one room for two

Им снова выделили одну комнату на двоих. Хенджину начинает казаться, что стафф music core что-то знает. Он несказанно рад возможности урвать свободную минутку наедине с любимым в перерывах между плотным графиком. Хенджин любит быть с Минхо, когда они вдвоем одни, ни ребят, жужжащих рядом, ни того же стаффа, ни других посторонних людей, только он и пленяющие глаза напротив. В такие волшебные моменты будто рождается новая вселенная, где существуют они вдвоем и больше ничего. Тогда они могут говорить часами обо всем и ни о чем, обсуждать глубокие темы и нести полную бессмыслицу. Найдя нужную комнату с их именами на табличке, Джини заглядывает внутрь, надеясь обнаружить там старшего, но находит лишь одиноко стоящую кровать у стены, небольшой столик у панорамных окон и парочку плетеных стульев, Минхо там нет. Видимо он готовится к шоу, куда его пригласили быть специальным ведущим. Хенджин несказанно рад за Минхо. Он знает, что тот скучал по этой работе, и отвлекать его особо не хочется, но до начала шоу еще полтора часа, а потому стоит попытаться приманить котика в комнату отдыха. Поудобнее устроившись на плетёном стуле, Хенджин прихорашивается и делает несколько фото, выбирая, которые отправит в открытый доступ для стэй, а какие скинет Минхо. Раскрытая поза, полуобнаженное тело и призывно приоткрытые губы. Кровать на заднем плане недвусмысленно намекает об интересном времяпровождении. Конечно же Хенджин не будет напрямую говорить о том, чего хочет. Минхо должен сам понять намек и проявить инициативу. Таковы правила игры. Хенджин искусный манипулятор и провокатор, но проявлять инициативу в открытую — не в его характере. И Минхо прекрасно знает об этом и каждый раз идет на поводу — у Хенджина или у своих желаний — уже не столь важно. Отправив парочку откровенных фото, Хенджин следом пишет невинное сообщение: — Нам снова выделили одну комнату на двоих. Представляешь, хен? Сообщения быстро переходят в статус «прочитано», но ответа не следует. Остаётся ждать. Хенджин уверен, что Минхо придет, не может не. Времени у них действительно не много, на полноценный секс рассчитывать не приходится, но они найдут способ насладиться друг другом. Кровать действительно мягкая и удобная, выясняет Хенджин, прыгнув на нее, и переворачивается на живот, залипая в телефоне за просмотром сообщений от стэй в баббл. Спустя несколько минут дверь в комнату открывается и Джини кричит шуточное «вход посторонним запрещён», так и не оборачиваясь, чтобы посмотреть, кто вломился в их святыню спокойствия и умиротворения. Ответом служит щелчок замочной скважины, дверь заперта, а значит — приманка сработала. Хенджин всем телом чувствует, как на него навалился дикий кот, придавливая к кровати. — Но это моя комната, — запоздало отвечает Минхо, и тут же исправляется, кусая за загривок, — наша. Хенджин смеётся, позволяя Минхо делать всё, что вздумается. А тот времени не теряет, проворными ручонками залезает под свободную майку с блядской надписью и оглаживает стройные бока. — Ты выглядишь слишком вызывающе, Хенджин~а, — шепчет на ухо, прикусывая мочку. — Я старался, — прилетает в ответ. Телефон отбрасывается куда подальше, и Хенджин разворачивается на спину, смотря в игривые глаза. — Для меня? — Нет, — Минхо приподнимает бровь в недоумении, — для тебя мне стараться не надо, чтобы выглядеть в твоих глазах сексуальным и желанным, — томно проговаривает, сладко усмехаясь. — Это действительно так, — подтверждает Минхо, — тогда для кого же ты так старался? М? Ревность пузырится в венах как пузырьки шампанского. Минхо всегда старается держать свою собственническую сторону на коротком поводке, но Хенджин очень уж любит играть с огнем, каждый раз проверяя своего хёна на выдержку. — Хм… Дай подумать, — прикладывает палец к губам, строя задумчивую моську, — для Чону? Как думаешь, ему понравится? — он старается сохранять серьезное выражение лица, но удаётся с трудом, озорство в глазах выдает с потрохами. — Ох, для Чону значит? — тянет Минхо, — что же ты ему не написал, а мне? Спросил бы напрямую, — Минхо все так же нависает над Хенджином, руками опираясь по обе стороны от его головы, не давая шанса сбежать, но Джини и не собирается. — У меня нет его номера, поделишься, хён? — нарочито выделяет обращение, — да и эта комната не для Чону, а для нас, — шепчет сбивчиво. Близость затуманивает разум. Минхо давит на него своим горячим телом, прижимает к кровати, и Хенджин готов заскулить от того, как же хочется ощущать эти сильные руки на себе. — Могу проводить до его комнаты, — парирует в ответ. Он знает, что его малыш нетерпеливый и скоро начнет просить, умолять. Он и сам уже не может терпеть больше, не тогда, когда под ним такой Хенджин. — Хён, — капризно — так умеет только Хенджин. Как по команде, Минхо набрасывается голодным поцелуем, сминая сладкие губы. Хенджин активно отвечает, постанывая от удовольствия. Утягивает в глубокий