Завтра будет солнечно

– Полумны ещё нет? Дестини вздрогнула и быстро подняла взгляд от своих записей, но едва успела заметить, как Бертрам, словно бладжер, стремительно прошёл от двери к своему столу. Там он стал лихорадочными движениями смахивать пыль и переставлять фигурки, и у Дестини едва получилось обрести дар речи от изумления – она никогда не видела Бертрама таким возбуждённым. – Придёт через пару минут... – Отлично! – У тебя что-то случилось? Бертрам на секунду отвлёкся от своего занятия, удивлённо посмотрел на Дестини. – Почему ты так решила? Она неловко пожала плечами. – Ты сейчас мне сказал больше слов, чем за весь прошлый год. Это был вечер вторника, до ужина оставался ещё час, и Дестини вчера назначила это время на встречу сотрудников газеты. Бертрам, конечно, вчера был очень рад её новостям, но, возможно из-за того, что рядом находились его однокурсники, это было несравнимо с его нынешним поведением. – Так квиддич ведь вернули! – сияя, как новенький галлеон (Дестини позаимствовала это выражение у Миллисенты), воскликнул Бертрам. Дестини не смогла остаться равнодушной к его радости и про себя заметила, что с улыбкой на лице Бертрам даже выглядит красивым. – Мне стоило догадаться. Он бросил свою неблагодарную работу (на его столе беспорядок визуально увеличился) и подошёл к Дестини, заглядывая к ней через плечо. – Чем занимаешься? – Домашнее задание, – печально вздохнула Дестини, и Бертрам тут же потерял к ней интерес, к тому же в этот момент в редакцию вплыла Полумна. Её светлые волосы, ставшие ещё длиннее, чем в прошлом году, были убраны в свободную косу, в которую были вплетены ленты, а в руках она держала журнал. Несмотря на то что он был перевёрнут вверх ногами, Дестини поняла, что это «Придира». – Всем привет! – потусторонним голосом сказала она, прикрыв за собой дверь. – Полумна! Бертрам подскочил к ней, взял за свободную от «Придиры» руку и покружил на месте. Полумна хихикнула, потом они дали друг другу пять и с одинаковыми мечтательными улыбками посмотрели на Дестини. Она опасалась, как бы и её не принудили к танцам, поэтому встала с места, надев на лицо как можно более серьёзное выражение. – Привет, Полумна, рада тебя видеть. Итак, начнём наше собрание? Они расселись на стулья, отодвинув их из-за своих столов. Так как в середине кабинета стоял станок, у них не получилось бы сесть в центре, поэтому они сдвинулись к картотеке, усевшись треугольником. Дестини взяла свой блокнот, куда записала пункты, которые хотела сегодня обсудить, и карандаш, Бертрам тоже приготовил какие-то записи. Полумна только уложила на колени «Придиру» и стала рыться в кармане мантии. – Что ж, этот год первый для меня в качестве главного редактора и для начала я бы хотела спросить... – Прости, Дестини, что перебиваю, но пока ты не заговорила о действительно важных вещах, можно я кое-что скажу? – перебила её Полумна, наконец вытащив из кармана какие-то маленькие бумажные свёртки. – Э-э... – Дестини вообще-то предпочла бы не отвлекаться, но посмотрела в чистые глаза Полумны и обречённо кивнула. – Конечно. – Это не займёт много времени, – сказала Полумна и протянула им обоим по свёртку. – Я лишь хотела отдать вам вот это. Дестини отложила блокнот с карандашом и приняла свёрток, стараясь не демонстрировать брезгливость. Она с опаской проследила за тем, как Бертрам вскрыл упаковку, и последовала его примеру. На ладонь ей выпал цветной браслетик, сделанный из бисера, засушенных цветов, которым волшебством придали прочность, и прозрачных камешков. Дестини подняла голову и увидела, что у Бертрама был такой же, только немного в другой расцветке. – Я сама их сделала, и себе тоже, – Полумна подняла руку, длинный рукав её мантии съехал к локтю и открыл тонкое запястье, на котором висел ещё один браслет. – И Хью отправила по почте. Решила, что нужно как-то подчеркнуть нашу принадлежность к «Голосу вепря». Дестини не знала, как реагировать. Она почувствовала прилив странной жалости к Полумне, неловкость, и ей даже захотелось смеяться. Бертрам, однако, был всерьёз растроган таким жестом. – Правда сделала это сама? – спросил он, поднеся свой браслет поближе к глазам. – Это же просто чудо! – Я часто делаю украшения сама, – пояснила Полумна, ничуть не смущаясь, в отличие от Дестини. – Раньше только себе, не было кого-то, кому бы захотелось сделать в подарок. Дестини посмотрела на Бертрама, они пересеклись взглядами, и в его глазах Дестини увидела ту же растерянность, что испытывала сама. Она убрала браслет обратно в бумажный пакетик и уложила его в карман юбки. – Большое спасибо, Полумна, это... очень мило с твоей стороны. Полумна ей улыбнулась, и Дестини поспешно отвернулась. Прокашлявшись, потому что в горле вдруг пересохло, она продолжила: – О чём это я... Ах да, первое, что я хотела обсудить, это наш состав. Как я поняла, вы оба собираетесь оставаться в газете? – Конечно. – Ещё как. Дестини поставила галочку напротив первого пункта в блокноте, удовлетворённо хмыкнув. – Тогда следующий вопрос. Уотерхаус в прошлом году, как вы поняли, назначил меня новым главным редактором газеты. У вас нет никаких возражений на этот счёт? Бертрам, ты старше меня и работаешь в газете дольше. Он почти испугался, замотал головой и даже отодвинулся на стуле подальше. – Нет, ни в коем случае! – Хью решил назначить тебя, – спокойно сказала Полумна, разглядывая следы ботинок на потолке. – Значит, так должно быть. Дестини снова угукнула, поставила новую галочку. Она надеялась на такой ответ, поэтому задала его чисто формально, и всё же приятно было убедиться, что напарники не против её назначения. – Я здесь недавно работаю и пока не во всём разобралась, – Дестини отложила блокнот с карандашом на стул, а сама встала и прошла к своему столу, чтобы взять оттуда ключи. Она вернулась на место, но не села, а подняла звякнувшие ключи в воздух. – Уотерхаус передал мне целую связку. Я поняла, от чего этот и вот этот, а этот опробовала вчера. Он запирает редакцию изнутри? Или как-то прячет её, чтобы в коридоре дверь было не видно? – Да, если его повернуть, то снаружи никто не увидит дверь, она станет невидимой, – подтвердил Бертрам. – Уотерхаус прятался от Филча? – В основном да. – Но почему? Бертрам зажал свой карандаш между пальцев и поднёс его ко рту, сделав вид, что курит. Дестини понятливо подняла брови. – Так и думала. То есть больше причин нет? – Хью говорил про свободу печати. Он не хотел, чтобы нам здесь кто-то мешал. – Как и главный редактор до него. Это он создал эти ключ с замком. Мы его уже не застали, но Уотерхаус следовал всем традициям, которые складывались в редакции. Для Дестини это не было новостью – она с содроганием вспоминала, как её заставили хрюкать, как кабан, прежде чем решили, что стоит принять её в