Успокой боль

Наш поезд давно никуда не идёт, это прямо под ним, громыхая, несётся дорога

Избавьте меня, ради Бога, от этого чувства, которое мы называем "тревога"

Тревога

Тревога

Тревога

Тревога

Тревога

Тревога

Тревога

(Сплин - Тревога)

Знаете, что самое худшее абсолютно всегда? Это неизвестность. По крайней мере для него это так. На самом деле, это даже иронично. Неизвестность преследует его, сколько он себя помнит. Возможно, это бремя каждого мутанта. Когда, он был много моложе, даже скорее меньше, не понимал, того что с ним происходит. Его восприятие мира менялось. Тело подростка, довольно вспыльчивое и нервное впридачу, вибрировало от непонятной скорости. Это раздражало еще больше, делая его совершенно невыносимым. А потом все резко ускорилось, и было очень-очень страшно, было больно. Тогда, на помощь пришла мама. Кажется, первое время она его даже боялась. И это тоже было страшно до одури, и непонятно ведь почему. Мама никогда раньше на него так не смотрела. Шептала что-то о проклятых генах, это он слышал и раньше, но сейчас оно обрело новый смысл. Эти причитания звучали зло, отчаянно. Оказалось, что он не сходил с ума, просто был мутантом. Неизвестное слово, страшное слово. Ему запретили кому-либо говорить об этом, но зачем об этом говорить? За ним все равно никто не мог угнаться, чтобы доказать. Что такое мутант, кто это такие и почему он таков. Пьетро узнавал исключительно сам. От родительницы удавалось узнать малые крохи, и эти слова скорее были от страха, нежели знаний. Он не винил ее, ведь общество в принципе не любило таких, как он. Со временем, ответы приходили сами. Понимание дарило покой, и некоторое смирение. Только вот, пытливый мозг не успокаивался. В кого он такой? Почему мама, так мало рассказывала об отце? Может быть…может этот человек мог дать ответы на все его вопросы. Может быть если он найдет отца, себе подобных… Мутантов связанных с ним кровью, на него перестанут смотреть со страхом? От этого мерзкого ощущения беспомощности перед людьми вообще возможно избавиться? Он, никогда не боялся людей, но они боялись его. И ведь абсурд. За что его боялись? За то что он просто быстро бегает? Клептомания появилась много позже, поначалу он просто был слишком активным подростком. Пьетро всегда любил бегать, а его за это начали бояться, было обидно. Конечно, он мог бы притворяться обычным человеком и жить, как многие другие мутанты, которые никогда не откроют свою тайну всему миру. Но это ведь невозможно, как можно скрывать такую важную часть себя? Без скорости он - не он, и все тут. Добровольно идти на это не хотелось, пусть и мама, а после и отчим давили. Зато, когда немного повзрослела сестра, его маленькое личное чудо, она восхищалась. Со всей, своей детской восторженностью. Ей так нравилось, как он перемещается по дому за малейшие секунды, как он крутит ее на руках со скоростью ветра. Кажется он случайно настроил девочке очень сильный вестибулярный аппарат, хоть в космос отправляй. Он никогда на себе не видел, такого взгляда. Этот маленький, невероятный человек, даже не представляет, что делает одним своим взглядом на него. Такого счастья надежды, познал впервые, и он искренне ценил это. Пьетро не знал, как быть старшим братом, но потерять доверие сестры, было бы в его жизни куда страшнее. Он старался быть лучше. А потом, когда мутанты сами пришли в его дом, он не знал, что делать. Поначалу даже испугался, от него что-то хотели, хотели его сил. Но и он был наслышан об экспериментах над сородичами, поэтому старался не попадаться таким людям. Но что если они отправили таких же, чтобы его поймать? Трое были странными, и невероятно разными. В первых двух он увидел маленькую частичку себя, то что видел в своих глазах каждое утро. Некоторую сломленность, но помноженную в миллионы раз. Казалось они уже сдались, пережили, что-то страшное, пережили кого-то, кто сломал их. Было ощущение, что они сами не знали зачем сюда пришли. Увидеть диковинную силу? Ответы на свои вопросы он видел в другом мутанте. В третьем, помимо сексуального (читать - мерзкого) вида когтей, было что-то еще. В нем были лучики надежды, да