Во имя справедливости

В потоке беспощадных убийств,

нашим душам суждено было встретиться.

— Череда жестоких преступлений охватившая город, продолжает держать жителей в страхе. В пятницу вечером, труп найденный на Кросби-стрит, причислили к еще одной жертве от рук таинсвенного манька. Беспокойство среди населения прожолжает рости, а главным вопросом для всех остается… Монотонный голос ведущей новостей, звучавший больше как заученные ребенком стихи, которые он быстрым текстом пытается рассказать, тут же прервался. В черном экране отключенного телевизора едва заметно показался силуэт. Развалившись на диване, откидываясь на быльцы и устало вздыхая, мужчина закинул ноги на журнальный столик, наблюдая за тем, как небольшая гора бумаг слетает на пол. Крупные капли дождя беспощадно барабанили по стеклу, отбивая какой-то мотив известный только природной стихии, а город за окном даже находясь в ужасе перед неизвестностью и поглощенный новостями о жестоких убийствах продолжал жить. Казалось никакое событие не способно опустить на Нью-Йорк занавес сна или заставить его жителей хоть на мгновение остановиться, передохнуть или сбавить ритм. «Жертвоприношения или одержимость убивать?», « Справедливость во имя кого?», «Пропавшие люди всплывают в виде трупов.», «Нью-Йорк превратился в чей-то огромный кукольный дом или почему убийства происходя в столь отдаленных районах» Убийство, смерть, преступник, труп, и снова. Убийство, убийство, убийства. Кругом одно и тоже, и в новостях, и в ленте социальных сетей, в газетах, в телевизоре, в рекомендациях. И даже завтра, на работе, на которую его выдернули из отпуска, он снова будет не просто слушать, но и медленно погружаться и вникать в расследования, занимая одну из ведущих позиций и оказываясь в центре всего происходящего. Мужчина устало выдохнул, потирая подушечками пальцев веки, и стараясь хоть немного расслабиться, отогнать мысли, которые то и дело закрадывались в голову не давая хотя бы минутного покоя. Делая затяжку, чувствуя и остро ощущая как никотин неспешно расползается по телу, наконец даря то самое необходимое расслабление, мужчина выдохнул облако дыма, полуоткрытыми глазами наблюдая как медленно тлеет сигарета зажатая меж пальцев. Пепел осыпается на диван, не вызывая никакой реакции у хозяина квартиры, который лишь закинув ногу на ногу, по-прежнему игнорируя сброшеные на пол бумаги, слабо покачивает ногой и наблюдает за едва заметным огоньком на конце сигареты. Не так. Не так он должен проводить свой отпуск… Отпуск, который был как спасательный круг в его жизни, после всех событий… Не так он должен проводить время, которое ему выделили что бы востановиться. Не в душном городе картонных коробок, стоящих тесно друг другу, не в городе заполненом людьми, которые словно муравьи, вечно куда-то спешат, даже когда в каждом квартаре был найдет труп. Он должен быть там, где океанский бриз, будет ласкать волосы, трепая и путая пряди между собой, пока солнце лениво касаясь лучами кожи, оставляет на той загар, что некоторое время, станет отголоском воспоминаний о приятном отдыхе. Шум волн, а не капли дождя должны сейчас звучать где-то рядом. Но все что он сейчас слышит, это то как затихает расвирепевшийся погода, и как телефонный звонок раздается по квартире, вырывая его из мыслей. Алан Макензи Высветилось на экране телефона имя начальника. Желание оставить звонок без ответа, так и росло, укрепляясь и начиная пускать корни. Алан Макензи, именно под руководсвом этого человека он и работал всю жизнь. Невысокий мужчина, больше напоминающий собой Санта Клауса, встречающий каждого добрыми большими глазами и теплой улыбкой, едва прикрываемой густыми усами. Он всегда имел привычку разбудить даже посреди ночи, потому что работа не требует отлогательств. Считая