Пиршество

      Кажется, Лунтик, наконец, начал понимать, что такое семья и домашний уют. Только вчера он ютился в ветхом шалашике, совсем один-одинёшенек, иногда просыпаясь ночью от громких раскатов грома. А сейчас же он обрёл тёплое, просторное и красивое жилище, а самое главное — семью. Тех, кто будет заботиться о тебе, горевать с тобой, поддерживать в трудные моменты, любить...       — Ты ешь, ешь, я ещё могу приготовить! — говорила Баба Капа, новообретённая бабушка, что сидела за столом напротив него.       Она умилённо смотрела на Лунтика, а он уминал её пирожки. Они были ещё горячие. Возможно ли сосчитать количество пирожков, которое он съел за сегодня? Вряд-ли. Пчела сегодня готовкой только и занималась.       У инопланетянина, к слову, даже комната своя появилась и совсем скоро он пойдёт туда спать, ведь уже вечер. Солнышко уходило с глаз, а небо, на протяжении этого вечера, окрашивалось в самые разные цвета: в оранжевый, жёлтый, иногда даже в фиолетовый! Кто же знал, что эта «Земля» может быть такой красивой?       На кухне же стояла странная атмосфера. Стрелки часов ритмично тикали, чайник, в свою очередь, тихо закипал, а всё это сопровождалось лёгким жужжанием лампочки, что находилась не в лучшем состоянии. Все эти звуки создавали какую-то мелодию, под которую глаза сами так и закрывались!       Лунтик уже начал вставать из-за стола, как вдруг в дверь кто-то постучал...       — Я открою... — сказал Дедушка Шер, заметив, что Капочка тоже поднялась.       Генерал в отставке подошёл к входной двери, а после, наклонившись, посмотрел в, слегка потёртый, глазок.       — Это Кузя! — удивился он и назвал незнакомое Лунтику имя.       Капитолина удивилась не меньше, а по выражению лица можно было сказать, что она не просто удивилась, а была в лёгком шоке.       — Что он делает в такой поздний час? — спросила пчела.       Шер впустил нежданного гостя в дом. На пороге показался кузнечик, кажется тот самый, которого пришелец мельком видел около пруда, после своей «Мягкой» посадки на Землю.       Капа быстро подбежала к Кузе. Нет! Даже немного взлетела!       — Кузечка, что ты тут делаешь? Детям нельзя гулять по вечерам! — сказала она, одновременно с небольшим сожалением и попреканием.       Гость и вправду выглядел не очень, на его теле были пятна засохшей грязи и сока земляники. Но как так можно было? «Может он упал куда-то?» — сразу же подумал Лунтик.       — Да... Я вот как раз домой и шёл! — В этот момент кузнечик неожиданно всхлипнул, — Но на пути мне попались Вупсень и Пупсень! Они начали обзывать меня и у нас... Завязалась драка, а потом мы упали в какую-то канавку, около земляничной полянки!       Бабуля тут же прикрыла лицо руками, а после проводила Кузю на кухню. Сам же кузнечик как-то странно поглядывал на Лунтика. «Может есть хочет?» — подумал монстрик.       — Шершуля, неси конфеты... А я чая налью! — проговорила Капа.       Шершень послушался и направился в кладовку, Лунтик там ещё не был, да и не хотелось. Запах оттуда шёл так себе, да и темно было...       Сама пчела подошла уже к закипевшему чайнику и принялась заваривать чай. А Кузя уже плюхнулся на стул около Лунтика.       — Привет, я Лунтик! — поприветствовался вышеназванный.       — А я Кузя! — ответил кузнечик.       После этих слов повисло неловкое молчание, инопланетянин ещё не знал, как правильно заводить друзей, хоть ему это и очень хотелось.       Так они просидели некоторое время, каждый думал о своём. Но тут ситуацию спасла Капитолина, что уже подоспела с горячим чаем. А через пару мгновений подошёл и Шер с горстью конфет, которых Лунтик ещё никогда не ел.       — Кузя, может у нас переночуешь? — Обеспокоенно предложила Капочка, — Уже темнеет... И кажется, дождь начинается.       — С Радостью! — ответил тот.       — Тогда как чай допьёте, да конфеты докушаете, то идите спать... — Сказал пчела, — Шершуля, подготовь нашему гостю матрас с подушкой, и одеяло!

