминая опорные балки, и крыша начинает рушиться.       Взгляд Чуи устремляется вперед, подтверждая, что у них ничего не получится.       Он уворачивается, когда Ацуши пытается схватить его, и останавливается.       — Чуя?! — на лице Дазая появляется паника.       Чуя улыбается мужчине, — Спасибо, — шепчет он. У него нет времени сказать все, что он хотел бы, выразить, как приятно было испытать, что значит заботиться о ком-то и получать заботу в ответ.       Вместо этого он опускается на колено и кладет руку на землю, активируя свою способность. Вокруг него вспыхивает яркий защитный красный ореол, и Чуя закрывает глаза, чтобы сосредоточиться. Ему требуются миллисекунды, чтобы связаться со всеми обломками, которые сыплются на них дождем, окутать все мерцающим красным светом и остановить падение. Он делает тяжелый, прерывистый вдох, не привыкший справляться с таким грузом, учитывая, что годами не прибегал к помощи Смутной печали.       Но по сравнению с тестами, которые ему пришлось пройти в лаборатории, три этажа старого, гниющего паркинга — ничто.       Открыв глаза, Чуя обнаруживает, что Ацуши и Акутагава смотрят на него, разинув рты. Выражение лица Дазая пугающе пустое.       — Уходите, — прикрикивает Чуя, стискивая зубы от напряжения своих способностей, — Я не могу удерживать это вечно.       — А как же вы? — кричит Ацуши, — Вы ведь тоже идете, да?       Чуя морщится. Он качает головой, но останавливает движение на полпути, когда из-за этого его концентрация ослабевает, и несколько камешков выпадают из красной сети его способности.       — Ацуши, — голос Дазая убийственно спокоен, — Пошли. Мы не можем ему так помочь.       — Что? Но босс...       — Сейчас же.       Чуя закрывает глаза, чтобы не видеть, как Дазай убегает. Его способность несколько раз мигает, а затем гаснет. На него падают обломки, и все погружается во тьму.

***

      Когда Чуя открывает глаза в следующий раз, он думает, что это сон. Слишком знакомый сон.       Он плавает в резервуаре, в котором вырос, Н улыбается ему, и он чувствует слабость из-за скопившейся вокруг жидкости, подавляющей его способность.       — Добро пожаловать обратно, A5158.       Слова тоже знакомые.       — Мне было интересно, куда ты подевался, А5158, но представь мой шок, когда разведка доложила, что ты был замечен с неким Осаму Дазаем.       Чуя замирает. В его снах Н никогда не знал о Дазае.       — Удивлен? Я тоже. Это его ты должен благодарить за то, что вернулся домой. Если бы он не втянул тебя в дела Портовой мафии, сомневаюсь, что мы бы тебя нашли, — Н безмятежно улыбается ему, но это всего лишь уловка. Н точно знает, каким оружием он бьет в данный момент, — Итак, A5158, мы приступаем к базовому тестированию, чтобы увидеть, какой прогресс тебе удалось разрушить во время твоей маленькой выходки...       Н прерывают громким криком, доносящимся из-за пределов лаборатории, за которым быстро следуют другие.       На лице ученого появляется раздраженное выражение, он хватает рацию и нажимает кнопку сбоку, — Доложите о состоянии дел. Что там происходит?       В ответ раздается только лишь низкое, похожее на звериное, рычание.       Бронированная дверь в лабораторию, которую они строили с намерением не дать Чуе сбежать, пробита десятками длинных черных осколков, потрескивающих красной энергией. Осколки вырезают идеальный дверной проем. Когда они отступают, значительная часть бронированной двери отваливается.       Н и Чуя оба смотрят на пустой дверной проем, ожидая незваных гостей.       — Все чисто.       — Хорошо, хорошая работа. Подождите! Я хорошо выгляжу?       — У нас нет на это времени.       — Но мне нужно произвести хорошее впечатление!       — У тебя тут немного, эм, запачкалось… Нет, чуть повыше… эм, вот, просто дай мне. Ладно, теперь все в порядке.       — Ладно. У меня все получится.       Чуя смотрит широко раскрытыми глазами, как Дазай входит в дверь с пистолетом в руке, и брызгами крови на бинтах, закрывающих половину его лица.       — Чуя! — Дазай сияет, — Ты скучал по мне?       — Ты! — ахнул Н. Ученый бросается к ближайшей тревожной кнопке, но одно из этих острых черно-красных лезвий рассекает воздух и вонзается в ногу мужчины, пригвождая его к месту. Н воет, и это звучит музыкой для ушей Чуи.       Акутагава врывается в комнату, его черное пальто развевается той же энергией, что и лезвия, Ацуши следует за ним, черты лица и конечности мальчика трансформированы в белого тигра.       Пока Чуя отвлекается на прибытие подростков, Дазай возится с ближайшими кнопками управления и находит ту, которая открывает резервуар Чуи. Он вздрагивает, когда жидкость начинает вытекать, но быстро приходит в себя и нетерпеливо распахивает толстую стеклянную дверцу, как только она открывается.       Выбравшись из резервуара, Чуя глубоко вдыхает воздух, а затем возвращается к созерцанию своих спасителей. Ацуши бродит вокруг, время от времени задевая предметы, так что дорогая техника начинает дымиться, в то время как Акутагава довольствуется тем, что крепко стоит на ногах.       Дазай все еще улыбается ему.       — Ты… ты пришел за мной? — спрашивает Чуя, — Но я думал… — он замолкает, не желая озвучивать, насколько он был уверен, что его способность навсегда отпугнула Дазая.       — Конечно, — улыбка Дазая становится мягче, — Я всегда буду приходить за тобой, Чуя, — Дазай делает шаг вперед и приглашающе раскрывает объятия.       У Чуи перехватывает дыхание. Он бросается в распростертые объятия Дазая, обхватывая его за талию, в то время как руки Дазая опускаются ему на плечи.       — Я тебя всего слизью запачкал, — бормочет Чуя через мгновение, осознавая, что остатки жидкости из резервуара стекают с него на дорогую одежду Дазая.       — Ничего страшного. Ты мне нравишься, даже когда весь такой скользкий.       Чуя фыркает, — Нам придется пройтись по магазинам и купить тебе новое пальто.       — Ничего страшного. Мы можем заодно купить тебе несколько модных жилеток.       Момент испорчен, когда Н подает голос, — Что, по-вашему, вы делаете?! Это объект, охраняемый правительством! Вы вмешиваетесь в деятельность правительства и воруете государственную собственность!       — Я забираю Чую обратно, — парирует Дазай, не выпуская его из объятий, чтобы Чуя не мог видеть выражение лица Н, — Он человек и не принадлежит вам. Вы и ваше правительство можете попытаться снова лишить его свободы, но это было бы довольно глупо: еще раз приблизитесь к Чуе, и Портовая мафия примет ответные меры.       Чуя вздрагивает от этого, — Дазай, ты не можешь просто взять и приказать самой крупной банде в городе защищать меня! — шипит он, легонько хлопая высокого мужчину по спине.       — Мафия, а не банда, и конечно я могу, — легко отвечает Дазай, — Я босс.       Чуя, прищурившись, смотрит на него, — …Правда?       — Что значит «правда»? Разве я не похож на страшного босса мафии? — Дазай надувает губы.       — Эм, не особо.       Дазай драматично завывает, доказывая правоту Чуи, — Чиби такой злой! Я прошел через все эти трудности, похищая его у похитителей, и он не думает, что я страшный? Какой ужас!       Чуя закатывает глаза и фыркает, — Это не так уж плохо, что я не нахожу тебя страшным, Дазай.       — Моя репутация, — стонет Дазай, прижимаясь щекой к голове Чуи и пачкая свои бинты липкой жидкостью, — Навсегда испорчена… Что подумают мои подчиненные?       — Они подумают: ого, мы здесь уже очень давно, и нам пора уходить, пока они не прислали подкрепление, — комментирует Ацуши.       — На этот раз я согласен с Тигром. Дазай, ты можешь побаловать своего парня позже. Нам пора.       — Видишь?! — восклицает Дазай, — Они знают, что я не стану стрелять в них, пока ты здесь, поэтому сейчас они грубы со мной!       — Как тебе не повезло, — сухо отвечает Чуя, — Мы можем, пожалуйста, уйти отсюда?       — Конечно, — немедленно отвечает Дазай. Он опускает руки, хотя и продолжает держать Чую, — Давай отвезем тебя домой, Чуя.

