wolfgang

=Глава 21=

      Феликс смотрел на лицо Чана со слезами на глазах. — Хён...- прошептал он, а Хенджин тут же вытащил верёвку из кармана и связал первым делом долговязого брюнета с лисьими глазами. — Займись ею, - сказал красноволосый Феликсу, не глядя на него, и кинул в его сторону вторую часть верёвки. Тот поднял её и подошёл к такой же темноволосой девушке, которая была чуть ниже него и страшно смотрела исподлобья, но молчала. Феликс туго затянул верёвку на её запястьях и проверил их, а потом посмотрел через плечо пленницы на Наен и облегченно выдохнул. Та кивнула ему, показав своим взглядом, мол, "потом поговорим".       Быстро связав парня, Хенджин поспешил к тому месту, где в последний раз видел Киру. Та стояла на коленях и пребывала в шоке. По её щекам текли ручьями слезы, но при этом она не всхлипывала, словно бы не понимала, что плачет. Красноволосый сел с ней на один уровень и крепко прижал к себе, зарываясь рукой в её волосы на затылке. — Все хорошо, слышишь? Мы все живы и здоровы, - шептал он ей горячо, трясущимися руками гладя её по щекам: лишь одна мысль о том, что Хенджин может вновь потерять любимого человека, молнией пронеслась по его извилинам и заставила яростно защищать Киру: в полной темноте он выстрелил точно во вражеский пистолет, занесенный над её головой, который теперь валялся рядом совершенно не пригодный к использованию, однако Хенджин его зачем-то тут же убрал в свой набедренный ремень. — Мы ведь вам ничего не скажем, только обузой будем в пути, - подал голос вдруг темноволосый. Бан Чан обошёл его спереди и посмотрел ему в глаза. — Когда вы узнаете, для чего мы здесь, вы сами захотите рассказать. Однако если не хотите быть мучительно убиты монстрами, вам лучше пошевеливаться, - Чан обернулся и увидел толпу зомби, бегущих к мосту с того берега, откуда пришёл он с Наен.       Темноволосые переглянулись. Девушка молчала, словно бы просто ожидала приказа долговязого. Тот недовольно отвёл глаза: казалось, решил играть по правилам Бан Чана. — Наен, Хенджин и Кира - бегите впереди. Мы с Феликсом будем замыкающими и позаботимся о том, чтобы наших пленников не сожрали, - раздал указания Чан, заметив, что Кира в шоке: в противном случае к себе в помощь он поставил бы Хенджина. — Так точно, товарищ командир. Смотри не упусти этих двоих, а то ты такой добрый, - отозвалась бодро Наен, а потом похлопала Феликса по плечу и шепнула ему, чтобы был осторожнее и в случае чего прикрыл Чана: патронов у него осталось очень мало. Феликс с упоением смотрел на живую Наен и с благоговением кивал. Девушка подошла к Кире и Хенджину, присела рядом и быстро сообщила красноволосому весь план. Тот кивнул, и, не медля ни секунды, поднялся и посадил Киру себе на спину. Та, словно оглушенная, смотрела на Наен и не понимала: реальность все вокруг, или предсмертный бред? — Держись крепко, наша храбрая девочка, - Наен бегло прошлась рукой по её каштановым волосам, а потом побежала впереди, освещая все вокруг фонарём. Хенджин с Кирой на спине побежал следом, прикрывая старшую, посередине бежали пленники, а в конце - Феликс и Бан Чан, причём младший все время стремился пропустить Чана вперёд, дабы отстреливаться от монстров вместо него.       Едва они сбежали с моста, то сразу же обнаружили, как некогда пустынные улочки стали чертовски оживленными: всюду гуляли и стонали мертвецы. — Тихо!! - шикнула Наен, помня, что зомби в темноте и подавно ничего не видят, да и слышат плохо. Она стала анализировать: чтобы попасть на временную базу, важно было пройти через это место, срезать было негде. В запасе у неё была одна граната, которая разнесла бы половину мертвецов, но точно не всех, а ещё девушка не была уверена в том, что она сработает после купания в реке.       