штат. – А этот ключ от станка? Зачем закрывать его? Бертрам сложил руки на груди, обхватил себя ладонями за противоположные локти. – Примерно по той же причине, что сказала Полумна. Доступ к печати должен быть только у нас как у сотрудников газеты, ключ помогает помешать кому-то другому здесь печатать. Дестини посмотрела на печатный станок, обросший пылью, старый и потрёпанный. Неудивительно, что его приходится защищать. – Этот изогнутый ключ, – Бертрам ткнул в следующий ключ в связке, – открывает нижний ящик картотеки, там Уотерхаус хранил свои самые драгоценные пластинки. А этот, последний, от сейфа. – Здесь есть сейф? – изумилась Дестини. – Под моим столом, – подала голос Полумна. Дестини обернулась к её столу, заглянула под него, но ничего не увидела. – Тоже невидимый? – догадалась она. Бертрам кивнул. – Да. Это уже сам Уотерхаус придумал. Он там хранил сигареты раньше, сейчас сейф пустует. Дестини отметила про себя, что сейф – полезная вещь, тем более невидимый. Она кивнула, вернула ключи обратно на свой стол и села на стул, вновь раскрыв блокнот, чтобы поставить там ещё одну галочку. – Хорошо. Ну а теперь я хочу услышать вас: какие у вас предложения по нашей работе на ближайшее время? Бертрам всем телом дёрнулся, было похоже, что он сейчас станет тянуть руку, как школьник, жаждущий ответить на вопрос учителя. Полумна задумчиво молчала, словно и не услышала Дестини, так что выбора, кого слушать, в любом случае не было. – Да? – Квиддичный сезон ещё не начался, но с этой недели пойдут отборочные в команды, – глотая окончания, выпалил Бертрам. – Слизерин первый, уже послезавтра, потом в пятницу Гриффиндор. Я сделаю обзор, узнаю про новых игроков и возобновлю спортивную колонку. – Отлично! Я, кстати, тоже буду на отборочных в четверг, моя подруга Трейси будет пробиваться в команду. – Девушка – в команду Слизерина? – впечатлённо выгнул губы Бертрам. – Будет интересно, если она пройдёт. «Будет ещё интереснее, если она не пройдёт», – подумала Дестини, но вслух ничего не сказала и только записала в блокнот: «Спортивная колонка: отборочные, новые игроки». – Также нужно будет написать про плюй-камни и шахматы, – сказала она, отрываясь от записей. – Возьмёшься? Молчание Бертрама как обычно было красноречивее любых слов. – Ладно, давай я возьму шахматы, а ты про плюй-камни набросаешь пару слов? – сжалилась над ним Дестини. Он вздохнул с героическим спокойствием. – Полумна. У тебя какие идеи? Она неторопливо повернула голову к Дестини, моргнула своими длинными светлыми ресницами. – Я решу после урока Ухода за магическими существами. Дестини ожидала такого ответа, поэтому только поставила знак вопроса напротив следующего пункта и уточнила: – Возможно, хочешь написать о чём-то ещё? – Полумна придумывает на ходу, – сказал Бертрам, вступившись за коллегу. – Да, это я уже поняла, но... Нам нужно понять, что включать в первый номер, так? Как считаешь, ты могла бы дать какой-нибудь урок по рисованию? У тебя хорошо получается рисовать, это могло бы понравиться читателям. Полумна задумалась, став постукивать себя пальцем по губам. – Я никогда не пробовала никого учить... – Всё когда-нибудь случается в первый раз. – Дестини заметила сомнение и на лице Полумны, и в том, как опустил взгляд Бертрам, и терпеливо вздохнула, сев поудобнее. – Полумна, ты должна постараться. В прошлом году мы показали неплохие результаты, и мне бы хотелось увеличить тираж ещё больше. Вы ведь согласны, что газета заслуживает жить? Нам нужно выкладываться на максимум, если мы хотим, чтобы она окупалась. Её слова осели в воздухе, последовало молчание. Дестини не собиралась сдаваться. Она не хотела увольнять своих коллег, успев привязаться к Бертраму и даже к странностям Полумны, но пока об их общем деле печётся только она, успеха им не добиться. Полумна медленно кивнула. – Я проконсультируюсь со своим отцом. Наверное, в этом нет ничего сложного... Дестини ответила со всей сердечностью, на которую была способна: – Спасибо, Полумна. Я не подведу вас, ребята, и мне бы хотелось того же в ответ от вас. Бертрам тоже смиренно кивнул. – Пока ты к нам не пришла, про газету вообще никто не знал. Мы будем делать всё, что в наших силах, так, Полумна? Вместо ответа она выставила вперёд кулак и воодушевлённо воскликнула: – «Голос вепря»! Бертрам с энтузиазмом выбросил свой кулак и присоединил его к руке Полумны. Дестини была рада, что никто её здесь, кроме них двоих, не видит. Секунду поколебавшись, она завершила их союз. – Сделаем это! Полумна радостно взвизгнула, Бертрам улыбнулся, Дестини удовлетворённо прикрыла глаза. – Хорошо. Итак, наш первый номер будет посвящён спортивным новостям, Полумна нарисует нам мастер-класс – тебе понятно, Полумна? к субботе всё должно быть готово! – а я напишу об Амбридж, нашей новой преподавательнице. Также спрошу у профессора Флитвика, возможно, у него есть идеи, с чего нам стоит начать. – Нужно написать общее количество поступивших в Хогвартс в этом году и количество распределённых по всем факультетам, – вставил Бертрам и на удивлённый взгляд Дестини пояснил: – Уотерхаус всегда так делал. – Ах да, – Дестини пожевала губу, но в итоге согласилась – реформы нужно проводить постепенно. – Хорошо, не станем нарушать традицию, напишем и об этом. Что ж, нам ещё надо обсудить финансирование. Бертрам, ты наш казначей, так что все расходы и доходы – это твоя ответственность... Так они просидели до ужина, обсуждая предстоящую работу, хотя у Дестини к концу собрания сложилось впечатление, что ни один из её напарников не заинтересован в продвижении газеты так, как она. Бертрам мечтал о квиддичных новостях, Полумна витала в облаках. Дестини успокаивала себя тем, что они только вернулись с каникул и пока не настроены на работу, но мысленно уже смирилась с тем, что редакции требуется пополнение. – Возможно, я слишком многого требую? – размышляла она, накладывая себе вторую порцию пирога с патокой за ужином. Трейси покачала головой, с сомнением глядя на оставшиеся куски пирога в опасной близости от тарелки Дестини. – Ты всего лишь хочешь хорошо выполнить свою работу. Уверена, у тебя получится проконтролировать их, раз они сами не могут. – Это такая ответственность, – Дестини бессильно посмотрела на вилку в своих руках. – Не хочу, чтобы газета закрылась в тот год, когда я стала главным редактором. – Многие скажут тебе за это спасибо, – с иронией хмыкнул Блейз, сидящий сбоку от Трейси. Трейси посмотрела на него с осуждением, а Миллисента напротив Дестини успокаивающе ей улыбнулась: – Ты прекрасно работала в прошлом году, а теперь, когда всё в твоих руках, тем более сможешь настроить всё так, что газета переживёт своё второе рождение. Мы все в тебя верим! От последних её слов Дестини стало только хуже, но она выдавила