такой силы, что ему хотелось верить, доверить все свое естество. Рядом, неизвестность была не страшна. Казалось, что этот человек пережил достаточно неизбежного, чтобы верить. Все остальное не столь страшно. А потом, ему предложили грабануть Пентагон. Кто он такой, чтобы отказываться, от такого заманчивого предложения? Всю поездку он не мог успокоиться, чувствовал ведь, что-то с этим Логаном не так. Смотрит так внимательно, будто бы боится из поля зрения потерять. Словно, если потеряет, то не найдет его вовсе, Пьетро просто возьмет и исчезнет, не вернется вновь. Смотрел, как на чудо, как на нечто невероятное, что хочется спрятать и не отдавать больше никогда. Чего бы это ему не стоило. Пьетро подозревал, что тот знал его. Где-то в другой жизни, очень давно, так смотрят на людей, которых потеряли, которых уже не вернуть, никогда больше. Правда он так и не понял, был ли Логан из другого мира, или просто плохого будущего. Это было так странно, ему нравилось. Наверное это был второй человек, который смотрел на него, так… искренне. Конечно, потом все поменяется очень круто, и у него будет больше десятка детей, его учеников, которые будут им восхищаться. Его команда, которая его любит, да вся школа. Даже многие люди перестали смотреть на него со страхом. Но это все будет много позже. Тогда был лишь Логан, который сам того не зная, подарил ему надежду. Он сможет найти свое счастье, свое спокойствие. (которое так же быстро и потеряет однажды, в один день.) Странно так, но приход Логана ознаменовался первым знакомством с его отцом. Весьма неординарной личностью стоит сказать, раз именно его они и спасали из тюрьмы. Знай тогда Пьетро, что перед ним отец…. Наверное он бы по другому себя вёл. Как? Да черт его знает, возможно попытался бы узнать всего побольше. Возможно он бы просто не трусил так сильно перед ним. Ведь тогда совсем не знал, какой он, отец. Совершенно во всех смыслах. Не было страха разочаровать, не было страха быть отвергнутым. Максимофф по идиотски пытался показать себя, как совершенно крутого типа. Опять таки, ему понравилось, все было так ново и необычно, казалось, что в нем зажегся какой-то новый огонёк. А потом все стало слишком сложно. И эта сложность существовала до сих пор. -Ты бы не лез. Пьетро лишь закатил глаза, то есть, он спас Чарли от пули, так еще и виноват? Его даже не задело! Ну, почти, Пьетро твердо знал, что делает в тот момент. Спина, чувствовала себя с каждым днем все лучше, боли не исчезли вовсе, но стало легче. Он увеличивал нагрузки, начинал делать растяжку, было до боли хорошо, казалось, что мышцы за эти месяцы совсем размякли. До зуда в руках, хотелось вернуться к полноценным тренировкам. Да, пусть и без сил, но хотя бы к рукопашному бою и простому бегу кроссом, кажется он не доживет до этого момента. Поэтому в тот момент, Пьетро чувствовал в себе силы, чтобы защитить. Охотники на мутантов, только рады будут прибить Профессора, а вот они, все они, этого точно не переживут. Он, совершенно точно не ожидал, что его похвалят за это, но нотации отца совершенно не хотелось слушать. -А ты бы молчал побольше, что с тобой вообще такое? С муженьком поругались? Все, счастье и конфетно-букетный период закончился? Опять в злодейство тянет? Машина мелко затрещала, ох пассивно-агрессивная реакция от Магнето, его любимое. Профессор, недовольно на него посмотрел. Раскаяния в нем и не шелохнулось, может быть перегнул немного. Но вот не надо свои проблемы решать через него. Эмоциональный запор тоже. И почему, все двадцать лет, как он живёт в школе, чувствует себя ребёнком развода? Нет, правда Чарли его любил, в нем вообще была эта идиотская любовь ко всем. Пьетро был благодарен за это. Но не в те моменты, когда отец начинал включать отца, а еще хуже отца-мутанта. Хотелось немного застрелиться, а телефон утопить в ближайшей луже. Но что хуже, от Чарльза так легко не отделаешься, чертова телепатия находила его повсюду. Даже если он сбегал в порыве эмоций куда-либо, на другой континент. Например, в Англию или Мексику, везде с ним пытались поговорить. Иногда, он даже завидовал отцу, с его шлемом. Но в отличии от профессора, у