Тихо пройти не представлялось возможным: сзади приближалась недобитая толпа, знающая об их нахождении здесь, остальные монстры тоже начнут сходить с ума, услышав их вопли, да и запах человеческой плоти монстры отличали от запаха животных, поэтому всегда знали, где их настоящие жертвы. — Придётся драться, - сказала она вполголоса с негодованием, уже думая, что ей и Феликсу придётся идти впереди всех и расчищать им дорогу ценой собственных укусов и, возможно, даже жизни. — Ты самоубийца что-ли? - раздался голос, которого никто не ожидал: все посмотрели на темноволосого пленника, - можно убить двоих из них по-тихому, вспороть им брюхо и измазаться внутренностями, а потом спокойно пройти. Они нас примут за своих и не будут рыпаться, - рассказал он. Все с недоверием смотрели на него, однако время поджимало: толпа зомби сзади уже догоняла. — Мы займёмся поимкой монстров с Наен. Вы постарайтесь не шуметь, - сказал вдруг Чан, а остальные решили не перечить: выбора не было. Блондин достал кинжал, Наен последовала его примеру. Они обошли толпу с правой и левой сторон, переглянулись и кивнули друг другу, одновременно захватывая сзади зазевавшихся зомби: те по-началу не поняли, что не так, потому что постоянно толкались друг с другом в толпе, однако, учуяв человеческую плоть, закряхтели: Наен и Чан вонзили им кинжалы в шеи и повредили голосовые связки, чтобы не орали.             Утащив их за машины, они разделались с ними мощными ударами между швами костей черепа, а потом, словно мясники, принялись распарывать им животы. Внутренности уже сгнили и иссохлись, поэтому источали отвратительный запах. Настолько, что Наен чуть не вырвало, однако она понимала, что, если её вырвет, монстры учуят "живую блевотину", и им всем несдобровать, поэтому, на силу подавив в себе этот рефлекс, девушка первой обмазала себе лицо, руки и другие видимые части тела. Затем к ней подбежал Хенджин, аккуратно опустил Киру на землю и стал обмазывать её этим. Она смотрела на парня в ужасе, а ее нижняя губа дергалась так, словно бы она сейчас разрыдается. Все вокруг превратилось в какой-то ад: ощущение холодного дула у затылка все ещё обжигало, отдаленные вопли монстров напоминали, что она ещё не мертва, а значит её могут жестоко растерзать и сожрать. А запах мертвечины, ударивший в нос, все только усугубил: шок затянулся. — Все нормально, милая, мы сейчас пойдём домой. Ты держись за меня крепко, ладно? И закрой глаза, - попросил Хенджин, поцеловав её в лоб, а затем намазав эту нежную кожу вонючим сгустком крови. Закончив с Кирой, Хенджин измазал и себя, выругавшись шёпотом отборным матом.       Феликс тем временем уже размазывал внутренности по пленникам, а те шёпотом направляли его, как лучше намазать. — Вы ведь пойдёте со связанными руками, - тихо и зловеще говорил Феликс, - через толпу монстров. Если вы нас обманули, то это самый плохой способ самоубийства, - он поднял горячие карие глаза на брюнета. Тот ухмыльнулся, обнажая клык. — А вы пройдите с нами, и проверьте, врали мы или нет, - ответил пленник. Блондин схватил его за верёвку и крепко сжал её, подводя парня к толпе монстров. Те даже не повернулись на них, так и продолжили бродить и переминаться.       Наен же взяла за верёвку юную пленницу и дёрнула её на себя. Та лишь прошипела и посмотрела на онни неодобрительно. — Ты первая пойдёшь, а я тебя буду держать, - сказала русоволосая, как вдруг пленник повернулся к ней и посмотрел на неё взволнованно. — Лучше я пойду первым. Я много раз через такие толпы ходил, я вас выведу, - сказал он, и это прозвучало искренне, словно бы он волновался за свою сообщницу. Бан Чан с сомнением посмотрел на Феликса, а тот решительно кивнул. — Если он сделает хоть шаг в строну, я позабочусь о том, чтобы он стал одним из этих тупоголовых тварей, - сказал блондин, а потом вполголоса на ухо произнёс темноволосому, - а помощницу твою первее. И ты это увидишь.       