***

      Ночь. Кузя аккуратно поднялся с, довольно старого, матраса, что так любезно ему предоставили пчёлы. Лунтик, чья кровать была в паре метров от кузнечика, спокойно себе посапывал. Это было на руку. Кузьма направился к лестнице и стал спускаться. Но вдруг одна из ступенек предательски заскрипела! К счастью, никто, по всей видимости, не проснулся.       Наконец-таки спустившись на кухню, кузнечик стал обыскивать выдвижные ящики, осматривать шкафчики. И в одном из ящиков он нашёл то, что ему так было нужно. Целая коллекция ножей! Недолго думая, он взял небольшой ножик, который предназначался для нарезки хлеба. Его особеность заключалась в том, что нижняя часть лезвия обладала небольшими зубчиками, прямо как у пилы. Но одного ножа было мало, поэтому наш «Герой» встал на цыпочки и на ощупь нашёл в одном из шкафчиков молоток, который нужен был для дробления кусочков яблока.       Как только все «Инструменты» были найдены, Кузя направился в спальню пчёл. Тихонько приоткрыв дверь, он увидел такую картину: Баба Капа лежала в форме звезды, ноги были широко расставлены, сама же она была голой, из шершавой и морщинистой вагины вытекала чутка желтоватая сперма. Около неё лежал обнажённый Шер, его рука находилась на обвисшей груди супруги, а пальцы слегка, инстинктивно, её сжимали.       «Блять! Поскорее бы закончить...» — пронеслось в мыслях кузнечика. Склонившись над Капитолиной, тот с начала поднёс хлебный ножик к её горлу, а после замахнулся молотком... Но его что-то останавливало. «А нужно ли это мне?» — подумал он. Впрочем, назад пути нет. Если он не добудет лакомство, то он сам станет лакомством. Таким был уговор. А дабы не возникало лишней паники и шумихи по лесу, надо избавиться и от супружеской пары пчёл, которым явно не понравится пропажа внучка.       Взяв себя в руки, Кузя нанёс удар молотком по лбу Капочки. Та недовольно простонала, но просыпаться не думала. Удар был не слишком сильным. На глазах кузнечика навернулись слёзы. Семейство пчёл были единственными насекомыми, что правда его ценили. Они заботились о нём больше, чем его же бабушки! Он не хотел причинать им зла. Но и не хотел терять самое ценное, — свою жизнь!       Уже немного всхлипывая, он нанёс второй удар, уже намного сильнее прошлого, на лбу Капитолины образовался заметный след от молоточка. Не желая смотреть на свои злодеяния, Кузя прикрыл глаза рукой, в которой держал нож. А второй, что держала сам молоток, стал беспорядочно, быстро и сильно избивать лицо и голову пчелы. Так продолжалось секунд 20, наверное. И наконец, он остановился и убрал руку с глаз. Кузьма ужаснулся и чуть не рухнул на пол. В горло поступили какие-то неприятные, колючие комки. Голова закружилась... Нос Капы был сломан и сплюснут, губы разбиты, на некоторых участках головы были рассечения, откуда текла кровь тонкими струйками, также на голове были и вмятины... Пока пчела издавала разные невнятные звуки, дыхание её стало замедляться и ухудшаться.       Кровь стала растекаться на постель, а также и на шею Бабы Капы. Кузя не выдержал. Ноги сталы ватными и подкосились, он стал падать, но вовремя облокотился об стену. Комки в горле стали подступать и в рот тоже. Он пытался сдерживать себя, но не вышло. С омерзительным звуком из его рта вышла сначала небольшая струйка сероватой жидкости, а после и целый поток желудочного сока в перемешку с небольшими крошками от гороха и кукурузы, что он съел буквально пару часов назад. В глазах потемнело и помутнело.       Вскоре кузнечик рухнул в лужицу из своей же рвоты, задев близ стоящий столик, на котором находилась, по виду, дорогая ваза. Ваза тут же разбилась, её осколки поцарапали ступни Кузи. Он тут же пришёл в сознание, несмотря на своё ужасное самочувствие. Нет, не из-за каких-то там царапинок, а из-за осознания того, что только что он произвёл большой шум на весь дом. А Генерал Шер, стал подниматься с кровати...       — Что это... Мать твою?... — недовольно проворчал старый Шершень, что ещё не заметил Кузьму на полу.       Но продлилось это не долго. Генерал в отставке, как только заприметил кузнечика с молотком и ножом в руках, а также еле дышащую супругу сразу всё понял. На его лица появилась ужасающая, гневная и угрожающая гримаса. Кузя мигом выбежал из комнаты и побежал к входной двери, за ним же вылетил и разъяренный Дедушка Шер. Кузнечик навернул пару кругов вокруг кухонного стола, но он понимал, долго это продолжаться не могло, шершень бы его так быстро догнал. Поэтому Кузя резко сменил направление и кинул стул в сторону преследователя, дабы его замедлить, а сам в это время выставил руку с ножом вперёд.       — Не П-подходи! — закричал кузнечик.       Шершуля же, как будто не замечал то, что Кузьма вооружён.       — Сопляк хренов! Я тридцать лет был командиром специального отряда Улья, думаешь, что я просто так до генерала дослужился!? Брось нож, сучёныш, тогда всё будет хорошо! Ты ведь ещё молод!       Кузнечик уже просчитывал все возможные варианты своей смерти: повешение, сожжение, четвертование, или может он будет забит прямо тут, на кухне? И его черепушка просто не выдержит тяжёлых пинков генерала? Как вдруг, на кухню зашёл... Лунтик!?