***

      Позже, после того, как Чуя умылся и переоделся в свою любимую удобную одежду, он садится рядом с Дазаем на свой футон и задает вопрос, который вертелся у него в голове.       — Ты знал?       — Я много чего знаю, Чуя, можешь быть более конкретным? — Дазай протягивает руку, чтобы взять Чую за руку, но тот отдергивает ее, стараясь не обращать внимания на вспышку боли на лице Дазая. Сначала ему нужно узнать ответ.       — Обо мне, — уточняет он, — Ты знал, кто я, когда мы встретились?       Дазай качает головой, — Нет. Когда мы впервые встретились, я увидел только очень красивого мужчину, с которым было интересно общаться, и у которого была амбициозная цель, о которой другие боялись бы мечтать. Я возвращался, потому что ты мне нравишься, Чуя. Вот так просто.       Надежды Чуи оживают, — Правда?       — Правда, — подтверждает Дазай. На этот раз, когда Дазай протягивает ему руку, Чуя сам с радостью переплетает их пальцы, — Хотя, — продолжает Дазай, — Я должен признать, что, возможно, несколько лет назад я читал одно правительственное досье. Я все понял, когда увидел, что ты используешь эту способность — управление гравитацией. Кстати, извини, что ушел, но я знал, что ты выживешь, и был совершенно уверен, что правительство уже в пути, чтобы забрать тебя. Я надеялся перехватить их до того, как они доставят тебя в то учреждение, но это потребовало бы большей организованности, поэтому я пробрался с Акутагавой и Ацуши, чтобы вытащить тебя оттуда как можно быстрее.       — Спасибо, — прошептал Чуя, опуская взгляд на их переплетенные руки, чтобы не встречаться взглядом с Дазаем после признания, которое тяжело давило ему на сердце, — Дазай, ты должен знать, что я не совсем человек…       Дазай фыркнул, — Чуя, ты такой же человек, как и все, кого я когда-либо встречал.       — Но…       — И даже если бы ты им не был, это тоже нормально. Моя способность, — Дазай проводит большим пальцем по тыльной стороне ладони Чуи, — называется Исповедь неполноценного человека. Так что, если ты не человек, то и я тоже. Мы подходим друг другу.       Чуя неуверенно поднимает взгляд. Дазай улыбается ему. Это мягкая улыбка, которая заставляет сердце Чуи трепетать и почти убеждает его в том, что Дазай прав, что неважно люди они или нет, они подходят друг другу.       — Итак, что будет дальше?       — Ты мог бы присоединиться к мафии, — тут же предлагает Дазай, — Конечно, только если ты сам этого захочешь, но я был бы рад, если бы ты был на моей стороне.       Чуя морщит нос при этой мысли, — Извини, но нет, — продолжает Чуя, прежде чем Дазай успевает опротестовать его решение, — Знаешь, они создали меня для сражений. Предполагалось, что я буду оружием в войне, но они никогда не использовали меня. Так что, спасибо за предложение, но я бы предпочел остаться здесь, со своей библиотекой.       — Твоей библиотеке очень повезло, что у нее есть ты, — вздыхает Дазай, — Хорошо, могу я, по крайней мере, сообщить, что библиотека и все ее сотрудники официально находятся под защитой Портовой мафии?       — Я единственный сотрудник, — Чуя невозмутим, — Но ладно, дерзай. Но ты не будешь использовать мою библиотеку в качестве базы для мафиозных делишек и не вербуешь никого из ребят, которые сюда приходят, понятно?       — Ладно. Могу ли я по-прежнему покупать тебе новые шкафы, или теперь, когда ты знаешь, что я мафиози, это уже запрещено?       