отца не было терпения, от слова совсем. Поэтому, их ссоры уже недели две кряду терроризировали его и Логана. Хотя второму по большей части было все равно, главное чтобы его не трогали. Мужчина просто хотел все вспомнить, увидеть свое прошлое, и знал, Чарльз может ему помочь. Но тот отказался, сказал все должно произойти естественным путем, но путешествие может помочь. Вернуться к тем местам где он когда-то был. Профессор знал куда его везти. А Пьетро все больше хотел понять, как этот человек мог настолько сильно перемениться. Будто и не он вовсе подарил ему надежду много лет назад. -Эрик…прав, тебе стоит быть аккуратнее. Что-то, тогда произошло между ними в том заброшенном домике в лесу. Пьетро пытался понять, что именно, но это оставалось загадкой. Будто бы все их достижения в понимании друг друга резко откатились назад. Было даже обидно. А рядом тело бессовестно храпело, никакой поддержки! -Я Иксмен и знаю, что делаю. Это было чистой правдой, мозги у него не отобрали. Память в отличии от Логана, у него так же на месте. Хотелось выть, от того насколько категоричен был отец, и так всю жизнь. Интересно, как бы сложилась его судьба, встреть он с самого начала одного Эрика. Без знакомства с Профессором и Логаном. Кем бы он был сейчас? Если бы он рос рядом с этим человеком. -У тебя сейчас нет сил. Голос отца уже был на грани рычания. На удивление он еще держит себя в руках. Раньше бы их машина уже летела. Пьетро в ответ фыркнул. -Но мозги на месте. -Мне кажется, их как раз таки и нету. -Это уж точно не тебе решать. Каждая словесная перепалка изматывала до слез, сил у него в принципе было довольно мало, они отказывались возвращаться в нужном количестве. Но и держать рот на замке он не мог, выше его сил. Спорить это глупо, по-идиотски, но высшим терпением он никогда не обладал. А голос отца слишком сильно выводил из себя. -А кому? Пальцы болезненно сжимали ткань джинсов, выкручивали потёртости превращая их в дыры. -Например мне самому? -Да ты себя даже защитить не смог от травмы. -Да пошел ты - голос предательски дрогнул. Обхватив себя крепко руками, в попытке успокоиться, он пытался дышать. Дышать, как когда-то его научила Рейвен, отлично помогает собрать себя обратно в кучу. -Прими ты наконец-то себя сегодняшнего. Предательские воспоминания делали сейчас только хуже, дышать по инструкции не получалось. Получалось только молча скулить, рвать кожу на предплечьях и жалеть, что вообще поехал с ними. Это было слишком резко даже для него. -Эрик. Тяжелый голос Чарльза, разрезал тишину, вытаскивая парня из толстого слоя воды. Кажется кому-то уже прочитали целую лекцию. -Пьетро, просто прошу, ты должен понимать, сейчас ты не в состоянии постоять за себя, и вряд ли сможешь в ближайшее время. -Эрик, - повторил вновь предупреждающий голос Профессора. -Я просто хочу, чтобы он не лез на рожон, мы преследуем опасных людей, а он сейчас бесполезен. Взгляд Чарльза помрачнел. Последнее слово, стоит сказать отец произнес резко, будто бы уже жалея о сказанном. Но оно было сказано. Был факт его бесполезности. Ногти сильнее впились в кожу. Просто дыши. Эрик всегда вспыльчивый засранец. Вспомнив разговор, что произошел недавно с Профессором старался успокоиться. Он прав, организм Пьетро просто слишком утомлен, болью, препаратами, безостановочными действиями и борьбой против самом себя. Ему просто нужно время. Время собрать себя обратно по кусочкам. Игнорировать внешние раздражители, что выводят его из себя сильнее обычного. Игнорировать все вокруг. Наверное, так ему будет проще. Пьетро хочет на это надеяться. Расслабившись он откинулся на подушку сидения. Совсем скоро будет новая остановка, отдых от дороги, он сможет перетерпеть до одиночества. С противоположной стороны сидения, на него уж слишком внимательно смотрел Логан. Словно пытаясь узнать заново. В его глазах не было презрения от проявленной питеровской слабости. Только лишь цепкий, изучающий взгляд. Вновь, сам того не зная, Логан дарит ему спокойствие. Засыпая на остаток пути, он видел лишь его. Взъерошенные волосы, светло карие глаза, наполненные нежностью. Это ему нравилось, больше всего.

