Writober 2024

      — Ты не понимаешь, Гарри! — Гермиона, как обычно со своей фирменной интонацией. — Ты просто не понимаешь!       Он действительно не понимал. Всё ведь было так хорошо. Или он думал, что всё было хорошо? Придумал себе какой-то мир, где у него прекрасная семья, любящая жена, дети и все счастливы. А все — не счастливы.       Не «небольшие шероховатости», а огромные проблемы! Оказывается, мира, в котором жил Мальчик Который Выжил, не существует ни для кого, кроме этого мальчика.       Он пытался поговорить с Джинни. Она отшучивалась.       Всё началось, когда в магловском торговом центре они, счастливые и свободные, встретились со знакомой Гарри из прошлой жизни. Или раньше?       Ему на той встрече было неловко, а Джинни наоборот — зажглась любопытством. Особенно узнав о профессии этой магловской знакомой — журналистка.       Джинни вскользь рассказала о своей работе в «Ежедневном пророке» совсем без подробностей, а Лора, кажется, серьёзно и совершенно по-доброму предложила прислать ей материал на рецензию. Рассказала о работе их издания с независимыми авторами и…       …и Джинни написала статью. Не про квиддич, а про детей. Про проблемы детей волшебников, не упоминая, что они волшебники.       Лора была в восторге. На следующей встрече она хвалила метафоры, иносказательность и…       «Социальная журналистика — это твоё, Джинни! Я ведь могу называть тебя Джинни?»       Оказалось, что не только социальная журналистика. С политикой Джинни тоже управлялась на ура. Она рассказывала то, что было частью её горящей светлой души. Делилась всем тем, что Гарри любил в ней больше всего, с огромным миром. Под псевдонимом, конечно. Джинни хотела спасать мир и нашла возможность это делать в журналистике несвободной и холодной России.       Даже псевдоним себе взяла очень русский. Надежда. Так её знают жители огромной страны, начавшей что-то в Европе.       Под этим именем она купила себе квартиру сперва в Вильнюсе, а потом в Амстердаме, поехав следом за переезжающим каналом.       — Гарри, это же потрясающе! — В дождливом Лондоне любимая Джинни делилась с ним сплетнями и интригами русской оппозиции, как когда-то рассказывала об отношениях девочек из «Гарпий». — Мы ведь действительно можем что-то изменить. В настоящей жизни.       Он её не понимал. Он перестал понимать то, что стало для неё так важно. Когда это произошло?       Когда любимой стало мало их семьи? Их ежедневных задач?       — Ты знала, что Рон и Гермиона… — начал было он.       — Конечно. У них давно уже всё трещало по швам. Она молодец. Я люблю Рона, но тут он сильно не прав. А Гермиона…       — Давно?       — Давно. Ты просто был занят на работе и не заметил. — Сколько всего он не заметил под серым лондонским небом?       — Тебе надо прийти к нам на эфир. Я… — она сделала паузу, подразумевающую, что дальше пойдёт что-то не совсем этичное по отношению к маглам, —...убедила нашего главного, и он разрешил мне привести любимого мужа на эфир. Посмотришь, как я работаю. В прямом эфире.       — Я не знаю… — Магловский мир для Гарри — давно закрытая тема, лишь с семьёй на выходные. Покормить ностальгию да показать детям, что мир многообразен и разнообразен.       — Мне это важно, Гарри.       В свои выходные Гарри с любимой женой гулял по Амстердаму. Утром у неё эфир, тот самый, на который он согласился прийти и посмотреть. Ведь ей это важно, а Гарри важна она.       — Знаешь журналистку, которая писала про Мариуполь, недавно пытались отравить, — Джинни говорит это так легко. Так обыденно. В её мире это легко и обыденно. — Подозревают власти. Помнишь Солсбери?       — Джинни, зачем тебе это? — Он видит, как плачет дождь в Амстердаме. Совсем как в Лондоне. Совсем как в Хогвартсе. Дождь плачет везде одинаково. Или очень похоже.       — Я хочу менять мир… — в который раз повторяет она. — Это очень важно, Гарри. Ты должен понимать.       Именно он и должен. Именно потому, что понимает, он и не хочет, чтобы она продолжала.       В студии прохладно и шумно. Визажист поправляет Джинни макияж. Палочкой это можно сделать за пару секунд, но это мир без магии. Мир без магии, которому очень не хватает магии.       — Готово! — выкрикивает девушка с кисточками и отходит из кадра. Несколько человек смотрят на картинку. Джинни в самом центре.       Почему она не пошла в Министерство, если так хочет менять мир? Она чистокровная волшебница из уважаемого семейства, жена героя магического мира. Все двери Магической Британии открыты для неё. Её проекты не стали бы тормозить. Может, в этом-то и проблема? Может, именно этого он и не понимает?       — Заставка пошла! — скомандовал человек у камеры. Все отбежали от Джинни, а она сама вся подобралась, улыбнулась, встряхнула волосами и сделала глубокий вдох.       — Пятнадцать часов в Москве. Вы смотрите дневной информационный выпуск программы «Здесь и сейчас». Меня зовут Надежда Метальникова. Перейдём к главным новостям к этому часу.