благодарную улыбку и принялась за пирог. От стресса ужасно хотелось есть. Впрочем, Дестини бы волновалась сильнее, будь «Голос вепря» её единственной проблемой, но с каждым днём у неё становилось всё больше домашнего задания, а по вечерам она патрулировала коридоры в компании Драко, так что переживать о делах газеты было не так уж много времени. В четверг вечером она даже забыла о ней, пока не увидела на самой верхней трибуне на квиддичном поле Бертрама, чуть не подпрыгивающего на месте от волнения. Наступил день отборочных испытаний в команду, и Дестини обязана была присутствовать на них для моральной поддержки Трейси. Весь день она на уроках сидела как на иголках, а после обеда сразу убежала в раздевалку, чтобы заранее переодеться и начать тренировку. – Ты уже утром тренировалась, – напомнила ей Дестини. Она знала, потому что и сама поборола себя и вышла на пробежку вместе с Трейси. Та от волнения ничего не отвела, только покачала головой и махнула на Дестини рукой как на ничего не понимающую дуру. Погода была подходящей для полётов – небо хоть и закрылось облаками, дождь не шёл, а воздух не слишком сырой и не слишком сухой. Дестини приветственно помахала рукой Бертраму, но к нему идти не стала, заметив на подходе к трибунам фигуру Теодора на пару скамей ниже. Дестини присела рядом с ним, сложив руки на коленях. – Тебя не было на обеде. – Не хотел есть. – На завтрак опоздал... – Ты кто, моя фея-крёстная? – недовольно поёжился Теодор. Дестини оскорблённо выпрямилась. – О тебе же и беспокоюсь! Упадёшь в голодный обморок – я тебя в Больничное крыло не потащу. – Великолепно, пусть тебя совесть загрызёт за мою смерть. – Моя совесть, наверное, и за тебя отвечает, ты-то свою давно потерял. Пару секунд они сидели молча, насупленно глядя на команду внизу. Потом одновременно скосили друг на друга взгляды и синхронно вздохнули, что должно было означать примирение. – Ты не замёрзнешь? – Теодор оценивающе прошёлся взглядом по юбке Дестини и свитеру. – Скорее ты запаришься, – отмахнулась она: Теодор опять был в плаще. – У меня от нервов жар начинается. – Чего нервничать? – не понял Теодор. – Мы всё равно знаем, чем всё закончится. Дестини после небольшой паузы ответила: – Надежда всё равно остаётся. Слизеринская команда собралась внизу, все в спортивной форме и с мётлами в руках. Напротив них, спинами к трибунам, выстроились желающие попасть в состав, Дестини увидела высокий пучок Трейси и её прямую спину и полезла в карман за очками, чтобы не упустить ничего из происходящего на поле. Её начинала бить дрожь, и она с ужасом думала о том, что спустя пару часов их с Трейси судьба наконец решится. Она переживала так, словно ей самой нужно было пробиваться в команду. – На кого она пробуется-то? – спросил Теодор. Он сложил руки на груди и съехал по сиденью вниз, спиной опираясь на задние места. – На загонщика. Свободны как раз два места, она должна пройти на одно из них. Трейси была единственной девушкой среди претендентов, и это заметили как те, кто находился на поле, так и те, кто следил с трибун. В основном поглазеть на отборочные пришли слизеринцы, но были и ученики с других факультетов, заинтересованные в квиддиче. Дестини увидела на той же самой высокой скамье, где сидел Бертрам, нового капитана гриффиндорской команды Анджелину Джонсон, с которой ей удалось познакомиться на Святочном балу. Дестини сидела достаточно далеко от поля, чтобы не слышать того, что говорили игроки, но всё понимала и без слов. В линейке слизеринцев, которые пришли пробовать свои силы, кроме Трейси, было ещё семь человек (Дестини не сразу заметила среди них Крэбба с Гойлом), и они все стояли от неё чуть в стороне, словно она была заразной. Драко, бывший здесь же как ловец, то и дело поворачивал к Трейси голову, разговаривая при этом с кем-нибудь из игроков, наверняка высмеивая её. Дестини схватилась за ткань юбки, наблюдая за всем этим издалека. Хоть она и сказала Теодору о неугасающей надежде, в глубине души она знала, что у Трейси нет шансов. Слишком долго строились традиции, чтобы ради неё их нарушили. Когда из раздевалки вышел Монтегю, капитан команды, начались испытания. В воздух взмыла вся кома нда и два претендента на роль загонщиков, ни один из которых не был Трейси. Она так и стояла вдали от всех, сжимая в руках метлу, а спина её оставалась неестественно прямой. Словно почувствовав неотрывный взгляд Дестини, она обернулась и посмотрела на них с Теодором. Дестини вскинула вверх обе руки с выставленными большими пальцами, подбадривая её, и Трейси свободной от метлы рукой сделала то же самое. Дестини успокоенно вздохнула. Всё будет в порядке. Уныние не в характере Трейси, она просто не сможет долго переживать из-за неудачи. Загонщики сменялись. Дестини не слишком разбиралась в квиддиче, но ей казалось, что никто из них не показал блестящего результата. Крэбб и Гойл вряд ли летали лучше самой Дестини и впечатление производили скорее из-за своих огромных размеров, чем из-за великолепных навыков полётов. Когда Крэбб отправил бладжер прямо в голову Монтегю, Дестини болезненно сморщилась и повернулась к Теодору. – Даже смотреть на могу. Переживаю просто сил нет! И зачем только Трейси нужен этот квиддич? Теодор согласно поджал губы и потянулся, хрустя костями. – Кто же их поймёт. Кому-то нравиться мотаться за мячом на метле. Дестини не рискнула возвращать взгляд на поле, с которого до неё доносились звуки ругани, и с интересом осмотрела Теодора. – Тебе самому разве не нравится квиддич? – Нравится смотреть со стороны. – Но ты же умеешь играть? – Почему ты так в этом уверена? – Вы, волшебники, все умеете. Теодор метнул в неё саркастичный взгляд из-под изогнутых бровей – видимо, напоминание о причине их недавней ссоры, и Дестини уязвлённо добавила: – Я имею в виду, это разве не единственное ваше развлечение? На первом курсе во время уроков полётов вы все не в первый раз сели на метлу. Теодор упёр локти в колени, уложил на сложенные ладони голову. – Ну да, летать я умею. В квиддич тоже когда-то играл, но это не то же самое, что быть в команде. Они прикладывают очень много усилий. Дестини рискнула посмотреть на поле. Вместо Крэбба уже пробовался другой участник, до Трейси осталось трое. Она пожала плечами. – Ты же участвуешь в чемпионатах по Зельеварению, значит тоже прикладываешь усилия. – Зелья мне легко даются, это не в счёт. Просто... не хочется всех подводить, когда вдруг окажется, что играть мне неинтересно. Лучше уж сидеть на трибунах, тут от нас ничего не зависит. Дестини подумала о том, как причудливо в них всех отражаются слизеринские качества. У Теодора, несомненно, были амбиции, но направлял он их очень выборочно. Стало темнеть, фигуры в небе различать было сложнее. Дестини периодически следила за Бертрамом, не