себя и своих людей некими супер героями, обязанными быть на страже всего города. Ответить можно и с утра, ничего ведь страшного, достаточно того, что пару часов назад, когда это имя высветилось на экране, ему пришлось брать срочный билет на обратный рейс, оставлять за спиной планы провести время у океанских берегов. — Слушаю. — Здравый рассудок и годы работы, выработавщие привычку и знание, что в его работе редко бывают звонки среди ночи просто так, он все же ответил. — Как долетел? — послышался знакомый голос начальника, который едва перебевался шумом машин, скользящим по мокрой дороге. Обычно приветливый голос, сейчас, звучал слишком устало и слабо. — Оперативно ответил на звонок, за это я тебя и ценю. Но сейчас ты нужен мне здесь. — В офисе? — Нет, на месте преступления. Нового. — вот оно, главная причина, почему звонки начальника, почти никогда не оставались без ответа, потому что чаще всего, это было что-то важное. — Я вышлю тебе координаты, и поспеши. Заодно сразу введем тебя в курс дела. — Меня вы цените, но мое время видимо нет… — Тэйлор, ты же знаешь, что… — Знаю, — мужчина недовольно цонкул, все так же, устало потирая веки, будто это могло хоть как-то снять напряжение. На мгновение в квартире стало тихо, как и по ту сторону телефона, лишь звуки улицы продолжали настойчиво звучить. Тяжелый вздох начальника, чаще всего звучавщий в моменты, когда он готовился произнести какую-то речь, вызвали на лице Тэйлора почему-то улыбку, и не давая тому начать свой монолог, он лишь заверил. — Я знаю, поэтому прежде чем вы начнете извиняться или объснять важность этого дела, я спешу зверить, что выеду на место встречи, сразу как только вы скинете мне локацию. Сбрасывая звонок, не давая начальнику начать ту самую речь, которую тот возможно готовил очень долго, мужчина все же встал. Чемоданы так и стояли в прихожей у входа, листы бумаги так и остались сброшенными на пол, валяющими в одной куче, а пепел от сигары, упавший на кожу дивана, уже остывший, напоминал собой пылинку. Так и оставляя квартиру, в которую он вернулся лишь пару часов назад, Тэйлор смирившись с сложившейся ситуаций, вышел из дома. Улица встретила его приветливее, чем ожидалось. Дождь стихал, машин на дороге было не так много, поэтому пробки к счастью, последнее, что могло тревожить сейчас. Приятная вечерняя прохлада, вызывала желание распахнуть пальто, и позволять порывам ветра, то и дело поднимать подол ввысь. Темно карие глаза, отрожающие в себе ночные огоньки, что ярким светом переливались в шоколадной радужке, прикованно наблюдая за дорогой, пока слух напряженно прислушивался к голосу навигатора. Но нужное здание долго искать не пришлось, и даже помощь техники была бы не нужно. Яркие мигалки полицейских и скорых машин, толпа людей, оперторов и ведущих новостей, каким-то чудом существовали в этом хаосе, привлекая к себе внимание. Припарковав машину не подалеку, он крепко стиснул пальцами руль, и опустил на тот голову, переводя дыхание. Пять минут… Ему будет достаточно каких-то жалких пяти минут, что бы собраться с мыслями, что бы выйти из этой машины, и оказаться в самом центре событий и новых кошмаров, вновь окунуться в работу с головой. В работу, от которой еще пару недель назад он хотел отдохнуть, забыться, почувстваовать себя простым гражданским и забыть о том, что в мире почти каждое мгновение происходят какие-то преступления. Хотелось просто забыться, сбросить хотя бы на время, то самое бремя, которое он с таким рвение взвалил на свои плечи, когда будучи еще ребенком решил стать следователем. Пока, там за пределами его машины кипела жизнь, пока там, царил беспорядок, репортеры стремились внутрь, что бы получить эксклюзивный материал, а полиция выполняя свою работу, отгоняла любопытных жителей. Он