***

Разговор с отцом, как-то слишком резко ударил ему в голову. Он даже специально ушел подальше от машины в лес, дабы успокоиться. Логан, сказал, что слышит ручей, где-то в глубине. Ну, вот он и пошел разведать обстановку, побыть в тишине, попытаться расставить мысли по полочкам. Но вместо разумных мыслей, слова Эрика всплывали в голове вновь и вновь. Принять себя? Какого к черту себя? Для чего эти абсолютно не нужные слова? Что это вообще было? Почему они не могли просто спокойно уехать? Почему этому козлу надо говорить что-то? Почему он никогда не может промолчать? Сейчас это не он. Он другой, совершенно другой. Более живой, более быстрый. Никогда-никогда-никогда. Никогда не примет себя таким. Зачем тогда он здесь? Скорость - это его жизнь. Быстрое течение всего вокруг, когда все замедляется, становится практически неподвижным, и только он может быть Властителем этого времени - вот кто он. Питер привык помогать, быть при деле, привык быть членом команды Иксов. Хотелось закричать, хотелось кого-то избить, хотелось исчезнуть. Неожиданно охватила паника, страх, тревога. Что если это навсегда? Зачем была эта фраза? Если его лишь успокаивали? А на самом деле все, всё навсегда потеряно. Дышать стало сложнее. Но ведь это не правда. Не может быть правдой, ему не могут лгать. Хэнк ведь всегда за сухие факты, по нему видно, когда тот увиливает, или что-то скрывает. Становится сразу нюней, глаза прячет, гнев свой прячет куда подальше, становится самым что не есть человеком. Не могут ведь ему врать, правда? Не могут. Не могут кричало ему все вокруг, кричал разум. Могут, подсказывало что-то изнутри, сверкая черными угольными глазами из самого темного угла подсознания. Не стоит забывать, с кем он имеет дело. Тот же Профессор, много лет скрывал, что происходило с Джинни, "ради ее же безопасности". Про Магнето…. Тут и говорить нечего, этот человек, мутант, ужасен, он может все. Так откуда он, сейчас может знать правду? Стоя посреди леса, он не знал куда себя деть. В голове пульс отбивал свою барабанную дробь, набатом крича, о том, что он в самой безвыходной ловушке в мире. Ни одна мысль, ни один, даже самый логичный аргумент не мог этого оспорить. Все вокруг было слишком медленным, и голос в голове истерил слишком громко. Его качало, как самого заядлого алкоголика на районе, хотелось за что-то схватиться, удержать драгоценное равновесие. Кровь стекала по лицу, теплая влага, красные пятна, давление в голове только становилось сильнее. Непонимание происходящего только усиливалось, в груди щемило до боли. Все вокруг плыло смешиваясь в калейдоскоп ярких пятен, словно отражения витража в местной церквушки куда они ходили, когда он был маленький. Тянуло к земле, тянуло ниже. Боли не было, было просто плохо до одури. Рядом нашлось дерево, нащупал шершавую острую кору. Схватился за нее, в попытке удержать равновесие, схватился до кровавых пальцев, кожу содрало слишком легко, подушечки пекло. Стало тепло, склизко и в ладонях. Охватила слабость невиданной силы, его выгибало, его выворачивало, почти рвало. Ощущал будто бы чужие прикосновения, давление на плечи, шею. Перед глазами темное пятно. Он ничего не видит, страшно, только очень страшно. Кажется его зовут. Шепча, что-то без остановки, потом говорят, говорят, говорят. Он не слышит. Ничего не слышит, пальцы лишь сильнее царапают шершавую древесину. Внутри сворачивается что-то злое, больное, оно забирает все силы, все что осталось внутри него. Будто бы злобный дух-демон, что хочет забрать его разум и тело. Экзорцисты? Они здесь не помогут точно. В горячих ладонях чувствуется, нечто холодное, влажное. Под спиной появилось мягкость, прохлада, будто бы его окунули в холодную реку. Вот бы поглубже. И не выныривать никогда больше, остаться здесь.