ушёл ли он, но он, очевидно, хотел просидеть здесь до самого конца, причём с неослабевающим интересом. Удивительно, как он отличался от Бертрама, которого Дестини запомнила по прошлому году. Мало того, что он стал куда больше разговаривать, даже внешность у него стала какой-то более выразительной. Наконец подошла очередь Трейси и ещё одного мальчика, на вид третьекурсника. Когда Трейси вышла вперёд и быстро взмыла в воздух, Дестини заметила, как обменялась взглядами пара слизеринцев на ступеньку ниже них с Теодором. Все знали про традиции Слизерина, и за Трейси никто не болел. Дестини прищурилась и встала с места. – Эй, ты чего... Дестини поднесла ко рту сложенные в виде рупора ладони и поддерживающе закричала, а когда все обернулись на неё, захлопала у себя над головой. – Давай, Трейси! – заключила она свою кампанию и с достоинством села обратно. Послышался звонкий смех Трейси сверху. – Спасибо, Дестини! Все вокруг покачивали головами, глядя на Дестини исподтишка, Теодор опять опустился на сиденье пониже, подняв воротник своего плаща, чтобы скрыть лицо, но ей было плевать. Она знала, что Трейси сделала бы для неё то же самое, и должна была выполнить свой дружеский долг. Коленки у неё тряслись, пока Трейси носилась по небу, отбивая бладжеры. Дестини неосознанно подпрыгивала, когда совершались особенно опасные манёвры, прикрывала рот ладонью, заглушая испуганные крики, и едва не вырвала себе пряди волос, схватившись за голову, когда Трейси едва успела отбить бладжер, стремящийся снести ей затылок. Когда Монтегю поднял над головой руки, сложив их в крест, что означало конец, Дестини полностью выдохлась. – Сейчас было гораздо дольше, чем предыдущие, да? – спросила она заплетающимся языком. – Да пара минут всего, как обычно, – пожал плечами Теодор, но Дестини едва его услышала. Все претенденты на роль загонщиков снова выстроились в линию. Теперь от Трейси не так решительно ограждались, один из них даже подошёл к ней, чтобы дать «пять». Команда отошла чуть дальше, встав в круг, чтобы посовещаться. Трейси снова обернулась к зрителям, и Дестини дала ей знак успокоиться: руки повернула к ней ладонями и сделала глубокий вздох. Монтегю стоял лицом к трибунам, но Дестини всё равно даже в очках в опустившихся сумерках не видела его лица, только различала жесты. Кажется, игроки стали о чём-то спорить, потому что Монтегю выглядел так, будто втолковывает своим напарникам прописные истины. Драко не переставая качал головой, что-то горячо отрицая, кто-то закинул руки за голову и отошёл от команды в сторону, став отвлечённо бродить по полю. Когда Монтегю наконец оставил команду и подошёл к испытуемым, Дестини даже приподнялась на своём месте и схватила Теодора за запястье, боясь хоть на миг отвести глаз от происходящего на поле. Монтегю что-то говорил, потом ткнул пальцем в одного из первых, кто пытался пройти и, замешкавшись на пару секунд, указал на Трейси. Дестини бы не поверила своим глазам, но Трейси отбросила от себя метлу, запрыгала на месте и её победный крик раздался на всю округу, так что сомнений быть не могло – её приняли. Дестини взвизгнула, подскочила со скамьи и понеслась по трибунам вниз, словно летела на метле, а не бежала. Она за считанные секунды преодолела расстояние до первой трибуны-ступеньки, и тут же обхватила Трейси, подбежавшую к ней, за шею. – Меня приняли, приняли! – Я знаю! – Меня взяли в команду! – Я видела! Поздравляю! Всё ещё обнимаясь, они стали скакать по кругу, выкрикивая что-то нечленораздельное. Очки едва не спали с носа Дестини. Она не могла вспомнить ни одного момента, когда бы они с Трейси были так же счастливы. – Дестини, я в команде! – Я всегда в тебя верила! – Теодор! Трейси отпустила Дестини, бросилась на шею к спустившемуся Теодору и завизжала прямо ему в ухо, из-за чего его вид стал совсем ошарашенным. Дестини поправила очки. Её улыбка дрогнула в уголках губ, когда она увидела, как Теодор похлопал Трейси по спине, но она тут же его оттолкнула и остановилась, пытаясь отдышаться. – Не могу поверить, – выдохнула она, уперев руки в колени. – У меня до сих пор пальцы трясутся! – Ты столько тренировалась, они не могли не взять тебя. Мимо них стали проходить переодевшиеся члены команды. Кто-то из них добродушно улыбался при виде абсолютно выдохшейся Трейси, кто-то демонстративно на неё не смотрел. Драко не удостоил её взглядом, зато почему-то презрительно посмотрел на Дестини. Монтегю, последним вышедший из раздевалки, остановился рядом с Трейси и наставил на неё указательный палец. – Не заставляй меня думать, что я ошибся, Дэвис, поняла? Она разогнулась и с серьёзным, хотя до сих пор сияющим лицом ему отсалютовала. Монтегю ушёл, а Трейси показала его спине язык. – Если бы не он, тебя бы не приняли, Трейси, – осудил её Теодор. Она блаженно выдохнула и посмотрела на небо. – Главное, что я в команде! Вы можете в это поверить? – Нет. – Конечно! – Как я поняла, двое были против, но остальные решили, что я хорошо летала, и согласились нарушить свои дурацкие правила. – Ты лучше всех летала, – убеждённо качнула головой Дестини. Трейси растроганно приложила руку к сердцу, улыбнувшись ей. – Спасибо! Пойду за метлой схожу. Она развернулась и танцующей походкой направилась к месту, куда выкинула свою метлу в порыве счастья. Дестини сложила на груди руки и подошла к Теодору. Вместе они смотрели Трейси вслед. – И что она теперь будет делать? – В смысле? Теодор неопределённо повёл плечами. – Сбылась её мечта. Ей не станет скучно? Дестини с улыбкой покачала головой. – Ей – не станет. По ступенькам быстро спустился Бертрам, потрясая своим блокнотом в воздухе. – Всё задокументировал! – Отлично! – улыбнулась ему Дестини и поспешила добавить: – Но ты же понимаешь, что в статье не должно быть всё подряд? Краткий обзор – всё, что нам нужно. Бертрам нетерпеливо закивал, убирая блокнот в сумку. – Да-да... Завтра схожу к Гриффиндору и всё подготовлю. Подбежала Трейси, отнеся метлу в хранилище, и с безумной улыбкой издалека закричала: – Меня приняли! Очевидно, её возглас предназначался Бертраму. Он поднял вверх большой палец и поспешил уйти к замку, чтобы его никто не вздумал обнимать. Трейси подошла к Дестини с Теодором и медленно выдохнула, подводя итог всему происходящему: – Я очень устала. Они с Дестини взялись под локти и прогулочным шагом направились к школе. Пучок Трейси, совсем растрепавшийся, опускался при каждом её шаге всё ниже к шее. Теодор плёлся позади, Дестини слышала, как он шаркал даже по траве. Несмотря на свои слова об усталости, Трейси не смогла молчать долго и принялась во всех подробностях рассказывать, как проходили её отборочные, комментируя каждое действие ощущениями, которые она при этом испытывала. Они зашли в замок, мимо них уже проходили студенты