продолжал сидеть в машине, зная что прошло больше пяти минут. Чей-то труп, когда-то полного надеждами и планами человека, остывал в окруженном здание. Пятая жертва. Пять потеряных душ, ставшие жертвами чьих-то жестоких рук. — Тэйлор! — звонкий стук по стеклу автомобиля, вырвал мужчину из мыслей, заставля поднять голову и посмотреть в сторону окна, которое он начал приспускать. Пара голубых глаз, щеки заросшие щетиной, явно после долгих утомительных ночей за работой, смотрели на него. Мужчина сделал жест руками, приглашая выйти из машины. — Я заметил, как ты припарковался, как только подъехал. Там такое… честно говоря, тебе самому надо все посмотреть. — Наслышан. — отгоняя остатки усталости, и выходя из машины, с грохотом закрывая дверь, он перевел взгляд на своего знакомого, одаривая того легкой приветливой улыбкой. — Свидетели есть, или как и при прошлых случаях, никто ничего не видел? — Чистая работа, без лишних глаз. — голубоглазывай мужчина, явно раздосадованный отсутвием свидетелей, отрицательно мотнул головой, и складывая руки в корманы, расслабленной походкой направился к жилому комплексу, полностью окруженному толпой людей. Показывая свои удостовения, они прошли внутрь здания, которое встретило их сжатым душным воздухом, затхлым запахом и перешептываниями. Все как и всегда… Ничего лишнего. Мелькающие мимо люди в форме, которые уже по заученному плану, словно запрограмированные роботы выполняли свою работу, собирали улики, рассматривали труп и место преступление. Кровь, капли которой были даже на тех местах, которые казалось находились слишком далеко, от самой жертвы. Пологать что убийца все еще там, было слишком глупо, наивно, но тем не менее, большуя часть жильцов уже опросили и настоятельно попросили не покидать своих квартир. — Вот бы полиция приезжала на вызовы так же оперативно, как ты прибыл сюда. — Голос начальника привлек внимание обоих вощедщих следователей. Низкий, широкоплечий мужчина, ласково поправляющий свои усы, подошел к ним ближе. Тяжелая ладонь опустилась на плечо Тэйлора, на что, он слабо поморщил нос. — Еще один свежий труп, а мы даже не имеем подозреваемых. — Что общего между жертвами? — Тэйлор продолжал оглядываться по сторонам, изучая помещение, рассматривая лица, среди которых мелькали новые, видимо недавно ставшие частью расследования или их отдела. Столкнувшись взглядом с юношей, который сидел на диване, мужчина не подавая вида, тут же отвернулся. Стоило переступить порог, как он уже ощутил на себе чей-то взгляд. Настойчивый, упрямый и явно не собирающиейся от него отрываться. И теперь он знал, кому именно принадлежит этот взор. — В том и дело, ничего. До сегодняшего дня у них был общий возрастной диапазон. — Голубоглазый мужчина с которым они вместе вошли, достал свой подсигарник предлогая коллегам, сразу отказавщимся от никатиного угощения. — Первые четыре жертвы, двое мужчин и две женщины, были людьми семейным, между собой никак не пересекались, нет общих знакомых или мест посещения. Но все находятся в одной возрастной категории, от сорока до пятидесяти лет. Сегоднящняя жертва… — Кристоф, подойди сюда, у нас проблема… Прозвучайший голос, тут же прервал голубоглазого, который слыша свое имя, так и не закурив сигарету, спрятал ту в карман своего пальто, и извинившись отлучился. Тэйлор вновь обвел взглядом все помещение. На этот раз им двигало не столько любопыство осмотреть интерьер или стены, сколько проверить смотрят ли на него по-прежнему глаза того юноши. Теперь, паренек о чем-то беседовал с тем самым Кристофом, и беседа их явно не приносила удовоствия младшему. Юноша, за короткое мгновение успел несколько раз поморщить нос, закатить глаза. Открыто демонстрируя собственное недовольство, и казалось продолжал настаивать на своем, на