***

      Лунтик проснулся из-за неимоверной жажды. Ему захотелось напиться вдоволь прохладной, даже немного холодной водичкой, прямо из графина! Немного потянувшись, он обдумал всё произошедшее за последний день: его приютили пчёлы, он познакомился с прекрасной бабочкой Элиной, впервые попробовал конфеты... И тут он вспомнил про Кузю, он же должен был лежать на матрасе в его комнате! «Но где же он?» — пронеслось у пришельца в мыслях.       Ещё немного посидев на своей кровати, он направился вниз. Когда он шёл по лестнице, то была слышна какая-то возня. И как только он прошёл на кухню, то увидел очень странную, даже немного пугающую картину. Он увидел, то, как его дедуля крыл ругательствами Кузю, а последний прижался к стенке, вытянув нож, лезвие которого смотрело на грудь шершня.       — Лунтик, иди спать! Мы сейчас тут... — вдруг в Шера полетел стакан, который благополучно разбился об его коленную чашечку, — Разберёмся!       Дед Шер, по всей видимости, действительно был бесстрашным, не зря его уважают все жители леса.       А как только Кузя завидел Лунтика, то сразу выкрикнул ему:       — Лунтик, мы тут играем! Помоги мне убежать из дома! Мы это... В догонялки!       — Правда? Хорошо! — улыбнулся инопланетянин.       Последний побежал на своего дедушку, одной рукой схватил его за руку и по итогу отвёл его на пару метров от двери.       Кузя же решил не упускать момент. Кузнечик запрыгнул на спину Шеру, ногами обхватил его живот, а сам стал колоть ножом ему в спину. Лунтик, хоть и был на Земле всего каких-то пару дней, всё равно понял, что это оказывается не игра, а настоящая беда! Он подбежал к ним, а после стал стягивать Кузю со спины Деда.       — Деда, я тебя спасу! — воскликнул инопланетянин.       — Лунтик, беги... — на этом моменте он поперхнулся собственной кровью, что уже подступила к нему в рот, — Чёрт... К Шнюку, я справлюсь...       Монстрик послушался и побежал на выход, а сам Кузя в это время нанёс ещё пару ударов уже в шею шершня и начал бежать за Лунтиком, тело же генерала в это время рухнуло на пол лицом.       Лунтик, под ливнем и громом, что за ночь уже успели начаться, стал бежать по грибам, растущим из Ивы, которые выполняли роль лестницы до их домика. Кузьма тоже момента не терял и начал прыгать. За один прыжок он преодолевал сразу несколько ступенек и быстро догонял свою жертву, но он не собирался полностью догонять Лунтика. Фиолетовый инопланетянин сам же бежал в ловушку!       Уже на самом конце грибной лестницы Лунтик споткнулся и упал лицом в грязь. Кузя буквально дышал ему в спину, но немного замедлился, дабы жертва успела подняться. И вот. Пришелец буквально запрыгивает в окно домика Шнюка, тем самым разбивая его.       — Лунтик!? Что с тобой?! — спросил паук, только что зашедший в комнату.       Монстрёнок, который уже запыхался, стал пересказывать последние события, как мог:       — Дядя Шнюк, Дядя Шнюк!... Там Кузя... Напал на дедулю! Спасите!       А вышеназванный кузнечик уже стал пролезать в окно.       — Отлично... — на удивление Лунтика, произнёс Шнюк.       Тут же паук схватил ближайшую книжку с толстым переплётом, да как зарядил ей по голове Лунтика! Последние слова, которые произнёс пушистик, были:       — Что?... Стойте!...       Его тело бессознательно упало на пол. А сам Шнюк подошёл к Кузе, попутно облизывая губы.