на ужин. – И вот я отбиваю этот бладжер, он полетел в Уоррингтона, а я думаю: «Выкуси, Малфой!» и полетела дальше... – Эй, Дестини Смит! Дестини вздрогнула, услышав этот оклик – только один человек в школе так её называл. Все трое посмотрели на лестницы, с которой спускались перебежками по ступеням близнецы Уизли. Оказавшись на полу, они разделились: один отправился в Большой зал, а второй пошёл прямо к Дестини. Она осмотрела его с подозрением и опустила руку в карман, чтобы найти свою волшебную палочку. – Чего тебе? – Меня приняли в команду! – воскликнула Трейси, которая никому не говорила эту фразу вот уже несколько минут. Брови Джорджа изумлённо поползли вверх, когда он подошёл достаточно близко. – Правда? Поздравляю! Теодор за спинами Дестини с Трейси кашлянул: – Не думаю, что об этом стоит кричать на каждом углу. Трейси обернулась на него через плечо и скривила гримасу. – Так что ты хотел? – холодно уточнила Дестини у Джорджа. – Ты же в газете всё ещё, да? Можешь написать там кое-что? Он полез в карман мантии, вытащил кусок пергамента и протянул его Дестини. Она отпустила локоть Трейси, с показной брезгливостью приняла его и, держа вытянутой рукой, прочла. – Ищете подопытных для своих забастовочных завтраков? – она с сомнением подняла взгляд на Джорджа. Он с энтузиазмом кивнул. – Вообще-то мы сначала повесили объявление в гостиной Гриффиндора, но наши добропорядочные старосты запрещают нам использовать первокурсников. – Как же они посмели... – Вообще-то Дестини тоже староста, – вставила с гордостью Трейси. Джордж закатил глаза. – Вся школа в старосты заделалась. Так ты поможешь? Дестини сделала вид, что обдумывает предложение, хотя уже знала ответ. – Ну не знаю... Возможно, я как главный редактор школьной газеты и согласилась бы... – Главный редактор? – ...если бы была уверена в ваших добрых намерениях... – Что?! – возмутился Джордж. – Думаешь, мы хотим отравить кого-то? Мы за это заплатим! Дестини ещё раз посмотрела на пергамент, где действительно была строчка об оплате, и с сожалением поджала губы. – Знаешь, мне просто не хочется, чтобы кто-то повторил мою ошибку, подумав, что Фред и Джордж Уизли могут думать о ком-то, кроме себя... Вдруг я опубликую эту заметку, а на следующий день ко мне придут дети, у которых украли волшебные палочки и заменили их на фальшивые? Она посмотрела Джорджу в глаза и невинно улыбнулась. Он, и до этого оскорблённо-возмущённый, раскрыл рот. – Ты... ты что, до сих пор обижаешься из-за этого? – Обида проходит после извинений, а передо мной так никто и не извинился. Джордж ошеломлённым взглядом обвёл холл, посмотрел на молчащих Трейси и Теодора, всё ещё стоящего позади, и издал нервный смешок. – Ладно, извини! Я не думал, что тебя это так задело. Дестини переместила вес на другую ногу, пожала плечами. – Это вопрос элементарной вежливости. – Хорошо, я понял. – Джордж устало провёл рукой по лицу и всплеснул руками. – Так что, ты опубликуешь? Наверное, отказывать и дальше было уже мелочно, но Дестини очень понравилось ощущение власти в своих руках. Губы задрожали от сдерживаемой улыбки при взгляде на растерянного Джорджа, и она покачала головой. – Нет. Попробуйте попросить кого-то другого. Она вручила ему пергамент обратно, он машинально взял его и покачал головой. – Кого – другого? У нас в школе одна газета. Дестини грустно пожала плечами, снова взяла локоть Трейси и вместе с ней развернулась к подземельям, подхватив по пути и Теодора. – Я ведь извинился! – сказал Джордж им вслед, и по его голосу казалось, что он улыбается. – Спустя месяц! – не оборачиваясь, напомнила Дестини. – Попробуй ещё раз в октябре, может, я передумаю. Трейси повернула голову назад и помахала Джорджу рукой. – Нам очень жаль! Вместе с Дестини они засмеялись и завернули за угол, оставляя Джорджа позади. – Без брата он довольно быстро теряется, правда? – заметила Трейси, чуть не подпрыгивая от удовольствия. – Будут знать, как смеяться надо мной. Теодор выглядел невероятно довольным. – Какой хороший день. Трейси с жаром кивнула. – О да! Давайте скорее, я мечтаю об ужине! *** Дестини очень уставала. Она едва успевала делать домашнее задание в срок и чувство причастности помогало ей справляться с утомлением совсем недолго, до тех пор пока она не засыпала в гостиной над переводом по Древним рунам после патрулирования коридоров. Трейси тоже не хватало времени на горы домашнего задания, потому что добавились тренировки по квиддичу. Впрочем, она совсем не унывала, полностью отдавшись любимому делу, и продолжала выходить по утрам на собственные тренировки, сжалившись, однако, над Дестини и давая ей поспать лишний час по утрам. На выходных пришлось провести всё время в библиотеке, чтобы не отстать с домашними заданиями. Дестини также делала задание для Исторического клуба. – Может, тебе стоит его бросить? – неуверенно предлагала Трейси, сидя вместе с ней в библиотеке, где перед Дестини лежали две огромные стопки книг. – Это моё любимое дело в Хогвартсе, – возражала Дестини. – Ты то же самое говорила про газету, – угрюмо вздыхал Теодор. Из-за задания для клуба Дестини в воскресенье вечером легла спать так поздно, что едва не проспала завтрак. Она проснулась от последнего будильника, когда в спальне из девочек больше никого не было, и поспешно собралась, заплетя волосы в высокую косу. Странно, но несмотря на то, что проспала, она чувствовала себя невероятно счастливой. А ещё ей снилось что-то странное, только Дестини никак не могла вспомнить что. Она влетела в Большой зал, на ходу надевая мантию, и ей под ноги сова тут же скинула свёрнутый в трубку «Ежедневный пророк». Дестини подняла его, расплатилась с разъярённой её опозданием совой и, тяжело дыша, уселась за стол напротив Трейси. – Ты уже прочла? – быстро спросила у неё Трейси, лихорадочно кивнув на газету в её руках. – Нет... – Дестини настороженно стала разворачивать Пророк. – А что там? Трейси многозначительно поджала губы и опустила взгляд, предоставляя ей самой узнать новости. Дестини огляделась. В спешке она не заметила изменившееся настроение в Большом зале, но теперь обратила внимание на то, как все вокруг взволнованно переговаривались. Профессора тревожно качали головами, разговаривая друг с другом вполголоса. За столом Слизерина, однако, были непривычно тихо, если кто-то и разговаривал, то шёпотом. Дестини развернула газету и сразу поняла, в чём дело. «ИЗ АЗКАБАНА СОВЕРШЁН МАССОВЫЙ ПОБЕГ: СБЕЖАЛИ ДЕСЯТЬ БЫВШИХ ПОЖИРАТЕЛЕЙ СМЕРТИ» Рядом с заголовком на первой полосе были размещены фотографии заключённых, все в тюремной одежде, с грязными спутанными волосами, лица измождены, но всё ещё надменны. Дестини не могла сосредоточиться на чтении, пробежалась взглядом по довольно короткой статье. «Поздно ночью»... «уже не первый