что голубоглазывай стедователь, только выдыхал, но находя какое-то железное самообладание, в спокойной манере что-то разъеснял. Мужчина еще раз пробежал взглядом по всему силуэту юноши, что во всей этой картине хаоса, не совсем в нее вписывался. Слишком юный, слишком опрятный и явно не видавший всей этой ужасной стороны жестокого мира. -… теряемся в догадках, поэтому… — голос начальника прервался, я массивная ладонь снова опустилась на плечо Тэйлора, привлекая к себе внимание. — Ты меня слушал? — Задумался немного. — Тэйлор, я тебя очень прошу, соберись. Мне нужно что бы ты раскрыл это дело, а не витал в облоках. Я понимаю, хотел отдохнуть, лежать сейчас где-нибудь на теплом песке, а не бегать за преступником, на которого у нас нет никаких зацепок, но будь это дело простым, я бы не вызвал тебя. — Если я раскрою это дело, дадите уйти в отставку? — С ума сошел? — Может быть. — запуская руку в волосы, проводя по тем и убирая пряди челки назад, что бы хоть как-то расслабиться. — Что там с сегодняшним трупом. Слушать монолог, полный извинений и нравоучений о важности дела, у него не было никакого желания. Поэтому мягко держа начальника за локоть и отводя его в сторону, он приготовился выслушать все, что бы сложить в голове хоть какой-то пазл. — Джозеф Нолан, студент юридического факультата. Ему двадцать два года и в отличии от других жертв в браке не состоит, как и по возрасту годится им в сыновья. — Тогда почему вы связали это преступление с прошлыми? — Стиль. У женщин вырезан язык, у мужчин половые органы. Ни те, ни другие найдены не были. А так же вырезанная буква «С», на теле каждой жертвы. — Кто тот парень? — Делая слабый кивок в сторону юноши, судя по всему не добившийся желаемого результата от беседы с Кристофом, и теперь обиженно смотревший на голубоглазого мужчину, продолжал сидеть на диване, показывая свое настроение. — Почему гражданский присутствует среди нас? — Не совсем гражданский. Сын Кристофа и по совместительству наш стажер. — Я и не предпологал что у него может быть такой взрослый сын. Тэйлор пробежал взглядом сначала по коллеге, с которым работал не первый год, а после по юноше. И только теперь начал улавливать отдаленные черты их схожести. Такая же привычка морщить нос и лоб, такая же привычка открыто показывать возмущение, которое бурлило по всему телу. Даже аккуратная форма носа и едва заметно улавимая родинка на кончике носа, словно семейная черта, выдавали их родство. На этом все. Видимо все остальные, явно лучшие черты лица он унаследовал от матери. — Вы успеете это обсудить. Вас все равно необходимо познакомить. — Прям необходимо? — Скептически поглядывая на начальника, изогнув бровь, и явно не испытывающий никакого хорошего ощущения от слова «необходимо», он сложил руки в карман. — Не слишком ли он юный для стажера? — Мне кажется, ты забыл каким юным пришел к нам сам. — Алан махнул рукой, в подзывающем жесте, приглашая Кристофа вместе с сыном подойти поближе. На что те оба переглянулись, но не заговорив между собой, подошли. Юноша, казалось рядом с начальником стал покладистее, смягчились черты лица, которые еще пару секунд назад обиденно смотрели на отца. Зеленые глаза, которые Тэйлор теперь мог отчетливее рассмотреть, отдались холодом хвойных лесов, то ли от обиды закравшейся в душе мальчишки, то ли они всегда бывали такими. Маленькие родинки на медовой коже лица, едва уловимо собирались в созвездие. Кристоф же, продолжал крутить между пальцев сигарету, так и не закурив ту, но не показывая начальнику настроение от недавней перепалки с сыном, будто желая утоить накаленность отношенийй между ними, своей привычной улыбкой смотрел на всех. — Вы видимо снова что-то не поделили. — Зоркий глаз, и хороший нюх, натянутые маски спокойсвия не утоили от глаз