поцелуй, мокрый и жадный. Руки оплетают крепкую шею, притягивая ближе. Он сходит с ума, когда Минхо так властно берёт над ним вверх и толкается бёдрами в пах, срывая первый заглушенный стон. Минхо задирает блядскую майку, проходясь кончиками пальцев по впалому животу, скользит выше, скручивая возбужденный сосок меж пальцев. Хенджин отзывается на ласки незамедлительно, как настроенная гитара в руках гитариста. — Хён, хён, подожди, — Минхо спускается поцелуями по нежной шее, прикусывая чувствительную кожу, — у нас мало времени, черт, — всхлипывает тихо, слабыми руками пытаясь то ли оттолкнуть Минхо, то ли прижать ещё ближе к себе. — И что ты предлагаешь? — дыхание учащенное, глаза горят необузданным желанием, губы припухшие от голодных поцелуев и частых покусываний. — Хочу отсосать тебе, — Минхо смотрит на Хенджина как на идиота. Ведь тот очень редко это делает, ссылаясь на то, что это не гигиенично и вообще фу. — Шутишь? — все еще не верит. — Нет. Пожалуйста, Минхо~я! Я очень хочу твой член у себя в глотке, — от таких слов у Минхо член дернулся в штанах. Интересно конечно, что это вдруг нашло на Джинни, но сейчас не время это выяснять. Его могут в любую минуту вызвать, и идти со стояком в штанах не очень хочется, а потому он быстро кивает в ответ и слезает с младшего, устраиваясь у изголовья кровати. Хенджин голодно облизывается и спускается ниже, длинными пальцами быстро расправляется с ремнём и молнией, приспуская джинсы с бельём чуть ниже. Возбужденный член бьется влажной головкой о живот. — О, я так сильно возбуждаю тебя, хён? Я ведь ещё даже ничего не сделал, — усмехается Хенджин, а сам в душе пищит от восторга. — Блять, Хенджин, — шипит Минхо, когда горячий блядский рот медленно вбирает в себя сначала большую головку, а потом так же не спеша опускается до основания, не забывая шаловливым языком очерчивать каждую венку. — Бляяяяять, — низ живота скручивает в приятных спазмах, ноги дрожат, тело сходит с ума от невероятного удовольствия, — сука, как ты это делаешь? За дверью слышатся чьи-то шаги и разговоры. Стены не картонные конечно, но все же стоит быть тихими. Но блять как, если Хван сука такая Хенджин скулит, пуская по члену приятную вибрацию. Минхо не знает куда деться, хочется намотать блядские локоны на кулак и вбиваться в бешеном темпе в податливую глотку, до тех пор, пока это сучье создание не начнёт закатывать глаза к потолку и давиться спермой. Но как бы этого сильно не хотелось — нельзя. Этому бестию ещё петь. Минхо досадливо шипит, скручивая в кулаках постельное, и злобно стреляет взглядом вниз. И блять, лучше бы он этого не делал. Хенджин читает все его мысли. Улыбается одними уголками губ с членом во рту и смотрит смотрит смотрит, словно суккуб, что насыщается одним лишь видом. Где-то в коридоре слышатся голоса Чана и их менеджера, которые обсуждают скорое начало съёмок и поиск куда-то запропастившегося Минхо. А Минхо сидит в комнатке и распадается на части, не в силах и пошевелиться. Хенджин всё прекрасно слышал, времени нет, надо ускориться. Свое возбуждение уже невозможно игнорировать. Он одной рукой расстегивает собственные джинсы, не отрываясь от главного дела, и облегченно стонет, когда член освобождается от оков одежды. Обхватывает крупной ладонью, размазывая собственное предсемя по головке и стволу, и начинает надрачивать, смотря на Минхо. Раздается стук в дверь, а следом кто-то дёргает за ручку, желая заглянуть внутрь. Минхо благодарит всех богов за то, что он додумался запереться. Иначе даже страшно представить что было бы. — Минхо, ты здесь? Хенджини? — голос Чана громкий, но нежный. Ох, если бы он только знал, чем они тут занимаются. Хенджин улыбается совсем сумасшедше, губы все в смазке, опухшие, по подбородку стекает слюна. Минхо готов кончиться только от этого вида. Но Хенджин резко опускается, ощущая, как головка упирается в глотку, и сглатывает, не прерывая их зрительного контакта. Минхо подбрасывает на месте, благо успел заткнуть себя ладонью, чтобы не простонать на всю комнату. По телу проносится волна удовольствия, что сшибает наповал. Он все-таки наматывает волосы на кулак, прижимая к себе ещё ближе — хотя Хенджин и так уже упирается носом ему в лобок — и изливается в глотку, не позволяя отстраниться. Оргазм крышесносный. Хенджин давится, но послушно принимает всё, и стонет, спуская себе в кулак. Слезы стекают по румяным щекам, а тело содрогается в ошеломляющем оргазме. Минхо приходит в себя чуть быстрее, отстраняет от себя младшего и ахуевает. Чёрная подводка растеклась разводами, блядский поплывший взгляд, на губы смотреть страшно — они стали ещё пухлее, влажные, покрасневшие. Половина лица в смазке и слюнях. Минхо кажется, что он кончил только что ещё раз, от одного вида на Хенджина. Его аж пробивает на дрожь. Он тянется за телефоном, не отрывая своего взгляда, и фотографирует Хенджина, пока тот не пришёл в себя. Коллекция для дрочки только что пополнилась.