случай побега»... «нынешнее местонахождение неизвестно». Дестини затошнило, она отложила газету и столкнулась взглядом с Трейси, которая так и не притронулась к своей овсяной каше. Что-то говорить быть излишним, это понимали и остальные за столом Слизерина. Дестини ещё раз осмотрела свой факультет. Далеко не все из них были растеряны, как они с Трейси. Многие из тех, кто шептался, имели вид заговорщиков, ещё кто-то совершенно спокойно завтракал. Эллен Мальсибер, девочка с четвёртого курса, во все глаза рассматривала фотографии Пожирателей на первой полосе, и Дестини, тоже на них поглядев, увидела среди них мужчину, чья фотография была подписана «Десмонд Мальсибер». По спине у неё пробежали мурашки, ей захотелось сбежать обратно в спальню. От хорошего утреннего настроения не осталось ни следа. Она посмотрела на дверь в Большой зал как раз вовремя, чтобы увидеть входящего туда Теодора. Заспанный, он сдерживал зевоту, не спеша приближаясь к столу. Последняя кружившая по залу сова уронила ему в руки письмо и вылетела через окно, тут же захлопнувшееся от порыва ветра. Теодор взглянул на адрес на письме, тяжело вздохнул и остановился во главе стола, рассматривая конверт. К нему обратился сидящий там Блейз, махнув в воздухе газетой. Дестини не слышала, что он сказал, но поняла, что речь о сбежавших Пожирателях. Теодор опустил руку с письмом, она бессильно повисла вдоль тела. Потом посмотрел на преподавательский стол, стремительно развернулся и вышел из зала. Дестини дёрнулась, чтобы встать и пойти за ним, но вдруг шрам на лбу загорелся, как будто к нему приложили раскалённое клеймо, и она зашипела, прижав к нему ладонь. – Опять голова болит? – быстро спросила у неё Трейси, и Дестини поспешно перестала морщиться, убрав руку от лба. – Да... Не выспалась, а тут ещё такие новости... Трейси не выглядела убеждённой, но кивнула. – Наверное, опять пришлют к нам охранников, – вздохнула она. – Главное, чтобы не дементоров, – невесело улыбнулась Дестини. Кассиус Уоррингтон, сидящий рядом, лениво посмотрел на Дестини. – Вряд ли дементоры теперь будут слушаться Фаджа, – он ткнул в газету. – Если из Азкабана сбегают десять человек, дементоры об этом знают. Шрам вновь закололо, и Дестини ощутила прилив необыкновенного счастья. Кажется... кажется, это не она радовалась... Урок Защиты от тёмных искусств, первый в понедельник, был как нельзя кстати. Теодор так и не явился на завтрак и около кабинета Амбридж его тоже не было. Дестини с тревогой осматривала коридор, но и после звонка его высокая фигура не появилась на горизонте, и оставалось только смириться с его прогулом. Профессор Амбридж на первый взгляд выглядела как обычно, хотя Дестини не сомневалась, что она в курсе утренних новостей. Её приветливая улыбка не потухла, она сидела за своим столом, сложив на нём руки в замок, и ждала, пока ученики рассядутся по местам. – Здравствуйте, класс! – Здравствуйте, профессор Амбридж! – Сегодня мы продолжим наше обучение теоретическим основам защитной магии, – пропела она, поднялась с места и подошла к доске. – Палочки убрать, перья вынуть. Запишите, пожалуйста, тему сегодняшнего занятия. Она постучала своей короткой волшебной палочкой по доске, на ней появились слова: «Три уровня защитной магии» Минуту слышался только скрип перьев, потом Амбридж вернулась за свой стол. – Откройте свои учебники на странице девятнадцать, главу вторую, и приступайте к чтению. От разговоров можно воздержаться. Слизеринцы молча начали чтение второй главы – «Общие теории защиты и их происхождение». Дестини, листая страницы до нужной, смотрела на Амбридж. Она снова сложила руки на столе и разглядывала класс с видом полного удовлетворения. Дестини тоже посмотрела на однокурсников. Все они остановились на девятнадцатой странице и, подперев голову руками, принялись за чтение. Теодор так и не явился на урок. Дестини подумала об утренней новости в Пророке, о словах Кассиуса Уоррингтона о дементорах. В прошлом году из-за побега Барти Крауча Хогвартс охраняли и дементоры, и авроры. В этом году, Дестини была уверена, защиты им не предоставят. Она подняла руку, прямо посмотрев на Амбридж. Пару секунд она делала вид, что не замечает этого, потом медленно повернула голову к Дестини и улыбнулась ей: – Мне бы хотелось, мисс Смит, чтобы вы сначала прочли главу, а потом задавали вопросы. – У меня вопрос не про главу, профессор. – В таком случае его можно оставить и задать после... – Профессор Амбридж, сегодня ночью из Азкабана сбежали Пожиратели смерти, – сказала она быстро. По классу словно прошёл порыв ветра, когда все оторвались от своих учебников и стали перебегать взглядами с Дестини на Амбридж. Профессор сдержанно кивнула. – Мне это известно не хуже, чем вам. – Не стоит ли тогда немного изменить направление нашего курса на более практическое? Амбридж снисходительно повела носом, словно учуяла что-то неприятное, на секунду отвлёкшись от Дестини, чтобы взглянуть на остальных, и с нескрываемой насмешкой вернула внимание к ней. – Не думаю, мисс Смит, что за ту неделю, что мы с вами не виделись, вы успели стать экспертом по образованию. Наша программа утверждена Министерством. Вы сомневаетесь в её целесообразности? – Ни в коем случае, – Дестини тоже улыбнулась. – Но ведь программа была утверждена до того, как был совершён побег, не правда ли? Амбридж издала маленький смешок. На ряду у окна зашевелились Пэнси и Мораг, но Дестини смотрела только в выпуклые глаза Амбридж. – У вас, очевидно, слишком разыгралось воображение, мисс Смит, – елейным голосом сказала она. – Не думаете же вы, что кто-то в Министерстве решит отправить вас на поиски беглецов? – Нет, профессор. – Зачем же тогда вам менять нашу программу? Возможно, я повторюсь, но это стоит проговорить ещё раз. Теории. Вполне. Достаточно. Ваша цель – сдать экзамен в конце года, а не сражение с преступниками. Это вам понятно? Дестини молчала, они с Амбридж смотрели друг другу в глаза. Шрам на лбу подёргивало. Все остальные в классе молчали, ожидая, чем закончатся переговоры. У Дестини не было намерения наживать себе врагов. – Конечно, профессор Амбридж, мне всё понятно. Профессор с непроходящей улыбкой оглядела остальных слизеринцев. Один за другим они возвращались к чтению. Дестини тоже посмотрела на однокурсников, наткнулась на Драко. Он смотрел на неё с непонятным выражением на лице. Как будто и осуждал, и призывал остановиться. Дестини отвернулась и опустила взгляд в учебник. Читая и не понимая смысла того, что читает, она прислонила руку ко лбу. Кажется, начинается то же самое, от чего она спасалась в прошлом году. Вечером они вместе с Драко вышли из гостиной, чтобы патрулировать коридоры перед отбоем. Обычно они не разговаривали, совершая этот обход, но сегодня, завернув за угол, Драко