***

      Пришелец, как только очнулся, понял, что он находится в некой клетке, состоящей из дерева. Вокруг было очень шумно, а в глаза бил яркий, тёплый свет. Немного осмотревшись, стало ясно, что находится он... Под землёй? А на потолке находились лампочки, которые, по всей видимости, очень дорогие, ведь как раз они и освещали это просторное помещение.       — Где я?! — тут же воскликнул он.       Все, кто находился в этой подземной комнате, — замерли. А находилось там много народа. Взрослые жучки, пчелята, муравьи! Кузя и Шнюк в том числе. А самое главное, там был и Корней Корнеевич. Так что, судя по всему, это были его катакомбы. Но зачем его посадили в клетку?!       — А, да... Минуточку внимания! — проговорил червь, держа в руке какое-то приспособление из цветка колокольчика, что делало его голос громче.       Подползя к клетке с Лунтиком, Корней, поднёс это приспособление ещё ближе ко рту и начал довольно длинную речь:       — Дорогие друзья! Сегодня, наш Кузя выполнил своё обещание, он добыл нам довольно экзотическое блюдо! Инопланетное, если так можно сказать... — после этих слов, червяк усмехнулся, — И так, я думаю, можно начинать готовку! Скоро у нас будет пир!       Лунтик удивился. «Какое ещё блюдо?» — подумал он. Но не успев даже опомниться, к его клетке подошёл Шнюк и безовсякого труда поднял её, а после понёс по какому-то коридору. Тут же в нос ударил мерзкий запах, примерно такой-же он запомнил, когда Баба Капа готовила кашу... Вскоре они прошли на некоторого рода кухню. Там уже находились, на удивление, Вупсень и Пупсень, в поварских колпаках и длинных фартуках.       Как только братья гусеницы завидели Лунтика, то они злобно улыбнулись, Пупсень куда то отошёл, а после вернулся с небольшим подносом, на котором находилась почти такая-же коллекция ножей, как и в доме Лунтика.       — Открывай! — сказал Вупсень.       Паук Шнюк послушался, взял со стола ключик, а после открыл клетку. Пришелец, конечно, попытался выбежать, но гусеницы быстро его схватили, а после понесли к какому-то металическому столику, с которого свисали кожаные ремни. Вупсень закинул Лунтика на стол и стал удерживать, а Пупсень быстро защёлкнул ремешки на груди жертвы, а сам немного отбежал, взял с ближайшего стола верёвки и связал ими уже руки инопланетянина.       — Вупс! С чего начнём? — спросил Пупсень.       Старший немного поразмыслил, а после выдал ответ:       — Давай сперва сделаем фрикадельки для супа! Для этого много фарша не нужно!       — Это точно, — ответил Пупс и перевёл взгляд на Лунтика, — но он же пушистый! Нам нужна машинка для бритья!       Вупсень без разговоров открыл один из кухонных шкафов и достал оттуда триммер с большой насадкой, а после нажал на кнопку сбоку машинки. Тут же началось противное жужжание, а глаза Лунтика округлились от страха.       — Это вы что будете делать?! — спросил пушистый пришелец.       