Мелочи

Мелочи

Гребень

      Вэй Усянь купил гребень.       Он купил его, когда вышел прогуляться в Цайи. В тот день Лань-гэгэ был занят делами клана. После ухода Цзеу-цзюня в уединение его муж был все время занят. Вэй Ин старался ему помочь, но все что он мог – это взять на себя обучение малышни под возмущенные препинания старика.       Несколько раз Вэй Ин замечал, что Лань Чжань не приходит ночевать. Для такого дисциплинированного человека это очень непривычно. В одну из таких ночей Вэй Усянь нашел его заснувшим за бумагами. Просто горами документов. Как глава Лань успевал все это читать?       Вэй Ин улыбнулся, смотря на своего возлюбленного. Тот недовольно хмурился, когда задевал свитки руками. Вэй Усянь подошел и потряс его за плечо. Лань Чжань достаточно быстро проснулся, но все ещё оставался сонным. Он медленно моргал и смотрел на супруга расфокусированным сонным взглядом. Вэй Ин лишь тихо посмеялся и настойчиво уговорил Лань Чжаня отправиться спать. Он поддержал его под руку и отвел в кровать, прямо как маленького ребенка, и уложил спать. Вэй Ин крепко его обнял, засыпая рядом.       Утром Вэй Ин проснулся непривычно рано. Он открыл глаза, потер их и потянулся, издавая протяжный писк. Усянь знает, что даже просыпается громко. Повернувшись на бок Вэй Ин увидел, как его прекрасный и самый красивый муж причесывает волосы старым гребнем. Они такие блестящие. Раньше Вэй Ин не обращал на это внимания.       Эти мысли и привели к тому, что он не удержался и купил сегодня этот гребень, сделанный из светлого дерева, и вырезанными на нем кроликами. Когда Вэй Ин увидел его, сразу подумал о своем Лань-гэгэ.       Сейчас Вэй Ин ждет мужа. План такой: его дорогой Лань-эр-гэ сейчас выйдет из купальни, а затем пойдет приводить свои волосы в порядок. Тут Вэй Ин и вмешается. Он предложит супругу его расчесать и, разумеется, тот не сможет отказать.       Все шло по плану.       По началу…       На удивление, Лань Чжань пошел сначала выпить чай, потом навел порядок на столе и расставил книги.       — «Все опять пошло к гую!» — думал он.        Вэй Усянь зло выдохнул и решил:       — «Нужно брать все в свои руки!»       Вэй Усянь подскочил к Лань Чжаню и вцепился в его руку, произнося:       — Лань-гэгэ! Пошли! Пошли, этот муж хочет тебя причесать! — Вэй Ин посмотрел на мужа и ярко улыбнулся. — Ты же мне позволишь?!       Лань Чжань не сразу ответил, но при виде мужа взгляд сразу потеплел, а тело расслабилось. Разумеется, он сразу согласился. Он кивнул и промычал привычное «Мгм».       — Лань-гэгэ такой хороший! Я так тебя люблю! Пошли-пошли.       Вэй Ин потащил супруга к зеркалу, усадил его перед ним, а сам сел за спиной Лань Ванцзы. Он вытащил гребень, на который Лань Чжань сразу обратил внимание.       — Лань-гэгэ, тебе нравится?       — Мне нравится все, что дает Вэй Ин.       Щеки Вэй Ина покрылись румянцем, и он взял в руки прядь волос. Он поднес ее к лицу, вдыхая запах. Пахнет сандалом. Ванцзы всегда так пахнет.       Вэй Ин аккуратно провел гребнем от корней вниз, а потом ещё раз. Медленно расчесывая каждую прядь. Чтобы не сделать больно. Больше никогда.       Длинные волосы мужа были покладистыми и тяжелыми. Они лежали ровным потоком и не путались от легко дуновения ветерка. В отличие от волос самого Вэй Усяня. Вэй Ин проводил по прядям пальцами. Такие мягкие. Почему он никогда не касался этих прекрасных волос?       — Вэй Ин?       Лань Ванцзы повернулся, когда почувствовал, что никто больше не причесывает его. Вэй Ин застыл, смотря на него.       — Ничего, Лань-гэгэ. Я просто подумал, как я жил без тебя раньше…       — Сейчас я с Вэй Ином. — твердо ответил Лань Чжань.       — Спасибо. — сказал Вэй Ин и обнял мужа.       Он вцепился в его плечи, придвигаясь ближе. Белый гребень остался лежать рядом на полу. Вэй обожает чувствовать эту щемящую душу нежность и любовь. Они пережили столько невзгод и еще столько же переживут, что подобные мирные вечера все ещё кажутся навеянным сном.       Вэй Ин так любит Лань Чжаня.       Огонь свечи колыхался, отбрасывая тень на бумажную ширму. Тень двух фигур, которые теперь соединены на века.