вдруг сказал скучающим тоном: – Будешь с ней пререкаться, она решит, что ты вредная выскочка. Дестини настороженно обняла себя за плечи, посмотрела на Драко. Его волосы то освещались факелами, мимо которых они проходили, то вбирали в себя тусклость холодных стен подземелья. – И что тогда будет? – поинтересовалась Дестини. – Она раньше была заместительницей министра магии. Попробуй догадаться. Дестини дёрнула плечом. – Ей нечем меня пугать, какое у неё на меня влияние? Сейчас она просто преподаватель. Мои родители не имеют отношения к Министерству. Что сделает Амбридж? Станет назначать мне отработки? Драко смотрел только вперёд, лицо его было непроницаемым. – Фадж не зря назначил именно её. Ожидая продолжения, Дестини смотрела на Драко, но он дальше шёл молча. Она прикоснулась к шраму, отвела взгляд. – Неважно. Я всё равно не собираюсь пререкаться или как ты там сказал. – Мало ли что придёт тебе в голову. Раз подружка пробилась в команду, решите, что вы теперь непобедимы. Дестини усмехнулась. – Это же не одно и то же. – Вот именно. Пару поворотов они сделали молча. Где-то вдалеке гремел цепями Кровавый Барон, но в тишине подземелий звук слышался хорошо. Из студентов им никого не встречалось. – Теодор сегодня все уроки прогулял... Ты не знаешь, он не заболел? Драко тяжело и раздражённо вздохнул, бросив на Дестини уничижительный взгляд. – Нет, не заболел. – Новость про побег Пожирателей так его взволновала? – не унималась Дестини. – Тебя это не касается, раз он тебе не сказал. Драко ускорил шаг и быстро оторвался от Дестини. Она всплеснула руками и не стала его догонять. Господи помилуй, как будто она хочет сделать что-то плохое! Во вторник Теодор опять пропустил завтрак, но на уроки пришёл. Дестини, однако, не решилась с ним заговорить о вчерашних прогулах и только сказала, что может дать ему конспект урока по Древним рунам – профессор Бабблинг собиралась на следующей неделе устроить небольшую проверочную. – Ага, – кивнул Теодор с непомерной усталостью, и Дестини больше с ним не разговаривала. Вторник, по её мнению, был самым ужасным днём – сдвоённая Трансфигурация, сдвоённые Заклинания, Уход за магическими существами, где будут какие-нибудь жуткие твари, а ночью ещё и Астрономия. Из-за этого у Дестини не было возможности вечером делать домашние задания, поэтому она отправилась в библиотеку перед ужином. Трейси пообещала присоединиться к ней позже, но пока она шла туда одна. Вопреки своей привычке, сегодня она выбрала стол между дальними стеллажами, чтобы быть подальше от мадам Пинс. Она не собиралась заниматься ничем противозаконным, но шрам продолжал периодически вспыхивать болью, и Дестини не хотелось, чтобы её видел кто-то посторонний. Она уселась за стол, выложила на него пергамент, чернила и учебник по Травологии. Остальные задания на завтра она уже сделала, но к Травологии подступиться без участия Трейси ей было тяжело, а Трейси пока не вернулась с тренировки по квиддичу. С обречённым вздохом она раскрыла учебник и принялась за расчёты. В её закутке больше почти никого не было, только за соседним стеллажом Дестини видела сквозь просветы между книгами сосредоточенно над чем-то работающую Гермиону. Тишина библиотеки способствовала невесёлым размышлениям. Сегодня в Пророке не было новостей про сбежавших Пожирателей, и Дестини сделала вывод, что теперь, пока их не поймают (если, конечно, вообще поймают), писать про это никто не собирается, чтобы не нагнетать обстановку. Речи о том, чтобы послать кого-то охранять Хогвартс, тоже не было. «Видно, нашей преподавательницы по Защите хватит, чтобы спасти нас в случае чего», – раздражённо подумала Дестини и поставила жирную точку в конце расчётов. Оставалось зарисовать ростки бразильского огурцевидного сморчка, но, когда Дестини открыла учебник на нужной странице, на неё вдруг упала свёрнутая в несколько раз бумажка. Дестини вскинула голову, огляделась по сторонам. Вокруг не было никого, кто мог бы подкинуть ей записку, только справа, за ещё одним стеллажом, она услышала чьи-то поспешные шаги, но, обернувшись через плечо, не увидела, чтобы кто-то пошёл через проход к выходу. Нахмурившись, она вернулась к таинственной записке и с опаской к ней потянулась. В прошлый раз, когда она нашла у себя в сумке чужие записи, закончилось всё тем, что она оказалась под властью дневника Волдеморта. Дестини осмотрела записку, но на ней не было никаких опознавательных знаков. Она осторожно её развернула. Печатными, далеко стоящими друг от друга буквами там было написано: «Предложение обмена для злопамятного главного редактора. Супер новость в обмен на публикацию маленькой заметки в школьной газете. Новая преподавательница в Хогвартсе не гнушается применять к неугодным ученикам телесные наказания, заставляя их писать свои правила кровью. Буквально. Достаточно скандально для прощения?» Подписи не было, но по многочисленным намёкам Дестини поняла, от кого записка. Ещё больше нахмурившись, она приподнялась на стуле, но так и не увидела ни Фреда с Джорджем, ни кого-то ещё, кто мог бы подкинуть ей записку от них. Она уставилась на пергамент. Амбридж заставляет наказанных писать кровью? – Вот ты где! Дестини схватилась за сердце, когда у неё из-за спины выскочила Трейси, энергично принявшись выкладывать на стол учебники. Не обращая внимания на испуг Дестини, она кивнула на пергамент у неё в руках. – Что там у тебя? Любовная записка? – Да так, – Дестини поспешно сунула её в карман. – Из библиотечной книги выпало. Говори потише. Трейси возвела глаза к потолку, усаживаясь за стол. – Да мадам Пинс нас отсюда не услышит, ты забралась на край света. Дестини поёжилась. – Не знаю... Неуютно как-то. Из-за этих новостей и вообще. Ей хотелось поговорить про Теодора, но, во-первых, здесь всё ещё была Гермиона, а во-вторых, это казалось нечестным по отношению к нему, ведь с ним она пока вообще сбежавших Пожирателей не обсуждала. Она вздохнула и уложила голову на сложенные на столе руки. Трейси сочувствующе опустила уголки губ. – Министерство даже магловское правительство предупредило. Дело серьёзное... Шрам не переставая пульсировал, Дестини уже не обращала на него внимания. – Не понимаю, почему всё это происходит с нами. – С нами пока ничего не произошло, – со смехом попыталась успокоить её Трейси. – Да, но Амбридж отказывается учить нас защищаться! – Дестини раздражённо откинулась на спинку стула, схватилась за кончик косы и стала судорожно её расплетать, чтобы чем-то занять руки. – Не думай, что я собираюсь сражаться с Пожирателями смерти, но... Если они придут в школу, нападут на нас, я не уверена, что даже щит поставить смогу! – Грюм обучил нас... – Да, обучил, но мы не практикуемся! – Дестини в отчаянии отбросила от себя резинку для волос и, совершенно