Алана то, что между отцом и сыном произошел спор. Но мужчина лишь тепло улыбнулся, так словно за их спинами не работала следсвенная группа, которая собрав все необходимое начинали сворачиваться. — Тем не менее я не просто хочу вас познакомить, но и сообщить свое решение. — Надеюсь это не решение об отставке. — Кристоф все же поджег кончик сигареты огоньком, и сделал затяжку, никак не поглядывая в сторону сына. — Не дождесь, в мои годы рано уходить. — мужчина погладил свои усы, опуская руку на плечо Тэйлора, который, как и юноша продолжал молча стоять, выжидая истинной причины этого небольшого собрания. — Мне самому представлять вас друг другу, как детей в дестком саду? — Тэйлор Ланкастер. — Явно улавливая намек начальника, и вытаскивая руку из кармана, протягивая ту юноше, ожидая ответного. — Адам, — Аккуратные тонкие пальцы коснулись его руки, сжимая ладонь мужчины в рукопожатии, которое длилось не так долго, но достаточно что бы немыми переглядываниями и сцепленными руками, они с любопыством изучали друг друга. — Адам Левинер, стажер. — Зачем-то добавил парень свое полное имя, желая придать больше важности. Ведь ему пора привыкать представляться полным именем, которым он будет идти по карьерному пути. — Стажер и твой новый напарник. Напряжение. Тыжелое, липокое и не приятное… И без того пропахшем смертью помещении, нависла грозовая туча. Можно было слышать как сильно Тэйлор сжал свою челюсть, одарив начальника недовольным взглядом. Такими же глазами полными неодобрения смотрел на него Кристоф, который то ли, знал чем вызвана такая реакция коллеги, то ли не желая вмешивать в это расследование собсвенного сына, то ли все вместе. И только глаза заполненые хвойными глубинами, с удивлением смотрели на усатого мужчину, что никак не реагирую на нависшую тучу тишины, снова похлопал по плечу Тэйлора. — Этот вопрос не будет обсуждаться, потому что я считаю что вы поладите и он многому у тебя сможет научиться. — Не нуждаюсь в напарниках, тем более неопытных. — максимально стараясь смягчить тон своего голоса, мужчина даже не потрудился посмотреть на юношу, что теперь прожигающим взором уставился на него. — Что из слова «не обсуждается» тебе не понятно? — Макендзи, ранее дежавщийся наиболее дружелюблно, сейчас свел брови, принимая куда более статный вид, напоминая что его слово тут имеет силу. — Это дело будешь вести ты, и твоим напарником будет Левинер младщий, поэтому чем раньше вы подружитесь, тем бысрее и удачнее пойдет дело. Я понимаю тебя, но пришло время двигаться дальше. — Сам в состоянии раскрыть дело. — Как отец и опекун, я против что бы первым делом моего сына становилось это. — Мне двадцать один. — Наконец выходя из оцепинения проговорил юноша. — Я вас не подведу мистер Макензи. Малец просто взял и проигноривал протесты отца, и то, как не приветливо его принял теперь уже новый напарник, и только заверил что не будет никого подводить. Тэйлор на это лишь усмехнулся, облизывая свои губы, и прищуривщись взглянул на мальчишку, что по-прежнему слишком сильно выбивался из всей этой картины вокруг. Он никак не походил на юного следователя, скорее на подростка решившего поиграть в полицейского и забредщего на место преступления случайно. — Я думал меня позвали осматривать труп, а не знакомиться с семьей моего коллеги. — Трупы осмотривают в морге, при вскрытии. Если вдруг, вы не знали. Огрызается, юный, на вид слишком невинный, но явно кусается. Как маленький котенок, который обнажая свои клыки, готов тут же вцепиться в мягкую кожу. Тэйлора этот ответ парня лишь позабавил, на что он подарил тому усмешку. Это будет долгое дело, и кажется местами слишком утомительное.

Не так должен был проходить его траур.

Но дни скорби по кому-то важному, пройдут за работой, с новым напарником.