Пупсень взял предплечье инопланетяного гостя и поднёс поближе к Вупсеню, который в свой очередь, начал сбривать всю шёрстку с кисти, а та начинала падать на пол. Но решив облегчить себе жизнь, Вупсень стал сбривать впринципе всю шерсть с Лунтика. И через, примерно, минут 10, вышеназванный стал походить на новорожденного пчелёнка.       Как только вся шерсть была сбрита, Пупсень, с неким огоньком в глазах взял с подноса нож-топорик и, вдруг, начал рубить по кисти Лунтика! Лунная пчела с начала даже не почувствовала боль, но это, видимо, был болевой шок, и уже через пару мгновенний пришельца пронзила жгучая боль, а сам он увидел, как его кисть почти отпала и держалась на паре лоскутов шкурки, которую грубо оторвала гусеница.       — Разделывай! — Сказал Пупсень и кинул отрубленную конечность брату, — А я пока отрежу уши... Так, на запас!       Вупсень поймал часть руки жертвы, после чего тоже взял ножик, но уже разделочный и пошёл к столику, на котором уже находилась дощечка. Гусеница стала разрезать кисть вдоль и поперёк, а после доставать из неё косточки и другие ненужные вещи. Как только осталось лишь мясцо, то кисть была успешно отправлена в мясорубку, где через минуту прокрутки превратилась в качественный фарш.       Пупсень в это время взял обычный, универсальный ножик и начал подрезать основания ушей Лунтика, попутно думая, что можно из них приготовить.       — Отпустите, мне больно!... Помогите! — уже орала жертва, захлёбываясь в собственных слезах и соплях.       Как только ушки монстра были отрезаны, то гусеница их также закинула своему брату.       Крови было довольно много, она растеклась как по полу, так и по столу. Странно, но Лунтик не терял сознание. Может это особенность анатомии его вида?       Теперь же, после того, как закуска, то есть суп с фрикадельками почти готов, наступило время настоящих деликатесов. Пупсень насильно открыл рот Лунтика, а после потянул за его язык, что был довольно длинным. Гусеница, без всяких церемоний, резко всадила в язык нож, а после сделала пару движений и... Язык был уже в руках «Повара». Но вдруг инопланетянин начал буквально захлёбываться своей же кровью, благо Пупс быстро успел перевернуть его голову набок.       — Суп готов! — выкрикнул Вупсень.       Разделка Лунтика продолжалась ещё около часа...

***

      Выйдя из Кухни, братья тащили за собой столик на колёсиках, на котором и находились все приготовленные ими блюда. Тут же на них налетели голодные безумцы, что выхватывали тарелки с едой и просто падали на пол, голыми руками доставая мясные куски. В далеке же полз и сам червь, — Корней Корнеевич находился уже в горизонтальном положении, и расталкивая всех «гурманов», он заполз на стол с едой и стал пожирать блюдо, что находилось на вверху, — приготовленный язык с подливой... Гусеницы, не желая смотреть на это безумие, ушли в свои комнаты, проход к которым шёл через кухню... Завтра им предстоит приготовить оставшиеся мясо...