разбитая, беспомощно посмотрела на Трейси. Она сжала губы и опустила глаза на лежащую теперь рядом с ней резинку Дестини. – Прости... Я тоже не знаю, что делать. – Тебе не за что извиняться, – поспешно сказала Дестини, решив, что Трейси расстроена из-за неё. Она и правда только на первый взгляд выглядела жизнерадостной, как всегда, но сейчас Дестини заметила на её лице следы усталости. Трейси устало уложила локти на стол, забралась пальцами в волосы. – Если честно, я не знаю, чему верить. Когда все вокруг твердят, что бояться нечего, хочется и правда успокоиться и не паниковать. Но иногда по ночам мне становится так страшно, Дестини... Все эти взрослые злятся друг на друга, устраивают свои войны за влияние, а о нас никто не думает. Дестини схватилась за свои волосы, стала расчёсывать их пальцами. Светлая краска из них вымывалась, они всё меньше напоминали волосы Ребекки. Магловское правительство тоже предупреждено о побеге из Азкабана... Это означает, что её семья в опасности? Возможно, даже в большей, чем сама Дестини. Вдруг кто-то робко над ними кашлянул, и обе, сильно задумавшись, вздрогнули, подняв взгляды. Это была Гермиона. Без мантии, с закатанными рукавами рубашки, она стояла, уперев руки в бока, и перебегала взглядом с Трейси на Дестини. – Я тут услышала ваш разговор... – сказала она чуть подрагивающим голосом, видимо переживая, но стараясь говорить уверенно. – То, что мы не умеем защищаться, меня это тоже волнует. Трейси посмотрела на Дестини, она пожала плечами, и Трейси кивнула Гермионе на свободный стул. Она выдвинула его и с прямой спиной присела, заламывая пальцы. – У тебя есть какие-то идеи на этот счёт? – Если честно, да... Мы на уроках у Амбридж всё время с ней спорим о возрождении Сами-Знаете-Кого. Она в это не верит или притворяется, что не верит, и доказывает нам, что Дамблдор, Грюм и остальные врут. Гарри Поттеру больше всех достаётся, он уже вторую неделю ходит к ней на наказания. Дестини вздрогнула, записка в кармане словно обожгла ей кожу сквозь ткань. – Гарри ведь в прошлом году постоянно сталкивался с Барти Краучем-младшим, – продолжала Гермиона. – Он говорит, что его хотели убить по приказу Сами-Знаете-Кого, и я ему верю. Гермиона воинственно повысила голос, осматривая Дестини с Трейси, как будто думала, что они сейчас станут с ней спорить. – Так вот, я думаю, что в Министерстве специально не хотят, чтобы мы учились защищаться, – заключила она. – Фадж боится Дамблдора, поэтому и прислал сюда Амбридж, а она следит за тем, чтобы Дамблдор не создал из нас армию. – Армию? – выгнула брови Трейси. – Да, – невозмутимо кивнула Гермиона. – У Дамблдора очень большое влияние, все профессора верны ему, и большинство учеников тоже. Фаджу наверняка это сильно не нравится. Дестини подумала, что в этом есть смысл, хотя для неё дико было предполагать, что министр магии может бояться детей. Впрочем, если их всех собрать в единую вооружённую группу... На каждом курсе на одном факультете учится примерно десять человек, факультетов четыре, это уже сорок. Даже если взять только старшие три курса, получается немаленькая группа. Она повела в воздухе рукой, привлекая к себе внимание. – Ты сказала, у тебя есть какая-то идея. – Да. – Гермиона расправила плечи и с расстановкой сказала: – Я думаю, нам нужно самим учиться практической защитной магии. Это было очевидно, и всё же Дестини удивилась и даже с опаской осмотрелась, когда слова Гермионы были произнесены. Не хватало только, чтобы их кто-то услышал. Глаза Трейси воодушевлённо загорелись. – Предлагаешь нам создать тайный клуб за её спиной? – Типа того, – кивнула Гермиона с видимым облегчением. – Здесь, в библиотеке, мы можем найти старые учебники Защиты от тёмных искусств. Учиться по книгам, без учителя, это всё равно лучше, чем сейчас. Дестини не могла не согласиться, но с подозрением прищурилась. – Почему ты говоришь это всё нам? С твоего факультета разве нет никого, кто думает так же? Гермиона вдруг вспыхнула, посмотрела на Дестини и тут же отвела взгляд. – Я... с ними об этом не разговаривала. Трейси с Дестини заинтересованно переглянулись. – Почему? Ты же сказала, Гарри того же мнения об Амбридж. – Да, но его друг Рон... то есть он тоже верит в возрождение Сами-Знаете-Кого, но... они теперь стараются быть осторожными. Дестини снова подумала о записке, в которой говорилось о том, что Амбридж пускает ученикам кровь. Может ли быть такое, что Гарри, пережив наказание, решил больше не лезть на рожон? На него это не слишком похоже. Она больше не стала мучить Гермиону, совсем красную. Трейси тоже сжалилась над ней. – Ну хорошо, допустим, мы согласны, что необходимо учиться самим, пусть даже по учебникам. Как? Амбридж быстро нас прижучит. Гермиона собралась, деловито вытащила что-то из кармана и положила на стол между учебниками. Наклонившись, Дестини с Трейси увидели значок ГАВНЭ. – И что это значит? – Мы замаскируемся! – поняла Трейси, предвкушающе приложив руки к щекам. – Под видом собраний ГАВНЭ будем учиться, да? Гермиона довольно улыбнулась. – А помещение? – снова спросила Дестини. – Не можем же мы тренировать заклинания здесь. – Я знаю одно место, – вдруг сказала Трейси. – Это в подземельях, там раньше был класс для наказанных, сейчас он заброшен. – Откуда ты... – Покажешь нам этот класс? – воодушевлённо спросила Гермиона. – Конечно. Думаю, он подойдёт для небольшой группы. Принесём туда учебники, пару стульев и парт. А потом, может, и более подходящее место отыщем. Дестини видела, что Трейси настроена решительно, как и Гермиона, и поняла, что побыть вечно сомневающейся придётся ей. – Вы уверены? – спросила она со значением. – Если начнём, это будет бунт против Амбридж. Попадёмся – и... – Мы не собираемся попадаться, – Гермиона даже тихонько ударила кулаком по столу. – Но попробовать я хочу. Иначе в момент опасности мы ничего не сможем. Трейси горячо кивнула. – Правда, Дестини! Будем учить друг друга тому, что умеем. Амбридж ничего не узнает. Трейси потрясла в воздухе значком ГАВНЭ. – Ну? Решайся! Дестини сжала в кармане записку. Ей очень не хотелось оказаться в классе наказаний Амбридж, не хотелось смотреть в её выпуклые глаза напротив и думать, что она придумает для её запугивания. Вспомнились и слова Драко о том, что с Амбридж нельзя пререкаться. Хотя её родители маглы, кто знает, руки Министерства вполне могут дотянуться и до них. С другой стороны, Дестини совсем не собиралась пререкаться... Она посмотрела на Гермиону, у которой красными теперь были только щёки – от волнения, на Трейси с возбуждённым волнением на лице, и наконец кивнула. – Давайте попробуем. Гермиона легко вздохнула, Трейси хлопнула в ладоши. – Теперь и ты борешься за права эльфов, Дестини! Дестини не хотелось думать о том, куда её может это привести.