Феликс знал, на что давить. Наен хлопала глазами, когда смотрела на все происходящее: никогда она не видела Феликса настолько устрашающим. — Тогда вперёд, - сказал Чан, - нас уже догоняют. Я буду замыкающим. Пленник вступил в толпу, а Феликс шёл за ним, словно за живым щитом. Часто монстры толкались и наступали на ноги, и пленник поддавался этим движениям, чтобы не создавать подозрений: Феликс повторял за ним.       Сзади шла вторая пленница вместе с Наен. Русоволосая вспоминала то, что ей пришлось пережить однажды, поэтому двигаться в такой толпе ей было не очень страшно, а скорее весело, правда эти ублюдки страшно воняли. Однако Наен чувствовала, как трясётся девушка прямо перед ней. "Так смело хотела прострелить головы нашим ребятам, а теперь ссытся", - думала Наен и ощущала свое полное превосходство над этой девочкой, испытывая, однако, и жалость, чуть натягивая верёвку на себя и направляя брюнетку самостоятельно, чтобы та чувствовала её присутствие, и, может быть, меньше от этого боялась.       Хенджин упорно смотрел вперёд, крепко сжимая бедра Киры, сидевшей у него на спине. Он даже сражаться бы полноценно не смог в таком положении, однако девушка совершенно не могла идти. А в голове его звучала лишь одна мысль: "Только не кричи. Не издавай ни звука."       Кира жмурилась так сильно, что зарябило в глазах, а веки заболели. Она слышала рычание совсем рядом с ухом, ощущала смрад, наполнивший все вокруг, руки её от этого становились такими ватными, что она, казалось, вот-вот отпустится, однако тут девушка почувствовала нечто тёплое на своей спине: совсем не мёртвое. Чан, увидев, что Кира совсем обмякла, положил руку на её спину, страхуя. Он удивлялся тому, что раньше не додумался проходить так через толпу мертвецов. Однако ещё сильнее его удивляло то, как ребята прошли на мост, миновав их? Теперь мужчина догадывался, что монстров на тот момент и не было. А то, что они так внезапно появились, порождало ещё больше вопросов.       Казалось, они шли вечность, слушая рычание и хрипы. Однако наконец эти звуки остались где-то позади, а вонь осталась. Темноволосый пленник остановился и обернулся. — Я вас вывел. Дальше я дороги не знаю, - сказал он, хотя было видно, что он использовал эту возможность остановиться и обернуться для того, чтобы проверить состояние своей темноволосой спутницы. Та вся дрожала и смотрела на парня испуганно.       " — Она в плохой форме для маневров. Придётся идти с ними", - подумал брюнет. — Веди, Феликс, - отдал приказ Чан, а младший тут же принялся его выполнять, держа, однако, пленника все так же за верёвку. ***       Ночь оглушающей тишиной ударила ослабленную Миру по голове: сразу после переливания она уснула крепким сном. Организм брал свое и не спрашивал, какие у Миры ещё были дела. А Минхо тем временем безуспешно пытался связаться с ней по рации.       Хана лихорадило. Однако он вырвался из бессознательной пелены в какой-то бредовый сон: всюду змеи, толстые, зелёного цвета, обвивавшие его ноги и подползавшие прямо к шее. Они противно шипели прямо у уха, отчего Джисон в кровати заметался и внезапно открыл глаза. Светлые стены медпункта отражали на себе лунный свет из окна: Хан быстро смог привыкнуть к такой обстановке и оглядывался кругом уже живее. В вене на левой руке была воткнута игла, подсоединенная к капельнице с какой-то прозрачной жидкостью, где была написана странная трехзначная формула. Джисон поежился: если бы не так дернулся, игла залетела бы в вену и проткнула ее, и это ещё самое безобидное, что могло бы с ним быть. Он повернул голову в другую сторону и увидел спящую на кушетке рядом Миру. Она была вся бледная и с огромными синяками под глазами, однако тихо дышала, свернувшись клубочком. И тут Джисон понял, что он уже проснулся, а шипение не прекратилось. Парень насторожился и стал внимательнее смотреть вокруг: на тумбе рядом с его кроватью лежала рация, безумолку шипевшая. Хан быстро дотянулся до неё и зажал нужную кнопку, произнося хрипло: — Минхо? На другом конце провода вдруг повисло молчание. Но длилось оно недолго: через полминуты послышался любимый голос: — Хани...