***
— У тебя вещей, как говна в туалете. Я заебался их таскать, Русь. — Еблет завали и тащи. Че ты как телка перед анальным? - Кашин пакеты в руках сжимает сильнее и коробки к груди прижимает. Новый шоппинг и новый геморрой у рыжего. Руслана невозможно успокоить в плане вещей. Он хочет все и всегда. Даня чувствовал себя папиком. Когда Руслан захотел очень уж откровенную кофту, он отказался купить. И всё же купил, потому что минет в примерочной - самое лучше и сладкое, что может быть в этой жизни. Губы облизывает свои, когда Кашин прикладывает карту и слышит уведомление о списании денег. Но на Руслана не жалко и миллионов сорок потратить. Не жалко любую мечту, даже самую глупую, в жизнь воплотить, чтобы губы эти пухлые в улыбке расплывались, оголяя клыки. А тот не в моче, а в масле катается. Сам деньги рубит, да с парня своего трясет их, как гопота с мальчишек. — Я все равно не понимаю, блять. Мы тебе недавно покупали. — А на обзор мне голым идти? — Да, блять, иди. — Уверен? — Нет. - Руслан улыбается и следит за каждым пакетом, который Даня ставил около порога. Вансы снимает и в угол к бесконечному количеству обуви ставит, пока шатен тапочки надевает. Целует парня в щеку веснушчатую да к зеркалу любимому идет, пока тело массивное очки поправляет и за ним идет, подхватывая все шмотки. Тушенцов камеру включает, волосы поправляет и улыбается. — Девчат, ебейшую майку купил. Еще на маникюр с молодым человеком сходил. - Даню за плечо хватает и к себе тянет. Ждет, пока тот руку на талию опустит, чтобы ладонь сверху положить и ракурс приблизить. Пальцами двигает, показывая со всех сторон. — Ахуенный, я считаю. Все покажу и все выложу. Ждите. — И зрилы, стрим в пять. Чтоб все были, кроме бобриков, конечно же. - Руслан телефон в сторону откидывает, да в руках чужих проворачивается, чтобы носом своим чужого коснуться. Ладони опускаются на задницу в шортах, сжимая и ударяя, вслушиваясь в стон блаженный. Руслан языком пальцев касается, чтобы после по щеке чужой слюной провести. Видит, как губы тонкие растягиваются в улыбке. Целовать не собирается. У него блеск противный на губах. Тонкие чулочки ноги обхватывают, словно мамка шлюха на трассе перед хуем богатым. Рыжий по бедрам чужим гуляет, царапая их и оставляя красные полосы. Руслану нравится ощущать тело любимое рядом. Нравится чувствовать себя нужным. Нежными поцелуями спускается по чужим ключицам и плечам, чтобы шатен немного расслабился. Но тот того не хочет. — Дань? — М? — А мак новый купишь? - Тихо шепчет и губу нижнюю прикусывает. Пальцами лезет под зипку чужую и живот гладит впалый. Даня переварить пытается, пока одежду с него снимают. Моментом пальцами в шею чужую впивается, разворачивая и лицом прижимая к зеркалу. Парень руками об стекло ударяется и щекой к холодному жмется. По коже пот бежать начал, когда руки уверенно шорты стаскивают с бельем, оставляя только до ужаса красивые чулки. Свободной ладонью свои штаны спускает, двигая бедрами, чтобы ткань ненужная спала. Ладонь на бедро чужое кладет, гладит, да ногу чужую до стона громкого задирает. Видит в зеркале, как член Руслана дергается и пятна мокрые на стекле оставляет. — Хочешь, чтобы я отъебал тебя как Катьку до наших отношений, которая тоже хуйню всякую хотела? Признай, ты дрочил всю ночь, когда увидел, как я ебал ее. И только из-за этого сосать мне решился на том фестивале. - Руку на шее сжимает и лицом парня по зеркалу елозит. Видит, как тот язык высовывает и следы мокрые оставляет. От этого только сильнее жмет его. — Дань. - На последнем дыхании произносит шатен. Кашин руку убирает и на задницу чужую опускает две ладони. Хватает парня под коленями и ноги раздвигает, чтобы он видел себя. Руслан спиной к груди сильной прижимается и пытается прикрыться. — Давай, растяни себя пальчиками. Покажи, насколько ты готов принять мой член. - И Руслан слушается. Тонкие пальцы в рот сует, чтобы слюна полосками тянулась. Руку вниз опускает. След мокрый по краям дырки опухшей появляется. Даня ладони ближе придвигает, вводя фаланги и растягивая очко чужое. Шатен губу закусывает и стонет гортанно, да на плечо сзади голову откидывает. Видит в отражении, как член чужой трется об него. Улыбается только и пальцами головки чужой касается, размазывая смазку. — Блядь. - Зубы прикусывают кожу смуглую, оставляя приличный такой след. Видимо, сегодня Руслан будет без растяжки. Наказан он. Руслан колени к полу прижимает да руки к стеклу. Улыбается в отражение, когда видит пот на лице Кашина и челку прилипшую с очками запотевшими. Бедрами играется и ноги раздвигает шире, позволяя пальцам длинным оттягивать край чулка и отпускать с шлепком. Шатена разрывало от любви к Дане. Нет, интерес в сексуальном плане, конечно, был неописуем, но любовь затмевала все, что только возможно. Кашин задницу чужую сжимает да раздвигает половинки. В издевательском тоне по дырке членом похлопывает, видя, как Тушенцов насадиться пытается. Рукой за подбородок хватает и к зеркалу поднимает. — Смотри на себя, блять. Глянь, как ты течешь. Давно хуй на пизду поменял? — А ты, смотрю, недавно. Заебал тянуть. Взял и выебал меня уже, петух объебанный. - Кашин прыскает от смеха и входит только головкой. Но сегодня без нежностей. Усаживается на пятки свои и Руслана за руки тянет, чтобы тот полностью на член сел. Шатен бедрами двигает и привыкнуть пытается. Вниз смотрит, где было прекрасно видно каждый изъян и достоинство двух тел. Лишь пару секунд понадобилось на то, чтобы тело двигаться начало. Руслан руки в кулаки сжимал и темп ускорял, вместе с тем, как Даня подмахивал. Падает на спину, да Тушенцова за горло хватает. — Прыгай. - А он ослушаться не может. Делает все, что говорит ему Даня.***
— Девочки, смотрите, какую юбку прикупил. Артикул в тгк в шапке профиля.— Руки сильные талию тонкую обнимают и край юбки приподнимают, оголяя бедра в чулках розовеньких с бантиком. — Что за сексуальный парень сзади меня? Не узнали, что ли? Повернись. — Отвали, Русь. — Да ДК это, ДК. И да, мы встречаемся. - Улыбается и в камеру губы подставляет, чтобы Даня чмокнул его быстро и вновь уселся за демку. — Ждите дроп кстати. Даня днями не спит из-за этой хуйни. - Улыбается, когда рука тянется к юбке. Ракурс наводит на момент, когда ладонь с черепом под ткань лезет и бедро чужое сжимает. Поднимает камеру, где лицо Кашина в очках и с пушком над губой видно, но он не отвлекается от компьютера своего. — Зеркало помоешь? — Иди нахуй. — Оно поэтому и заляпано.