Чуя фыркает. Почему это так важно? — Ты все еще можешь покупать мне шкафы. На самом деле, пожалуйста, сделай это; сейчас так много книг валяется на полу.       — Мы можем сходить за покупками завтра?       — Конечно. Это было бы здорово.       Пауза, и Дазай лукаво улыбается, а затем, — Итак, это официально делает меня парнем Чуи?       — Хм, я не знаю…       — Чуя! — Дазай надувает губы, — Пожалуйста? Позволь мне доказать, что я могу быть самым лучшим парнем на свете!       — Ну, — Чуя нервно прикусывает губу, — У меня никогда не было настоящего парня, но я прочитал много книг, и я уверен, что хороший парень, вероятно, попросил бы меня поцеловать прямо сейчас.       — Чуя, — свободная рука Дазая поднимается, чтобы обхватить его щеку. Несмотря на мозоли, она мягкая. Чуя смотрит в видимый глаз Дазая, почти тая от теплоты, исходящей от него, — Могу я, пожалуйста, поцеловать тебя?       — Д-да.       Губы Дазая оказываются на его губах в тот момент, когда Чуя заканчивает фразу, и это совсем не то, чего он ожидает. Он думал, что поцелуи должны быть фейерверком и менять мир, но это не так. Это сладко и нежно. Рука Дазая все еще лежит на щеке Чуи, мягко удерживая его; не так будто он мог сломаться, но как будто Дазай правда думает, что Чуя — кто-то особенный, заслуживающий нежного обращения. Во всяком случае, этот поцелуй ощущается так же, как когда Дазай прижимает его к себе: это та же интимность, просто выраженная по-другому.       Чуя улыбается в ответ на поцелуй, и в его горле поднимается довольное урчание.       Дазай прерывает поцелуй, — Все хорошо? — спрашивает он со слегка сбившимся дыханием.       — Да, — отвечает Чуя, обхватывая пальцами шею Дазая и притягивая его к себе для следующего поцелуя. Затем еще одного. Ему очень нравятся поцелуи.

***

      На следующее утро его завсегдатаи практически срывают дверь с петель, спеша попасть в библиотеку.       — Привет, ребята, доброе утро.       — Чуя?! — кричит Ширасэ, — Ты живой?!       — Ага, — Чуя широко улыбается.       — Это правда, что ты присоединился к Портовой мафии?! — выпаливает Юан, — Все только и говорят о том, что мафия завладела твоей библиотекой.       — Не-а, — качает головой Чуя, — Я не вступил в мафию, я просто встречаюсь с их боссом.       …       — ЧТО?!       — Да, так что не волнуйтесь, если увидите его поблизости, ладно? О, и я почти уверен, что Ацуши и Акутагава будут присматривать за библиотекой по понедельникам, Дазай хотел оставить этот день для свиданий, так что не пугайтесь, если увидите их здесь.       Подростки обмениваются испуганными взглядами.       — Чуя, — начинает Ширасэ, произнося слова медленно, чтобы убедиться, что они доходят до него, — Ты хорошо себя чувствуешь? Ты недавно не ударялся головой?       — Я не ударялся головой, Ширасэ. И у меня действительно все отлично, спасибо.       Дети не уверены, что Чуе не промыли мозги, но постепенно перестают верить в это, как только видят новые полки на стенах библиотеки, уставленные стопками тетрадей на спиралях, карандашей, книжек-раскрасок и фломастеров. Это и ящик с непортящимися продуктами, которые Акутагава и его темноволосая спутница привозят каждую неделю.       Что бы это ни происходило, дети приходят без особых уговоров.       Хотя первые несколько раз, когда они заходили и замечали Дазая, развалившегося в рабочем кресле Чуи, они все равно впадали в панику.