это ты? — Я...Мира уснула. Выглядит измученной. Из рации послышался облегченный выдох и последовавший за ним всхлип. — Как ты себя чувствуешь? - спросил взволнованно Минхо надрывающимся голосом. — Полный порядок. Только плечо болит пиздец...и руки в целом, - отшутился он и не стал говорить про температуру, - почему ты не рядом со мной? — Прости, Хани, - сказал он виновато, - я на патруле. Эти ублюдки, которые тебя подстрелили, могут прийти снова...       Джисон помолчал, воспроизводя в голове все, что было до того, как он потерял сознание. Картины в голове всплыли ужасные, и его тут же охватило волнение. — Ты там совсем один! Я должен тебе помочь! - сказал он, однако его тут же прервали: — Не вздумай. Пока не восстановишься, я тебя не выпущу из медпункта. Пусть Мира спит. Утром сменит меня, я немного посплю рядом с тобой, - смягчился Минхо, чтобы не заставлять бельчонка слишком сильно волноваться. Джисон шумно выдохнул и прижал рацию к себе. — Я буду тебя ждать, - тихо произнёс он. — Люблю тебя, - чуть слышно послышалось из рации. ***       Сынмин готовил чай на местной газовой плите, которую он нашёл по счастливой случайности в подсобке этого магазинчика. Место было не самым очевидным: верхняя полка стеллажа, на которую почти не падал взгляд. Судя по всему, до них тут кто-то был, и этот кто-то спрятал столь дельную вещицу, а потом уже не вернулся сюда. Какой была его судьба, догадаться было не сложно. Однако теперь благодаря ему выздоравливающих Чанбина и Чонина ждал тёплый вкусный напиток.       Вдруг в дверь постучали. Сынмин осторожно выглянул в окно сбоку от него и широко раскрыл глаза, а потом побежал к двери, убирая от неё все баррикады. Чонин и Чанбин спали, поэтому помощи он ждать не стал. Шатен распахнул дверь и тут же отошёл в сторону, запуская найденных Чана и Наен первыми, а потом и остальных ребят. — Вы нашлись, - сказал Сынмин с облегчением и немного улыбнулся: на эмоции он был скуп, но радовался не меньше остальных. Однако заметив чужие лица, парень сощурился и стал их оглядывать. — Знакомься, Сынмин! Это наши гости, - сказал Чан как ни в чем не бывало, а потом обернулся на пленников, чтобы они представились сами. — Зачем вам наши имена? Все равно убьете и не вспомните, - сказал темноволосый, посмотрев потом на Феликса с напряжением: этот миловидный парень достаточно его запугал за всю дорогу сюда. — Мы здесь не для того, чтобы убивать людей. Феликс, обыщи их и отбери все оружие. Сынмин, налей нам всем чай, - сказал Бан Чан, а потом ушёл в комнату, где спали Чонин и Чанбин, чтобы справиться об их самочувствии.       Сынмин чуть нахмурился, уходя за стойку. Он чувствовал какой-то резкий запах ото всех присутствоваших, но не мог понять, откуда он. Медик не знал ещё, через что им пришлось пройти и как долго они отмывались в небольшой речке рядом. Сынмин продолжил заниматься с чаем, как вдруг почувствовал, что на его плечо опустилась чья-то рука. — Сынмин, я доделаю. Пожалуйста, займись Кирой. Её чуть не убили, у неё шок, - сказал Хенджин, когда Сынмин обернулся на него. Медик перевёл взгляд на Киру, сидевшую на диване и пилившую пустым взглядом дощатый пол. Шатен кивнул и подошёл к ней, присаживаясь напротив. Рядом сидела