***

Он нашел парня случайно. Ходить и успокаивать странных личностей не его стезя. Кажется с этим прекрасно справляется колясочник. Черт, это прям его призвание. Только, вот сейчас сидит и думает. Надо было бросить его тут одного, или позвать Профессора. Да блять, надо было просто прибить его еще в том злополучном баре, вместо той полусексуальной угрожающей сцены. Кто знал, что парня возбуждают угрозы? Это наверное как-то ненормально немного. Теперь сидит пульс у него проверяет. Просто прекрасно. Молодец Логан, так держать, записываемся в ряды волонтёров мастеров по капремонту "съехавших крыш”. А вот у этого конкретно так крыша съехала, пол лица в крови, руки ободраны. Это он сам с собой сотворил? Здесь больше никого не было, запах чужих отсутствовал, следов также не было. На самом деле сидеть в тихом лесу и рассматривать это недоразумение, было крайне умиротворяющим занятием стоит сказать, или по крайней мере интересным, если не учитывать тревогу за него. Выбирайте, что больше нравится. Пальцы, так и тянулись провести по мягким прядям волос. Окунуть в холодную воду, чтобы она забрала все с собой, не только кровь, но и все его проблемы. Но сейчас была лишь роса на холодной поляне. Маленькие бусины воды впитывая кровь становилась красноватыми, розовыми. Ручей не так и далеко отсюда, он слышит громкое журчание воды, но тревожить парня сейчас опасно. Все же положить того на землю было лучшим решением, сразу вон успокоился, то ли в обморок грохнулся, то ли непонятно. Но на потерю сознания это не было похоже, слишком беспокойно тот лежал. Хотя бы убиться не пытается уже хорошо. Страшно на самом деле, Логан знал это состояние, первый месяц после непонятного побега. Даже для самого себя, он постоянно впадал в прострацию, находился в дезориентации. Он думал что сходил с ума, а вечная регенерация лишь делала хуже, это ведь ненормально, когда заживают все раны на дырявом теле, ненормально, когда пытаешься умереть, но каждый раз просыпаешься вновь. Да и после случайного, но глубокого ранения, понял что бессмертен, что это быстрая регенерация, а не его поехавший мозг. После этого началась вторая волна страха перед неизвестным. А странные воспоминания, что не давали целостной картины, только создавали нескончаемую головную боль. В парне, сейчас он видел нечто подобное. Пьетро Максимофф определённо и точно, пережил многое для простого парня. Это видно по уставшим глазам, движениям полных тяжести. Иногда в нем загорался, такой огонек, что даже не описать. Если бы Логан знал, как заставить его глаза всегда так сверкать, даря надежду на завтрашний день…он бы сделал все для этого. Не удержавшись, коснулся пальцами чужой скулы, кожа мягкая, белесая, почти прозрачная. Этот человек, словно призрак во плоти. Спустившись чуть ниже, подушечкой пальцев захватывает запекшуюся кровь, тело под ним мычит в недовольстве. -Живой? У самого голос хриплый, усталый. Будто бы он сейчас валялся в приступе страха, вместо паренька. -Не знаю. Больше похоже на скрежет, у парня сил нет, и скорее всего в ближайшее время не прибавится. Подхватив с травы каплю воды, растер на чужой щеке кровь. Прикосновения и присутствие кого-либо видимо его успокаивали, да и самому Логану не хотелось даже отходить от него. Тянуло ближе. Очень сильно. -Ощущение что меня переехал табун бешеных Чарльзов на колясках. Парень попытался сесть, с горем пополам. Только с опорой в виде руки Росомахи, получилось. Было видно, как ему плохо, как его все еще шатает. Выдавал просто напросто зеленоватый оттенок кожи. А в этот момент Логан думал. Кажется, что думал. Ибо, видимо для него не существует этой функции. Это был самый тупой порыв в его жизни, если так подумать. Пусть он и не помнил всю эту жизнь. Губы были сухими, но такими мягкими, с привкусом железа на языке. Логан широко лизнул нижнюю губу, после прикусывая ее, вновь вернулся к поцелую. Удивительно, с опозданием, но Пьетро ответил ему. Целовал в ответ с такой невероятной отдачей и нежностью, что становилось дурно. Дурно становилось в принципе, всегда когда он рядом с ним. Странно поломанном человеком. Логан не понимал искренне почему он это все делает. Списывал, все на трещины в памяти, с надеждой, что это хоть как-то поможет. Разум где-то внутри трезво пытался его вразумить, сказать, что ему это не надо. В конце-концов, он даже не знает их всех нормально! Странно это всё, и становилось только хуже. Он знает его меньше двух дней, а уже хочет пойти за ним, куда угодно. И не покидать никогда.

***

Это было странно, хорошо, безусловно, странно, невероятно, возможно неправильно. Но ощущение внутри, правильности происходящего успокаивало. Как когда-то давно, когда Логан просто появился в его жизни, а он понял, что не все потеряно. Неописуемое чувство по отношению к человеку, которого ты не знаешь. Нет по сути они конечно знакомы, но можно ли считать грабеж Пентагона, что произошел лет двадцать назад, за нормальное знакомство? Хотя даже тогда, очень очень давно. Тепло, что тянулось к Логану-из-будущего было странным. Было очень сильным и тоскливым. Но он быстро тогда отбросил всю эту хрень. Был подростком, гормоны шалили, сила невероятная волновала его больше. Потерянный когда-то отец интересовал его много больше. Да и сейчас, эти чувства не столь сильно важны. Логана, он не знал. Не знал нынешнего человека перед ним. Единственное, что сейчас, было важно, так это спокойствие. Жесткие губы на его лице, действовали похлеще любого обезболивающего и успокоительного. Они обсудят это позже. (а также, возможно, у него нашлась личная теплая подушка в машину, и абсолютно все равно, что эта подушка будет думать.) Теперь он никуда не сбежит, иначе он потом его догонит, может быть не сразу, но точно догонит.

***

Телепатическая связь на дальние расстояния всегда штука сложная, особенно без Церебро. Но когда ты знаешь к кому и куда обращаться, пробраться сквозь толщу километров и мыслей становится проще. “-Курт?” Смутная картинка в голове показала молодого человека, что сейчас был занят издевательствами над своей сестрой. Но вздрогнул при телепатическом зове. -Профессор! -Что? Где? Радостный возглас Роуг, послышался сквозь пелену слуха Курта. “-Курт у меня будет к тебе просьба, нужно, кое кого забрать отсюда.” Он хотел сделать это уже давно, наверное ещё не поздно.