Наен и с обеспокоенным выражением смотрела за Сынмином. — Я могу дать ей хорошие седативные, - он сунул руку в карман брюк и достал оттуда круглую упаковку, а Кира, увидев её, ещё сильнее задрожала. — Ты чего? Тебе станет легче, - сказала ей уже Наен и притянула к своей груди, поглаживая по голове и успокаивая. Кира снова расплакалась. Сынмин понял, что у девушки плохие ассоциации с этими упаковками, и что выпить большую таблетку она сама не сможет, поэтому снова ушёл к импровизированной кухне и растолчил там эту таблетку в стакане, налив туда немного воды. Затем он вернулся к Кире, осторожно взял её за затылок и помог выпить лекарство, придерживая голову, чтобы она не дернулась и не подавилась. Девушка вцепилась двумя руками в стакан, Сынмин придерживал его, глядя на неё с сочувствием: в последний раз в таком состоянии он видел только контуженных бойцов. — Почему с ней это происходит? Мы ведь бывали в передрягах и похуже, - сказала Наен, снова притянув в свои объятия Киру, когда та выпила лекарство. — От столького дерьма у любого кукуха съедет. Просто у кого-то раньше, у кого-то позже. Это пройдёт. Ей надо поспать и набраться сил, - пояснил Сынмин, а потом ушёл к Хенджину, потому что увидел, что тот, вместо того, чтобы наливать чай, пялится в стену. Наен анализировала его слова. "Должно быть, в старости я буду сумасшедшей бабкой. Если доживу", - подумала она, чувствуя, как дыхание у Киры выравнивается: она собиралась заснуть.       Через двадцать минут все собрались в общей комнате. У каждого стояла кружка с чаем. Пленники смотрели на неё, как на издевку: руки у них все ещё были связаны и пить они не могли. Чан заметил это и лично подошёл к ним, разрезая верёвки кинжалом. В комнате тут же ощутилось колкое напряжение: все опасались, что эти двое что-то выкинут, однако лидер был уверен, что этого не произойдёт: уж больно эти двое волновались за жизни друг друга. — Мы пришли в город, чтобы дойти до лаборатории и найти вакцину, - сразу же сказал Чан, усаживаясь за стол напротив пленников. Рядом с ним сидела Наен, а остальные расположились кругом по комнате: Хенджин, Кира и Чанбин сидели на диване, Чонин сидел на полу у дивана, Феликс стоял у стойки, а за ней Сынмин протирал газовую плитку, однако не отрывал взгляда от пленников. — Да вы конченные что-ли, - сказал темноволосый, - вы на одной только вылазке здесь чуть не сдохли, а уже метите на лабораторию, в которой хрен знает что творится...и зачем вы нам это говорите? Чтобы мы с вами пошли? - он нервно посмеялся. — У вас нет другого выбора, потому что в этом мире осталось не так много людей, которым можно доверять, - ответил Чан, а Наен достала кинжал, который забрал Феликс у темноволосого при обыске: брюнет занервничал и подался назад, сжимая руки в кулаки. — Я знаю это символ на рукоятке, - сказала Наен, показывая на выцарапанную голову льва на деревянной рукояти кинжала. Было видно, что царапали чем-то вроде иглы: оружие с настолько отвратительной гравировкой никто не стал бы продавать. — И что? Символ и символ. Откуда мне знать, я этот кинжал подобрал, - стал отнекиваться брюнет, а потом перевёл взгляд на Хенджина: он резко поднялся и подошёл к ним, кладя на стол дефектный пистолет с таким же символом. — И пистолет подобрал? Не надо делать из нас дураков, у меня терпения очень мало на таких изворотливых ублюдков, как ты, - прорычал Хенджин, грозно глядя исподлобья на брюнета. Тот уже хотел съязвить в ответ, однако Наен его прервала: — Я тоже была в группе Чхве Чангю. Судя по всему, вы к ним прибились, когда меня они уже бросили, - лица пленников вытянулись в удивлении, когда они услышали имя их лидера, - и я могу сказать, что выбора у вас действительно нет. Ему не нужны обузы. А ты бегаешь по его поручениям, как заполошенный, чтоб он счел тебя полезным и не бросил вместе с твоей спутницей, значит ты тоже понимаешь, что Чангю отнюдь не самый надёжный человек. Помнишь засаду на дороге после моста? Этих тварей там не было до этого. А значит за вами следили. Когда увидели, что мы вас прижали, то решили избавиться. Вы уже не нужны в том месте, которое считали своим домом.       Наен помолчала пару минут, позволяя пленникам переварить все сказанное, а потом продолжила: — Эта девочка очень боится мертвецов, я всем телом чувствовала её дрожь, когда мы шли через толпу, - брюнетка на этих словах обиженно посмотрела на онни: не любила, когда при всех говорят о её слабостях, - одно неверное движение, и тебе нужно будет её спасать. Как думаешь, люди Чангю бросятся вам на помощь? Да они сделают все, чтоб вас сожрали. И гранатами закидают. Темноволосый опустил глаза. Он видел, что Наен не манипулирует, а говорит со знанием дела: она знала то, что не мог знать человек, никогда не имевший дела с Чангю. Его и самого напрягала политика их лидера, но ему было не тяжело быть сильным, а вот его сестре - очень тяжело. Однако на тот момент парень считал, что выбора у них нет: живых людей больше не осталось, а поселением выживать гораздо проще. Однако люди ещё были. И их было много. — Ники. Меня зовут Ники, - сказал парень вполголоса, - а она - Йеджи, моя сестра, - он кивнул на девушку, а та, судя по всему, осталась недовольна тем, что он раскрыл их имена. Чан облегченно выдохнул, поняв, что они пошли на контакт. — Бан Чан. Ваш новый лидер, - он протянул Ники руку для рукопожатия. Тот её принял и чуть сжал. — С остальными познакомитесь позже. Теперь нам важно знать, в какие районы города заходить не стоит, чтобы не встретиться с людьми Чангю, - сказал Чан. — Ваше временное укрытие в самом змеином гнезде. Тут всюду ходят их патрули, причём очень незаметно. Возможно, они и это место уже выследили, хотя, если бы это было так, мы бы с вами уже сейчас не разговаривали. И прямую дорогу к лаборатории завалило. Надо будет обходить, - рассказал Ники. Все сразу же напряглись и поникли: рисковали не уложиться в загаданный срок, и тогда в поселении Минхо счел бы их погибшими. — Ты знаешь, как можно обойти? - спросил Бан Чан. Ники кивнул. — Я вас проведу, однако моя сестра и правда ужасно боится этих тварей. Я не могу позволить ей пойти в это непонятное, кишащее мертвецами место. — Вы отправитесь за город, после того, как нас проведёте. Если я правильно помню, там есть объездная трасса. По ней вы дойдёте до въезда в город, там вас будет ждать наш человек. Я скажу вам, что нужно ему сказать, чтобы он вам поверил, но позже, когда мы дойдём до лаборатории, - заключил Бан Чан, - однако мы не можем ещё так просто вам доверять, как и вы нам, поэтому будете спать в отдельной комнате, где мы вас закроем. Йеджи напряглась: в ограниченном пространстве их легко могли бы убить, однако Ники понимал, что им сейчас это не за чем. Они были им нужны. А что было бы с ними дальше, парень ещё не знал, однако он подметил одного заболевшего юношу среди них и одного укушенного иммуна, и за обоими заботились, так что Ники точно знал, что здесь к ним не отнесутся, как к обузе.       Все смотрели на них с опаской, никто не решался заговорить с новыми товарищами, поэтому допили чай и перекусили в полной тишине. — Я помню, что вы хотели сделать с Кирой, и не стану лукавить - дружить я с вами не собираюсь, поэтому держитесь от меня подальше, - завершил приём пищи такими словами Хенджин. Ники молча принял это, и легонько пнул под столом свою сестру, чтобы она продолжала молчать. Усугублять и без того плохие отношения не хотелось, а для извинений сейчас было не самое лучшее время, поэтому Ники решил оставить их на потом.